Кровавая месть

      Темноус открыл глаза и оглянулся. Вокруг было темно, но когда кот опустил голову, то увидел свои лапы так четко, будто бы при солнечном свете. Он осторожно сделал шаг. Его лапа наступила на что-то твердое. Значит, тут есть земля, хоть Темноус ее не видел. Внезапно пахнуло холодом. Таким жутким, сковывающим тело, каким-то мертвенным. Мышцы напряглись и словно окаменели, в груди зашевелилась тревога.       Шаги. Темноус не услышал их, а скорей почувствовал. Он обернулся, и его желтые глаза встретились с прекрасными янтарными глазами, навсегда потухшими от отчаяния. — Яролапка! — Темноус облегченно вздохнул. Именно с ней он и хотел поговорить больше всего на свете. Прежде чем…       Кошечка слабо улыбнулась и взмахнула хвостом. — Но подожди, — вдруг сказал Темноус, — я ведь должен был проснуться в Сумрачном лесу, почему я здесь? — Я очень хотела с тобой поговорить. — ответила Яролапка совсем тихо, голос ее был настолько слабым и тихим, что Темноус подошел поближе, чтобы слышать ее слова.       В горле черного кота появился тугой ком, на глаза навернулись слезы, все внутри задрожало, хотя он больше не чувствовал холода. — Я… Прости меня, Яролапка, — дрожащим голос произнес он, упершись лбом ей в плечо, — это из-за меня… из-за меня тебя все забыли… — Я знаю, — холодно ответила Яролапка, — но твоей вины тут абсолютно нет. Во всем виновата я. Из-за меня с тобой все это и происходит, из-за меня ты сегодня… погибнешь.       Она опустила голову и затряслась от рыдания. Темноус положил лапу ей на плечо и дрожащим от нервов голосом сказал: — Я тебя не виню. И на погибель я иду по своей воле. Это мое решение… Мушка больше не должна никому навредить, я попытаюсь остановить ее.       Ему было стыдно признаваться, что он решил прекратить свои мучения, отдавшись в лапы смерти. Было просто стыдно признавать себя трусом. Он хотел быть сильным рядом с Яролапкой. — Темноус, — прошептала Яролапка, когда слегка успокоилась, — прошу, исправь все то, что я натворила!       Черный кот кивнул. — Обещаю.       Он прижал ее к себе и почувствовал мертвенный холод, исходящий от Яролапки. Наступила пауза, и чтобы сгладить неловкость, Темноус спросил: — Но где мы? Что это за место?       Белая кошечка пожала плечами, она все еще вся дрожала. — Не знаю. Но все эти долгие луны я провела здесь. Я пыталась исследовать это место, но тут просто ничего нет. Только пустота.       «Опять пустота!» — Почему Звездные предки не приняли тебя к себе?       Яролапка грустно усмехнулась: — Ты еще спрашиваешь?       Черный кот изо всех сил пытался найти слова, способные утешить ее, но разве такие есть? — Но ведь… ведь ты изменилась, — он прижался щекой к ее лбу. — Это сейчас. Когда ты здесь, ничего не остается, кроме как думать. Заглядывать в прошлое и думать, заслужил ли ты такую участь, а потом с ужасом осознавать — да, заслужил. — Не говори так!       Яролапка отстранилась от Темноуса и посмотрела на него своими янтарными, полными боли и слез глазами. — Но это ведь правда, Темноус! Я — настоящее чудовище! Из-за меня ты мучился в детстве, из-за меня Мушка творит ужасные вещи, из-за меня погибли Вьюжница и Серогривка, из-за меня ты больше не целитель, а теперь ты погибнешь ИЗ-ЗА МЕНЯ!.. — она бессильно опустила голову. — Я бы очень хотела сопровождать тебя в Сумрачном лесу, но я не могу попасть ни туда, ни на территорию Звездного племени. Но пожалуйста — будь осторожен! Я ведь… я ведь тебя люблю…       Она лизнула его в щеку, затем, не глядя ему в глаза, отвернулась и медленно зашагала прочь, ее тело начало таять в окружающей тьме и вскоре вовсе исчезло. Темноус остался один.       Через секунду он вдруг начал различать вокруг себя очертания жутких деревьев с изогнутыми стволами и цепкими когтистыми лапами-ветками. Алый туман окутывал все вокруг. И запах. Опять этот запах гнили! Запах прогнивающих душ, которые тут скитаются в бессмысленном поиске выхода.       