Кровавая месть

      Сезон Листопада был в самом разгаре. Холодный ветер пробирал до самых костей, весь день немилосердно хлестал дождь, а к вечеру на землю опустился такой густой туман, что шерсть котов за пару секунд промокала насквозь. Солнце уже спряталось в своем облачном логове, день был сер и пасмурен.       Остроух стоял возле небольшого бугорка земли, бессильно опустив голову. Рядом стояли воины с оруженосцами и королевы с котятами, приняв ту же угнетающую позу. Рыхлая темная земля, выделявшаяся среди травы, стала мокрой от дождя, по ней стекал тоненький ручеек воды. — Надо было закопать ее под деревом, — сказал кто-то, — скоро тут будет лужа!       Остроух и еще несколько котов недовольно обернулись. Юный оруженосец, посмевший нарушить траурное молчание, пристыженно опустил голову и начал топтаться на месте.       «А ведь он прав, — невольно подумал Остроух, — еще пару дней дождя — и здесь ничего не останется от… могилы…»       Кремовый воин вздохнул. Он терпеть не мог церемонии прощания с погибшими. И ладно еще, если бы погиб кто-нибудь из почтенных старейшин! Но сейчас в вырытую с такой заботой яму опустили тело Серогривки! Опустили и тут же безжалостно засыпали землей, навсегда отрывая кошку от этого мира. И от него.       Будучи смелым воином, Остроух не раз видел смерть, хоронил своих друзей. чувствовал запах и вкус крови, видел безумие сражений… но сейчас он был окончательно сломлен. Его гордое сердце, его мужественная душа, горящая огнем молодых начинаний, пламенеющая от битв и полная безграничной преданности племени, теперь содрогнулись от ужаса и осознавания потери. Остроух затаил дыхание, вспомнив беззащитное серое тело подруги; откинутую назад голову; лужицу крови, растекавшуюся от нее; помятую шерсть, покрытую пылью; ужасную рану вместо глаз.       «Она упала головой прямо в колючий кустарник», — сказала потом воинам Мушка, которая была свидетельницей смерти Серогривки; она видела, как серая кошка оступилась на краю, заболтавшись; как, вскрикнув от неожиданности, полетела вниз, прямо в тот самый проклятый кустарник; как она снова закричала, но уже от боли; как прокатилась через камни и песчаные склоны до самого дна оврага…       Кремовый воин кашлянул. Невидимая когтистая лапа сжала ему горло. Воздух застревал в легких, было тяжело, будто кто-то пытался придавить Остроуха к земле.       «Не стоит, — сказал он сам себе, — Серогривку в этот мир не вернуть уже никакими силами. Сейчас она в Звездном племени, значит, с ней все в порядке. Значит, все хорошо… Ведь так?»       Бока крепкого кота содрогались. Он бы отдал что угодно, чтобы поверить в собственные слова! Нет, так нельзя! Все племя подавленно этой чередой ужасов, хотя бы он должен быть примером стойкости для других, как бы это ни было трудно.       Коты начали понемногу расходиться. Остроух стоял на месте до того момента, пока не начали затекать лапы. Тяжело вздохнув, кот направился к лагерю, чувствуя, как рвется на части сердце и горит душа. На полпути он оглянулся и последний раз взглянул на полянку, где рядом возвышались два земляные холмика. Дождь, будто злорадствуя, начал лить с новой силой так, что и вправду вокруг могил образовалась большая лужа, и два земляных холма скорбно возвышались над мутной водой, словно острова в море.       В животе заурчало. Остроух, весь в своих мыслях, подошел к куче с добычей и, схватив первую попавшуюся мышь, начал жевать, не чувствуя вкуса. Из головы не выходил вчерашний день. А ведь еще прошлым утром он так радовался, что Серогривка оправилась от смерти Вьюжницы, видел, как они с Мушкой пошли на прогулку, и даже представить себе не мог, что больше не увидит подругу живой. Словно гром среди ясного неба прозвучали крики Мушки: «Серогривка упала с обрыва!» До сих пор они зловещим эхом звучат в голове Отсроуха. Он почти не помнил, как прибежал к обрыву, спустился туда. Но он до конца своей жизни запомнил, как выглядело тело несчастной Серогривки. И Темноус. Что он там делал? Ведь он покинул территорию племени, утренний патруль обнаружил его запах далеко от границы. А вдруг… Нет, нет!       Остроух поперхнулся мышью. Этого не может быть!.. Но вдруг… Кремовый кот покачал головой, глядя на недоеденную тушку.       «Нет. Даже безумцы — а Темноус именно им и стал — не способны на такое зверство…»       И снова никакие доводы Остроуха не казались ему правдоподобными! И снова он, не без боли, окунулся в события прошедшего дня. Вот он, спотыкаясь от волнения, подбегает к телу Серогривки. Содрогается от ужаса — нет, это был не просто ужас. Это чувство нельзя описать. Его можно понять, только ощутив на себе, чтобы оно навсегда врезалось в память, терзало душу до самой смерти, навещало темными одинокими ночами. И вот, едва оправившись от потрясения, Остроух замечает Темноуса, еще более испуганного, ужасно худого, его тело трясется то ли от страха, то ли от слабости. Кровь! Его шерсть перепачкана кровью! Красная жидкость вперемешку с пылью и грязью на его лапах, на морде. Он весь в крови! Не успевает Остроух что-то сказать, как бывший целитель бросается бежать прочь, спотыкаясь на подгибающихся лапах.       «Это слишком странно…»       Белка, секунду назад деловито грызшая орех, внезапно сорвалась с места и бросилась к спасительному стволу дерева. Но едва она успела сделать пару прыжков, как острые кошачьи когти хладнокровно вцепились ей в бок. Зверек запищал от боли, но было уже поздно. Один точный укус в шею — и пушистый беличий хвост безвольно повис в пасти охотника.       Темноус с добычей осторожно прошел к кустам и, устроившись поудобнее, принялся за трапезу. Это была его первая добыча за все время его бродячей жизни.       Да, он обещал себе уйти из леса, ибо, будучи изгнанным из племени, не имел права ступать на земли лесных котов. Но у него просто-напросто не хватало силы воли, чтобы покинуть родные места, к тому же он совсем не умел выживать где-то вне леса. К тому же, Темноус чувствовал, что ему нельзя уходить. Что-то должно было произойти совсем скоро, и он это знал. Он знал это так же ясно, как-то, что ему грозит, если он не уйдет.       Он помнил о своем вчерашнем разговоре с Яролапкой, а именно так звали ту прекрасную кошку, которую он видел во снах. Да, он вспомнил! Вспомнил то, что успели забыть все, то, что так долго хранило в своем сердце озеро, то, о чем не помнит никто… кроме НЕГО.       «Они все вспомнят. И будут презирать тебя, Темноус! Ты ничтожество! Жалкий изгнанник!»       Черный кот потянулся и, лизнув лапу, провел ей за ухом. После многочисленных споров он понял, что этот противный голос лучше просто не замечать. Что-то вчера поменялось в Темноусе. Он вдруг стал холоден ко всему. Даже смерть Серогривки больше не могла поколебать его душу. Спустя так много переживаний, он стал полностью, абсолютно равнодушен. И он знал, что ему надо делать.       Как бы быстро Темноус не переставлял лапы, путь до Лунного камня с каждой секундой все сильнее казался ему бесконечным. Мышцы были какими-то ватными и слабыми, и хоть живот приятно отяжелел после съеденной белки, черный кот ощущал сильное недомогание. Откуда ни возьмись появилась боль в груди, запершило в горле. При каждом вздохе чувствовалось какое-то клокотание.       Снова начался дождь. Потоки воды, обрушившиеся с неба, застали Темноуса на открытой местности. Деревья остались далеко позади, а до Лунного камня еще далеко. Пошатываясь, кот побрел по тропинке, протоптанной еще много лет назад. Интересно, знают ли Звездные предки о том, что происходит сейчас в лесу? Наблюдают ли они за Темноусом прямо сейчас, провожая его в этот опасный, а может и последний его путь? Он знал, что после всего того, что натворил, точно лишен покровительства Звездного племени, но в глубине души продолжал надеяться на предков. А на кого ему еще надеяться?!       Тело кота содрогнулось, он зашелся в приступе кашля. Темноус припал к земле, из груди вырывался хрип, на какой-то момент потемнело в глазах. Когда кашель затих, черный кот долго еще лежал на земле, хватая ртом воздух и морщась от обжигающей боли в легких. Приподнявшись, он увидел на своих лапах и на земле крапинки крови.       «Красный кашель.» — обреченно подумал бывший целитель.       Встряхнувшись, Темноус продолжил свой путь, подгоняемый ливнем. Его почти не удивляло, что во время эпидемии Зеленого кашля, он заболел именно Красным. С другой стороны: какое значение имеет состояние его здоровья, если скоро все должно закончиться. Нужно только дойти до Лунного камня. Там и наступит финал этой полной ужасных странностей истории. У всего есть конец, и в первую очередь у терпения. Темноус не мог больше так жить. Он не мог перенести мысль о том, кем он успел стать, не мог просто продолжать жить, когда все дорогие ему коты лежат в могилах.       Великое Звездное племя, ведь он даже не попрощался с Серогривкой! Хладнокровие и равнодушие постепенно начали пропадать, все сильнее шевелилась в душе тревога.       