Lady Misfortune

      Когда я открываю глаза, то обнаруживаю себя судорожно свёрнувшейся в клубок, словно бесхвостый замерзший котёнок, прижимаясь к мерно вздымающемуся комку свернутых в кокон измятых одеял, пахнущих зубной пылью и засохшими лепестками лаванды. Бледные пальцы — на запястьях море пластырей — вцепились в край школьного платьица и помяли его, образовав весьма некрасивые складки. Вокруг всё темно и тихо — словно здание было нежилым. Я едва подавила желание громко вскрикнуть, чтобы убедиться в том, что я не оглохла — настолько неприятна была тишина, которая буквально иглами впивалась в виски.       Первая мысль обухом прошлась по и без того трещащей голове: где я. Если оглядеться, полностью разлепив сонные глаза, передёрнутые пеленой сна, то можно увидеть весьма богато обустроенную комнату в тёмных тонах. Выглядит она мёртвой или, по крайней мере, уже довольно долгое время тоскующей по хозяину. Пыли в комнате нет, нет и паутины — будто даже пауки не способны ужиться в этой комнате с пустотой и темнотой, постоянной спутницей здешней тишины.       От второй по хребту пробежались мурашки, а сердце как-то болезненно ёкнуло: я была не одна. Кёя. Маленький сероглазый задира, которого схватили вместе со мной… Если с ним что-то произойдёт, я не знаю, как буду объясняться перед его мамой — хуже того, что я буду говорить себе? Пытаясь вылезти из того свалявшихся в кокон одеял, я отчаянно боялась не обнаружить его рядом с собой. У меня не возникло даже мысли, что мне было достаточно просто прислушаться к дыханию — поэтому, едва вызволив себя из подобной ловушки, я набрала побольше воздуха в лёгкие, приготовившись закричать его имя:        — Кё, — и тут же прервалась, когда, повернув голову, заметила мерно вздымающийся кокон, из которого торчала черноволосая макушка. Мальчик в порядке — ну, хоть что-то. Судя по всему, он жив и не ранен, просто очень сильно устал, раз моя возня не смогла разбудить его. Сам бы Кёя проснулся тут же, стоило мне самой распахнуть глаза и сделать шумный вдох — настолько у мальчишки был чуткий сон. Сейчас же… Я чувствовала вину за то, что на него чем-то воздействовали. Наркотик или нет — разницы мало.       Чтоб этому дяде икалось…       Борясь с неприятным покалыванием в области висков, я села и огляделась по сторонам, пытаясь заприметить хоть что-то, что хоть как-то бы намекнуло бы на место нашего пребывания. Но после первичного осмотра так ничего и не поменялось: всё те же безвкусные тёмные шторы, которые не позволяли солнечным лучам проникать в комнату, серые обои с какими-то узорами и чёрные пушистые ковры, после взгляда на которые у меня начинал чесаться нос — это сколько же пыли в такой махине должно было накопиться…       Хорошо, прекрасно, это явно был не ивент. Всё-таки, из него меня выплюнуло несколькими минутами ранее — думаю, Система не стала бы так нагружать меня, перебрасывая сразу двух детей в какой-то незапланированный данж. Да и, честно признаться, ни одно задание у меня ещё не начиналось настолько… безопасно. Вон, в последнем меня вообще лишили статуса нецелованной. При воспоминаниях об этих событиях у меня стыдливо вспыхнули уши и, кажется, шея — жаром опалило не то, что лицо, а всё тело. Вот же… Кёя! Если бы мне сказали, что мой первый украл именно этот мальчишка, я бы оттоптала этому человеку ногу и сказала бы, что так и было. Сейчас же…       Неважно.       А как насчёт Системы?..       Система?       Непонятная божественная игрушка вновь не отозвалась. Меня даже как-то паника охватила: было непривычно понимать, что странный искусственный разум, который главенствует в моей голове, по каким-то причинам отсутствует.        — Система! — с нажимом прошептала я на грани, даже собственных слов не слыша — не дай Ками разбудила бы Кёю, тот меня пришиб бы сразу. Словно только сейчас услышав мой зов, в голове вспыхнул фейерверк из звуков, которые прошибали виски насквозь:

Ошибка!.. Загрузка!.. Ошибка!.. Загрузка… 99,00001%… [Загрузка завершена! Связь не найдена!] [Система версии 0.3 приветствует Нацуми Хиноде | Lady Misfortune в оффлайн-режиме! Данная версия открывается при вступлении Игрока в статус Беглеца, поэтому на этапе вам доступны следующие функции: — Карта Пламени; — Голосовое управление; — Инвентарь; — Расширение Системы для двоих и более; — Профиль персонажа. Удачной и безопасной Игры!]