Темнолап вздрогнул. Неужели его душа обречена на те же вечные скитания, неужели он тоже будет гнить изнутри? Нет, этого не будет! Лучше об этом совсем не думать. Сейчас у него только одна цель: остановить Мушку, хотя бы попытаться. Ведь он пообещал Яролапке, он пообещал себе. Кот, осторожно шагая и постоянно нервно оборачиваясь, начал двигаться вперед.       Яролапка… Каково ей сейчас? Неужели Звездные предки настолько жестоки, что обрекли ее на такое? И виноват в этом он. Но так ли? Темноус с некоторой теплотой вернулся мысленно в прошлое, когда он был еще невнимательным учеником Вьюжницы и носил имя Темнолап. Он вспомнил, как искоса поглядывал на прекрасную Яролапку, как он ненавидел ее за то, что против воли полюбил. Слышала ли она его признание тогда? Ведь ее душа была рядом. В голове возник образ сестры Яролапки — рыженькой, постоянно поддакивающей и веселой Рыжелапки. Сейчас у нее другое имя. Мушка. Вместе с именем изменилась и она сама. Как странно, но, окунаясь в прошлое, Темноус видел Мушку совсем другой. Это была веселая, озорная кошечка, всюду следующая за сестрой, сейчас же… сейчас на ее совести смерть двух кошек.       Совсем рядом какой-то шорох. Черный кот оглянулся. В темноте мелькнула тень и скрылась за деревьями.       «Это заблудшая душа.» — подумал Темноус.       Он продолжал идти вперед. Нервы его были на пределе, и, казалась, чем дальше он идет, тем больше душ встречается ему. Темноус не видел их, но чувствовал чье-то присутствие. Постепенно это движение вокруг начало сильно раздражать.       «Где же Мушка?»       Он знал — она здесь. Ее скрывает темнота и алый туман. Ее и Безглазого. Вдруг нос Темноуса уловил знакомый запах — запах кота из его племени.       «Вот!»       Впереди показался в тумане миниатюрный силуэт, медленно идущий к нему навстречу. Чем ближе он был, тем явственней становились очертания. Это была она. Мушка медленно шла, пока не оказалась на расстоянии лисьего хвоста от Темноуса, тут она остановилась и мягко произнесла: — Наконец-то ты здесь!       Это прозвучало так миролюбиво и спокойно, будто они не стояли посреди гниющего ужасного леса, наполненного заблудшими душами, а тихонько беседовали на залитой солнечными лучами полянке. Темноус от этого спокойного голоса лишь больше напрягся. Внезапно его тело будто полегчало. Мышцы снова налились силой, стало легче дышать, пропала легкая боль в груди, симптомы болезни как лапой сняло. Мысли вдруг пришли в полный порядок. Неужели все это происходит с ним? Это же безумие! Казалось, все пережитое им раньше — просто сон, а сейчас он наконец проснулся. Черный кот не знал, отчего вдруг ему стало так легко. Точнее, боялся узнать… — Чего же ты молчишь? — захихикала Мушка. — Ты не рад, что скоро все те муки, те ужасы, которые ты приносишь в этот мир, сейчас оборвутся? Или ты боишься, и от страха отнялся язык? — Мне больше нечего бояться, — тихо ответил Темноус, хотя он именно боялся. Он боялся того, что произошло с ним только что, и того, что произойдет дальше, — но я все еще не понимаю, что движет тобой? Зачем, Мушка?       Кошечка нахмурилась. Шрам на мордочке вдруг стал ярко-алым. Темноус почувствовал, как вокруг них собрались души, занитересованные происходящим. — Не ври мне, Темноус, у тебя это никогда не получалось! Ты знаешь, что ты сделал. Ты отнял у меня самое дорогое — мою сестру! Из-за тебя она погибла! И знаешь, что самое забавное, — она горько усмехнулась, — то, что Звездное племя оказалось на твоей стороне! Звездные предки подарили всем забвение и только мне — БЕЗУМИЕ!       Последнюю фразу она выкрикнула так громко, что странное движение вокруг замерло, испугавшись ее гнева. Темноус осторожно произнес: — Я понимаю это. Мне очень жаль, Мушка! Но разве Вьюжница, Серогривка — разве они были в этом виновны? Они ничего тебе не сделали, за что ты…       Холодные жесткие глаза уставились на него, кот кашлянул и закончил: — За что ты убила их?..       