Огни неоновых ночей

- Наркотики?! Аллура зажмурилась, отнимая от уха сотовый, чтобы голос отца не оглушил ее окончательно. После вечера в клубе ей и так казалось, что потеряла часть слуха. И голова все еще раскалывалась, а во рту отдавало грязной мыльной водой. Не говоря уж об общем самочувствии – как будто девушкой здорово повозили по полу. Пока отец высказывал ей свои разочарования и разбитые надежды, Аллура разглядывала стену напротив себя, тщетно стараясь припомнить как тут оказалась. Она лежала в роскошной кровати, все еще полностью одетая в помятое платье, одеяло валялось на полу, а сбоку от нее в окнах солнце медленно клонилось к закату, отбрасывая вечерние тени на богатое убранство комнаты. Интерьер казался смутно знакомым, но девушка могла с уверенностью сказать – тут раньше она не бывала. Проведя рукой по вороньему гнезду на голове – все что осталось от прически – она недовольно обнаружила что-то липкое на затылке. И поднеся пальцы к глазам, обнаружила на них растаявший шоколад, источавший яркий холодный запах ментола. Она была в гостиничном номере. И, судя по всему, весьма дорогом. Не люкс, но что-то близкое к этому. Кровать была двухспальной, и вторая подушка валялась где-то на ковре, вместе со своим квадратиком шоколадки – комплимент от отеля новому постояльцу. В номере были две комнаты и ванная. Хотелось бы встать, чтобы проверить остальные помещения, помимо спальной, но тело пока что отказывалось слушаться. Видимо, Аллура ответила на звонок машинально, даже окончательно не проснувшись. Иначе едва ли после катастрофы, произошедшей вчера, она осмелилась бы смахнуть зеленую иконку под большими буквами «ПАПА». Воспоминания о благотворительной тусовке заполонили ее и без того гудящую голову, с каждым мгновением все больше погружая девушку в отчаяние. Это был полный провал. Потрясающий. Бесповоротный. Она плохо осознавала, что было в самом конце, потому что взявшийся из ниоткуда дождь выглядел галлюцинацией или нездоровым сновидением, но одно знала точно – она вовсе не была настолько пьяна, чтобы свалиться без сознания прямо на танцполе. Три-четыре коктейля не смогли бы добиться такого эффекта. Собрав всю свою волю в кулак, Аллура прижала телефон к уху и вслушалась в монолог отца. Он звонил ей, потому что в прессу просочилась информация о вечеринке, которую она устроила, о ее бессознательном состоянии в завершении раута, о неожиданно сработавшей пожарной безопасности и о том, что в некоторых коктейлях были обнаружены запрещенные вещества. И он был крайне – КРАЙНЕ – разочарован ее поведением. Аллура старательно пыталась уложить в голове все разрозненные факты. Получалось не очень хорошо. Ей нужно было больше информации. - Я больше не собираюсь это терпеть, - произнес отец, не дождавшись от дочери ни раскаяния, ни хоть какого-то объяснения, - тебе придется вернуться домой и сесть под домашний арест. Аллура слегка хмыкнула. Как будто ей все еще было пятнадцать лет. Но следующая фраза мгновенно смахнула с нее спесь. - Билеты на самолет в следующую пятницу, Коран пришлет тебе на почту. - Ты не можешь меня заставить, - сказала Аллура, ощущая, с каким трудом ворочается ее язык. - Хочешь проверить? - ответил Альфор, и в его голосе звучала сталь. – Мне давно пора было это сделать. Скажи спасибо, что рейс не на этот вечер, и я даю тебе возможность закончить твои важные дела. Коран проследит за тем, чтобы ты села на этот самолет. - Я не принимала наркотики, - Аллура зло прикусила язык, - меня опоили. Кто-то подмешал их в коктейли в клубе. - Я не собираюсь слушать оправдания, - отрезал отец, а затем его голос слегка потеплел. – В этом есть и моя вина. Я совсем тебя забросил, мне следовало больше интересоваться твоими делами. Больше такую промашку я не допущу. Если тебе нужна будет помощь… профессионалов, мы сделаем это без лишней огласки и в домашней обстановке. Аллура со стоном закатила глаза. Здорово. Теперь ей готовят место в наркологической клинике. - Ты слышишь меня, пап? – выдохнула она без особой надежды. – Я никогда не нюхала волшебную пыль и не заглатывалась экстази. Ты же должен меня знать. Альфор слегка помолчал, а затем сказал: - Я понял, что совсем тебя не знаю. Аллура закрыла глаза рукой, изо всей силы сдерживаясь, чтобы не отшвырнуть от себя телефон как гремучую змею. Сердце просто раскалывалось на части, так же как ее голова. Можно, конечно, сказать, что она сама была виновата. Занятая своей подготовкой к гонке, новыми друзьями, диверсиями врагов, кафе, разочарованием в Лоторе, она абсолютно забросила разговоры с отцом, которыми он ее и раньше не баловал. Удивительно, как быстро он с ней связался, когда ее поведение стало бросать тень на его репутацию. - Это все для твоего же блага, родная, - сказал Альфор. – Увидимся дома. Люблю тебя. В любой другой раз Аллура ответила бы ему тем же. Но сейчас она просто нажала отбой, пустым взглядом вперившись в экран. Он не дал ей ни шанса, чтобы объясниться. Он поверил таблоидам больше, чем