      Чего? Как тут не может быть связи? Я бегло пробежалась глазами по объёмным строчкам, к которым какое-то время хотелось прикоснуться и убедиться, действительно ли это всё взаправду, и тут же возмущённо фыркнула.       И когда это я успела вступить в статус беглянки? Звучит не очень обнадеживающе, особенно-то — в моём положении. В общем, дела так себе. Едва я подумала о том, что сейчас могла спокойно уминать за обе щёки хлопья с тёплым молоком и даже не заботиться о том, чтобы дожить до дома — ещё и целой, со всеми органами и не рассортированной по склянкам, — как из-под одеяла раздался звонкий приглушённый чих. Я напомнила себе, что в комнате было довольно-таки прохладно, а Хибари был в шортах и рубашке. Тут и простыть немудрено… Пора отсюда выбираться.        — Кёя?.. — тихо шепнула я, аккуратно склоняясь над мальчишкой. Тот выглядел, словно зверёк: спал Кёя до того боязливо, будто в любой момент кто-то мог выпрыгнуть из-за угла и напасть на него. Он лежал, свернувшись в калачик, словно под ним была не простынь, а снег; руками он прикрывал шею и живот, как самые незащищённые и уязвимые места, и даже сквозь пелену сна мальчик хмурил брови и морщил нос. Стараясь сильно не испугать Хибари чересчур спешным пробуждения, я начала осторожно тормошить его за края одежды: — Кёя, вставай! Пора бежать!       Мальчик мгновенно распахнул свои раскосые глаза и резко приподнял голову, — послышался глухой стук и даже, кажется, тихий хруст. Я болезненно ойкнула, тут же хватаясь за нос, и отпрянула в противоположную от него сторону. Кёя выглядел устало и заспанно, несмотря на то, что проспал немного дольше моего, и, кажется, сначала вообще не понял, что происходит вокруг. Его серые глаза, после недолгого зажмуривания, вновь распахнулись, а взгляд то и дело бегал от одной вещи к другой — тут же, кажется, что-то в его голове прояснилось, и Хибари быстро заморгал. Я осторожно прикоснулась к его покрасневшему носу, чем вызвала болезненную дрожь и бурную реакцию: видимо, ему досталось даже больше, чем мне.        — Ты совсем что ли… — прохныкал мальчик, после чего взял себя в руки и протёр покрасневший нос. Мой взволнованный вид не давал ему спокойно смежить веки, поэтому Кёя вскоре окончательно очнулся ото сна и принял свой настороженный прохладный вид. — Проснулась? — спокойно поинтересовался Кёя так, будто это не я только что разбудила его, после чего всё-таки понял, что мы больше не в машине, и оглянулся по сторонам.  — А… Где мы?       Я помогла ему подняться, хватаясь своей ладошкой за его — бледную, худую и холодную, после чего пожала плечами и честно бросила:        — Сначала я подумала, что это отель… — стоя ногами на кровати, я хоть как-то придала себе росту, поэтому могла теперь полностью оглядеть тёмную комнату. Опять ничего не изменилось даже с высоты «полёта». Хибари присоединился к моему осмотру и кивнул, мол, продолжай. — Но здесь слишком безжизненно. Даже если это какая-то забегаловка, то от прошлых временных хозяев должно было остаться хоть что-то — да даже нижнее белье или любые следы их пребывания. [+10 к пассивному навыку «Интуиция»] [+10 к основной характеристике «Интеллект»]       О, Ками… Не к добру. Обычно Система расщедривается на подобные плюшки лишь тогда, когда я оказываюсь в огромной такой заднице. Чисто потому, что за мной интересно наблюдать, вот даю слово.        — Ты куда? — тут же вскинулся мальчишка, стоило мне беззвучно спрыгнуть с кровати. Про то, что я чуть не отбила себе пятки и едва не навернула круголя по комнате, кружась в клубке из собственных конечностей, я хотела бы умолчать. Отряхнув подолы лёгкого школьного платьица, я некрасиво ткнула пальцем в комод.        — Шариться в комоде и шкафчиках.        — Это ведь не твоя комната! — вспыхнул он праведным огнём, а я даже от подобного растерялась. «А как мы тут оказались, помнишь?». Хибари тут же стушевался ненадолго, но, словно что-то для себя решив, вздёрнул подбородок. -…Я помогу тебе.       В тишине шариться было как-то… Неприятно что ли?        — Кёя, а, Кёя, — шепнула я в темноту. — Давай поговорим?       Шебуршание в углу на несколько мгновений затихло, словно он раздумывал — ответить или нет, после чего всё же неохотно буркнул:        — О чём?       Мне было достаточно даже того, что меня слушали — Кёя мог не то, что не отвечать, он со спокойной душой мог отключить внешний мир и не обращать внимания на мои попытки заинтересовать его какой-нибудь историей. С детства знала, что я болтушка…       Но Кёя даже отвлёкся от поисков и по-птичьи склонил голову к левому плечу, как бы говоря — ну, давай, выкладывай — из-за чего его глаза в темноте блеснули расплавленной сталью.        — Во сне меня закинуло в Будущее! — тут же начала жалобу я. Про Систему говорить не стала — рано ещё Кёе о таких вещах знать, да и не поймёт он, сочтёт ещё за сумасшедшую. «Эй, Кёя, а у меня в голове есть такая штучка, которая в один момент превращает всю мою жизнь в лит-рпг игру!». Я бы после таких слов человеку не доверяла, ей богу. Услышав мои слова, Хибари заинтересованно вскинулся и вроде как даже хотел было спросить, что там было, как я сама не заставила себя ждать: — И ты там украл мой первый поцелуй! — от возмущения, смущения и неожиданности мальчишка покрылся красными пятнами и выпучил глаза, а его кончик носа забавно дёрнулся. — Да-да! Прижал меня к стене, руки связал, подчинил силой и чуть не отгрыз мне губы! Я кричала-кричала, а ты…       Кёя вспыхнул от кончиков ушей до носа.        — А-а-а! Хватит! — не прекращая помахивать в мою сторону одной ладошкой, мальчишка прикрыл горящее лицо второй свободной рукой. Наверняка, он испытывал такой стыд, что даже и представить нельзя… А я предупреждала, что моя мстя будет жестока! Да, это сделал Хибари Кёя не из этого времени, но подобное ничего не меняет — он всё ещё Хибари Кёя, будем объективны. А мне надо хоть на ком-то отыграться за потраченные нервы! — И вообще, это был не я. Кто знает, какие тараканы у моей старшей версии живут? Все взрослые ненормальные…       Я даже спорить не стала — даже несмотря на то, что, вообще-то, была взрослой — и кивнула, не став уточнять, имел ли он ввиду кого-то конкретного, али так, для красивого словца.       И в этот раз моему маленькому «коллеге» по несчастью повезло: моё внимание привлек в этот раз не он, а шепчущее сообщение от Системы, которая возвещала о находке как-то чересчур безрадостно:

Получено: [Сигнальная ракетница Ранг: серебряный; Производитель: Эстранео; Форма: атакующая]

      Я повертела небольшой продолговатый предмет в руках и заметила небольшой фитилёк, которым, скорее всего, достаточно было лишь чиркнуть об стену — и тот сразу бы вспыхнул ярким огоньком, приводя ракетницу в действие. Сама по себе она ничего не представляла — даже странно было, что Система занесла её в атакующую форму. Хотя… если стрельнуть ею в лицо… Хорошо, верно подмечено, божественная игрушка с искусственным разумом.       Дальше шёл исписанный фантик — яркая обёртка совсем потрепалась и выглядела весьма жалко. Ранг у неё был довольно-таки высокий, даже странно.

[Старый фантик от шоколадной конфеты Ранг: легендарный; Производитель: ???; Форма: информационно-нейтральная]

      Пошарившись ещё по пустому дну ящичка, я вздохнула и легко мазнула пальцем по воздуху — предметы исчезли из «реального» мира и перенеслись в виртуальный, обратившись парочкой пикселей в системском инвентаре. В чём плюсы этой игрушки, так это в возможности спрятать парочку вещичек в игровых карманах. Хоть слона туда засунь — никто и не узнает. Жаль, самой спрятаться там нельзя…        — А я сильный? — как-то резко спросил Кёя, заставив меня от неожиданности едва не прищемить себе пальцы выдвижным ящиком. — Ну, я, который старше, — мальчик чуть потряс ладошкой у себя над головой, наверняка намекая на рост.       Я усилием воли подавила желание смутиться, однако перед глазами уже вовсю пролетали, словно спешащие спрятаться от урагана журавли, картинки — сильные бледные руки хватают и сдавливают мои запястья, после чего зарываются в рыжие волосы, сжимают в тисках круглые плечи… Испортили ребёнка!        — Очень. Скажем так… Кёя, ты слишком сильный.       И нисколько не соврала — тот действительно был чудовищно силён для своего возраста. О том ходили легенды, мол, Хибари Кёя-то не человек, а ашура на самом деле, просто скрытый за бледной кожей, сотнями костей и мышц. Говорил так в основном, конечно, только Цуна… Но у того повод был: судя по всему, Кёя особо любил к нему из-за каждой мелочи докапываться, а Савада пареньком вырос… дерзким чутка — это явно не моя вина! — и огрызаться он больно любил. А за подобное Кёя не то, что в нос дать готов, он ноги переломает, а потом заставит на скакалке прыгать. Вон, как учительница русского моя из прошлой жизни: мат раз услышала, так мы всем дружным классным составом сидели минут двадцать выговаривали скороговорки, и это было такое посмешище — восемнадцатилетние лбы запинаются на слове «коралл».       Кёя хотел было ещё что-то сказать, однако в дверной замок вставили ключ — и с противным скрежещущим звуком начали проворачивать, словно не знаю, в какую сторону нужно всё-таки крутить. Мы переглянулись, замечая одинаковую панику в глазах напротив, и рванули в сторону кровати. Босые пятки чересчур звонко шлёпали по полу, затихая только при попадании на пушистые ковры, после чего все звуки резко смолкли — под одеяло мы шмыгнули одновременно. Я почувствовала, как дрожат кёины колени, и не смогла не позавидовать: у него всего лишь колени, а меня всю трясло, будто припадочную, ещё дыхание выдавало недавний забег. Детское тело, что с него взять…       Дверь со скрипом отвoрилась. Шагов я не слышала, видимо, человек даже внутрь не заходил — оглядел пространство взглядом и решил, что всё в порядке. Я облегчённо выдохнула через нос, чувствуя, как разрывается грудь. Катастрофически не хватало воздуха.        — Ушёл? — шепнула я только спустя минуты две, и Кёя опасно шикнул на меня, хотя и сам уже выглядел так, будто ему и моего недавнего выпада не нужно было. Человек ушёл. Приближающихся шагов мы не слышали, поэтому и волноваться было не о чем. — Возду-ух, — выдохнула я жалко, высовывая нос из-под одеяла — там было чересчур душно, дышать даже нечем.       …И в эту же секунду я столкнулась с двумя зелёными глазами.        — Бу, — мягко произнёс мужчина с рыжими волосами, заплетёнными в низкий короткий хвостик. На его плечи был небрежно накинут медицинский халат — поверх чёрного свитера это казалось так… правильно, что мысли о том, что этот предмет пропахшего кровью гардероба можно было носить с чем-то другим, не возникало; за его спиной находились как минимум пять бугаев.       Я звонко взвизгнула. Для Кёи это словно послужило триггером — он подскочил с кровати и кинулся на ближайшего мужчину в белом халате, однако тот легко перехватил его за шкирку, словно шкодливого котёнка, и встряхнул.        — Промой ему мозги, — легко бросил рыжий мужчина тому, кто схватил Кёю. Мальчика едва заметно тряхнуло от страха, прошедшая по телу дрожь была заметна даже с такого приличного расстояния, поэтому меня мгновенно накрыла паника. Тут же маленький брюнет затих и обмяк в руках «белого халата». Видя, что я собираюсь вновь кричать, рыжий сверху-вниз посмотрел на меня невозможно зелёными глазами, после чего присел и улыбнулся.        — Кёя! — я испуганно кинулась за широкоплечим мужчиной, который подхватил повисшего безвольной куклой мальчика, как пушинку, и тут же почувствовала, как чужая ладонь преградила мне путь — это был тот же зеленоглазый мужчина с хвостиком.        — Ему не причинили вреда, не беспокойся. Видишь, он просто спит, — его улыбка не походила на глуповатую ухмылку Родерика или натянутую на лицо через силу слабую тень кривой матери Кёи. Скорее… что-то живое, искреннее, но опасное до потери сознания. — Нацуми, — не опуская уголков губ, позвал мужчина.       Он выглядел статно — плечи широкие, лицо аристократичное, несмотря на специфичный цвет волос, скулы острые, хоть лес руби, разрез глаз чуть узкий, а губы бледные. Он кого-то мне напоминал — так сильно, что я даже изначально растерялась.        — Кто… вы?       Прежде, чем он успел произнести хоть слово, Система безрадостно возвестила:

[Открыт новый персонаж истории! +100G; +150 опыта; +120 свободных очков. Просмотреть лист персонажа Джино Карбоне (Оуэна)?]