Шерсть на загривке Мушки встала дыбом, глаза метали молнии, когти вошли глубоко в землю. — НЕ СМЕЙ ТАК ГОВОРИТЬ! Думаешь, мне этого хотелось?! — Но… но если ты не хотела их убивать, то зачем?       Мушка не успела ответить.       «Перестань с ним разговаривать! Помни, ради чего ты здесь! Каждая секунда его жизни — оскорбление в твой счет, прекрати это!»       Темноус вздрогнул. Опять этот голос. Но теперь он как будто обращался не к нему. Неужели он окончательно сошел с ума?!       Мушка топнула лапой и крикнула куда-то за спину: — Молчи! Сейчас я решаю, что делать! Помни, это ты должен меня слушаться!       В ответ раздалось недовольное ворчание, но все-таки голос больше не произнес ни слова. Темноус с недоумением смотрел на Мушку. Она тоже слышит его? По спине пробежали мурашки. Все это время Темноус думал, что с ним разговаривает его собственное сумасшествие. Но нет! Этот голос — и есть Безглазый! — Мушка, — тихо спросил черный кот, — это ОН тебя заставил?       Кошечка недоуменно посмотрела на него, затем, поняв смысл его слов, засмеялась. — Нет. Это я им командую. Он просто иногда дает мне советы и помогает, когда нужно.       Темноус начал вглядываться во мрак, но не мог увидеть там даже очертаний Безглазого. Только множество светящихся глаз, с интресом наблюдавших за ними. — Но где он? — спросил кот, Мушка снисходительно улыбнулась. — Ты не понимаешь? Я — это и есть он. Мы с ним — это одно единое тело.       Черный кот вздрогнул.       «Неужели это Мушка была в моем сне, когда я в первый раз был у Лунного камня?»       Он вспомнил все. что произошло тогда, вспомнил те пустые глазницы, из которых на него, казалось, глядело что-то. Темноус поморщился от боли в груди, которую вызвали воспоминания. Мушка это заметила и совсем тихо произнесла: — Ты просто ничего не понимаешь. Да и что ты можешь понимать?! — пауза. — Я не хотела, чтобы с Вьюжницей и Серогривкой что-то случилось. Они были так добры ко мне, любили меня, а я любила их. Но нам мешал ты! Я видела, как ты ненавидишь Вьюжницу, ты даже так и не стал настоящим целителем! Тебя выбрали в ученики, а не меня! И вот что из этого получилось! Ты только все портил! Ты портил жизнь Вьюжнице и Серогривке, ты портил жизнь мне! И с каждым днем ты делал это все больше. Я не могла допустить, чтобы ты погубил их, как Яролапку! Я их спасла, понимаешь? Спасла от тебя. Теперь они в Звездном племени, где их ничто не побеспокоит, а уж тем более ты!       Темноус чувствовал, как дрожат его лапы. Мушка же просто сошла с ума! — Мушка, -прошептал он, — но… — А теперь, — перебила его кошечка, — я избавлюсь от тебя, чтобы ты никому не причинил больше боли, и потом вместе с Вьюжницей и Серогривкой останусь в Звездном племени среди наших добрых предков. Я отомщу тебе за все, что ты сделал! УБИЙЦА!       Голос захохотал и с наслаждением произнес: — Настало время платить за свои поступки! Настало время кровавой мести!       Тело Темноуса напряглось. Его обуял настоящий ужас. Он был готов к смерти, он был готов к боли, но теперь вся решительность окончательно исчезла. Он не хотел умирать!       Мушка сделала шаг назад и стремительно бросилась на черного кота. Темноус не успел даже охнуть, как оказался прижат к земле чудовищной силой. Хрупкая и миниатюрная Мушка с невероятной силой сжала лапами его горло. Это была смертельная хватка. Вдруг когти кошечки вошли глубоко в его грудь, затем резкий рывок. Вверх взметнулись алые ленточки крови, ослепляющая боль заставила Темноуса крепко сжать зубы. На мгновение он увидел перед собой мордочку Мушки. Растянутый в злобной улыбке рот с оскаленными зубами, ярко-алый шрам от уха и до самого носа, голубые глубокие глаза — озера, вода в которых закипала от ярости. Снова жестокие когти сжали его горло. Все запротестовало внутри Темноуса. Он не был готов умереть так быстро! Чтобы вырваться, кот попытался повторить свой прием, который помог ему во время драки с Остроухом. Но Мушка легко отскочила в сторону, Темноус оказался свободен.       