Кровавая месть

      Яркое ласковое солнце сезона Зеленых листьев проникало лучами в палатку оруженосцев. Она была почти пуста, и лишь в самом дальнем углу можно было разглядеть комочек черной шерсти.       Снаружи послышался топот чьих-то маленьких лап, длинная тень легла на пол. — Темнолап, просыпайся! — нетерпеливо произнес тоненький голосок. — Или ты собираешься проспать целую луну?!       Черный комочек шерсти зашевелился. В полумраке мелькнули желтые сонные глаза. Потягиваясь, Темнолап вышел из палатки. Там его ждала миниатюрная кошечка снежно-белого окраса. Как всегда, она выглядела идеально. Белоснежная шерсть безукоризненно вылизана так, что ни один волосок ни выделяется, грудка гордо и надменно выставлена вперед, янтарные глаза смотрят цепко и будто смеются, в них мелькают озорные искорки.       Темнолап зевнул. — Проснись уже, соня! — засмеялась кошечка тоненьким голоском, от которого у Темнолапа пробежала приятная дрожь по спине, и тот блаженно улыбнулся. — Вьюжница, между прочим, уже ушла за травами. — Как давно? — уточнил оруженосец.       Янтарные глаза кошки лукаво усмехнулись. Но при этом в них мелькнуло что-то мягкое, от чего Темнолап слегка смутился, но не мог отвести взгляд. — Только что. А мне велела растолкать тебя. Поспеши, еще не хочешь ее разозлить.       Взмах тонкого гибкого хвоста — и хрупкая прелестная фигурка уже удаляется в куда-то. Темнолап завороженно смотрел ей вслед. Видимо, Яролапка чувствовала его взгляд, она вся распушилась и шла медленно, переставляя лапу за лапой. Ее хвост тоже медленно, в такт шагам, покачивался в воздухе. Яролапка резко оглянулась. Темнолап опустил голову, мысленно представляя игривую улыбку кошечки и ее прекрасные янтарные глаза, которые так манят, но в которые ему нельзя смотреть. Нельзя, иначе он просто сойдет с ума. Начнет колоть сердце; станет слишком легко, даже пусто внутри; днем и ночью он будет видеть лишь эти глаза, мечтать о них и об этой улыбке. Это чувство ему испытывать запрещено. Он — будущий целитель, его сердце не должно болеть.       Когда Темнолап поднял глаза, надеясь хоть на секунду снова увидеть этот игривый взгляд, белой кошечки уже не было. Ученик целителя оглянулся, но так и не нашел ее.       Вьюжница, как всегда, ворчала себе под нос. Ну и пусть, думал Темнолап, пусть она будет дальше занята своим ворчанием, тогда, может, и не заметит того, что происходит с ним.       Он уже вторую луну был учеником целительницы. Однако за это время научился немногому. В его наивной, забитой детскими глупостями голове не хватало места для трав. Темнолап постоянно путал названия; собирал травы крайне неаккуратно и приносил их в палатку вместе с мусором; никак не мог запомнить для чего целители используют эту противную крапиву; когда Вьюжница просила отнести старейшинам маковых семян он рассыпал их по неосторожности; но самым ужасным в работе целителя для него было изготавливать мази. Травы мало того, что могли неприятно пахнуть, так их еще приходилось разжевывать, после чего во рту оставался противный привкус. И все это потом надо было наносить на раны котов, а Темнолапу почему-то было ужасно неприятно брать лапами то, что только что было у него в пасти.       