И эти воспоминания… Это был слишком тяжкий груз!       Темноус остановился и с тоской посмотрел назад. Там был его дом, в котором его больше не ждут, там осталась его жизнь, его работа, там пылятся в палатке целителей его целебные травы, там похоронены его наставница и лучшая подруга… Там вся его жизнь, которая сегодня должна завершиться…       «Не останавливайся! — нетерпеливо воскликнул голос. — Это больше не твой лес! Дороги назад нет, есть только одна дорога — к Лунному камню! К твоей смерти! — последовала пауза, голос упивался горем Темноуса. — Ты — жалкий, презренный и малодушный кот, Темноус. Ты — убийца!.. Для чего продолжать эти мучения и мучать других? Перестань цепляться за прошлое и прими свою участь. Настало время платить за свои поступки!» — Настало…       Голос был прав. Если ОН ищет Темноуса, чтобы прервать его мучения, то зачем сопротивляться?       Новый приступ кашля заставил кота остановиться. Осталось немного. Дрожа от холода и боли во всем теле, Темноус вытер лапой рот.       «Это ничего. Скоро все пройдет.»       Дождь закончился, на землю лег тяжелый густой туман, когда Темноус увидел перед собой пещеру. Он на месте. Кот встряхнулся, пытаясь приободриться, его черный хвост нервно метался в воздухе за спиной. Что-то не так.       «Я тут не один!» — Темноус?!       Этот знакомый голос раздался так внезапно, что Темноус вздрогнул и резко развернулся, ища глазами говорившего. К нему, настороженно присматриваясь, подошел Остроух. — Что ты тут делаешь? — вырвалось у Темноуса.       Кремовый кот взмахнул хвостом. — Это я хотел спросить у тебя. Ты ведь ушел из леса, мы видели твои следы за его пределами. Так зачем ты вернулся сюда?       Лапы Темноуса снова задрожали. Что он должен был ответить? Взгляд Остроуха становился все более подозрительным, а в голове у черного кота, словно испуганные букашки, метались мысли. Даже голос, ни на минуту не оставлявший Темноуса, сейчас предательски замолк.       Остроух расправил плечи. — Понятно, — недовольно произнес он. — В любом случае, это ты расскажешь перед племенем. — Что?! — воскликнул Темноус, пятясь назад. Его тонкий черный хвост замер в воздухе.       Остроух нахмурился и тихо, но четко произнес: — Не знаю, что привело тебя обратно в лес. Ты мог просто уйти, и тогда упрекать тебя могла бы лишь твоя собственная совесть. — Он смерил худого кота презрительным взглядом. — Если она у тебя есть. Но ты не ушел, а вернулся — и куда? К Лунному камню! Священному месту, куда не должна ступать лапа таких, как ты. Во второй раз сбежать не получиться, Темноус. Теперь ты будешь отвечать перед всеми воителями, а потом и понесешь наказание.       «Чего ты ждешь?! — вдруг раздался из глубины разума голос, тот самый спасительный голос, придавший Темноусу сил. — Он не должен отвести тебя в племя! Лунный камень, помни про Лунный камень! Пока он отвлекся, нападай!»       Не понимая, что происходит, Темноус осторожно пригнулся к земле и стремительно бросился на Остроуха. Кремовый кот, не ожидавший такой решительности от еле стоящего кота, свалился на спину, но тут же точным ударом лапы отбросил Темноуса в сторону. Черный кот прокатился по земле и не сразу с большим усилием встал. — Не глупи, Темноус! — попытался Остроух воззвать к рассудку бывшего целителя. — У тебя нет сил, чтобы драться, а я не хочу, чтобы на моих лапах была твоя кровь.       Темноус не слушал его. Слишком сильно он боялся продолжения всех этих мучений.       «От лап соплеменника или от лап монстра из Сумрачного леса — не все ли равно?!»       Остроух не хотел драться, поэтому Темноус предпринял новую попытку нападения.       Медленно он обошел Остроуха кругом, и, сорвавшись с места, полоснул когтями по незащищенному боку. Воин, зарычал от ярости, вцепился Темноусу зубами в загривок и встряхнул так, что в глазах бывшего целителя помутнело. Холодность и сдержанность Остроуха мигом исчезли. Он был до глубины души оскорблен поведением кота, когда-то жившим с ним в одном племени. Сбросив обмякшего Темноуса на землю, он поставил лапу ему на грудь и прорычал: — Это ты виновен в смерти Серогривки? Отвечай!       Темноус молчал. Он приготовился к самому страшному, при этом с горечью вспоминая прикосновение холодной подушечки лапы к его щеке. Снова чьи-то безжалостные когти схватили его за сердце. — Отвечай! Не молчи! — тяжесть, упавшая на грудь Темноуса, увеличилась.       