Пауза. Она длилась меньше секунды, но за это время что-то дрогнуло внутри Темноуса.       «Беги!» — раздалось в голове.       Быстрее молнии Темноус сорвался с места и бросился бежать, не разбирая дороги, подальше от этого места, от Мушки, от этого монстра, от смерти. — Можешь бежать, только это тебе не поможет! — раздалось у него за спиной, совсем близко.       Лапы Темноуса двигались все быстрее и быстрее, а голос Мушки звучал так же близко, будто кот стоял на месте. Он натыкался на камни, его лапы проваливались в ямы, а в голове была только одна мысль — «Бежать, как можно скорее». На дороге Темноуса вдруг появился корень, угрожающе торчащий на землей. Черный кот слишком поздно заметил это. Споткнувшись, он прокатился по земле и взвыл от боли в лапе.       «Подвернул!» — с отчаянием подумал он.       Теперь ему и в самом деле далеко не убежать. Боль в лапе нарастала, Темноус начал нервно оглядываться, ища хоть что-нибудь, что может спасти его. Стиснув зубы, он заковылял вперед, стараясь не упасть. — Я знаю, где ты, — раздался гадкий голос, — я слышу твое громкое дыхание.       Это точно говорила Мушка, но при этом звучало так, будто ее голос и голос Безглазого слились в один звук, леденящий душу. Тут глаза Темноуса наткнулись на дерево, корни которого были вывернуты, словно в агонии, под ними образовывалась небольшая норка. Не долго думая, черный кот нырнул туда и затаил дыхание.       Какое-то время он не слышал ничего, кроме звенящей тишины. Тишины, которая способна свести с ума. Угрожающе покачивались чудовищные ветки, хотя ветра не было. Туман сгущался. Вдруг раздались мягкие шаги — это она. Темноус замер, когда увидел лапы Мушки у входа в норку. Она на секунду остановилась, но потом молча прошла мимо, шаги ее начали удаляться и вдруг затихли.       «Что происходит? Где она?»       Стараясь не опираться на больную лапу, Темноус выбрался из своего убежища. Вокруг было тихо, все замерло в гнетущем ожидании, даже ветви перестали качаться. Раны нестерпимо болели, болела подвернутая лапа, болели легкие, разрываясь на части от бешеной скачки. Темноус нервно оглядывался, но вокруг по-прежнему все было тихо, Мушка будто растворилась в воздухе.       Звук. Что это было? Кто-то провел когтями по дереву! Но где это?!       Темноус замер. Звук исходил откуда-то сверху. Медленно, на подгибающихся лапах, он повернулся к дереву, в корнях которых он прятался, и поднял голову. Среди скрюченных веток мелькнула рыжая шерсть, и вот уже Темноус снова прижат к земле чудовищной силой. — Ты готов испытать на себе всю ту боль, что причинил другим?       Мушка подняла лапу, замахиваясь. Темноус видел, как ее лапа резко пришла в движение, как сверкнули яростью ее голубые глаза; больше ничего. Ужасная боль пронзила глаза Темноуса, горячая кровь полилась по морде, он чувствовал ее металлический вкус во рту. Из груди Темноуса вырвался крик, он начал бешено тереть лапами морду, пытаясь очистить глаза от крови. Но он просто не чувствовал собственных глаз. — Я ничего не вижу! — воскликнул он, чувствуя, как боль расходится по всему телу.       Сверху раздался смешок: — Сейчас ты увидишь все…       Внезапно тяжесть, прижимавшая Темноуса к земле пропала. Пропала и боль. Черный кот поднялся на лапы и… открыл глаза.       Он стоял на небольшой опушке, которая находилась за лагерем племени. Вовсю хлестал дождь, по земле бежали ручьи грязной воды. Темноус сделал шаг вперед и почувствовал, как его лапа опустилась в холодную дождевую воду. Он опустил голову и вздрогнул. Из отражения на него смотрел все тот же черный кот, но только глаза его были голубые. Темноус сразу узнал их, эти холодные глубокие озера. Это же глаза Мушки! Но как такое возможно?!       «Что происходит?! Я умер?!»       Темноус огляделся и сразу узнал это место. Здесь, совсем близко от лагеря, были могилы котов, как погибших в смертельном бою, так и тихо скончавшихся в палатке старейшин. Это опушка сама по себе вызывала глубоко в душе тоску, а серая пелена дождя сейчас делала картину еще более удручающей. Не так далеко от черного кота среди земли возвышались два холмика. С них ручьями стекала мутная вода, вокруг образовалась огромная лужа. Между холмиками, прямо в воде, лежала съежившаяся рыжая кошечка. Ее тело содрогалось от рыданий, шерсть промокла насквозь, она зарывалась носом в мокрую землю, словно в шерсть любимого кота. До Темноуса долетел шепот: — Я так скучаю по вам… Мы скоро будем вместе… Но сейчас мне так больно…       У черного кота защемило сердце. Мушка на самом деле любила Вьюжницу и Серогривку, они стали для нее самыми дорогим, что может быть в жизни. И ей стоило невероятной силы воли оторвать их от себя. Сейчас ей по-настоящему больно. Но хуже всего то, что она не осознает своего поступка. Она считает, что поступила правильно, что спасла их от него. От Темноуса. Но каково же будет, когда Мушка поймет правду? Что станет с ней, когда она осознает, что убила столь дорогих ей котов просто так, без смысла? Нет, лучше пусть она об этом не знает, ее маленькое, измученное сердце и помутненный ум этого не выдержат.       Но вот Теноус уже не на опушке. Дождя нет, трава и земля совершенно сухие. Зато ветер явно предвещает что-то недоброе своим холодным дыханием. Черный кот снова узнал местность. Это же тот самый обрыв! Нет, неужели ему придется видеть, как погибнет Серогривка?!       Сердце тревожно затрепетало. Вот они. Темноус даже не пытался спрятаться, он понимал, что все это — прошлое, воспоминания, а он — просто призрак, переживающий всю боль, выпавшую на долю Мушки. Вот Серогривка что-то шепнула на ухо подруге, и та беззаботно засмеялась, но стоило серой кошке отвести взгляд, как улыбка пропала с рыжей мордочки. В глазах Мушки была только бесконечная грусть и тоска. Она знала, что сейчас будет. Вот они уже на краю. Темноус замер, лапы приросли к земле. Время, казалось, тоже замерло. Черный кот, боясь пошевелиться, молча ждал той роковой секунды, чувствовал ее приближение сердцем. Мушка что-то коротко и совсем невесело сказала Серогривке и отвела взгляд. Серая кошка недоуменно уставилась куда-то вдаль. Вот она, эта секунда. Темноус успел увидеть мордочку Мушки — на ней отражалась та тоска и боль, с которой кошечка приняла это решение. Шрам от уха до розового носа был бледным и уродливым — из-за него мордочка кошечки принимала какое-то скорбное, измученное выражение, глаза блестели от навернувшихся слез, в них было полно полно горечи. Мушка выпустила когти — они уперлись в холодную землю, и Темноус ощутил этот обжигающий холод. В последний раз взглянув в сторону подруги, Мушка замахнулась и, зажмурившись, чтобы не видеть ничего, нанесла удар. Снова в воздух взметнулись алые ленточки. Раздался полный боли и ужаса крик. Мушка испуганно открыла глаза и отпрянула. В тот момент, когда она нанесла удар, Серогривка повернулась к ней мордочкой и когти Мушки полоснули ей прямо по глазам. Серая кошка упала на бок и, корчась от боли, принялась тереть лапами глаза, размазывая кровь. Ощутив еще большую боль, она снова вскочила на лапы. Мушка стояла в оцепенении всего пару секунд. Потом, видя мучения подруги, она снова закрыла глаза и, не глядя, толкнула Серогривку. Раздался звук тела, катящегося по крутому склону и бьющегося о камни. Тишина.       