Но все-таки, именно этого он и хотел. С самых малых лет он избрал для себя путь целителя. Об этом знали все, но только никому из стыда черный котенок не признавался, что на самом деле его привлекает не возможность лечить соплеменников. Он до одури боялся драк, запах крови — только если это не кровь только что пойманной мышки — вызывал панику. Он не хотел быть целителем, но просто боялся, что, будучи воином, покажет свою трусость. И Темнолап сделал свой выбор. Ведь видеть кровь, когда обрабатываешь чьи-то раны и буквально захлебываться ей на поле боя — это абсолютно разные вещи. Быть учеником целителя оказалось куда труднее, чем думал Темнолап, но все же спокойней и безопасней, чем воином.       Когда они с Вьюжницей, нагруженные травами, вошли в лагерь, первое, что бросилось Темнолапу в глаза — две кошачьи фигурки: одна с белоснежной шерстью, хвост все так же настороженно двигается, словно змея, высматривающая добычу, другая с рыжей шерстью и темными крапинками на спине, хвост просто лежит в пыли, никакого загадочного движения змеи перед броском. Секунда — и уже янтарные цепкие глаза смотрят в самую его душу, видят все, что он пытается спрятать подальше, и на аккуратной кошачьей мордочке снова играет лукавая улыбка. Темнолап отвернулся. Почему он никак не может заставить себя больше не смотреть в эти глаза?       Быстрые, уверенные шаги сзади — это она. Темнолап стиснул травы в зубах. Что ей еще нужно? Почему? Почему ей плевать на всех тех, кто так жаждет ее внимания? Целыми днями за ней гоняются все оруженосцы племени и даже совсем молодые воины. Все они только и мечтают, что утонуть в этих надменных, прекрасных янтарных глазах. Неужели ей всего этого мало? Что ей нужно от него? — Темнолап, вы быстро вернулись!       Черный котик пробормотал что-то сквозь травы во рту. Яролапка улыбнулась своей ядовито-нежной улыбкой, ей так нравилось смущать его. — А мы с Рыжелапкой хотим прогуляться вдоль границ. Ты с нами?       Темнолап замер на месте. Он оглянулся посмотреть, не шутит ли она. Но нет, ее прекрасные глаза пусть и смеялись над ним, но она точно говорила не в шутку. Черный котик покосился на Вьюжницу. К счастью, кошка была вся в своих мыслях и не услышала слов Яролапки. — Ну? Чего ты молчишь? — в глазах белой кошечки снова усмешка. — Нет! — голос Темнолапа дрожал, он чувствовал себя жалко. — Вы в курсе, что оруженосцам нельзя выходить из лагеря без наставников?!       Яролапка усмехнулась. У ученика целительницы пробежали мурашки. — Между прочим, я уже почти воин, — гордо подняв голову, сказала она, — это ты только-только начал учиться, малыш! А я уже через пару лун стану воительницей и буду защищать тебя и твои травы от злых и страшных врагов.       Темнолап отвел глаза и недовольно взмахнул хвостом. Малыш! Какая же она наглая и надменная! И какая же она… красивая. — Так ты идешь? — глаза сами, за нее, говорят: «Я знаю, что ты, трусишка, не решишься на это. Что скажешь, малыш?» — Иду…       Все внутри протестовало, разум велел не делать глупостей и вернуться к Вьюжнице. Но разве можно было позволить ей смеяться над ним?! Он вовсе не малыш! И специально, назло Яролапке, Темнолап выплюнул пучок трав и наступил на него лапой. — Так мы идем? — спросил он.       Кошечка засмеялась. Ну вот опять. Опять он сделал глупость ей на радость. Каждый раз, когда Яролапка смеялась, что-то внутри Темнолапа вздрагивало, по телу пробегала дрожь. Вслед за Яролапкой захихикала и Рыжелапка. Темнолап фыркнул.       «Я вам не посмешище!» — Пошли уже! — пробормотал он и решительно пошел к выходу из лагеря. — Ей, ты куда? — снова насмешливо спросила ему вслед Яролапка. — Не видно? К выходу! — Так нас и выпустят! Пошли, я знаю, где есть лаз. За мной!       