Just for an Hour of Every Day

Кружат предвестники беды, Добыча им нужна. Мы отдохнем от их когтей Just for an hour of every day.

Гарри просыпается, дрожа от ярости. В этот раз он твердо знает, что все это ему не приснилось, и со злостью бьет кулаком по подушке. Потом смотрит в окно. Слабый солнечный свет едва просачивается сквозь густые облака. Землю снаружи покрывает выпавший ночью снег, хотя Гарри совершенно не помнит снегопада. Он снова в своей постели, а Снейп остался в лесу. Лес... Гарри переводит взгляд на далекую чащу, рассматривая темные голые стволы. Над ними кружат вороны в поисках добычи. Их целью могут быть мыши, певчие птицы или мертвые тела, но Гарри подозревает, что на самом деле их притягивает нечто иное. Череп на морде лисы и ледяные глаза. Вздрагивая, он отворачивается от окна, боясь того, что может увидеть, если продолжит смотреть, и опускается на колени рядом с кроватью. В голове звучат последние слова Снейпа. Гарри кладет руки на деревянный сундук, но слишком испуган, чтобы его открыть. Он знает, что найдет в нем, знает, что нужно с этим сделать, но еще не готов. Третий Дар находится где-то в лесу. Он выронил его, направляясь к поляне вместе с родителями, Ремусом и Сириусом. Гарри не знает, где именно, и часть его, темная часть, которой нравится ходить среди мертвецов и которая хочет снова увидеть Снейпа, не желает, чтобы камень нашли... по крайней мере, пока. Может быть, на следующей неделе. Вряд ли небольшая отсрочка будет иметь значение. По словам Рона и Гермионы, вернувшись ночью, он сказал им лишь пару слов и ушел спать. За завтраком он говорит, что ничего не помнит, и они пытаются убедить его больше туда не возвращаться. Он обещает. Днем Гарри играет в шахматы, делает домашнее задание, немного помогает Макгонагалл, а когда приходит время ложиться спать, принимает душ и надевает пижаму. Пожелав Рону и остальным спокойной ночи, он задергивает полог. И ждет. Услышав тихое похрапывание Рона, Гарри переодевается в теплую одежду, натягивает толстые сапоги, зимнее пальто с меховой подкладкой и вязаную шапку. Он выходит из башни, стремясь покинуть живых еще до полуночи, и чуть не сталкивается с Макгонагалл, крадущейся на кухню, чтобы перекусить, но вовремя успевает спрятаться. Старая дубовая дверь с громким скрипом открывается, и он как можно быстрее выскальзывает наружу. К счастью, Макгонагалл уже устроилась за столом с чашкой чая и бутербродами с ветчиной, а патрулирующий коридоры профессор находится на другом конце замка, поэтому Гарри подходит к Запретному лесу незамеченным. Но стоит ему облегченно вздохнуть, как перед ним что-то появляется, и Гарри от испуга чуть не выпрыгивает из собственной кожи. — Так-так-так, наш Избранный, — хмыкает Снейп. Он стоит у края леса и кажется лишь тенью на фоне тьмы. — Ты сегодня рано, Поттер. — Ты меня напугал, — укоряет Гарри. — И правильно, — усмехается тот. — При виде мертвецов тебе следует мочиться от страха. — Даже при виде тебя? — Гарри подходит ближе, чтобы наконец нормально его рассмотреть. Вдалеке раздается биение часов. Начинается его час (их — произносит тихий голос в голове). — Особенно меня, — шепчет Снейп. Но Гарри его не боится. Больше нет. Снейп выглядит так же неприглядно, как и всегда, даже смерть его не изменила. Хотя в лунном свете, среди покрытых снегом деревьев, его тонкая кожа кажется белой, а не желтой. Его нос по-прежнему похож на клюв, мантия вздымается, даже когда он не двигается, будто вокруг него постоянно дует сильный ветер. Его движения изящны, а одежда никогда не цепляется за деревья или кусты. Снейп выглядит как раньше и останется таким навсегда. Мертвые не меняются, не стареют. Как дети, которые больше никогда не будут играть в снежки и не вырастут, Снейп никогда не поседеет, на его лице не появится глубоких морщин. Он никогда не женится, не заведет детей. Вдруг Гарри слышит детский голос. Из леса доносится тихий смех. Заметив справа какое-то движение, он