Мушка все еще стояла на краю. Ее лапы дрожали, бока ходили ходуном. глаза были прикованы к телу Серогривки, лежащему на дне обрыва. Казалось, сейчас она сама спрыгнет туда, чтобы прекратить этот ужас. Возможно, она именно так и поступила бы, если бы вдруг не раздался топот лап, из-за деревьев выбежал черный, ужасно худой, просто до безобразия, кот. Мушка посмотрела на него с тем же ужасом, будто увидела монстра. Она показала лапой в обрыв. — Т… Т-там… Т-ам…       Это же Темноус! Бывший целитель, все это время в оцепенении наблюдавший за происходящим, был ошеломлен еще больше, когда увидел себя. Неужели он такой худой? Неужели за все эти несколько лун с его первого похода к Лунному камню он превратился в это?!       Но вдруг, секунда — и все: худого черного кота, обрыв, Мушку, капли крови на земле будто бы снесло ураганом. В глаза Темноусу ударил яркий солнечный свет, теплые лучи грели его бок.       Черный кот стоял перед палаткой старейшин. Нет, только не это! Темноус подталкиваемый странным чувством, вошел в палатку. Ему снова предстоит увидеть смерть наставницы!       В палатке было много котов, они окружили его, Темноуса, только Темноуса из прошлого, когда он еще был целителем. Черный кот — Темноус снова ужаснулся своим измученным видом — сидел над бьющимся в конвульсии телом Вьюжницы. Просто сидел и ничего не мог сделать от ужаса. Нет, он не сможет смотреть на это еще раз! Темноус отвел взгляд — и его взор упал на Мушку. Она стояла у входа в палатку, опустив голову. Ей было страшно поднять глаза и встретиться со взглядом умирающей Вьюжницы. Ее терзали вина и ужас от того, что происходит.       «Не надо, — ласково прошептал голос, — ты поступила, как нужно. Иначе Темноус бы отобрал ее у тебя. Все будет хорошо, просто улыбайся.»       Мушка сделала над собой усилие и улыбнулась. Это была бессмысленная, бездушная улыбка, от которой Темноус испуганно попятился. Казалось, это улыбался ОН, довольный своей работой.       Снова воспоминание исчезло.       Яркий солнечный день, сезон Зеленых Листьев. Темноус стоял перед палаткой оруженосцев. Сами оруженосцы веселились, играя с моховым мячиком. Они пинали его лапами, ловили, отбирали друг от друга, затевали возню, смеялись. Но на душе Темноуса было тяжело.       Из палатки доносилось всхлипывание. Темноус осторожно заглянул туда. В полутьме на порванной когтями постилке лежала маленькая рыжая кошечка. Снова эта дрожь, вызванная болью глубоко в душе. — Рыжелапка!       Кошечка вздрогнула. Темноус обернулся. В палатку заглянул один из оруженосцев, игравших снаружи. — Прекращай ныть, пошли с нами играть в битву крыс и воителей!       Ответа не последовало. Котик насупился и, решительно прошагав к подстилке, схватил кошечку за загривок и потащил к выходу. Рыжелапка раздраженно заворчала, потом зашипела и, ловко выгнув спину, полоснула коготками по носу назойливого котика. Тот взвизгнул и тут же плаксиво закричал: — Ма-ам! Ма-ам! Рыжелапка дерется!       В палатку заглянула светло-серая королева. — Великое Звездное племя, что тут происходит?! Сынок! У тебя кровь идет! — Это все Рыжелапка!       Глаза королевы стали жесткими. — Рыжелапка! Что ты себе позволяешь?! Я все скажу твоей матери, будешь знать, как распускать свои лапы! Идем, мой милый, не подходи больше к ней.       Королева вместе с сыном куда-то ушли. Рыжелапка сидела, опустив голову. По ее носу стекали слезы.       «Они не понимают тебя. Но ведь есть я — твой друг. Я понимаю.»       Кошечка подняла голову, и Темноус вздрогнул от ужаса. Перед Рыжелапкой стоял он — Безглазый. Но сейчас его глаза были на месте, желтые и жесткие. Он был таким же худым, ребра выступали под шерстью, но кот вовсе не выглядел бессильным. Он протянул свою чудовищную лапу с острыми длинными крючковатыми когтями.       «Не плачь. Мы сможем это преодолеть. Пусть им плевать, у тебя есть я. Мы отомстим за все. Мы с тобой. Я всегда буду рядом, я — тот, на кого ты сможешь положиться. Разве нет? Доверься мне.»       