Рыжелапка хихикая, поспешила за сестрой. Темнолап понуро последовал за ними. Лаз находился прямиком за палаткой оруженосцев, прикрытый ветками и травой. Гордый вид Яролапки подсказывал, что это ее работа. — За мной!       Мелькнул белый хвост — и вот Яролапка уже снаружи. За ней пролезла через лаз и Рыжелапка. Темнолап выбрался последним, чувствуя, что сильно пожалеет.       Через пару минут она уже бодро шли по тропинке. Яролапка и Рыжелапка весело болтали, Темнолап шел позади, вздрагивая от каждого шороха. Ему каждую секунду казалось, что вот-вот их поймают, с позором отведут в лагерь, заставят отчитываться перед наставниками. Лишь бы все прошло быстро!       Какой-то шорох в кустах. Котята замерли. Рыжелапка настороженно принюхалась. — Мышь! — тихо воскликнула она и, припав к земле, медленно поползла к кустам.       Темнолап почувствовал, как гибкий хвост Яролапки касается его плеча. Он постарался не поднимать головы, чтобы снова не наткнуться на этот насмешливый взгляд. — Темнолап, — сказала кошечка тихо, чтобы сестра не услышала, — скажи: я красивая?       Темнолап вздрогнул. Зачем ей это? Почему она так любит издеваться над ним?!       Конечно она красивая! Иначе бы он просто не позволил ей так себя вести с ним. Темнолап мог спокойно нагрубить кому угодно, даже Вьюжнице, но не Яролапке. Рядом с ней он и в правду малыш, не способный сказать ни слова против.       Темнолап не удержался, поднял голову и наткнулся на глаза Яролапки, вопросительно глядевшие прямо на него. — Не знаю…       Яролапка помрачнела, видимо, она ждала более пламенного ответа. Черному котику снова стало не по себе. — Ну ладно. — снова лукавая улыбка. — А вот представь: если бы ты не пошел в ученики к Вьюжнице, а был оруженосцем, как мы? Ты, конечно, и так спишь в палатке оруженосцев, с нами, но… — Потому что в палатке целителей мало места, — вырвалось у Темнолапа.       Яролапка кивнула. — Я знаю. Но если бы ты был, как мы с Рыжелапкой… если бы не этот глупый целительский закон… ты бы мог полюбить меня?       Лапы черного котика задрожали. Что он должен ответить?! Он не мог оторваться, продолжал смотреть в эти прекрасные глаза, и Яролапка видела его волнение. Она все еще улыбалась. Ей был известен ответ, она уже нашла его в глубине души будущего целителя.       Вот именно — целителя! — Ты же знаешь, я ученик целителя, мне нельзя даже думать о таком! Таков целительский закон, и он вовсе не дурацкий!       Яролапка вздохнула: — Опять ты за свое! Я же говорю: если бы… — Никакого «если бы» быть не могло! Я в любом случае стал бы целителем, потому что… — Потому что ты трусишка.       Темнолап возмущенно кашлянул и резко отвернулся. Зачем она начала этот глупый разговор? И зачем он согласился на эту глупую прогулку?! — Не обижайся, глупыш, — теплая щека Яролапки коснулась щеки Темноуса, — я же пошутила.       Темнолап хотел что-то сказать, что-то такое, что выразило бы все его спорные чувства сразу, но в этот момент к ним подбежала Рыжелапка с белкой в пасти. — Представляете! — радостно воскликнула она. — Побежала за мышкой, а поймала белку! Смотрите, какая жирная. Она еле-еле переставляла лапы, когда я за ней погналась. — Ты молодец, сестренка, — промурлыкала Яролапка как ни в чем не бывало, — А теперь давайте перекусим.       Белка на самом деле была жирной и очень вкусной. Желудок Темнолапа приятно потяжелел, волнения и тревоги задремали на время глубоко в душе. И пусть он чувствовал, что Яролапка все еще настойчиво смотрит на него, до сих пор ожидая ответа на свой вопрос, он знал, что поступает правильно, игнорируя этот взгляд. — Яролапка, — захихикала Рыжелапка, — ты скоро в Темнолапе дыру протрешь!       