дочери («вероятно, потому что желтые газетенки находятся к нему ближе, чем дочь», - ехидно сообщил внутренний голос). И он заставляет ее вернуться домой, бросив здесь все, что стало ей дорого в последнее время. Она не попадет на Кербер, который состоится в следующую субботу. Пока машины будут летать по трассе, ей предстоит тяжелая встреча с отцом и собственная комната, которая должна будет стать тюрьмой. Ей придется распустить команду, ведь все это затевалось ради дурацкого спора с Лотором. Лотор. Аллура ощутила, как в ней закипает гнев. Она ведь видела Нарти вчерашним вечером, и обещала себе, что не спустит с нее глаз, но так и не сделала этого, и вот результат ее беспечности и идиотской веры в людей. Она ведь и правда решила, что на этот раз Нарти была рядом с ней в качестве гостя, а не как подосланный шпион и диверсант. Как она вообще попала в клуб через фейсконтроль? Что за гонщик мог ее пригласить? Или ее приглашение было поддельным, а Аллура поверила ей как последняя дурочка. Но это все уже переходило всякие границы. Если до этого все было направлено только на команду Аллуры, то тут в дело впутались и обычные, ничего не подозревающие люди… И гонщики. В голове что-то щелкнуло, и картинка выстроилась более ровно. А что, если не только ее команду хотели вывести из игры, а она просто так удобно для злодея собрала все его объекты в одном месте? В приступе паники Аллура открыла браузер и пролистала последние новости. Кажется, никто не пострадал, кроме ее собственной репутации. Она увидела фотографии, снятые украдкой на мобильники, где Кит заслоняет ее безмятежно-одухотворенное лицо от папарацци. Она даже могла предположить, кто именно из ее бывших знакомых сделал эти фото и продал блогам и журналам за неплохие деньги. Однако, все могло закончиться гораздо хуже – анонимный звонок о распространении незаконных веществ вызвал к клубу полицию, но к тому времени, как они прибыли, там уже практически никого не было из-за внезапно сработавшей системы пожаротушения. Пару человек арестовали, но выпустили за неимением улик. Удивительно, что саму Аллуру все еще не вызвали на допрос. Она ведь считалась хозяйкой вечера? И вместо того, чтобы исправно выполнять свою роль, она укатила куда-то непонятно в каком состоянии и оставила свою команду разбираться с проблемами. Им надо было позвонить. Но как раз, когда она нашла в телефонной книге Ханка, пиликнула магнитным замком входная дверь в соседней комнате. Открылась и закрылась. Аллура настороженно приподнялась. В комнату вошел Лотор с пухлым черным шоппером в руках. И тут же резко нырнул вниз, спасаясь от запущенного нетвердой рукой мобильника. Телефон Аллуры ударился об стену и шлепнулся на пол с неприятным хрустом. Очевидно, чего-то такого мужчина ожидал, потому что с невозмутимым и даже довольным видом выпрямился и кинул сумку на кровать к девушке. - Смотрю, ты уже в полном порядке, - сказал он. Он выглядел таким свежим и сияющим с собранными в хвост волосами, в лавандовой рубашке и черных брюках с иголочки. Прямая противоположность помятой девушке в грязном вечернем платье и с шоколадом в остатках прически. Она ненавидела каждую черточку в этом идеальном образе. Особенно – эту дьявольскую ухмылку. - Какого черта ты тут делаешь? – выпалила Аллура, стискивая простынь в руках, чтобы не кинуться на соперника и не избить его подушкой с шоколадным пятном. - Мне кажется, вопрос должен звучать так: «Какого черта Я тут делаю», потому что вообще-то это мой номер, - Лотор фыркнул. Он абсолютно точно наслаждался этой ситуацией. - Какого черта Я тут делаю? – Аллура ощутила, как ее душа буквально вскипает, словно вода под палящим солнцем. - Ты мне позвонила. - Что за бред! – этого просто не могло быть, это всего лишь очередная ложь, чтобы вывести ее из себя, хотя, казалось, бы куда уж сильнее. - Я бы предложил проверить исходящие с твоего телефона, но, боюсь, с разбитым экраном это будет слегка затруднительно. Если он вообще включится. Аллура уставилась на мужчину немигающим взглядом. Он просто издевался над ней. Пользовался этой ситуацией, когда она не могла вспомнить всего, что происходило вчера, и выдумывал всякие нелепицы, чтобы девушка окончательно решила, что свихнулась. - Этого не может быть, - выложила она свои мысли, - я бы никогда не стала тебе звонить! - Ага, - сказал Лотор, - тем не менее, ты здесь. Это совсем не укладывалось в голове. В туманной памяти выплывали мерцающие воспоминания о том, как Аллура вызвала такси, дремала на переднем сиденье машины, чьи-то руки пристегивали ее ремень. Это же было такси, не так ли? Она в страшном сне не могла представить, что вызвонила бы Лотора в таком состоянии и попросила забрать ее к себе. Только не после того, что он сделал. После всех неприятностей, что он причинил. Этот парень был сущим дьяволом во плоти, разве нет? И как можно было представить – хоть на секунду – что Аллура с помутненным сознанием обратится к нему за помощью или… - О боже, - она открыла