Кошечка смотрела в его завораживающие глаза и положила свою миниатюрную лапку в когтистую лапу монстра.       «Яролапки больше нет. Но есть я. Мы отомстим, будь спокойна. Только улыбайся.»       Рыжелапка улыбнулась. Безглазый ласково прижал ее к себе. Рыжая кошечка закрыла глаза и блаженно вздохнула, в объятиях этого монстра она чувствовала себя в безопасности. Худой кот провел лапой по ее голове.       «Идем. Нам пора».       Он сделал шаг, Рыжелапка, не задумываясь, поспешила за ним. Деревья перед ними будто бы расступились, весь лагерь наполнился туманом, пропали оруженосцы и королевы, Безглазый медленно уводил Рыжелапку в темноту, во мрак. В безумие.       Темноус сорвался с места. Он не мог допустить, чтобы Безглазый получил власть над рассудком Рыжелапки. Именно он убийца, а не она! Именно он совершал все эти ужасы через нее, он во всем виноват!       Темноус быстрее молнии нагнал удаляющихся Рыжелапку и Безглазого и со всей яростью, что накопилась у него, бросился на монстра. — Ты не заберешь ее!       Безглазый ударом сильной лапы прибил Темноуса к земле. Черный кот вовремя увернулся — стальные челюсти щелкнули совсем рядом с его горлом. Темноус рванулся и выскользнул из-под худого кота. Затем, замахнувшись, он нанес удар прямо по этим зверским глазам.       Алые ленточки — сколько раз он уже их видел? Сколько раз ему приходилось видеть, как кровь фонтаном алых змеек взвивается в воздух? И сколько еще раз ему предстоит видеть эти ленточки, вырывающиеся из ран? Раздался злобный рев монстра.       Снова темнота. Темноус почувствовал тяжесть, которая придавила его тело к земле, затем острую боль в глазах. Он снова был в Сумрачном лесу. Над ним стояла Мушка, которую Темноус не мог видеть из-за расцарапанных глаз. — Идиот! — снова этот голос. Голос Мушки и Безглазого одновременно. — Ты думал, что сможешь вот так просто вырваться? Нет! Ты не сможешь убежать от мести!       Безжалостные острые клыки вцепились в его бок. Затем снова резкий рывок. Прежде чем ощутить боль, Темноус, лишенный зрения, представил, как в воздух снова взметнулись алые ленточки. Он стиснул зубы.       «Осталось немного. Нужно только потерпеть.» — Это странно, — раздался над его ухом голос Мушки (только Мушки), — но мне это нравится! Я не чувствовала такого, когда мне пришлось отправить к Звездным предкам Вьюжницу или Серогривку. Так вот, что такое месть. Она мне нравится!       Темноус, слушая это, впал в странное состояние равнодушия. Он почти не ощущал боли, страха. Ему было все равно. Возможно, именно в таком состоянии и встречают смерть. Черный кот с тоской задумался — а что будет потом? Что станет с ним, с Мушкой, с Безглазым? Если этот монстр толкал Мушку на такие ужасные поступки, то что он заставит ее делать дальше? Рыжая кошечка сама сказала: она и он — одно целое. Великое Звездное племя! Она и есть Безглазый! Никакого монстра нет, есть только та сторона души Мушки, отравленная безумием, именно она и жаждет крови, кошечка не в силах контролировать это. Этот худой и невероятно сильный кот — та часть души Мушки, истощенная безумием, но чудовищно сильная. Мушка думает, что она повелевает своим «другом», но все наоборот. А если ОН овладеет ее рассудком полностью? Что же будет потом?       Темноус вздрогнул, но не от удара. Он дал обещание! Он пообещал Яролапке, обреченной вечно бродить в пустоте, что он остановит Мушку, остановит монстра. Неужели сейчас он просто погибнет, как трус, даже не пытаясь бороться? Возможно его жизнь и в правду ничего уже не стоит, но он дал обещание, он ОБЯЗАН его выполнить. Равнодушие пропало, боль снова охватила тело. Темноус, собрав все силы, поднял голову и прохрипел, отплевываясь кровью: — Мушка… послушай… разве Яролапка гордилась бы тобой… сейчас?       Каждое слово давалось с огромнейшим трудом, кровь во рту мешала говорить, было больно дышать, легкие разрывались на части, в голове был сплошной туман.       