       — Я твой папа, детка, — мужчина ярко улыбнулся, разводя руки в стороны.       Я сделала шаг назад. Сомнений в этом не было никаких — мы были как две капли воды, с поправками на возраст, пол и цвет глаз. Нас, рыжих, на заводе что ли штампуют…        — Зачем вы меня… Нацу и Кё-тяна похитили?        — Ох, Нацуми, ты так похожа на меня в детстве, — совершенно игнорируя мой вопрос, продолжил Джино. — Твои рыжие волосы… А глазами ты, похоже, пошла в мать! Зато нос…       Мне оставалось только скривиться — он не помнит даже цвет глаз моей матери. Она говорила, что такой светло-карий, даже жёлтый, оттенок достался мне от бабушки. А у Ёгири глаза были блекло-синими.       Отец меня напрягал. Не просто же так Ёгири мне о нём ни слова не рассказывала?..       Хорошо, первоначальная цель — спасение своей и кёиной пятой точки из передряги, которую замутили отец с дядей, и уж потом буду разбираться, что именно они замутили. Ну, если, конечно, смогу…        — Зачем вам Кёя? — продолжила я твёрдо, а мужчина вновь улыбнулся и закатил глаза, мол, какая ты скучная.

[Зафиксирована вспышка Пламени Тумана! Открыть карту?]