рот, - мы не… Лотор слегка поморщился. - За кого ты меня принимаешь, - сказал он оскорбленно, - я предпочитаю, чтобы девушка была в сознании и воспринимала все происходящее, а не лепетала о том, как она ненавидит меня, мою машину, мою команду и всех моих родственников до пятого колена, а потом вырубилась прямо в лифте. Ладно, вот это уже больше было похоже на правду. Но легкая ехидца в его голосе мгновенно взвинтила ярость Аллуры до самых небес. Он еще и смеялся над ней, после того как по его милости она потеряла все, что имела на данный момент. После того как, играя нечестно, вырвался вперед в совершенно идиотском споре. Девушка набрала воздуха в грудь и вывалила ему прямо в лицо все обвинения. Ее речь, громкая, горячая и быстрая, распаляла ее с каждым мгновением все больше. А он даже не собирался оправдываться. Стоял у кровати, сложив руки на груди, и внимательно ее слушал. От этого безразличного молчания Аллура неожиданно почувствовала невыносимую горечь во рту. Она заслуживала хотя бы знать правду. Хотя бы кивок или хмыканье – что угодно, чтобы с полым правом ощущать праведный гнев. Широ и Кит были уверены, что Лотор не при чем, но Аллура отсекла их доводы, упрямо и даже отчаянно цепляясь за единственного виновника ее проблем, который был у нее на виду и на которого указывали все улики. - И ты накачал меня наркотиками! – закончила она, ощущая, как дрожат ее пальцы и как предательский ком скапливается в горле. Лотор наконец-то сдвинулся с места. В два шага он оказался рядом, и его изящные пальцы сомкнулись на смуглом запястье Аллуры. Она замолчала, когда мужчина наклонился к ней, приковывая к себе все ее внимание. В уголках глаз щипало. - Я действительно мог бы сделать все это, - медленно и тихо произнес Лотор, - но я бы никогда – никогда – не подверг твое здоровье опасности. Аллура выдернула руку из его пальцев, смаргивая слезы. Последнее, чего она хотела – чтобы он видел, как она плачет, поэтому девушка развернулась, сползая с кровати с другой стороны от мужчины. Из-за слез ресницы отяжелели, и она плохо различала, куда идет, но ванну она нашла безошибочно. Слишком много отелей было в ее жизни, слишком похожи они были друг на друга. Захлопнув за собой дверь, она включила воду и собралась в кучку на бархатно-холодной плитке пола, позволяя себе вылить все, что накопилось в душе за последнее время. Горечь распространилась по всему телу, захватывая сердце в тиски. Сейчас она казалась себе такой маленькой и беззащитной, и все проблемы, что навалились на нее, грозили раздавить своим весом. Аллура уже не понимала, винит ли она Лотора в происходящем, винит ли саму себя или отца, ей не хотелось разбираться с таблоидами, полицией, бывшими знакомыми, сгоревшим кафе и этими чертовыми гонками. Только лежать так вечно, щекой на ледяном полу, упершись взглядом в дурацкий узор на стене, и слушать шум воды и вспоминать взгляд Лотора, когда он сказал, что никогда не причинил бы ей вреда. Она плакала не потому, что не верила ему и обвиняла во всех смертных грехах. Она рыдала как раз потому, что хотела ему верить. Можно было пролежать так вплоть до самого рейса, билет на который ей должен был прислать Коран. А потом улететь отсюда и оставить за спиной Нью-Альт, стритрейсинг, разбитое сердце и все это неоново-ночное великолепие. Здесь была только одна проблема в таком чудесном плане: Аллура не хотела оставлять свою команду – своих друзей, в неведении. Они сделали все, чтобы поддержать ее, и оповестить их об отмене всех планов, всех усилий – было меньшим, что она должна была выдержать. Это будет кошмарно тяжелый разговор, но едва ли хуже того, что случилось сейчас. Ей нужно было подняться и принять душ. Когда Аллура вышла из ванной, закутавшись в полотенце, Лотора уже не было в номере. Он оставил ей ключ, а также стакан воды и таблетки от головной боли на журнальном столике. Девушка их проигнорировала, ощущая стучащие виски как заслуженное наказание для самой себя. В шоппере, который так и остался лежать на кровати, она обнаружила сменную одежду с ярлычками из бутика и солнечные очки. Все село на нее как влитое – Лотор запомнил ее размеры, а она, в свою очередь, знала его. Они были знакомы слишком долго. «Я действительно мог бы сделать все это». Ни да, ни нет. Он предоставил Аллуре самой решать, созвать всех присяжных в ее голове и вынести вердикт. Голова гудела, и ей совершенно не хотелось сейчас думать об этом. Возможно, она боялась, что все это будет неправдой, и окажется, что она почем зря подозревала не слишком порядочного, но исключительно доброго к ней самой человека. Но, честно сказать, куда больше ее беспокоил шанс, что чаша весов склонится в иную сторону. Пока все это было эфемерным подозрением, она готова была сражаться. Но сомневалась, что выстоит, если проблема станет слишком реальной, чтобы она могла ее игнорировать. Но она подумает об этом чуть позже. А сейчас ей нужно было навестить друзей, которых она бессовестно заманила в эту ловушку.

