Just for an Hour of Every Day

Мы потеряемся с тобой, И Смерть забудет, где герой. Ты помнишь, солнце горячей Just for an hour of every day.

В лесу темно, и в воздухе отчетливо чувствуется страх. Такое ощущение, будто вернулся Волдеморт. Из-за деревьев раздаются вой и крики, мелькают тени, шуршат листья, но Гарри не видит ни одного животного или монстра. Он лишь слышит, как топают маленькие ноги по холодной земле, как хрустит снег под тяжелыми копытами, как ломаются ветки, когда на них наступают пушистые лапы. Он не боится. Худшее позади — думает Гарри, вспоминая неподвижное тело Снейпа и нахлынувший ужас при мысли, что тот мертв. Неважно, что происходит сейчас, Снейп жив, и он вырвет его из лап тьмы. — Снейп! — кричит он уже в сотый раз. Гарри не старается сохранять тишину, не придерживается какого-то определенного направления, он даже не взял с собой палочку. У него есть только Дары, вернее, два из трех. Он идет, полагаясь на интуицию, и знает, что этой ночью найдет камень. Он должен. Это его последний шанс. Гарри не понимает, почему, но абсолютно уверен, что если не найдет камень до истечения этого часа, то больше никогда не увидит Снейпа или лису. Когда он выходит на поляну, у него в запасе остается полчаса. Гарри осматривается, игнорируя следующие за ним беззвучные шаги — позади кто-то совершенно бесшумно ходит на невидимых лапах. Всего лишь тень среди теней, таящаяся сущность чистой тьмы. Он ее не боится, больше нет. Все его мысли занимает Снейп. Однако Снейпа на поляне нет, как и воскрешающего камня. Остается пятнадцать минут, и Гарри начинает паниковать. Похоже, когда дело доходит до Даров, его интуиция подводит. Посреди поляны появляется Смерть. На ней все та же маска, на которую спадают черные волосы. Он слышит предупреждающий вой лисы, побуждающий поторопиться. Гарри поворачивается спиной к Смерти и покидает поляну. Подумав о Снейпе, о том, как мало времени осталось на поиски, он содрогается и падает на колени. С ближайших ветвей взлетают черные вороны, пронзительно крича, и в их карканье слышатся слова. Слова, знакомые Гарри. Их крики, напоминающие вопли измученных душ, будят весь лес и, что еще хуже, пробуждают страшную темную сущность. Лес сотрясает дрожь, более ужасная, чем землетрясение, но ее недостаточно, чтобы заглушить воронов. Гарри узнает древние слова, которые произносил Снейп, когда они впервые попали в мир мертвых. Он кладет ладони на холодный снег и давит вниз, пока не натыкается на твердую землю. Когда Гарри начинает говорить, весь мир замолкает, будто каждая живая душа задерживает дыхание. — Ad baratrum, loco te mors maneo. Он прямо перед ним. В темном мертвом мире, как и обещал Снейп, камень ярко сияет. Погребенный под небольшим слоем снега, он застрял в старом, заросшем мхом стволе. Гарри поднимает его и чувствует прилив силы. Она холодная, мертвая и потусторонняя, и он с трудом подавляет желание разомкнуть пальцы и выронить камень. Времени почти нет, Гарри бежит обратно к поляне, не обращая внимания на царапающие кожу ветки. — Он у меня! — кричит он в пустую темную ночь. — У меня все три! — но там никого нет, ни лисы, ни монстра в маске. Маленькая поляна, на которой он когда-то умер, засыпана снегом, вокруг стоят неподвижные деревья. Не слышно ни единого звука, кроме биения часов. Он опоздал. Его внутренности скручиваются в узел разочарования, стыда и гнева. Он опоздал. Слишком поздно, чтобы навсегда избавиться от мертвецов, но он уверен, что больше никогда не увидит Снейпа. Не сможет его спасти, забрать из лап Смерти. На поляне кроме него никого нет, но Гарри что-то чувствует. Где-то там, в тени, скрывается знакомый холод. Отовсюду и ниоткуда раздается жуткий вой. Она играет с ним, как кошка с уже пойманной мышью. — Покажись! — кричит Гарри в ответ на лисий крик. Это приказ, и даже Смерть не сможет его неправильно истолковать. По лесу проносится волна злой силы. На Гарри обрушивается холод, такой сильный, что проникает даже в кости и каждую каплю крови. Он испуганно замирает, уверенный, что совершил самую ужасную ошибку в своей жизни. Но тут она появляется на поляне. Вокруг нее вибрирует черная тень, похожая на облако материализовавшийся ярости. Увидев ее, Гарри моментально успокаивается. Он направляется к ней, двигаясь медленно и осторожно, будто один неверный шаг может поймать его в вечную ловушку. Наконец они оказываются лицом к лицу. На Гарри напряженно смотрят белые слепые глаза. Он до сих пор не может понять — это такой изгиб клыкастой пасти или маска действительно ухмыляется? Ветра нет, но