поднимает палочку. Из-за старого ореха появляется девочка и подбегает к Снейпу. Она снова смеется — ее голос в пустом лесу кажется чем-то потусторонним, как и само ее присутствие. Гарри переводит взгляд на Снейпа, ожидая увидеть удивление, но тщетно. Тот обнимает маленькую черноволосую девочку и самодовольно улыбается. Внезапно Гарри понимает. Они и вправду похожи. Не только черными волосами и большими носами, но и тонкими фигурами, скулами, темными глазами. Гарри со страхом смотрит на Снейпа, широко раскрыв глаза. И так же внезапно, как появление девочки, длинные черные волосы Снейпа белеют. Сначала Гарри думает, что это просто снег, но нет, его волосы стремительно седеют, на лице появляются морщины. Снейп превращается в изможденного старика со впалыми щеками, но все еще похожего на себя. Потом начинают выпадать зубы, кожа на лице сморщивается, а затем тает, стекая вниз и обнажая белые кости. Черные глаза тускнеют и постепенно исчезают, оставляя лишь темные пустые глазницы. — Хватит! — кричит Гарри, отшатываясь. Не в силах этого вынести, он бросается вперед, хватает Снейпа за воротник и толкает. Тот врезается спиной в дерево и смеется, снова превращаясь в самого себя. — Ублюдок... — выдыхает Гарри. — Ты гребаный ублюдок... — Мертвецы, которых ты видишь, Поттер, довольны. Они занимаются тем, что приносит им счастье, — объясняет Снейп. — Это приносит тебе счастье? Вызывать у меня кошмары? Смех Снейпа такой же темный, как лиса. — Кто знает, что вызывает твои кошмары, Поттер? — Ты вызываешь... — тихо отвечает Гарри. Больше себе, чем ему. — Так что же делает тебя счастливым? — спрашивает он громче. — Кто знает… — пожимает плечами Снейп и усмехается. — Может, эта черноволосая маленькая девочка, — только он договаривает, как девочка появляется снова. Она бежит к нему, и ее веселый смех кажется слишком живым для этого темного леса. Она скрывается за деревом, на которое опирается Снейп, а когда выходит с другой стороны, начинает меняться. — Может, что-то другое, — продолжает тот тихим низким голосом. Девочка превращается в Гарри. В более старшую версию, которой около двадцати пяти лет — немного выше и шире в плечах. На его лице густая щетина, но он выглядит намного лучше настоящего. Этого Гарри явно не беспокоят мертвецы, вообще ничто не беспокоит. Кроме, возможно, Снейпа, который притягивает его к себе, зарывается длинными пальцами в спутанные волосы и целует. Замерев, Гарри смотрит на сюрреалистическую картину. Снейп не просто целует его старшую копию, а чуть ли не пожирает, крепко прижимая к себе, и тот не сопротивляется. Одной рукой Снейп держит его за волосы, а второй сжимает упругую ягодицу. Гарри слышит тихие стоны и всхлипы. По идее, ему следует разозлиться, но его бесят лишь черные глаза, продолжающие неотрывно смотреть прямо на него. Внезапно второй Гарри исчезает, и Снейп остается один, тяжело дыша. Он проводит большим пальцем по нижней покрасневшей губе, и Гарри понимает, что она кровоточит. Снейп с ухмылкой слизывает кровь с пальца. — Мое счастье может быть предметом твоих ночных кошмаров, Поттер. Гарри старается не думать об увиденном — кажется, что сейчас даже собственные мысли ему не принадлежат. Вместо этого он спрашивает: — Что произойдет, если я уничтожу Дары? — У тебя больше не будет поводка, и лиса снова станет свободной. Ты потеряешь способность видеть мертвых. — Где она сейчас? — Гарри оглядывается по сторонам, внезапно понимая, что кроме него со Снейпом здесь никого нет. — Занимается своим делом, — отвечает тот, слегка пожимая плечами. — Жатвой. — Я не могу этого сделать, — говорит Гарри после минуты молчания. — Дары. Я не могу их уничтожить. — Следовательно, твои сантименты снова тебя погубят, — безразлично произносит Снейп. — Посмотри на себя. Как скоро ты сойдешь с ума? Ты не продержишься долго, отдыхая всего пару часов каждую ночь. — Это не сантименты, — Гарри качает головой. — Одного не хватает. Я потерял воскрешающий камень