***

Когда Широ добрался до места встречи, Адам уже был там. Он никогда не опаздывал. - Неожиданно, - сказал он, приветствуя Широ, и с некоторой подозрительностью взял из его руки картонный стаканчик с латте. Надо думать, насколько сильно удивился Адам, когда узнал о том, где им предстояло провести давно назревающую беседу. Но он, наверное, был готов к любому повороту событий, потому что согласился без вопросов. И теперь стоял у самых перил Лазурного моста, опираясь локтями о металл, нагретый солнцем за день, и с интересом смотрел вниз. Темные воды залива мягко омывали могучие сваи, вкрадчиво сплетая шепот океана с гудками автомобилей и шорохом шин. Приближался вечер, и Широ специально пригласил сюда бывшего парня к этому времени. Небо постепенно меняло голубой цвет на желто-багряный, рассеянным светом бросая тени тросов и перекладин на мужчин. В заливе перекликались катерки и баржи. Пахло морем, влажным металлом и кофе в картонных стаканчиках. Несколько недель назад Широ был уверен, что больше никогда не пройдется по мосту, из-за которого едва не погиб Кит. Но правда была в том, что здесь его окружали не только воспоминания о своих страхах и переживаниях, но и те мирные моменты тишины, что он разделял с парнем на красном мотоцикле. Это странно перекликалось с его отношениями с Адамом. Много боли, но также много было тепла, совместных вечеров и поездок, фильмы, прогулки, разговоры. Это все никуда не исчезло. Но сейчас, стоя бок о бок с Адамом, Широ все отчетливее осознавал – они все равно рано или поздно расстались бы. Может, не так драматично и больно, как получилось сейчас, но это все равно произошло бы. Они были очень разными в основополагающих вещах. Широ тонул в своих мечтах и стремился в небо, почувствовать жизнь, коснуться далеких звезд. А Адам был больше сосредоточен на обыденном, земном, спокойной работе и семье, в которой он мог чувствовать себя умиротворенным. Он был деятельным по-своему. В их конкретном случае – это всегда было камнем преткновения. Они молча пили кофе. Эта сцена вызывала в Широ чувство дежа вю. Теперь, когда он уже принял решение и оставался спокойным, мужчина даже мог чувствовать мягкость в этой тишине. Разве что она была пронизана вежливым ожиданием со стороны Адама. - Здесь кокосовая стружка, - сказал Адам, когда ему надоело глазеть на залив. - Подумал, тебе захочется попробовать, - сказал Широ, - ты же любишь эти конфеты с кремом и цельными орехами. Адам улыбнулся. - Да, по вкусу очень похоже, - согласился он, взбалтывая остатки кофе с кусочками кокосов. Они помолчали еще немного. На стеклах очков Адама мерцало заходящее солнце. - Я хотел поблагодарить тебя, - сказал Широ, - за все, что ты для меня сделал. За то, что не бросил, когда я вел себя как абсолютный мудак. Я бы на твоем месте закопал бы себя вместе с тем кактусом, который я убил, потому что залил его водкой. Адам рассмеялся. У него был очень приятный, искренний смех, и Широ понял, что уже очень давно его не слышал. - Ты сказал, что думал, будто там вода, - с улыбкой произнес он. - На самом деле он просто мне не нравился, - Широ слегка пожал плечами, - у него было очень вызывающее выражение лица, он был умнее меня. И его звали Стив. Это была очень старая история. Наверное, произошло почти сразу после выпуска. Они тогда были уже вместе, а кактус достался им от какого-то парня из общежития. На него иногда надевали соломенное сомбреро во время студенческих вечеринок. Да, у них все еще были общие приятные воспоминания, и Широ был рад, что Адам думает так же, не испортив все светлое, что между ними было, последними чернеющими депрессивными годами. - Ты был не обязан это делать, - продолжил он, - и мне очень жаль, что я доставил тебе столько хлопот и столько боли. Если бы я мог вернуться во времени, я бы… ушел еще тогда. Адам кивнул, и в его улыбке слегка мелькнула грусть. - Я бы все равно тебе не позволил, - сказал он, - я, наверное, знал, что все так и будет. Но все равно не смог бы отпустить тебя в тот момент. Мне нужно было ходить к психологам вместе с тобой. Молчание было окутано спокойной горечью, без боли и сожалений, без обвинений, без криков и скандалов. Солнце мягко клонилось к горизонту, и тишину между мужчинами нарушали только далекие голоса Нью-Альта. - Как его зовут? – спросил Адам, прерывая поток мыслей и общих воспоминаний. - Кит. - Такой же упрямый, как ты, только чутка помоложе? Широ хмыкнул, сминая в руках картонный стаканчик. Адам спрашивал из чистого любопытства, ему правда было интересно. И в этом не было ни ревности, ни обиды, ни злости. Широ был прав, когда думал о том, что он давно уже отпустил эти отношения, позволяя бывшему партнеру приходить в себя и вставать на ноги. Последний год они были скорее друзьями, соседями по квартире, чем кем-то большим. И расставались сейчас так же – спокойно, со взаимным уважением, как два старых друга с тесным общим прошлым. - Очень приятно вновь видеть тебя живым, - Адам обернулся к заливу. – Не таким же как раньше, потому что мы все очень изменились с тех пор, как надевали сомбреро на Стива. Но сейчас ты выглядишь гораздо лучше, чем пару месяцев назад. Когда из дома начали пропадать вещи, я честно подумал, что ты просто сбежишь, не объяснившись. Но теперь вижу, что был не прав. Что бы ни делал твой парнишка, он все делает правильно. Чистая правда. - Я переехал в свою старую квартиру, - сказал Широ, - и ты можешь навещать меня в любое время, когда захочешь. Я всегда буду рад тебя видеть. - Аналогично, - отозвался Адам. Они простояли на мосту еще некоторое время, обсуждая старые воспоминания и старых знакомых, последние новости, которые касались их обоих, работу Адама и его коллегу Кертиса, работу Кита и его учебу. Теперь, когда над ними не висел призрак