Черный кот лежал, безучастный ко всему. Внезапно ему стало не по себе. Так вот как чувствовала себя Мушка тогда. Что ж, он это заслужил…       «Не смей лежать! — вдруг раздалось в голове, — Ты не дошел до Лунного камня! Еще рано! БОРИСЬ!»       Темноус испуганно вздрогнул. Почему голос так хочет, чтобы он погиб именно возле Лунного камня? Разве не все равно, если он и так обречен? Но нет!.. Он и в правду не дошел до Лунного камня. Осталась пара шагов… — Прости меня, Остроух, — произнес Темноус так тихо, что кремовый кот пригнул голову, чтобы разобрать его слова, — Прости… Я не хотел. — Что? — переспросил Остроух, но ответа так и не получил.       Тело Темноуса вдруг напряглось, и воин почувствовал сильный толчок в живот. Непонятно, откуда у тощего измученного кота взялась сила для этого, но удар был точный и довольно болезненный. Остроух сделал два шага назад, стиснув зубы от боли. Воспользовавшись этим, Темноус вскочил на лапы и, разбежавшись, врезался в кремового кота. Сцепившись, они покатились по земле, отчаянно шипя. В какой-то момент Темноус понял, что силы его покидают. Он быстро осмотрелся вокруг, ища хоть что-нибудь, что поможет ему вырваться из объятий кремового воина. Но вокруг не было ничего, кроме каменных стен пещеры. Собрав все силы, черный кот прицелился и снова нанес тот же удар. Только теперь уже не в живот, а в грудь. Тело Остроуха резко подалось назад, послышался стук удара его головы о каменную стену. Лапы воина, крепко державшие Темноуса, расслабились и упали на пол.       Черный коту потребовалась минута, чтобы отдышаться. Зате он осторожно обошел тело Остроуха. На затылке его виднелась кровь. Темноус протянул дрожащую лапу, приложил ее к шее кремового кота и почувствовал слабое пульсирование.       «Он потерял сознание от удара.»       Вздох облегчения вырвался из груди Темноуса. Пусть ему нечего терять, но он не желал больше видеть чью-то смерть. Только сейчас боль от схватки прошлась по измученному телу. Отступать было уже некуда.       Нетвердым шагом черный кот вошел в пещеру. В третий раз за всю свою жизнь он видел перед собой Лунный камень, святилище, которое связывает мир живых с миром предков. Здесь его путь должен завершиться. Черный кот сделал пару шагов к камню. Луна только-только взошла на небо, и теперь вся пещера изнутри была освещена серебристым светом. Несмелые и слабые лунные лучи, отраженные от Лунного камня, падали крошечное пушистое тельце в углу пещеры. Подойдя чуть ближе, Темноус сразу узнал крапчатую рыжую шерсть. У его лап лежало скорченное тело Мушки. Еще издали бывший целитель приметил запах, исходивший от нее. — Смерть-ягоды, — сказал он шепотом, и этот шепот эхом разбежался по пещере, — Остроух пришел сюда по следам Мушки, и пока мы дрались… Но зачем ей это?       Некоторое время он молча смотрел в остекленевшие кошачьи глаза, в эти озера, навсегда покрывшиеся кромкой льда, на искаженную агонией мордочку, вывернутые лапы и остатки ярко-красных ягодок, раздавленных во время судорог. Чувство ужаса постепенно охватывало его, по спине пробежал холодок, внутри зашевелилась паника. Он не хотел умирать. Но ведь для этого он сюда пришел, ведь он решил прекратить эти мучения. Но почему же… Почему же так страшно?..       «Уже поздно, Темноус. Ты на месте, назад пути нет. Хоть раз в своей жалкой жизни поступи не как трус!»       Темноус шумно вздохнул, пытаясь успокоиться. Но стоило ему еще раз взглянуть на труп кошки, как паника возросла. Эти глаза. Они снова завораживали его, он чувствовал в них что-то манящее и пугающее, видел собственную смерть. Долго бы он еще сидел так, тупо глядя на уже холодное тело, если бы не сильнейший приступ кашля. В этот раз крови было слишком много. — Мне все равно долго не протянуть…       Стараясь больше не смотреть на Мушку, Темноус подошел к камню и, опустившись на пол, прикоснулся к нему носом.Впервые за все три посещения Лунного камня черный кот заметил, какой он холодный. В голове промелькнули слова Мушки, которая сейчас, не дыша, лежала рядом.       «Камень должен быть холодным, ведь ты общаешься с теми, кого уже нет. А от них веет холодом, ты разве не знал?»       Возможно этот холод был предзнаменованием близкого конца. Нет, об этом лучше не думать, сейчас нужно как можно скорее заснуть.       Темноус посильнее закрыл глаза и, чувствуя, как сверхъестественный холод охватывает его тело, углубился в свои мысли, не замечая, как проваливается в сон.