Игрушка дьявола

***

Не всё, кажущееся понятным на первый взгляд, в действительности является таким. И даже то, что кажется тебе полностью понятным, может таить в себе такие секреты, которых не ожидал никто.

12 августа 2013 Чонин совершенно отстраненно смотрит на это нечто, которое медленно и бесшумно продвигается из глубины лесной чащи прямо к нему. Из разверстой волчьей пасти размеренно капает чёрная тягучая жижа, маслянисто-чёрное, обожжённое адским пламенем мускулистое, горбатое тело всё ещё немного дымится - видимо только что вылезло из этого пекла. Чёрный туман шлейфом развивается за ним, оставляя чёткий след. Чон ловит колючий взгляд беспросветных угольных глаз и видит лишь одно - тьму. Будто эти глаза скопили в себя всю мрачность и темноту подземелий Преисподней. И восхищают и пугают почти так же сильно как и глаза Криса. Ян уже почти его не боится, даже привыкать начал, что эта зверюга каждое утро во время прогулки выходит из чащи, обнюхивает его и уходит обратно, явно докладывая всё своему хозяину. Чана за прошедший месяц Чонин видел всего два раза, да и то, издалека, каждый раз ощущая на себе пытливый взгляд кровавых глаз. Старший будто специально держит дистанцию, не приближался и лишь наблюдает. Чон, в принципе, был очень даже этому рад, только вот что-то внутри него отчаянно билось, стонало и рвалось к всепоглощающей тёмной энергии, исходящей от демона. И за месяц эта банальная нехватка медленно переросла в что-то наподобие наркотической ломки, нуждаясь в дозе, казалось, больше, чем в кислороде. В это время волк (?) вплотную подошёл к нему, обнюхивая со всех сторон, обходя, словно исследуя. И вот, закончив, монстр вместо того, чтобы уйти, поднял свои чёрные глаза и уставился на Чона. — Ну и чего ты на меня смотришь? — Ян невольно напрягся, чувствуя ту же самую опасность, что и от Чана, но тот хотя бы был человеком. То, что сейчас стояло перед ним, человека явно не напоминало и было гораздо крупнее самого Чонина по габаритам, мало ли что могло взбрести в эту косматую голову. Волк посмотрел ещё с секунду и затем плавно опустил голову и коснулся горячим, как уголёк, носом руки мальчика. Ян дернулся, но не отошёл, завороженно глядя на мощного монстра. Существо снова подняло голову, заглядывая в лицо, и качнуло головой в сторону леса, откуда само пришло минуту назад. — Мне нужно пойти с тобой? Волк еле заметно кивнул и, развернувшись, чинно направился в лес. Чон, обречённо вздохнув, смиренно поплёлся за монстром. Ослушаться было просто страшно. В любом случае от этой громадины он не убежит, а даже если убежит, потом его найдёт Чан, что пугало ничуть не меньше. Поэтому всё, что ему оставалось - это послушно следовать за чёрным волкоподобным существом, которым обычно пугали маленьких детей за непослушание. Чем глубже они уходили в чащу, тем отчётливее Чонин ощущал обволакивающую его тёмную энергию, причём концентрация её была настолько высока, что перед глазами плясали радужные круги, а голову опьяняюще кружило. На языке отчётливо стоял сильный металлический вкус крови. Эта энергия была мощнее, чем та, коротая обычно исходила от Чана, и ясно было одно - её источник уже где-то близко. Вдруг впереди показался высокий металический забор, на котором крупными красными буквами было написано "Опасная зона! Вход запрещён!". Чон замер, непонимающе смотря на своего проводника. Тот же, подойдя к забору, пару раз поскрёб острыми как бритва когтями по металлу, создавая отвратительный скрип, а затем, зацепив край, чуть приподнял и поддел мордой отделившийся край. Ян