погибающих отношений и взаимных обязательств, говорить было легко. У них не вышло быть хорошими бойфрендами, но все еще была возможность стать хорошими друзьями. Адам очень возмущался, когда Широ рассказал ему о сгоревшем кафе, и выразил желание сделать пожертвование в фонд его восстановления. Опуская подробности об авариях и излишне опасных моментах, Широ поведал ему об окружавших его событиях и людях. Адам не знал, кто прислал ему фото с камеры наблюдения, оно пришло анонимно с незнакомого аккаунта, с пустым профилем. Впрочем, Широ и не надеялся на другое. Они разошлись только когда солнце скрылось за темной полоской горизонта. Залив потемнел, а в городе, наоборот, одна за другой зажигались неоновые вывески. - Спасибо за то, что остановил меня в прошлый раз, - сказал Широ напоследок. В тот раз он чуть не совершил одну из ошибок, что окунули бы их обоих обратно в бездну отчаяния. Возможно, после этого «еще одного шанса» они уже не смогли бы оправиться. Адам улыбнулся, накрыл кулак мужчины, лежащий на металлической ограде моста, своей ладонью и слегка сжал. - Пожалуйста, - сказал он. А затем неожиданно что-то вспомнил, покопался в карманах куртки и выудил на свет металлические армейские жетоны. Широ уставился на них, припоминая, когда видел их в последний раз. Когда снял с шеи и забыл об их существовании. - Нашел на зеркале, - сказал Адам и вложил жетоны в протянутую металлическую ладонь. Металл звякнул о металл. Широ полюбовался на то, как по граням выбитых букв его имени скользят лучи закатного солнца. Да, он оставил жетоны в доме Адама, когда заезжал за вещами. Они ему были больше не нужны, точно так же, как воспоминания о жуткой катастрофе. Каждый раз, когда он накидывал на шею холодную цепочку, ему казалось, что она сохраняла его рассудок от кошмаров. Но он был не прав - она сдавливала ему кожу и перекрывала дыхание. Поэтому с чистым сердцем Широ сжал жетоны в кулаке и аккуратно выпустил их из пальцев. Металлические пластинки легко соскользнули с ладони и полетели вниз с моста, в ледяную воду залива, в полете отражая солнечный свет, словно осколки пламени. Адам проследил за тем, как они скрылись из виду, и с улыбкой качнул головой. Явно поддерживая происходящее. Может, в целом Адам и не был самым понимающим партнером на свете, но были вот такие моменты, когда он словно заглядывал в самую душу Широ и видел там то, что было не доступно даже самому мужчине. Следующий человек, которого он впустит в свою жизнь, выиграет целый джекпот. Адам коротко обнял Широ на прощание, выражая одновременно облегчение из-за разрешенного вопроса, благодарность за приятный разговор (они, наверное, впервые за последний год так долго беседовали и ни разу не поругались) и надежду на скорую новую встречу. - Имей в виду, я все еще не одобряю твое увлечение стритрейсингом, - сказал он своим обычным поучительным тоном, но в этот раз получил только искреннюю улыбку в ответ. И улыбнулся сам. Воодушевленный этой предзакатной беседой, Широ плюхнулся на сиденье арендованной машины, перебирая сказанное Адамом и их поднятые со дна воспоминания, и пришел к выводу, что отчасти он прав. В его жизни появилось неожиданно много вещей, далеких от уличных гонок. Едва ли он хотел ближайшие годы прислуживать Лотору в качестве постоянного гонщика. Кербера было бы достаточно, чтобы покрыть его долги перед нефтяным принцем. Конечно, ему все еще нравились скорость и адреналин в собственных венах, но небо тянуло его куда сильнее. Широ не думал, что еще готов к полетам, но ведь можно было начать с чего-то полегче? Тот друг, через которого он устраивал Кита на учебу, предлагал ему должность преподавателя. Так почему бы и не попробовать? В последние дни Широ был уверен, что способен вообще на все. Он достал сотовый, чтобы набрать сообщение о просьбе встретиться по поводу работы, и увидел не просмотренное голосовое, присланное с незнакомого номера. Нужно было удалить его не глядя, но машинально он уже нажал на голубой кружок стрелочки. Сквозь грохот музыки он услышал едва различимый голос Лэнса. «Но он же твой соперник!» - сказал парень. Очевидно, это была запись из клуба. Вечеринка проходила прошлой ночью, и, кажется, закончилась не так радужно, как планировала команда Аллуры. Оставив Кита в клубе вечером, Широ занялся перевозкой последних вещей, желая поскорее превратить свою квартиру в более обжитой уголок. Коробок оказалось не так уж и много. Буквально вся его личность помещалась в пять-шесть не очень больших картонных ящиков. Кит позвонил ему через несколько часов, когда мужчина уже собирался ложиться. Широ примчался практически сразу, услышав о проблемах, свалившихся на ребят. И не успокоился, пока не убедился в том, что Кит был в порядке. Разве что слегка расширенные зрачки выдавали в нем два глотка коктейля, предназначенного Аллуре. К тому времени ситуация уже несколько успокоилась, хотя вокруг клуба стояла пара полицейских машин, сновали такси, и пьяные люди в мокрой одежде распевали песни, продолжая прерванное веселье. Кит уснул почти сразу, едва оказался на сером диване. А этим утром сам разбудил мужчину, чтобы умчаться на работу (выходные для парка аттракционов всегда были загруженными), наскоро чмокнув его в лоб. Вечером команда Аллуры должна была собраться, чтобы обсудить последствия столь удачной вечеринки. Широ очень внимательно следил за разговором, очевидно, записанным украдкой непонятным «доброжелателем», прекрасно осознавая, что это мог быть тот же человек, что прислал фото Адаму. Кому-то очень нужно было рассорить его с Китом. «Конечно, не забудь еще о пункте «оплатить учебу и взнос за участие в Кербере»». Широ сдвинул пальцем бегунок на сообщении и прослушал его заново. И уставился на экран телефона, в голове прокручивая запись.