      Отмахиваюсь от Системы, словно от назойливой мухи, после чего скрещиваю руку на уровне груди и серьёзно смотрю в невозможно зелёные глаза снизу-вверх. Превосходства показать не пыталась, да и опасно это, однако уверенности себе придать не помешает.        — Так… зачем?       Сбивая всю мою спесь, Джино опускает руку на мою макушку, после чего растрёпывает рыжие волосы, которые после сна и без всяких «папаш» были в полнейшем беспорядке, заставляя меня отступить на шаг.        — Не притворяйся, ты ведь умная девочка. Умная не по годам, — манера речи у отца была пугающая, странная и спокойная, будто до волнения ему вообще не было никакого дела.       Это настораживало даже, возможно, больше, чем его слова — хотя и от произнесённого по хребту ползли мурашки.       Я сделала вид, будто в душе не чаю, о чём шла речь, после чего сделала ещё один шаг назад. Джино повторил движение и двинулся в мою сторону, и паника во мне разгорелась до самого высшего уровня. Бежать было некуда — Кёя всё ещё был беззащитным вырубленным ребёнком, а единственным человеком, который борется за меня… была я сама. И, конечно, Реборн. Окажись он здесь, я бы даже не удивилась — расплакалась бы от счастья, ибо именно он меня из всех передряг вытаскивал. Но время уже было не то, здесь не было Реборна, вместо него появился Ренато со жгучим взглядом и колючими чёрными волосами. То есть… надежда была лишь на себя саму. А что я умею лучше всего? Орать и покрывать всё подряд итальянским матом, который и настоящей нецензурной лексикой не считается.        — Уйди! — взвизгнула я, решая применить парочку своих прокаченных навыков — панику и громкость голоса. Мужчина вскинул светлые брови, будто был действительно в замешательстве от моей тревожности, после чего просто подхватил меня на руки. Но русские — и плевать, что я японка — не сдаются: я начала мотать ногами и головой, выворачиваться, будто уж на покрытой кипящим маслом сковородке, и принялась клацать зубами в воздухе, пытаясь достать до его загребущих ладоней. — Пошёл к чёрту!        — Нацуми, посмотри на меня. Ты ведь уже взрослая девочка, — он будто сюсюкался со мной… Какой ужас. — Ты же взрослая девочка?        — Дурак!       Джино выдохнул и нажал на пульсирующую точку на моей шее — и моё тело тут же словно одеревенело.        — Мальчишку в P.32, её… Где у нас самые спокойные? В M.48? — мужчина в белом халате кивнул. — Туда тогда. Не дай Дева Мария там есть какие-нибудь буйные или туда скидали накачанных пламенем дождя — я же закину каждого виновного к бешеным и с мутациями.       Видно, угроза мигом подействовала на бугая: тот разом взбледнул и закивал, поудобнее перехватывая повисшего головой вниз Кёю. Когда он уже собирался выходить, дверь со звоном распахнулась и в комнату влетел запыхавшийся Родерик, который на бегу приглаживал растрепанные волосы и вытирал с губ крошки от какой-то булочки — вид у него был скорее взволнованный, чем испуганный, и немного виноватый.        — Что произошло? — тут же воскликнул он, когда увидел такую красочную картину. Ну да, да, тут было на что полюбоваться: испуганная я, которая застыла в нелепой позе, и могла теперь только бегать взглядом по помещению и еле ворочать языком, ещё и маленький Хибари, который оказался под каким-то наркотиком. И я вновь не увидела, чтобы ему что-то вводили… Будто и не попадало ничего в его тело с помощью шприца, а обычным взмахом ладони оказалось под кожей.       