тут же подошёл, придерживая лист и пропуская вперёд волка, а потом и сам протиснулся в узкую щель. Но стоило только перешагнуть через балку, как в нос сразу же ударил сладковатый запах, от которого задрожали колени. Всё внутри затопило безумное, граничащее с экстазом ликование. Удивительно сильная энергия проходила сквозь тело, пропитывая каждую клеточку мальчишеского тела. Они находились в самом центре этого тёмного вихря, безумного и ничем не контролируемого. Стараясь не потерять рассудок от переполняющих его эмоций, Чон пошёл за ожидавшим его волком, и вскоре деревья расступились, и перед глазами мальчика открылась поразительная и удивительная картина. Они находились на берегу большого озера, вода которого напоминала чёрное, идеально гладкое зеркало. Казалось, водное пространство было полностью лишено жизни, и только тёмные мощные сосны, движимые лёгкими порывами ветра, приносили каплю движения в эту мертвенную картину. Волк подошёл почти к самой воде и начертил на песке какие-то символы, а затем из его пасти вырвалось глубокое, низкое рычание, смутно похожее на человеческую речь. Внезапно вода резко всколыхнулось и в самом центре озера медленно начала образовываться воронка. С каждой секундой водоворот набирал силу, вода заметно вышла из берегов и мгновение назад мертвенно спокойная вода сейчас напоминала бушующую океанскую пучину. Из самого сердца этого безумия вдруг вырвалось три бардовых огненных всполоха и взлетели вверх. Закружившись в безумном вихре, они слились в один, горящий смертоносным пламенем шар. Зависнув на секунду, он начал медленно и плавно двигаться к волку. Безжизненную тишину прорезал гортанный демонический рык. Монстр сказал два слова, очень похожие на те, что читались в вечерних молитвах в церкви, но они были так сильно искажены, что Ян не смог разобрать ни звука. Шар совершив два плавных оборота вокруг своей оси, остыл, напоминая чёрный прогоревший уголёк. Волк медленно повернулся к застывшему Яну и низко поклонился. — Прошу прощения, господин, что не смог поприветствовать раньше. Моё имя Мадок, — Утробно рыча, демон устремил свои чёрные глаза на испуганного Чона. — Я адская гончая. Повелитель приказал мне следить за вами всё время вашего пребывания здесь. Сейчас мы с вами находимся у входа в один из самых крупных порталов между мирами. — И зачем же ты меня сюда привёл? — Чонин встревоженно поёжился, чувствуя на себе десятки взглядов чернильных глаз, наблюдающих откуда-то из под чёрной толщи проклятого озера. — Хозяин приказал передать это вам, — Волк мотнул мохнатой головой в сторону застывшего в воздухе шара. — Это проводник, он приведёт вас сюда в любое время, чтоб пробудить его, нужна всего лишь капля вашей крови. — Но зачем мне сюда возвращаться? Мне здесь ничего не нужно. Монстр молча обвёл его нечитаемым взглядом, а затем принюхался. — Вы необычный человек. Ваш запах и энергия такая же, как и у повелителя, я почувствовал это как только впервые увидел вас. Ваша душа тянется к тёмной энергии и нуждается в ней так же сильно как и все, такая же как я. Повелитель не сказал, кто вы такой, но я могу быть уверен - ваше место там, а не среди простых смертных. Подумайте об этом. А сейчас примите это. Шар, до этого мирно висевший в воздухе, неспешно подплыл к Чону. С опаской взглянув на крутую чёрную шкатулку, он всё же аккуратно взял её, чувствуя всё ещё исходившее тепло. — Нам пора возвращаться, иначе вас потеряют. Пойдёмте. Кинув последний взгляд на успокоившуюся чёрную воду, Ян направился за волком. В душе творился полный хаос.