Черный котик с благодарностью посмотрел на нее. Яролапка встряхнулась. — Я и не знала, Темнолап, что ты у нас такой неженка! — снова эта улыбка. — Ну ладно, погуляли — и хватит! Нам с сестрой еще нужно тренироваться. Мы отрабатываем кое-какие приемы, — она загадочно подмигнула, — если хочешь, можешь прийти и посмотреть. Ели Вьюжница не загрузит тебя, мой бедненький, работой. — Приду. Обязательно. — буркнул Темнолап. — А сейчас пошли, нас наверняка уже ищут.       Идя следом за сестрами, Темнолап с наслаждением думал, как расскажет обо всем Вьюжнице, а та передаст его слова их наставникам. Тогда посмотрим, кто будет бедненький. Он, конечно, тоже получит выволочку, но это того стоит. Вдруг кошечки, идущие впереди, замерли. Яролапка насторожено осмотрелась и понюхала воздух, ее хвост замер — так змея готовится к смертоносному броску. — Охотничий патруль! — воскликнула кошечка. — Что же делать? — вырвалось у Темнолапа.       Рыжелапка посмотрела наверх. — Давайте на дерево!       Темнолап неуверенно затоптался на месте. Он не умел лазил по деревьям, но разве сейчас есть время на признание?       Неуверенно он вцепился когтями в ствол и, нелепо болтая задними лапами, кое-как взобрался на ветку к Яролапке и Рыжелапке. — Тихо, — шикнула Яролапка, когда Темнолап шумно вздохнул.       Прямо под ними были воины их племени. Они уже заметили запах оруженосцев и теперь обнюхивали то место, где пару секунд назад стояла Яролапка.       «Какой смысл прятаться? Они все равно поймут, что мы на дереве!»       И точно, один из воинов поднял голову и понюхал воздух. Он не увидел их среди листвы, но понял, где искать. Кошечки настороженно следили за каждым его движением. Тут Темнолап с ужасом понял, что теряет равновесие. Прячась подальше в листве, сестры оттеснили его к самому краю ветки, и теперь он из последних сил сжал эту ветку когтями. Ему вдруг показалось, что весь мир замер, затем лапы вдруг полегчали, раздался хруст, вдруг Темнолап почувствовал сильный удар в бок и вскрикнул. — Смотри! — громогласно крикнул какой-то воин.       Темнолап открыл глаза. Он лежал на земле по деревом, сжимая лапами все ту же злополучную ветку. Над ним стояли воины. Один из них покачал головой, затем поднял взгляд вверх и крикнул так, что задрожали листья: — Эй там! Слезайте сейчас же, если не хотите так же упасть!       Послышалось недовольное сопение, среди листвы мелькнула белая шерстка. Легкий прыжок — и Яролапка уже рядом с Темнолапом. Вскоре примеру сестры последовала Рыжелапка.       Воин смерил их грозным взглядом. — Потрудитесь объяснить…       Темнолап, опомнившись, встал с земли, оттолкнул лапой кусок ветки и приготовился уже просить прощения, но поперхнулся, услышав возглас Яролапки: — Это все Темнолап придумал!       Черный котик изумленно уставился на Яролапку. Как она смеет так врать?! Как у нее хватило наглости подставить его?! И главное: за что она так с ним?..       Воин перевел взгляд на Темнолапа. — Это правда? — Да! — воскликнула Рыжелапка, не дав черному котику раскрыть рот. — Он позвал нас погулять вдоль границы. Мы вышли через лаз, он сам сказал, что вырыл его, чтобы гулять по ночам в лесу!       Воин посмотрел на Яролапку.       «Не смей этого делать! Не надо, ведь…» — Это правда, — спокойно сказала белая кошечка и так же спокойно посмотрела на Темнолапа. В ее глазах больше не было насмешки или тех озорных искорок. Они были холодны и равнодушны.       Воин с укором посмотрел на котенка. — Тебе предстоит многое объяснить… Но это потом, а сейчас идем в лагерь. Вы все сегодня понесете наказание.       Остальные воины, молча наблюдавшие за этим, развернулись. Котята, опустив головы, пошли следом.       «Почему? Я же не виноват!»       Темнолап вдруг ощутил невероятную горечь. Может он ослышался? Неужели его оклеветала Яролапка, которая совсем недавно пыталась добиться от него признания в любви? Та самая прекрасная кошечка, от которой у него на душе так тепло, от которой он боялся сойти с ума?       «Я заслужил это! Не нужно было уходить, нужно было остаться с Вьюжницей, пусть они смеялись бы тогда надо мной…»       Из палатки предводителя Темнолап вышел чернее тучи. Его отругали, как провинившегося котенка из яслей. Мало того, его обвинили в неисполнении своих обязанностей ученика. В наказание ему предстояло целую луну — луну! — вылавливать блох у старейшин и менять их подстилки каждые три дня. И в дополнение ко всему закопать хорошенько лаз, чтобы больше никто из оруженосцев не смог убежать без спроса.       На душе у Темнолапа было горько и тяжело. Ведь он ни в чем не виноват. Его наказали незаслуженно! Но разве мог он сказать об этом и выдать ее?! Мог, в том-то и дело. Но не стал.       Темнолап вдруг почувствовал, как кто-то трется о его бок. — Ну ты как?       Черный котик отвернулся. Яролапка мягко тронула его щеку лапой. — Ну ты чего, обиделся, малыш? — Да! — воскликнул Темнолап, резко отскочив от Яролапки. — А чего ты ожидала?! Вы с Рыжелапкой настоящие предатели! Как легко свалили всю свою вину на меня, а ведь я вам говорил, что не стоит никуда идти! И я тебе никакой не малыш, ты всего на пару лун старше!       Яролапка наклонила голову набок. В ее глазах была прямая насмешка. — И все-таки ты с нами пошел. И еще: именно из-за тебя нас заметили. Если бы ты не упал, они бы пошли по нашим следам дальше в лес. Но ты, трусишка, свалился с ветки. Так что мы еще поступили справедливо, ведь это ты все загубил!       Черный котик возмущенно топнул лапкой. — Я?! Ты сейчас вообще серьезно? — Конечно серьезно, — хотя глаза ее смеялись.       Яролапка обошла Темнолапа кругом, ее хвост-змея дотронулся до его подбородка. Котик фыркнул. — Перестань! — Что «перестань»?       Шерсть на загривке Темноуса встала дыбом. Сейчас он выскажет все. — Перестань это делать! Тебе так нравится издеваться надо мной?! Я вижу, что нравится! Я — будущий целитель, у меня не должно быть пары! Почему из всех котов ты решила мучить именно меня?!       Яролапка захихикала. — Дурачок. Никто над тобой не издевается. Но да, ты прав: мне это нравится. Ты очень милый, когда смущаешься. А еще очень забавный, когда злишься, как сейчас.       Она подошла совсем совсем близко и лизнула Темнолапа в щеку. Тот испуганно отпрянул, словно обжегшись. — Хватит! Что тебе от меня нужно?! — Совсем малость, — она снова приблизилась к нему так, что ее нос касался его носа, — просто признайся, что любишь меня.       Эти слова были произнесены шепотом, но они оглушили Темнолапа. Секунду-две он так и стоял оглушенный, прижавшись к Яролапке. — Нет!       Он резко оттолкнул ее от себя.       «Я больше не намерен терпеть этого!»       