***

В баре повисло молчание. Аллура положила руки на стол и спрятала в них лицо. Ей страшно было даже смотреть на друзей после тех новостей, что она им выложила. Официантка принесла напитки, но девушка не пошевелилась, ожидая вердикта. Как будто клала свою голову на плаху и смиренно готовилась к смерти, надеясь только, что она будет быстрой и безболезненной. Этот бар, кажется, должен был стать очевидцем всех ее неудач, потому что в прошлый раз с она встречалась здесь с командой, когда отец заблокировал ей кредитки. Но чего она не ожидала (и к чему никак не могла привыкнуть), так это поддержки. Прямо как в прошлый раз, когда девушка была уверена, что ребята бросят ее, услыхав, что не будет никаких гонораров, сверкающей новизной бугатти и само участие в гонках стояло под вопросом. Тогда она была не права. Впрочем, как и сейчас. После недолгого молчания на Аллуру обрушился шквал горячего возмущения ее отцом, способы сорвать посадку на рейс, предложения помощи и негодование по поводу несправедливости сложившейся ситуации. Девушка чуть подняла подбородок и глянула на компанию сквозь щели между пальцами. В прошлый раз она, Пидж и Лэнс сидели на одной стороне стола, в угол противоположной забился один Кит, а Ханку пришлось занять соседний диван. На этот раз вся компания разместилась за одним столиком. А еще сегодня никто из них не заказывал алкоголь. - Но гонка уже в субботу, а самолет в пятницу, тебе нужно продержаться всего один день! – воскликнула Пидж, и остальные энергично ее поддержали. - Я не… - Аллура горько выдохнула. – Я не могу. Простите, я не держу вас больше. Это все было сделано из-за идиотской причины, и вы не обязаны продолжать. - Вот уж нет, - Кит яростно сверкнул взглядом из своего угла. – Ты не можешь бросить все, что мы сделали, за день до победы. - Какая тут победа, - простонала Аллура, - я проиграла во всем. У меня нет денег, нет кафе, зато есть скандал в прессе, на меня обижена половина знакомых, собственный отец хочет запихнуть меня в наркодиспансер, полиция наверняка уже завела на меня дело и, возможно, нас прослушивают прямо сейчас, я ночевала у Лотора и… Лэнс фонтаном выплюнул свой чай со льдом, окропив стол, луковые колечки Ханка и очки возмущенной Пидж. Аллура ощутила, как все взгляды вновь оказались на ней, и поняла, что ребята понятия не имели о том, где она провела свою веселую ночку. А что, если Лотор ее похитил прямо у них из-под носа? - И как вы могли позволить мне ему позвонить? – спросила Аллура, хотя с ее стороны было крайне нечестно обвинять друзей в собственных поступках под наркотической эйфорией. - Ты сказала, что вызываешь такси, - в голосе Лэнса было столько обиды, словно она отобрала у него конфету и раздавила ее каблуком, вместо того чтобы съесть. – Правда, хихикала при этом как ненормальная. И исчезла, пока мы разбирались с копами. А потом, когда мы пытались тебе дозвониться, ты взяла трубку и сонным голосом сказала, что все в порядке. Вот черт. Мало того, что она и правда звонила Лотору, так еще и действительно оставила команду разгребать ее проблемы. Правда, в том состоянии она вряд ли могла предложить что-то дельное. Скорее наоборот – подозрения по поводу того, что она расшвыривается экстази в нанятом специально для этого клубе, разрослись бы как воздушный шар. Может, это было и к лучшему, что девушки уже не было рядом, когда прибыла полиция. - Насколько все плохо? – спросила она, сменив тему. Лэнс хмуро смотрел на нее исподлобья, и Аллура отвернулась от него. Она обязательно разберется с этим позже, но сейчас гудящая голова не позволяла ей нормально думать. Проблем было слишком много, чтобы еще и решать затянувшиеся качели с чувствами МакКлейна. Но, отворачиваясь от парня, Аллура ощутила, как совесть буквально съедает ее изнутри. - На самом деле не так ужасно, как кажется на первый взгляд, - сказал Ханк. – Нам пришлось выплатить клубу некоторую долю компенсации за испорченное пожарной системой оборудование и этот скандал с полицией. И у нас даже осталось немного денег, несмотря на то что некоторые из благотворителей вернули чеки. Аллура ощутила, как ее щеки пылают, а плечи опускаются. Опять все было зря. Прямо как в тот раз, когда они так долго восстанавливали кафе, меняли интерьер и занимались рекламой, а потом оно сгорело. Все ее планы сгорали точно так же бессмысленно и беспощадно. Что бы она ни делала, все было зря. Как будто вселенная ставила ей палки в колеса. Точнее, не вселенная, а определенные люди. И Аллура даже