***

По тёмной комнате, залитой холодным лунным светом, расползлись причудливые тени, больше похожие на чьи-то когтистые лапы. Одетый в одну лишь рубашку, Чонин сидел на мягком полу, вертя в руках небольшую круглую шкатулку. Всё внутри делилось на две части: одна требовала новой дозы тёмной мощной энергии, кричала и рвалась наружу, убеждая в том, что он упустит что-то важное, если останется сейчас здесь, а другая настаивала на том, что он обязан остаться, иначе произойдёт что-то поистине ужасное. Ян не знал, что делать. Чёткое чувство того, что это очередная ловушка, подстроенная Чаном, не давало покоя, с каждой минутой всё больше давя на и без того накалённые нервы. Но вот всё ещё яркое ощущение тёмной, густой, всепоглощающей тьмы на коже, её запах и вкус заставляли кровь кипеть в жилах, а глаза предательски закатывались от томительного наслаждения. Чон понимал — он нуждался в этой энергии. Искушающая и развращающая тьма тянула к себе с ужасающей силой, и какая-то часть Чонина отчаянно к ней рвалась. Что значили те слова волка? Почему его энергия похожа на энергию Чана? Почему его место среди демонов? Что с ним не так? Эти вопросы сводили с ума, не затихая повторялись будто заевшая запись на плёнке. Хотелось плакать, зарыться носом в острые колени и плакать долго, пока внутри ничего не останется - ни чувств, ни эмоций, ни упрямого желания жить. Вдруг где-то глубоко внутри вспыхнуло почти болезненное желание увидеть Криса. Он же точно должен знать ответы на все вопросы, так почему же он не приходит к нему? Почему оставил Яна в такую трудную минуту? Перед глазами пронеслись воспоминания о его первом дне в этом месте, когда острые клыки дьявола вошли в чувствительную кожу шеи, впрыскивая в кровь свой яд. Кожа тут же покрылась будоражащими мурашками, а пальцы инстинктивно потянулись к месту давно зажившего укуса. Нет. Нужно идти. Он должен во всём разобраться. Бегло глянув на спящих родителей, Чон бесшумно подошёл к рюкзаку отца и достал из бокового кармана маленький перочинный ножик. Проведя лезвием по пальцу, мальчик приложил его к чёрной шкатулке. Та вдруг приподнялась в воздух и засветилась тускло-красным цветом. — Отведи меня к порталу. Вздрогнув шар плавно поплыл к двери и Чон, ни секунду не мешкая, тихо последовал за ней. Чёрная лесная громада устрашала каждым своим звуком и тенью. Ян чувствовал, что откуда-то из темноты за ним неотрывно следят адские твари, подосланные Крисом, но упрямо шёл за проводником, старательно подавляя все страхи и опасения. Он только сейчас понял, что так и выбежал из дома — босиком и в одной лишь длинной рубашке, едва прикрывающей худые бёдра. Ночной холод нещадно обдувал тонкую кожу резкими порывами ветра, вызывая противные мурашки. Всеми рецепторами Чонин чувствовал нарастающую тёмную, густую как смола энергию. Вскоре вдалеке мелькнула металлическая стена забора. Пройдя через ту же дыру, что и утром, Чон прерывисто вдохнул полные лёгкие воздуха. Всё вокруг чуть ли не звенело от кружившегося вокруг темного вихря, ничем не сравнимого во своей силе с тем, что был утром. Пройдя ещё немного, он наконец вышел на берег. Когда исколотые и замерзшие ступни коснулись всё ещё немного тёплого, мягкого песка, мальчик с облегчением выдохнул. Ночную тишину нарушал лишь лёгкий шум хвои на ветру. Зеркально-чёрная гладь озера отражала окружающие деревья, яркие звёзды и белую, холодную, полную луну. Всё это создавало настолько удивительно-пугающую картину, что маленькое сердце в мальчишеской груди взволнованно забилось, а перед глазами поплыли разноцветные круги. Озеро притягивало к себе какой-то невидимой силой, будто зазывая опуститься в чёрную непроглядную пучину, но вот вернёшься ли ты обратно?.. Проводник медленно подлетел к воде и, зависнув на несколько секунд, погрузился в кристально-чистую безжизненную воду. Чон озадаченно замер, не решаясь шагнуть вперёд. Что это значит? Ему нужно зайти в воду? Но что его там ждёт? Неужели он так просто сдастся в руки тьмы? После всех его протестов и борьбы просто так окунуться в неизвестность, в распростёртые объятия Чана? Сейчас сделать шаг вперёд значит признать своё поражение, сдаться тьме, стать безвольной игрушкой дьявола. В ушах набатом зазвучали слова обеспокоенного Ликса.