Отец выглядел устало. Глаза его осуждающе блеснули на солнце при взгляде на мигом стушевавшегося брата:        — Родерик… Тебе было велено следить за ними.        — Хе-хе… Да я следил-следил! — выпалил мужчина, после чего виновато потёр макушку, даже не собираясь правдоподобно оправдываться. Что в отце, что в Родерике я видела себя, и от этого становилось тошно. — Просто отлучился ненадолго, а они проснулись не вовремя… Эй, ты чего? — тут же вскинулся он, когда в руки ему сунули моё обмякшее тело. Мышцы ощущались сладкой ватой, а кости — горячей резиной, которая была способна принимать любые форма.        — Нацуми в М.48. И не забудь накормить её.        — Не буду я есть! — буркнула я, дерзко вскидывая взгляд на Джино — и тут же прикусила язык.       Родерик виновато улыбнулся и уже собирался было что-то сказать мне, однако отец лёгким движением руки остановил его и чуть дёрнул длинными пальцами в сторону выхода. Он был спокоен и собран. Сразу видно — человек не первый день сидит в кресле на высокой должности, умеет быстро соображать.        — Значит, голодная посидишь.       Родерик перехватил меня поудобнее, после чего отправился в противоположную от другого мужчины, что нёс Кёю, сторону. Коридоры были тёмными, угловатыми и слишком узкими — на каждые пять взрослых шагов располагалось одна дверь с определённой пометкой. Двери с буквами «с» и «р» (например, мы прошли только несколько — «С.13» и «Р.91», однако те оказались самыми шумными) показались максимально опасными — оттуда постоянно кто-то скрёбся, выл, разрывая глотку, и звонко рыдал.       Я, сама того не замечая, вцепилась ослабевшими пальцами в руку Родерика и гулко сглотнула, что не осталось незамеченным — мужчина тут же смешался и остановился перед, видимо, нужной нам дверью.        — Это ненадолго, — вдруг подал он голос. Веры в подобные слова не было никакой, буду честна. Но… если он пытается оправдаться, может, ещё не всё потеряно? Я всхлипнула:        — Верните Кёю!        — Это для твоего же блага! — проигнорировал Родерик меня. В этом с Джино они были весьма схожи: тот тоже не обращал внимания на вопросы, которые ему были неудобны. — Вот увидишь, мы получим немного твоей магии, взамен научим тебя ею пользоваться, и ты глазом моргнуть не успеешь, как окажешься дома. С тем Хибари, — тут же добавил он, видя, как я возмущённо открывая рот для выкрика, — ситуация весьма похожа. Однако, в отличие от тебя, у него есть специальное разрешение.        — От его па… отчима? — Родерик кивнул. — Зачем вы похитили Нацу, если не хотите причинить ей вред?        — А вот это уже секрет. Скажу так… — Родерик легко щёлкнул меня по носу. — Ты заручилась поддержкой опасного человека, а нам не нужно, чтобы тот прознал о твоих связях с семьей. Поэтому мы ехали на машине, а не летели на самолёте — этот говнюк выследил бы нас по рейсу. Чёртов!..       Клишированный злодей, который рассказывает все свои планы и замыслы. Мда, я и вправду в отомэ-игре…       Но… Сердце забилось быстрее. Мог ли это быть он?.. Хотя, это ведь такая глупость. Местный Реборн меня знать не знает, ему это просто-напросто не нужно.       Родерик поставил меня на ноги, похлопал по голове как-то уж слишком аккуратно… и втолкнул в мигом распахнутую дверь.       Дети глянули на меня волком. Поднявшись, я мигом отлетела в свободный дальний угол и застыла, стараясь не придаваться панике.       Мне не навредят.