знала их имена. - А потом нам прислали пару десятков тысяч долларов. Наверное, голова так сильно раскалывалась, что у нее возникали слуховые галлюцинации. Или это такой остаточный эффект от неизвестного вещества в бокалах с коктейлями. Зонтики, лед, растворенный порошок и два дня воспаленного сознания. - Что? – переспросила Аллура, чтобы убедиться в том, что она сходит с ума. Улыбку Ханка можно было показывать в рекламе. Она была такой ослепительной, что осветила все помещение бара. - Какой-то анонимный благотворитель полностью оплатил нам ремонт, - сказал Ханк, в нетерпении и восторге выбивая пальцами барабанную дробь по столешнице. Он, наверное, ждал все это время, чтобы сообщить новость и едва сдерживался. А Аллура сразу начала с проблем, едва они встретились, лишая его возможности даже вставить слово. И судя по тому, как расцветают лица остальных, он еще никому не говорил о неожиданно свалившемся лотерейном выигрыше, чтобы обрадовать всех, когда они соберутся вместе. И помещение бара мгновенно заполнилось криками и восторгом, заставив остальных посетителей недобро коситься в сторону шумного столика. Даже Лэнс отошел от своей смертельной обиды и присоединился к ликованию, и Кит отсалютовал друзьям своим бокалом с колой. Когда восторг и бурное обсуждение необходимого оборудования и вероятной смены интерьера слегка поутихли, Аллура с горечью поняла, что не сможет присутствовать при ремонтных работах. Не сможет вместе с друзьями выбирать цвет стен, спорить по поводу мебели, пробовать новые коктейли Ханка. В это время она уже будет очень далеко отсюда, зализывать раны и пытаться восстановить отношения с отцом. Терять связь с ребятами она не собиралась, но говорить по телефону и быть рядом с ними – это абсолютно разные вещи. У нее просто отобрали этот шанс. Наблюдая за тем, как оживленно беседуют Ханк и Пидж, Аллура погрузилась в воспоминания о злополучной вечеринке. Она словно бы должна была что-то вспомнить, что вертелось в голове. Как будто она была собакой, что пыталась схватить свой же хвост. И если вдруг… на секунду, предположить, что Лотор здесь не при чем. То кто еще желал ей столько проблем на пути к выигрышу Кербера? - Я видела Нарти в клубе, - медленно произнесла Аллура. Ребята кивнули. Она им это говорила. В их коктейлях не было отравы, значит кто-то прекрасно знал, что именно любит пить сама Аллура и выстрел был предназначен ей. И еще некоторым посетителям, кому не посчастливилось выбрать напиток, в основе которого был тот же алкоголь. В тот вечер она пила только Текилу Санрайз. Но ее знакомые, которые в самом начале угощались только текилой, были в полном порядке, если можно так сказать о пьяных вдрызг светских девушках. Так что, возможно, наркотик был в другом ингредиенте коктейля. Или это просто случилось позже. Когда она встретила Нарти. - Она сказала, что ее пригласил гонщик, - Аллура задумчиво пыталась понять ускользающую мысль, - но, мне кажется, она лгала. - Ее подослал Лотор? – спросил Лэнс, отчаянно нуждаясь в ее подтверждении. Аллура слегка пожала плечами. Он сказал ей, что не причинил бы вреда ее здоровью, но он так же сказал, что вполне мог все это сделать. А еще раньше она была уверена, что мужчина готов на все, лишь бы выиграть спор. Могла ли Нарти действовать одна? Аллура была уверена, что не нравится ей, но не настолько, чтобы так заморачиваться с местью. Почему-то все доказательства упорно указывали в сторону Лотора. - А почему мы оплачивали поврежденную от воды аппаратуру? – спросила девушка. – Разве пожарная система сработала не из-за плохих вытяжек? - Там все устроено немного иначе, - пояснил Ханк, - и у них есть доказательства, что кто-то включил ее собственноручно и намеренно. Руководство клуба посчитало, что мы пытались так избавиться от посетителей, пока не приехала полиция, узнавшая о запрещенке. Голова просто шла кругом. Для гудящего после шумного веселья мозга эта головоломка была чересчур сложна. Аллура мусолила в голове образ Нарти, пытаясь понять. Кожаная куртка, металлические вставки в ботинках, подведенные миндалевидные глаза, скучающее выражение лица. Платок с бархатным узором. Шумно вздохнув, Аллура попросила телефон, так как ее собственный сейчас не в состоянии был справиться с запросами. Сотовый Кита перекочевал к ней в руки, и девушка ткнула в иконку Инстаграма, нашла там аккаунт Лотора с миллионом подписчиков и принялась его лихорадочно листать. Лотор очень любил фотографироваться, поэтому поиски заняли несколько