"А ты не думал принять то, что тебе предначертано судьбой? Не думал...Сдаться?"

Думал. Так часто думал, что это отвратительное, беспомощное "сдаться" уже въелось в кору головного мозга и выжглось на обратной стороне век. Каждый раз, закрывая глаза, он думал, а почему бы нет? Может так действительно будет легче, всё это закончится? Вот и сейчас, совершенно не понимая, что делает, Чонин сделал шаг вперёд, погружая узкую стопу в холодную воду. Тут же тело прошил миллион иголок темноты пропитывая каждый миллиметр, каждую клеточку. Ян с удовольствием закрыл глаза. Глубоко внутри что-то будто бы очнулось от долгого крепкого сна, поднимая голову и устраивая настоящую бурю из быстрых потоков горячей крови и частых ударов сердца. В нос забился резкий металлический запах, а перед глазами всё поплыло. Голову окутала невидимая дымка, погружая сознание в транс, и заставляя тело двигаться лишь на инстинктах. Шаг. Ещё один. Ещё. И ещё. И вот мальчик уже по пояс в воде. Тело неспешно окутывала чёрная густая вода, впитываясь в кожу. Дыхание безбожно сбилось. Барабанные перепонки наполнились тихими шепотками, зовущими, завлекающими. Они тянули всё глубже и глубже. на самое дно. Вода уже достигла шеи. И вот, очередной шаг, как вдруг нога подвивается на рыхлом песке. Не успев сделать ни вдоха, Чон с головой уходит под воду. Хочет всплыть, но ноги резко хватают и тянут вниз. Твари цепляются за руки, плечи, ноги утягивая всё глубже. Воздуха катастрофически не хватает, лёгкие жжёт. Ян чувствует, как остатки воздуха выходят из тела, а вместо него в лёгки проникает пропитанная тьмой вода. Вдруг чьи-то сильные руки выдёргивают из лап демонов и тянут наверх. Секунда и толща воды расступается, пропуская к спасительному кислороду. До боли знакомые когтистые руки прижимают к широкой груди и Чонин готов поклясться, на обескровленных губах сейчас цветёт победная усмешка. Наплевав на всё, младший обвивает руками чужую шею, вжимаясь в крепкое тело и вдыхает такой приятный запах. — Я терпеть тебя не могу. Тихий хриплый смех будоражит до мозга костей, пуская по коже миллионы мурашек. Ян отрывается от чужого плеча, поднимая голову и смотря в голодные кровавые глаза, прикрытые мокрой белой чёлкой. Сердце бьётся со скоростью света, перед глазами ураган, а внутри всё странно крутит и рвётся наружу, сознание уплывает медленно, будто уступая место кому-то другому. Вдруг всё перед глазами окрашивается в ярко красный, а запах крови пропитывает каждый кубический сантиметр воздуха, вода приходит в непонятное движение. Ян напуганно смотрит на напряжённого, смотрящего по сторонам с непониманием Чана. Вдруг тело содрогается от резкого толчка, и всё темнеет. На грани сознания Чонин чувствует как ноги отрываются от поверхности воды, взмывая вверх, а затем сознания ускользает.