Яролапка вдруг перестала улыбаться. Ее хвост-змея испуганно замер в воздухе, но уже через секунду бешено заметался, словно желая ужалить Темнолапа. В глазах Яролапки блеснули слезы, искорки исчезли, разгорелось пламя ярости. — Какой же ты… — прошептала кошечка, давясь слезами, — какой же ты… Дурак!       Она резко развернулась и решительно направилась к палатке оруженосцев. Темнолап оставался стоять на месте. Он поступил правильно. — Молодец, теперь ты доволен?       Черный котик обернулся. Рыжелапка! Она все видела!       Рыжелапка нахмурилась: — Не подходи больше ни ко мне, ни к моей сестре! — сказав это, она пошла вслед за Яролапкой к палатке оруженосцев.       «Какая наглость! Это они, они все время приставали ко мне, не давали спокойно жить. А теперь — не подходи! Вот и не буду, это только мне и надо! Наконец-то эти издевательства закончились!»       Когда Темнолап, задыхаясь от усталости, смог-таки завалить лаз камнями и землей, к нему подошла Вьюжница. — Вот ты где! — А где мне еще быть? — спросил угрюмо котик, встряхиваясь от пыли.       Целительница фыркнула. — Откуда я знаю, что могло прийти тебе в голову!       Темнолап отвел глаза. Не хватало только, что наставница начала читать мораль. — Подумать только! — воскликнула Вьюжница. — Сбежал из-под носа наставницы! И даже не донес травы до палатки — бросил их пыли! Надеюсь, что тебе очень стыдно, потому что так и должно быть! — Но это не я! — от отчаяния Темнолап хотел закричать, — Это все Яролапка и… — Не надо сваливать вину на других! — перебила Вьюжница. Ее глаза метали молнии. — Раз уж ты закончил, то пошли — у тебя полно работы!       Темнолап, фыркая от отвращения, тянул старую подстилку из палатки старейшин. Сейчас он только и мечтал о том, чтобы лечь в палатке оруженосцев, даже на пустой желудок, и спокойно заснуть до самого вечера. И когда он, благодаря Звездное племя, направлялся к палатке, к нему вдруг подскочила Рыжелапка. Холодно глядя на него, она сказала: — Тебя зовет Яролапка. — Что ей еще нужно?       Рыжелапка проигнорировала вопрос. — Она хочет с тобой поговорить, пошли.       Темнолап, снова предчувствуя что-то нехорошее, пошел за рыжей кошечкой. Рыжелапка прошла через весь лагерь и остановилась перед стеной из зарослей. Там виднелся совсем небольшой, только что вырытый, судя по всему, лаз. — Вы что, издеваетесь? — задыхаясь от возмущения, воскликнул Темнолап. — Иди, она ждет. — Ну уж нет! Вы снова хотите меня подставить?! Я больше не собираюсь отвечать за ваши глупости!       Рыжелапка хмыкнула и, схватив Темнолапа за загривок, толкнула к лазу. — Эй!       Оказавшись за пределами лагеря, Темнолап вдруг почувствовал что-то тревожное. Это странное чувство заставило его молча идти следом за Рыжелапкой сквозь заросли и кусты, хоть он и не знал, куда они идут. Шли они не так уж долго, наконец Рыжелапка остановилась. Тогда черный котик осмотрелся, что понять, где они. — Мы пришли к озеру. Она тут? — повернулся к Рыжелапке.       Рыжая кошечка кивнула. — Да, — она развернулась, — я пошла к лагерю, это ваш личный разговор. Удачи!       Хихикнув, она скрылась в зарослях. Темнолап оглянулся. — Яролапка! Ты где?       Котик остановился возле кромки воды и стал осматривать местность вокруг. Озеро по форме было почти идеальным кругом, Темнолап пару раз приходил сюда с Вьюжницей и любовался, как на водной поверхности отражаются деревья и пушистые облака на небе. Но сейчас озеро почему-то не казалось ему таким прекрасным. Он чувствовал, что должно случится что-то плохое.       «Где же Яролапка?» — мысленно воскликнул он, чувствуя, как холодеют лапы.       