Lady Misfortune

       — Ciao! * — улыбнулась я, когда Алауди вошёл в комнату, и отвлеклась от примерки платья, разглаживая на платье складки.       Блондин замер даже как-то растерянно — он не мог понять, как я попала сюда, ведь он наверняка обходил все шумные помещения за несколько десятков метров, а тут — раз, и подстава. Мне даже пришлось изучить все маршруты, чтобы быть уверенной в своей, скажем, миссии хотя бы на пятьдесят процентов: всё же, Алауди был полностью непредсказуемым, он запросто мог просто свернуть в другую сторону — в таком случае поиск мужчины мог затянуться не на один час. Ну вот зачем они строят такие большие особняки? Ребёнку в них потеряться так легко, они этого добиваются, да?       Я вновь разгладила складки на крепящейся к корсажу юбке, которая была обвита рюшами.       Платье, кстати, было действительно очень красивым — вроде простенькое, цвета слоновьей кости с поясом из яично-жёлтой атласной ленты, однако выглядело и сидело действительно просто изумительно. Его мне… одолжили, а не купили, нет, я не настолько драгоценная гостья. Оказывается, в этом поместье раньше жила какая-то женщина — вроде как, она была невестой кого-то из друзей Джотто — и именно от неё осталась парочка «детских» платьев. Повезло, что она, судя по всему, была ростом маленькой и худенькой — лишь из-за этого чужая одежда мне подошла.       Но мне, конечно, больше нравятся привычные шорты, джинсы и длинные удобные майки, ей богу. Пусть здешние платья отличаются красотой, подвижность они уменьшают раз в десять минимум. В них не побегаешь, на дерево не залезешь — как я должна жизнь свою спасать? Вдруг тут где-то есть собаки? А если они за мной побегут, как я спасу свою жизнь тогда, а?       То-то же.        — Меня оставили с вами, потому что Джотто-сан занят какими-то делами, — честно хлопая глазами, выдала я, надеясь на то, что в этот раз навык очарования, который я прокачала на семьдесят процентов точно (интересно, что будет, когда очарование достигнет отметки в сотню? Я смогу влюблять в себя одним взмахом ладони? Вроде прикольная плюшка, а вроде и не очень… Играть с чужими чувствами — такое себе занятие), поэтому я была просто обязана использовать его на Алауди. Хоть где-то эта штука должна пригодится, верно?       Система одобрительно промолчала, но очарование прокачивать отказалась — даже стало несколько обидно, раньше это вызывало у меня раздражение, и я просила перестать добавлять баллы к этому параметру, а сейчас, когда они стали по-настоящему нужны… Противная ты, Система.        — Нянькой работает Асари, не лги мне, — мужчина закатил свои до невозможного голубые глаза. -5 к «Актёрскому мастерству»       Я подскочила, раздосадованная — во-первых, Алауди мне не поверил, а во-вторых, Система забрала слишком много баллов. Грабёж! Как подать в суд на божественную игрушку, про существование которой знаю только я? Если меня не посчитают сумасшедшей, то, возможно, даже вернут моральную компенсацию…        — Ладно-ладно! Мне действительно предложили остаться с Асари-саном, но он, ам-м… тоже выглядел очень занятым, поэтому я попросила оставить меня с вами! — видя, как мужчина вскидывает свои светлые узкие брови и, кажется, собирается уходить, я начала махать руками и забормотала ещё быстрее, сопровождая каждое своё слово взмахом ресниц: — Арауди-сан, не бросайте меня!       Мужчина развернулся на каблуках своей обуви, напоследок кинув раздражённое:        — Моё имя Алауди, — и был таков.        — Да чтоб тебя, — выругалась я, морща нос и надувая щёки от бессилия. Почему-то я категорически не нравилась этому Алауди и сделать с этим ничего не могла — казалось, даже то, что я дышу, его раздражало.

Ваша репутация в глазах Алауди упала!

      Да чтоб его! Повторное ругательство никакого наслаждения не принесло: чёрт, да за что я ему так ненавистна? И почему отношения ухудшились только сейчас? Не лучше было бы изменить их во время нашего разговора? Или я успела сделать что-то сразу после того, как он ушёл? Выругалась?       Чёртов блондин. Все блондинистые мужчины с голубыми глазами такие противные, да.       Стоило чужим шагам стихнуть, я упала на софу, обитую белой кожей. Вот что я ему сделала?       Может, ему просто рыжие не нравятся?.. Ну, знаете, личный там триггер какой-нибудь. Вдруг первая любовь Алауди была прекрасной рыжеволосой дамой, которая разбила ему сердце и оставила в одиночестве, поэтому он так обозлился на мир и меня (в частности), превратившись в глыбу льда с мёртвым взглядом. Звучит правдоподобно, стоит согласиться…

Внимание! Угроза похищения Игрока возросла на 90% Будьте бдительны!