***

Крис ничего не может понять. Он смотрит на взволновавшуюся воду, а затем на бледного, почти бессознательно мальчишку в его руках. Что-то явно не так. Вдруг одним резким толчком его отбрасывает от Чона и перед тем как отстраниться, Чан видит кривую усмешку на красивых детских губах. Что происходит? Тело Яна взмывает над водой и зависает неподвижно, будто его кто-то удерживал, не давая рухнуть вниз. Со всего озера медленно как чёрные змеи к мальчику начали стягиваться потоки тёмной энергии, они укутывали хрупкое тело, проникая во внутрь. Почему мальчишка вдруг начал притягивать в таких объёмах тьму? В голове тут же закрутилось множество мыслей и предположений — одно безумнее другого, но точного объяснения Чан так и не смог найти. Впитав в себя достаточное количество энергии Чонин плавно опустился вниз, остановившись прямо напротив застывшего на месте мужчины. Только сейчас, увидев младшего вблизи, то шокировано уставился на стоящего перед ним подростка. То, что видел сейчас Крис никак не поддавалось объяснениям. Прямо на его глазах милое, по-детски пухлое лицо Чона приобретало более выразительные и привлекательные черты: ресницы и брови стали темнее, а и без того красивые губы приобрели ярко-красный оттенок, будто бы налились кровью. Подростковое нескладное тело приобрело соблазнительные изгибы, кожа стала бледной, лишённой всякого загара, а ногти правой руки заметно удлинились, выходя за пределы пальца. То что видел растерянный Чан значило только одно — Чонин превращается в демона, что было просто невозможно. Вдруг до этого закрытые глаза младшего открылись, выбивая последний кислород из лёгких старшего. На дьявола смотрели два разные по цвету глаз. Левый был ярко-металлического блестящего оттенка, такие глаза принадлежат прекрасным ангелам, а правый был насыщенного рубинового цвета. Такой же как у самого Чана. Просто невозможно. На прекрасных губах расцвела соблазнительная улыбка, а разноцветные глаза задорно и пошловато сверкнули. — Привет, Чанни, — сладкий голос рябью прошёлся по барабанным перепонкам старшего, вызывая возбуждающую дрожь. — Кто ты? — Голос сипел, в горле пересохло то ли от того, что сейчас Крис видел перед собой, то ли от плохого предчувствия. — Я Фидель, — Мальчик подошёл вплотную, проведя тонким длинным пальцем по напряжённому плечу блондина. — Но как же... — Я стал таким? О, Чанни, разве ты ещё не понял? Я не просто ангел, — загадочно прошептал наклонившийся к самому уху Чон. — Я полукровка. Вдохнуть у Чана отчаянно не получалось. Он во все глаза с восторгом смотрел на прекрасное существо перед ним, боясь даже двинуться, лишь бы только оно не стало наваждением. — Только родившись, моя душа сразу впитала в себя самый страшный грех, который может совершить человек - предательство. Но так как оно было совершено самим Богом, то оно очернило половину моей души. Тьма породила мне демоническую сущность, а Свет — ангельскую. Я — дитя Тьмы и Света, единственный во всем мире, — Мальчик затих, лукаво глядя на поражённого дьявола. — И принадлежу тебе. — Твой запах..., — Старший жадно притянул к себе ангела, проводя носом по тонкой шее, вдыхая чарующий аромат, от которого голову кружило до темноты перед глазами. Сладкий чистый аромат ангельской души смешался с пряным чуть резким демоническим, образуя удивительный запах, непередаваемый никакими словами. Голодно облизнувшись, Чан прикрыл почти чёрные от возбуждения глаза. — Пробуждение демона отразилось на моей внешности и отразится на поведении, учти это. Ты же прекрасно знаешь, как ведут себя демоны, не так ли, Чанни? Едва сдерживаясь, чтоб не разложить это божественно недоразумение, Чан обречённо вздохнул, понимая, как тяжело придётся в ближайший месяц, пока демон в Чонине хоть немного не успокоится. — Твою мать...