Между кустами мелькнула белая шерсть. Темнолап поспешил туда и вскоре увидел Яролапку, сидящую под деревом. Дерево было невероятно высоким, с массивными ветками, казалось, оно прорезало небо своей вершиной. Быть может на самых верхних ветвях этого дерева отдыхают Звездные предки после удачной охоты. Темнолап еще раз окликнул Яролапку. Она, казалось, даже не заметила его. — Ты что-то хотела мне сказать? — специально как можно громче спросил черный котик.       Яролапка повернулась, ее холодные и цепкие янтарные глаза устремились на Темнолапа, у того по спине пробежали мурашки. — Не сказать, — мяукнула кошечка, — скорее показать. Смотри.       Она приподняла лапку. На земле мелькнуло что-то красное, но только Темнолап хотел подойти и рассмотреть предмет поближе, как Яролапка снова опустила лапу. — Ты знаешь, что это? — спросила она так же холодно. — Не могу понять, — нехотя признался Темнолап, который не рассмотрел загадочный предмет.       Яролапка усмехнулась и сказала недобрым голосом: — Это, мой дорогой, смерть-ягоды. Слышал про такие? Одна крохотная ягодка убивает взрослого кота за секунду (тут она явно преувеличивала). Неужели Вьюжница не рассказывала тебе о них?       Шерсть на спине Темнолапа встала дыбом. — Зачем они тебе? — прохрипел он.       Улыбка на мордочке Яролапки стала какой-то гадкой, ядовитой. — Ты — настоящий мерзавец! Своими словами ты вчера разбил мне сердце! — улыбка пропала с мордочки, глаза стали жесткими. — Я не спала всю ночь. думала о тебе, а ты наверняка преспокойно дремал. — Я весь день работал! — Дай мне сказать! — оборвала котика Яролапка. — Я поняла, что тебя, мышеголовый, сможет заставить задуматься лишь моя смерть! Теперь ты рад, кровопийца?       Темнолап был настолько ошеломлен словами белой кошечки, что воздух застрял у него в легких. Он — кровопийца? Значит, это он виноват во всем? Почему Яролапка говорит так, будто это он не давал ей покоя, а потом еще выуживал признание. Он ведь ничем не навредил ей!       Яролапка, не услышав от собеседника ни слова, продолжила с каким-то наслаждением: — Сейчас я съем эти ягоды перед тобой. И тогда наконец в тебе проснется совесть, только будет уже поздно! Малыш!       Оцепенение пропало, Темнолап подбежал к Яролапке, но та ловко отскочила и легко взобралась по стволу дерева. — Отдай ягоды! — крикнул ей вслед котик. — Не глупи! — Нет!       Кошечка помахала лапой, в которой держала ягоды, как бы дразня Темнолапа. — Давай, давай! Я знаю, ты боишься лазать по деревьям!       Темнолап прыгнул на ствол, пока он лез, Яролапка продолжала насмехаться. — Неужели ты не боишься упасть? Смотри, какая страшная ветка!       Наконец Темнолап оказался на одной высоте с Яролапкой. Он опасливо глянул вниз. Они забрались не так уж высоко, но лапы все равно дрожали. — Яролапка, пожалуйста, успокойся, — пробормотал Темнолап, — зачем тебе я? Есть много других котов, которые на самом деле тебя любят. — Ты оказался признаться мне в любви! — взвизгнула кошечка. — На такое еще никто не решался! Ты оскорбил меня, разбил мне сердце!       «Какая дура! — отчаянно подумал Темнолап. — Она просто играется. А я, мышеголовый, ей верю. Нужно просто уйти, не станет она есть никакие ягоды. Ей просто нравится меня мучить. Кто еще из нас настоящий кровопийца?!»       Темнолап хотел уже развернуться и уйти, не сказав ни слова, но тут Яролапка поднесла ягодки ко рту. Ничуть не колеблясь, она аккуратно взяла их зубами и начала жевать. — Выплюнь! — взвизгнул Темнолап не своим голосом и бросился к кошечке. — Нет! — ответила та, но тут на нее налетел Темнолап.       