      Ой-ёй, а чего так резко? Ах да, я поставила тревогу на девяносто процентов, в принципе, не веря в то, что кому-то могу понадобится… Что же, в особняке мне нечего было бояться — кто сунется к этим мужчинам? Главное, не покидать его территорию, тогда мне ничего не грозит.       В противовес моим же словам о полной безопасности, со спины меня накрыла чья-то тень — видимо, человек либо стоял за занавесками всё это время, либо пробрался через открытое окно. Я предприняла попытку взвизгнуть, однако чужая холодная ладонь тут же прижалась к моему рту, вторая же надавила на гортань, и получился только задушенный полувсхлип-полувскрик.       Алауди внимательно рассматривал документы, которые ему отдали на проверку, на ходу — его шаги в коридоре отчего-то звучали оглушительно громко, будто маленькие раскаты грома посреди белого дня и чистого неба, как и шелест переворачиваемых листов. Он вовремя отодвинулся в сторону, едва не столкнувшись с другим мужчиной — шёл Асари бесшумно, поэтому заметить его Алауди помогла только интуиция.        — А где Нацуми? — нахмурился Асари, когда оглядел его со всех сторон и, видимо, не заметил рядом рыжую надоедливую девчонку.       Алауди, стараясь не отвлекаться от документов в своих руках, едва заметно мотнул подбородком в сторону комнаты, которую он покинул некоторое время назад.       Асари нахмурился:        — Ты оставил её одну?        — Что с ней сделается? — Алауди раздражённо поморщился, всё же поднимая взгляд на мужчину, однако перепалку прервал едва не врезавшийся в них священник, который выглядел обеспокоенно — на лбу можно было заметить испарину, видимо, он только что оббежал парочку коридоров. Быстро вздымающаяся грудь только подтвердила их догадки.        — Вы тоже ищете Рикардо? — спросил запыхавшийся Накл, стирая со скул пот длинным рукавом. — Обычно он не терялся в поместье, а теперь днём с огнём не сыщешь… Эй, что с вами?       Алауди и Асари переглянулись.       Если девчонка чья-то дочь, то её отец их точно убьёт. Затем Джотто их откопает, оживит и вновь убьёт самой мучительной смертью за то, что они оба ослушались приказа и потеряли ребёнка.       Прогремел выстрел, и они сорвались с места.

***

       — Джотто с самого детства не умел управляться с детьми, — ворчливо заявил мужчина, чуть подкидывая меня в воздух, чтобы поудобнее перехватить. Нёс он меня, естественно, как ребёнка, а не «принцессу», поэтому взлетела я слишком опасно высоко, из-за чего и вырвался унизительный визг. Это вообще законно в этом времени? Я понимаю, что во всех временах есть свой Чацкий, который вёл бы себя так, будто родился не в своём веке, однако так открыто нарушать рамки приличия… Этот Рикардо был либо очень глупым, либо очень богатым. — Чего ты так верещишь?        — Потому что вы меня похитили!        — Это не похищение, — закатил глаза Рикардо. — То, что я предотвратил — похищение. А это нет, это всего лишь спасение.       Я мысленно с ним согласилась — ладно, верно, мужчина, который недавно пробрался в комнату и хотел вытащить меня через окно, действительно был похитителем. Рикардо с его… прямолинейностью на эту роль не подходил. Да и, судя по всему, он просто прогуливался вокруг здания и рассматривал сад, ожидая, когда Джотто, наконец, поймет, что он просто потерялся, и отправит за ним людей. А тут — здраствуйте, неожиданная неприятность, из особняка связанную меня вытаскивал какой-то человек.       Думаю, каждый нормальный мужчина на его месте поступил бы так же. Но стрелять в него, конечно, было необязательно…       Однако другие бы просто вернули меня в особняк. А этот куда-то настойчиво тащит, напоминая этим Реборна — только если тот пришёл истинно за мной, то Рикардо, судя по всему, сорвал какие-то переговоры, просто на них не явившись.        — Если это не похищение, то дом, в котором я остановилась, в той стороне, — предприняла я последнюю попытку вернуть саму себя туда, где мне и место, однако мужчина проигнорировал меня, только мельком бросив взгляд на лицо, и сухо заметил:        — Платье красивое. Не носи больше те ужасные тряпки, они делают тебя похожей на девицу лёгкого поведения.       Я промолчала, надувшись. +1 к очарованию       Не с тем ты, Система, очарование моё используешь! И сколько он тебе заплатил за это, признавайся?       Божественная игрушка промолчала, а я подумала о том, что это очень глупо — спрашивать что-то у искусственного интеллекта, но больше тараканов в моей голове не наблюдалось, поэтому довольствоваться приходилось этим.        — И… куда мы идём?        — Ко мне домой, — легко ответил Рикардо, сухо хмыкнув. Видимо, с эмоциями у него было в напряг: либо злой, либо никакой. — Джотто сказал, что ты его племянница. Значит, мы не кровные, но родственники, поэтому ты имеешь полное право посещать наше поместье в любое время.       Мы не в том веке, чтобы забирать кого угодно к себе домой! Будь я реальной дочерью какого-то барона и племянницей того мужчины, слухи обо мне разлетелись бы в мгновение ока, если судить по скользким взглядом людей, которые провожали нас глазами, это произошло бы даже быстрее.       Думаю, в следующий раз нужно будет отказаться от путешествия во времени, ведь я никогда не могу усидеть на одном месте. Даже если воля не моя, меня всё равно тащат куда-то, иногда даже из благих намерений.       Я глубоко вздохнула, понимая, что мужчина не шутит — он действительно тащит меня к себе. Надежда была лишь на то, что у него есть что-нибудь поесть.       Дежавю. Стопроцентное дежавю.