во время войны, когда шел умирать. — Я помогу тебе искать. Несколько секунд Гарри пристально смотрит на него. — Почему? — наконец спрашивает он. — Если бы ты пользовался глазами, — отвечает Снейп, отталкиваясь от дерева и направляясь вглубь леса, — то увидел бы, что мне все равно больше нечем заняться. — Мы не сможем найти крошечный камень в этом гигантском лесу, — произносит Гарри. По правде говоря, Снейп наверняка решил помочь ему только потому, что знает, как. Однако тихий голос в глубине души твердит, что это невозможно. Наверное, из-за того, что не хочет потерять дар. С мертвыми Гарри согласен расстаться, но не со Снейпом. — Всегда есть способ, — тихо говорит Снейп. — Всегда, — эхом отзывается Гарри. Всплывает воспоминание, незаметно подкрадываясь к разуму и сердцу. — Ты любил мою маму. Это утверждение, но больше похоже на вопрос. Бессмысленный вопрос, так как он знает ответ. Все, что сделал Снейп, он сделал ради Лили. Не ради Гарри. Снейп замирает и медленно оборачивается. — Твоя мать… Он сжимает пальцы. Гарри знаком этот жест. У Снейпа больше нет палочки. Конечно, мертвым не нужен кусок дерева, чтобы направлять магию, но сама мысль о ее потере вызывает у Гарри чесотку. Все равно остаются инстинктивные движения, привычки. И для Снейпа одна из них — сжимать палочку, когда злится. На лице Снейпа странное выражение. Он смотрит в сторону, будто стыдится чего-то. Гарри не понимает. Снейп умер героем, погиб, чтобы спасти его. Чего тут стыдиться? — Я любил Лили, — говорит Снейп, глядя на ствол мертвого дуба. Потом переводит взгляд на Гарри. — Я был одержим ею, — продолжает он ровным мертвым голосом. Рядом появляется маленькая девочка, рыжеволосая и зеленоглазая. Ее смех как пение ангелов. Она не видит их или, возможно, игнорирует, так как фиолетовая бабочка перед ней намного интереснее. — Она была самым ярким моментом в моей жизни. Светом, который вел меня, — он протягивает руку. Лили наконец его замечает и поднимает взгляд. Сейчас Снейп кажется намного старше, чем двадцать минут назад, когда целовал другого Гарри. Она тянет руку в ответ. — Она была моим светом, но тьма всегда соблазнительней, — как только их руки соприкасаются, Снейп сжимает свою в кулак, и Лили исчезает. Он снова поворачивается к Гарри, глядя на него бездонными черными глазами. — Да, твоя мама была моей лучшей подругой, и я любил ее. И моя любовь к ней сделала тебя сиротой. Вспомнив все, что знал раньше, и обдумав услышанное сейчас, Гарри решительно направляется вперед. Проходя мимо Снейпа, он задевает его плечом и произносит: — Моих родителей убил Волдеморт, а не ты. Этой ночью лес светлее из-за того, что нет тумана, но луну закрывают снежные облака, рассеивая даже тусклый свет от замка. В глубине души Гарри рад — сейчас они точно не смогут найти третий Дар. — Поляна близко, — говорит он Снейпу. — Как ты хочешь это сделать? Снейп смотрит на него с таким видом, будто подслушал его мысли. — Убери ее, — он кивает на палочку Гарри и садится на корточки. Гарри убирает палочку в ножны и замирает, глядя, как Снейп кладет ладони на землю и начинает что-то бормотать. Гарри не понимает ни слова, но содрогается. Это древний язык, вероятно, старше самого мира. Из-под ладоней Снейпа поднимается яркая голубая волна, накрывая землю, снег, деревья, и мир как будто переворачивается. Все вокруг темнеет, а Гарри начинает сиять ослепительным белым светом. — Что... что случилось? — в панике спрашивает он, пытаясь стряхнуть сияние с кожи. — Осмотрись и скажи, что видишь, — успокаивающим тоном произносит Снейп. Гарри повинуется. — Я сияю, но все... все остальное очень темное, — да, темное, но холода нет. Он больше не чувствует ледяного ветра. — Деревья тоже слегка светятся, но не так ярко, как я... — его голос постепенно стихает, когда Гарри начинает понимать, что произошло. Он поднимает взгляд на выжидательно смотрящего Снейпа. — Особенно ты... ты очень темный. — Добро пожаловать в мир мертвых, Поттер.