Мушка ответила после некоторой паузы: — Откуда тебе вообще знать?! Это ты виноват в том, что она теперь застряла в Нигде! Она даже не может связаться с предками, чтобы попросить их пустить ее в угодья Звездного племени! А все из-за тебя! — Я… не хотел… правда, не… хотел…       Над ухом снова засмеялся мерзкий голос Безглазого: — Как я и говорил, ты, жалкий убийца, захлебываешься в собственной крови. Ты лишил меня зрения, но сам ослеп еще раньше, падаль! А теперь ты пытаешься оправдаться, выпросить прощения, чтобы спасти свою жалкую душонку! Но нет! Твоя участь предрешена, смирись, червяк!       Темноус вцепился когтями в воняющую гнилью землю, чтобы не потерять сознание. — Мушка… ты не должна была… убивать… их… она были… в безопасности…       Голос Мушки показался ему слегка испуганным: — Что ты говоришь? О чем ты?       Он смог задеть ее. У него получается! — С… Серогривка… и Вьюжница… им ничего не… угрожало… Ты просто… ты убила их… Понимаешь?..       Когти Темноуса глубже ушли в землю, он чувствовал, что ему не хватает воздуха, что в легкие попала его же кровь, и она прожигает их изнутри, как кислота. — Н-нет! — голос Мушки звучал испуганно и жалостливо, она замолчала, ожидая поддержки от Безглазого. — Конечно же нет! — воскликнул он. — Это негодяй просто врет, он играет твоими чувствами, не позволяй ему этого!       Темноус вдохнул побольше воздуха. — Нет… он специально путает тебя… Мушка… он не твой друг… ты придумала его… Прошу… остановись… — НЕ СЛУШАЙ ЕГО! — заревел монстр.       Темноус ощутил чье-то присутствие. Что-то коснулось его, он чувствовал это. — Мушка, — тихо, но четко, произнес нежный голос, — пожалуйста, хватит!       «Яролапка! — радостно подумал Темноус, продолжая бессильно лежать в луже крови. — Она смогла вырваться!» — Сестра!       Темноус не видел, что происходило вокруг, но он слышал всхлипывание Мушки, бросившейся в объятия Яролапки. — Ты пришла! Я знала, что ты рядом! — Сестренка, — с горечью прошептала Яролапка, — перестань это делать. Пожалуйста, ради меня!       Мушка испуганно воскликнула: — Что?! Но ведь все это и так ради тебя! Мой друг сказал… — Нет никакого друга! Это все — только твое безумие. Твоя месть не имеет смысла! Прости, сестра, но я не могу больше видеть, как ты причиняешь боль другим! — Я?! Нет! Я делала все, чтобы спасти тех, кого люблю… — Мушка… Мне ужасно жаль. Мне больно это говорить, но… Никого не нужно было спасать. Ты боялась того, чего нет… И слушала того, кого нет… Ты запуталась, сестра! И не хочешь это признавать.       Мушка молчала. Темноус представил себе ее мордочку — испуганную, пораженную. Она осознала все, что происходило все это время.       Гибкий хвост Яролапки коснулся щеки Темноуса.       «Давай. Это твой шанс. У меня не поднимется лапа. Прошу, в последний раз прошу.»       Темноус поднялся на лапы. Он чувствовал, как по его телу стекают струйки крови, как болят пустые расцарапанные глазницы. — Мушка, — сказала Яролапка, все еще касаясь хвостом Темноуса, — пожалуйста, остановись… Прости меня, сестренка… — Н-нет… нет. нет! Это неправда! Я… Нет!       Темноус понял — вот она, та самая секунда. Он слышал голос Мушки совсем близко, слышал неистовый пульс в ее горле. Она была совсем рядом.       Вслепую, обезумевший от боли и ужаса, он бросился к Мушке и нанес удар. Послышался хрип, сквозь который прорывалось лишь одно слово — «нет». Пульс, так отчетливо слышимый Темноусом, затих. Он почувствовал на своей холодеющей лапе кровь — горячую, обжигающую. Он нанес точный удар. Холодная щека прикоснулась к его щеке. — Спасибо, — сквозь слезы прошептала Яролапка, — ты не мог по-другому…       Дыхание Яролапки стихло. Темноус остался один. Слепой, истекающий кровью, совсем один.       «Что же будет дальше?» — с горечью подумал он.