Через мгновение черный котик понял, что лежит на земле. Рядом с ним лежала Яролапка. Котик пораженный уставился на ягодку, которую Яролапка, видимо, потеряла, когда лезла на дерево. Сейчас Темнолап понял: ягодка вовсе не красная, а оранжевая!       «Это не смерть-ягоды!» — Ты меня обманула! — возмущенно воскликнул котик, подскакивая к Яролапке. — Тебе просто хотелось в очередной раз поиздеваться! Я не понимаю, что ты от меня хочешь! Признания в любви? Получай! Я люблю тебя! Слышишь? Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ЯРОЛАПКА! Да, это правда, и ты это знаешь, поэтому и насмехаешься надо мной! Но я прошу — хватит! Я больше не вынесу этого, разве тебе меня не жаль?!       Кошечка не ответила. Она продолжала лежать возле толстого корня дерева, высовывающегося из земли. — Яролапка?       Темнолап осторожно подошел к кошечке. Сердце тревожно запульсировало; котик протянул лапу и перевернул Яролапку мордочкой к себе. Крик ужаса вырвался из груди котика, он отпрянул. Один глаз Яролапки был прикрыт, другой смотрел куда-то сквозь Темнолапа, на виске возле закрытого глаза была кровь. — Яролапка? — просипел черный котик.       Ответа не было. Темнолап с ужасом смотрела в одну точку, задыхаясь от ужаса. Яролапка была мертва.       «Она умерла не из-за ягод, — подумал Темнолап, стоя в ступоре, — это все я… Это я столкнул ее с дерева! Она ударилась головой о корень, вот ее кровь… Великое Звездное племя, это ее кровь!»       В голове ученика целителя замелькали мысли. Он никогда не видел мертвых котов так близко. Неужели Яролапка… Нет, это же дикость! Как может быть, чтобы кошка только что говорила с ним, дышала, а теперь…       «Что теперь будет? Когда тело Яролапки найдут, Рыжелапка сразу скажет всем про меня! Меня прогонят из племени! А что, если… А если они НЕ найдут тело Яролапки?»       Темнолап сделал пару шагов и уставился в свое отражение. Озеро было совершенно спокойно. Казалось, оно не видело того, что тут произошло и сейчас спокойно дремало. На поверхности по-прежнему отражались деревья, облака, птицы — весь мир, тихий и спокойный, равнодушный мир.       «Она сама виновата! Если бы она не начала разыгрывать несчастную любовь, сейчас бы все было хорошо.»       Кромка воды всколыхнулась. Темнолапу пришла в голову ужасная мысль, но это была его надежда на спасение. Он осторожно взял Яролапку за загривок — тело было холодным и вдруг потяжелело — и, не до конце понимая, что делает, понес к озеру.       Птицы пели в вышине, облака лениво ползли по небу, листья деревьев шумели. Все это отражало на своей поверхности озеро. Всему миру было абсолютно все равно, никто не собирался оплакивать смерть белой кошечки. Темнолап стоял по горло в воде, делая огромные усилия, чтобы не свалиться. Лапы подгибались, от каждого удара сердца тело содрогалось, и по водной гади пробегали волны. Еле-еле передвигая лапами, котик вышел из воды. Вот и все. Он обернулся и посмотрел на то место, где теперь лежало тело белой кошечки.       Что же он наделал?!       «Великое Звездное племя! Прошу тебя, не бросай меня! Помогите мне, Звездные предки, я не хочу быть убийцей. Пожалуйста… Сделайте так, чтобы никто больше не вспомнил о Яролапке, умоляю вас! Лесное Озеро, молю, спрячь ее тело, пусть его никто не найдет. Скрой ее в своем сердце навсегда. Пожалуйста, предки, не бросайте меня! Я… мне… так страшно… Умоляю вас, помогите!..»