Just for an Hour of Every Day

Жить, умереть и снова жить За все своя цена. Забьется пульс среди ночей Just for an hour of every day.

На границе леса Гарри оборачивается. Стоящие позади Рон и Гермиона держатся за руки. В ладони Гермионы маленький огонек — Гарри так и не научился их создавать. — Будь осторожен, — говорит Рон и вздрагивает, переводя взгляд на деревья. А Гермиона, кажется, разрывается между желаниями убить его и обнять. Но в конце концов решает в пользу последнего. — Я вернусь, обещаю, — тихо шепчет Гарри. Гермиона хлопает его по спине. Она не зла, просто расстроена. Отпустив ее, Гарри подходит к опушке, на секунду оглядывается, а потом шагает в лес. Мимо него проходит Люпин, неся в руке пакет для ингредиентов. Он разговаривает с кем-то невидимым, наверное, с одним из живых — возможно, с профессором Спраут или мадам Помфри. Некоторое время Гарри следует за ним, по потом Ремус останавливается и начинает собирать растения. Гарри минует его и идет дальше, положившись на интуицию. Наверное, даже если он закроет глаза, ноги все равно приведут его к поляне. Удивительно, но Гарри больше не чувствует опасности. Как только мертвые приходят на смену живым, страх почти совсем исчезает. Вокруг него бродят Пожиратели Смерти, иногда рядом появляется Ремус, а потом он внезапно снова оказывается перед кустом шиповника. Гарри пробирается через него, и в его жилах стынет кровь, когда он видит, кто ждет на поляне. Это черная лиса, но больше не лиса. В лунном свете стоит Смерть, закутанная в черный плащ. На ней по-прежнему белая маска в виде лисьего черепа — наверное, никто никогда не видел ее истинное лицо, но этот образ кажется реалистичнее животного, хотя и не намного. Ее глаза уже не желтые, а блекло-белые. Они тусклые и кажутся безжизненными. Сначала Гарри думает, что верхнюю часть маски покрывает капюшон, но, подойдя ближе, понимает, что это волосы или длинный черный мех. Спутанный, неухоженный и сухой. — Тебе нечего бояться, — эти слова произносит не Смерть, и Гарри оборачивается, глядя на другую, более знакомую фигуру. — Я не мертв, — говорит он. — Меня все еще можно ранить. — Пока не мертв, — Снейп закатывает глаза. — Но твое время придет. Ты никак не сможешь этого избежать, так зачем бояться? Она не придет за тобой раньше положенного, и ты не сможешь убежать, когда настанет твой час. — Как вчера? — спрашивает Гарри, подходя ближе. Снейп недовольно смотрит на него, но произносит: — Вчера ты вел себя как дурак. Это не твой питомец, не друг или враг. Нельзя показывать ее, искать, охотиться, беспокоить, когда захочется. Независимо от того, кто ты ей. — А кто я ей? И кто ты ей? Ты мертв, но другие мертвецы не разговаривают. Ты можешь говорить со мной, видеть меня, видеть ее. Ты не просто эхо. — Ты знаешь, кто ты. Знаешь, что ты. Я же... — Снейп тяжело вздыхает. — Я больше, чем мертвец, но и не совсем живой. Я ее голос к тебе. — И что она говорит? — Убирайся. Гарри смеется: — Смерть хочет, чтобы я убрался? — В основном, — кивает Снейп. Гарри снова поворачивается к застывшей на поляне фигуре. — Забери свой дар, и я уйду. Она начинает приближаться к нему, и это намного страшнее всего, случившегося ранее. Смерть скользит по снегу. Ветра нет, но ее черный плащ и волосы слегка шевелятся. Ее маска — отвратительная имитация красивой лисы, которой она была. Лишь белая кость и мертвые глаза. Она наклоняет голову и обнажает в ужасной улыбке острые клыки. Гарри хочет спрятаться, убежать, оказаться как можно дальше от этого кошмара, но остается на месте. Смерть замирает в паре футов от него, и Снейп