ее темные одежды колышутся, как будто танцуют с чем-то не из этого мира. В этом есть что-то странно знакомое, и Гарри протягивает руку к маске, мерцающей в лунном свете. От его прикосновения она раскалывается как стекло, и ее кусочки неестественно медленно падают вниз, обнажая лицо Снейпа. У Гарри перехватывает дыхание. — Ты жив. — Едва, — признается Снейп. В следующую секунду Гарри его целует, наслаждаясь прикосновением теплых губ, желая убедиться, что это не сон, не кошмар и не глупая реальность, а правда, которой он жил всю прошлую неделю. Но его отстраняют. Снейп спокойно и твердо произносит: — Нам нельзя прикасаться друг к другу, Поттер. — Мне все равно, — отвечает Гарри и снова прижимается к его губам. Просто безумие, но это так хорошо, так правильно. Снейп обнимает его, он теплый и кажется более живым, чем сам Гарри. — Она наблюдает за нами, — снова пытается образумить его Снейп, но Гарри отмахивается. — Мне все равно, — повторяет он, медленно проговаривая каждое слово и пристально глядя на него. Кажется, что-то в его взгляде меняет Снейпа, Гарри четко это видит, но уже поздно возвращать все назад. На этот раз Снейп сам его целует. Сильно, жадно, почти свирепо. Это похоже на прощание — последний отчаянный поцелуй перед тем, как все закончится. Однако его сила и жар бросают открытый вызов Смерти. — Сзади, — выдыхает Снейп ему в губы, и Гарри моментально разворачивается. На него рычит лиса, свирепо скалясь. — Нет, — произносит Гарри прежде, чем Смерть успевает что-то сделать. — Ты не будешь говорить через него. Выбери другую марионетку. Его слова так сильно злят лису, что ее шерсть встает дыбом. Она начинает расхаживать взад-вперед, дико рыча. Лиса явно хочет напасть, но не может. Не только потому, что он все еще ее Повелитель, но и потому, что не Смерти решать, кто будет жить, а кто умрет. Это единственная причина, по которой Гарри все еще сохраняет спокойствие, а не писается от страха. Желтые глаза лисы сверкают, ее тело окутывает темное облако, поглощающее свет. Она останавливается перед Гарри, долго на него смотрит, а потом превращается в юную Лили Эванс. Некоторое время она молчит, внимательно разглядывая Гарри. Ее рыжие волосы плывут ореолом вокруг головы, как будто находясь под водой. Наконец она поворачивается к Снейпу. — Скажи ему, Сев, — произносит она злым девчачьим голосом, который, возможно, когда-то принадлежал маме Гарри. — Скажи, почему ты здесь. Он должен знать. Снейп молчит, и она топает ногой. — Скажи, почему ты заманил его в лес, Сев. Гарри тоже выжидательно смотрит на Снейпа. Почему? Почему Снейп так хотел, чтобы он уничтожил Дары? Он с самого начала просил только об этом. — Ты лиса, — испуганно шепчет Гарри. Теперь он чувствует страх. Его ум медленно собирает все кусочки, складывая в единую картину, и она пугает гораздо больше Смерти. — Ты лиса из моего сна. Тот, кто предаст меня. — Я не предаю тебя, Поттер, только себя. — Ты, — Гарри пихает его в грудь. — Ты знал с самого начала! — Ты сам в это не веришь! — Ты хочешь умереть, — уверенно заявляет Гарри, отступая от Снейпа. В его голосе звучит паника: — Вот почему ты помогаешь Смерти, верно? — Ты не понимаешь! — кричит тот. — Я умер, Снейп! Прямо здесь, на этой поляне. Если я не понимаю, то кто? — Тебе было ради чего жить, — мрачно произносит Снейп, медленно приближаясь к нему. — Не говори так, — умоляет Гарри. Он не хочет этого слышать. — Я всего лишь убийца, предатель, у меня нет ничего и никого, ради чего стоит жить, — безжалостно продолжает Снейп. Подойдя к Гарри, он хватает его за пальто. — Поэтому, когда Смерть нашла меня, я согласился на ее предложение. Убедить тебя отказаться от Даров, которыми не должны обладать ни ты, ни кто-либо другой, а взамен она сделает то, что у нее получается лучше всего — заберет мою душу. — Молчи! — кричит Гарри, задыхаясь от слез. — Я не хочу этого слышать! — Ради чего мне жить, Поттер? — выплевывает Снейп. Гарри не отвечает, даже не может открыть рот. Он просто молча смотрит на Снейпа, не веря тому, что услышал. Снейп не может желать смерти, не сейчас, не тогда, когда Гарри наконец его нашел. — У меня ничего нет. И никого, — тихо говорит Снейп. Есть что-то в его голосе — ненависть к себе, или сожаление, или боль. Гарри не может понять. — У тебя есть я… — шепчет он. Эти слова, кажется, причиняют Снейпу еще большую боль. Сначала он отшатывается, но потом тихо произносит: — Поттер... — и целует его. Это нежный поцелуй, прощальный. Разрывающий сердце. — Уничтожь Дары и дай мне умереть, глупец, — шепчет Снейп ему в губы.