***

       — Два километра, — вдруг подал голос мальчик, который неподвижно сидел рядом со мной и чертил пальцем какие-то иероглифы на стене.       Его сюда привели чуть позже меня — просто швырнули, словно шелудивого пса, на середину комнаты, и захлопнули дверь с тем же оглушающим звоном. Словно ничего и не происходило, мальчишка поднялся и, хромая, опустился в том же углу. Дети, будто дикие животные, проводили его внимательным взглядом, после чего вновь вернулись к своим делам. Они были похожи на заведённых куколок на моторчике — полые изнутри, они давно потеряли себя.        — Что? — мне тут же захотелось передёрнуться от того писка, что из меня вылетел. Я уже успела задремать и глухие слова, сказанные тихим лающим голосом, оказались неожиданностью — не мудрено, что я перепугалась.       Но мальчик и не думал делать замечаний. Он протянул худую руку и выставил два тонких пальца вперёд (моё внимание тут же привлекли сломанные слоящиеся ногти, под которыми был плотный слой грязи), по-птичьи склонил голову к левому плечу и слабо улыбнулся, будто пытался объяснить основы арифметики неразумному существу:        — Два километра до леса, потом ещё пять до первого населённого пункта. Бежать около четырёх часов, если без хромых и слепых.        — Зачем… ты мне это рассказываешь? — я чуть отодвинулась, стараясь не нарушать зрительного контакта.        — Глаза честные. Слишком. Ты напугана. Явно не подкладная свинья, — мальчик расслабленно улыбнулся и прикрыл невозможно голубые глаза. — И волосы у тебя красивые, оранжевого цвета, у моей мамы такой же цвет был.       Я даже не стала поправлять «оранжевый» на «рыжий». Потому что меня перебило сообщение от Системы или просто потому, что не захотела — кто знает.

[Разблокирован старый персонаж истории! +100G; +100 опыта; +20 свободных очков. Поздравляем с полной разблокировкой Клето Скварчалупи | Рокудо Мукуро!]