произносит: — Она не может просто забрать его, Поттер, — он усмехается, когда Гарри вздрагивает при звуке его голоса. — Ты ее Повелитель. Ты должен сам его вернуть. — Как? — спрашивает Гарри, глядя в слепые мертвые глаза и стараясь не показывать страха, от которого бешено колотится сердце. Жуткая улыбка становится шире, и хотя Гарри знает, что это лишь тошнотворная игра теней, он боится, что она могла прочесть его мысли. — Все очень просто, — уверяет Снейп. — И ты знаешь, как. Гарри резко разворачивается. Впервые после встречи с черной лисой гнев подавляет страх. — Думаешь, я бы уже не отказался от этого гребаного дара, если бы знал, как? — Не знаю, мистер Поттер. Я всего лишь марионетка. Но я бы подумал, хочу ли оставаться Повелителем Смерти. Гарри замирает, осознавая, что стоит рядом с человеком, который мог с легкостью читать его с одиннадцати лет и без труда узнавал все секреты. Нельзя отрицать, что Снейп в чем-то прав. Возможно, Гарри всегда подозревал, что ему нужно сделать. Возможно, даже пытался разобраться в этом около месяца назад. И, возможно, отступил, не в силах отпустить этот дар, так как все еще не встретил того, кого хотел увидеть. Снейп стремительно подходит к нему. Гарри поднимает голову и смотрит на него снизу вверх, почти готовый признаться вслух. — Почему я единственный, кого ты слышишь, Поттер? Почему я не могу избавиться от тебя даже после ухода в иной мир? — со злостью спрашивает Снейп. В следующую секунду он хватает Гарри за горло, сжимая его шею длинными тонкими пальцами. Гарри пытается вырваться. Разум твердит, что Снейп на самом деле мертв, но его хватка реальна, даже более того, его рука теплая, как прикосновение живого. — Что ты такое? — хрипит он, изображая гнев и отвращение, хотя чувствует нечто совсем иное. — Я говорил тебе, — раздраженно отвечает Снейп. — Тень жизни. Более живой, чем мертвый. Мое сердце бьется, — взяв Гарри за руку, он прижимает ее к своей груди. — Мой разум ясен, у меня есть свои мысли, потребности, желания. Тем не менее, я привязан к Смерти, я говорю то, что она велит, появляюсь тогда, когда она захочет. Она управляет мной. Гарри чувствует, как под пальцами стучит чужое сердце. Слишком быстро, но наверняка причина в стоящей рядом Смерти. — Она твой Повелитель, как я ее? Внезапно мир темнеет, пропадает лунный свет, даже гаснут звезды. Снейп исчезает, и в воздухе повисает безграничный ужас. Гарри снова хочет убежать, закричать от нахлынувшего безумного страха. Затем все снова меняется, возвращается свет, и страх моментально пропадает. Появляется Снейп. Он выглядит потрясенным. — Я был бы очень признателен, если бы ты прекратил оскорблять Смерть, Поттер, — рычит он, убирая волосы с лица. — Ты либо идиот, либо не в своем уме, если хотя бы на мгновение вообразил, будто можешь ее контролировать. — Сегодня днем она остановилась, потому что я так сказал, верно? — осторожно спрашивает Гарри. — Я не хочу оскорбить, просто спрашиваю, — быстро добавляет он, опасаясь, что Снейп снова исчезнет. Снейп не спешит отвечать, будто тоже боится разозлить ужасное рычащее существо позади них. — Верно. Она была в ярости, но послушалась. — Что будет, если я прикажу тебя отпустить? Снейп удивленно смотрит на него, но позади них вспыхивает практически осязаемый гнев. — Не смей никогда указывать Смерти, Поттер, — яростно шипит Снейп. — Ты как котенок, привязанный к дракону. Держишься за поводок, но понятия не имеешь, какая сила на другом конце. — Я никогда этого не хотел, — грустно произносит Гарри. — Тогда уничтожь поводок, — холодно отвечает Снейп. — Уничтожь Дары Смерти.