      Мукуро?..       Я схватилась за узкую бледную ладошку, едва не охнув от лёгкости и сильной худобы чужой конечности, после чего аккуратно сжала — без моего ведома перед глазами вмиг всплыло окно персонажа, от которого мне захотелось передёрнуться. Как и предыдущая таблица, оно было в квадратных скобках, будто Система сообщала мне об этом пугливым шёпотом, боясь того, что кто-то услышит. Этот оффлайн-режим, честно признаться, начинал раздражать. [Имя: Клето Скварчалупи (K6.9Sk) Возраст: 10 лет 7 месяцев; Уровень: 24 (300/5000) Статус: «Маленький демон»; «Сын шлюхи»; «Чудик»; «Подопытный Эстранео»; «???»; О.З.: 50/100 (недомогание, слабое пищевое отравление); О.М.: Туман — 100% (неактивно, до активизации: 2дн 16ч 59сек) Сила Ада (неактивно, для активизации необходимо разблокировать 100% воспоминаний)]        — Нацуми.        — Я знаю. Тебя искал тот сероглазый мальчишка, ещё по носу мне дал. Я Клето.       «Я знаю», — едва не вылетело у меня. Что ж, так было всегда между мной и Мукуро — как он знал обо мне чуть больше, так и я. И именно это мне нравилось в наших отношениях: можно было рассказывать всё без утайки. Это словно… Лучшая подружка! Точно.        — В общем, — мальчишка уселся около меня, на весу придерживая больную руку. Выглядел он болезненно-бледным, будто вся кровь недавно выбежала из его тела, и явно нездорово — десятилетние мальчики не должны иметь настолько пепельно-серый цвет кожи и огромные синяки под глазами. — Нам нужно отдохнуть. С нами побегут ещё двое детей… Трое? Тот брюнетик друг, да?        — Его зовут Кёя. Он добрый на самом деле, прости, если он чем-то тебя обидел, — тут же извинилась я за Хибари, виновато улыбаясь. Зная характер Кёи, тот явно успел что-то да натворить. — Что же насчёт побега… Бежать? Клето, как ты это себе представляешь? Пока мой дядя вёл меня сюда, я увидела, что пропуск в комнаты лишь по карточкам. Даже если нам удастся её заполучить, — прикладываю пухлый большой палец к губам, после чего надуваю их и стараюсь игнорировать собщение от Системы о повышенном очаровании. — Здесь есть камеры.       Мальчик щёлкнул пальцами, ловя мысль, но так и не смог, поэтому начал отстукивать ногтями по стене какую-то мелодию, иногда прикусывая губу. У взрослого Мукуро я тоже замечала эту привычку — когда он забывался или сильно задумывался, то ненадолго выпадал из реальности, смотря в пустоту и говоря отрывисто, пространственно.        — Я смогу кое-что… наколдовать.        — Цыганские фокусы! — тут же обрадовалась я, но, кажется, сделала это чересчур резко и громко — Клето даже отпрянул от неожиданности. И только когда до него дошёл смысл сказанных мною слов, он вскинул тёмные брови и открыл было рот, дабы возразить и возмутиться, однако оказался крайне беспардонно перебит мной: — Если ты сможешь наложить на нас видимость какого-то мужика, то никто ничего не заподозрит! Да, камеры не способны видеть эти фокусы, однако это всё равно выиграет нам время! Клето, да ты гений! Значит, карточку украсть всё же стоит. Просто перевоплотишь нас в одного из «белых халатов» — и дело сделано! — я мысленно дала себе подзатыльник. Это чересчур опасно. Всё-таки… мы всё ещё дети, и, стоит тем амбалам нас поймать, нам явно придётся худо. А жить, простите, хочется. — Но я бы хотела дождаться Кёю. Это опасно, а мы — ещё совсем дети, отпора явно дать не сможем. Как он скажет, так и будет, хорошо?       Мукуро очень долго на меня смотрел, после чего прищурил глаза, которые были и без того узко сощурены:        — Тебе ведь… не семь лет.       В ту же секунду двери с противным скрипом, с силой ударяясь об стену, и захлопнулись обратно. Небольшое тельце, которое швырнули на середину комнаты, тут же вскинулось и будто попыталось кого-то выглядеть — сделать это было невозможно из-за бинтов, которые полностью охватывали голову ребёнка.        — Нацуми, — слабым голосом позвал мальчишка. Я несколько секунд сидела на месте, не в силах понять, что надо этому незнакомому ребёнку, однако спустя ещё мгновение меня тут же испуганно дёрнуло в его сторону с судорожным вдохом и тихим «Кёя!». — Я в порядке, — тут же буркнул он, когда я чересчур осторожно обхватила дрогнувшими ладонями его перебинтованную голову, — но ничего не вижу. Помоги. Н-но только раз. Ясно?       Проигнорировав вспыхнувшие уши мальчика, я прикоснулась к оголённому участку кожи на лбу, проверяя температуру, и вызвала окно персонажа. И в ту же секунду еле заставила себя сидеть на месте спокойно — сколько бы Кёя не пытался показать, что всё абсолютно точно нормально, здоровье у него достигло критичной отметки — тридцать баллов из ста, да он на ногах наверняка стоять не может! Ещё и огрызается, вредный, лежит… Надо было что-то срочно делать.        — Тебе спеть? — тихо-тихо шепчу на ухо. Хибари, кажется, пытается моргнуть, ведь бинты на его лице чуть смещаются, но кивает едва заметно. Петь я совсем не умела, но для японского пения не требовалось вытягивать высокие ноты или держать ровный тембр голоса — хоть фальшивь, всем будет плевать. Начала напевать я совсем тихо, глотая слёзы, которые комом встали в горле, и старалась незаметно стирать их с щёк. Песня была старой-старой для моего мира — в этом же её долгое время не должно существовать. Кёя перевернулся и уткнулся забинтованным лицом мне в живот, незаметно морщась от боли.        — Холодно, — честно признался он глухо.       Я откинула голову и с силой приложилась затылком об бетонную стену. Меня трясло от жалости и вины, однако я всё же смогла успокоить дрожь в руках, после чего положила ладонь на его спину, чувствуя острые позвонки под подушечками пальцев.        — Бежим, — тихо прошептала я, смотря в темноту. Клето очень долго смотрел на меня невозможно голубыми глазами, после чего слабо улыбнулся и кивнул.       

[Нацуми Хиноде | Lady Misfortune Статус: беглянка]