минут, пока с ликующим возгласом она, наконец, не наткнулась на нужный снимок. Не удивительно, что тот кусок ткани в руках Широ показался ей знакомым. Она и правда его уже видела. На этом изображении Лотор поднимал бокал вина в камеру, шагая по брусчатке элегантной набережной какого-то итальянского городка. На нем были вездесущие солнечные очки и небрежно расстегнутая на первые пуговицы рубашка. Улыбка на точеном лице сияла сильнее, чем брызги фонтана позади него. А рядом с фонтаном стояли Нарти и Акша, и Лотор специально фотографировал себя так, чтобы они тоже попали в кадр. «С настоящими друзьями любое вино слаще», - гласила подпись перед десятком хэштегов. Это были те дни, когда они с Аллурой в очередной раз рассорились, и она напоследок выдала ему оскорбительную тираду по поводу его эгоистичности и высокомерия в общении с людьми. «В твоем окружении нет никого настоящего, - сказала она тогда, - и ты отталкиваешь всех друзей, кто пытается хоть на каплю к тебе приблизиться». Они были в Италии вместе, но она оставила его там одного. Точнее, с «настоящими друзьями». - Я знала, что уже видела тот узор, с лоскутка платка из-под моста, - сказала Аллура, положила телефон на стол, чтобы всем было видно, и аккуратно расширила пальцами нужный фрагмент. На Нарти был тот самый платок, часть которого оказалась в ловушке на месте преступления. Она и правда была причастна. Оказалось только понять, действовала ли она в одиночку или все же помогала Лотору. Или у нее был другой сообщник. И каков был мотив у всего этого действа. Пока все разглядывали лицо Нарти, на телефон Кита пришло уведомление о сообщении. Не поднимая телефон, парень коснулся его, чтобы взглянуть. Неизвестный пользователь в мессенджере прислал фото: Широ и смуглокожий незнакомец в очках у перил Лазурного моста, незнакомец держит его за руку. Еще один звуковой сигнал, еще одно фото: они обнимаются. Снова назойливое пиликанье: они чутка моложе, сидят за столом в кафе и смеются. Стоят в коридоре, одетые в хэллоуиновские костюмы – Широ в роли рыцаря в картонных доспехах, незнакомец как сверкающий стразами дракон. В полутемном баре потягивают коктейли друг напротив друга. Едут куда-то в машине. Обнимаются на пляже в гавайских рубашках. Целуются, и на щеке молодого Широ нарисован радужный флаг, а на скуле второго парня большие буквы складывались в имя «АДАМ». Сообщения все сыпались и сыпались, и все следили за новыми фотографиями как завороженные, пока Пидж неожиданно не схватила телефон со стола и кинула его в стакан с колой. Сотовый печально бултыхнул, застучав об осколочки растаявшего льда. Экран поморгал и погас. - Упс, - сказала Пидж. Кит даже не взглянул в ее сторону, разглядывая место, на котором только что лежал его телефон. Все молча пялились на него, как будто любое слово могло его разбить на маленькие частички. Аллура, все еще ошарашенная произошедшим, протянула руку через весь стол, чтобы накрыть его ладонь в качестве жеста поддержки. - Мне так жаль, - сказала она. Он поднял на нее темный непроницаемый взгляд, и девушка, дрогнув, убрала пальцы и вжалась в сиденье обратно. Все вокруг настороженно следили за ними. - Почему? – спросил Кит. - Я… - Аллура не знала, что ему ответить и о чем он вообще спрашивает. - Почему тебе жаль? - Потому что ты мой друг, - Аллура растерянно смотрела на парня, - и мне не все равно, если тебе причиняют боль. Он… - Нет, я не об этом, - Кит слегка поморщился. – Почему ты сразу решила, что эти сообщения что-то значат? Разве это не выглядит странно? Думаешь, у меня есть тайный благожелатель, который хочет вывести Широ на чистую воду, или это все же больше похоже на анонимный звонок в полицию по поводу наркотиков в твоем клубе? Аллура прикусила губу, ощущая, как горят ее щеки. - Но эти фото… Выглядели такими настоящими. Это же явно не подделка. Почему Кит так спокоен? Если бы ей прислали что-то такое про парня, с которым она только начала встречаться… - Я не собираюсь больше это обсуждать, - отрезал Кит и поднялся с места. Это же самообман. А она сама тоже хороша – она ведь поверила Широ, когда он приходил к Киту, весь такой несчастный. Интересно, а этот смуглый парень тоже не в курсе происходящего? Аллура должна была знать, стоять на своем и… - Тебе не кажется, что ты очень много на себя берешь? – спросил Кит. – Ты заметила, что, когда говорила о проигрыше, говорила только о себе? Ты готова распустить команду, не спрашивая нашего мнения. Ты запрещала Широ приближаться ко мне, не спрашивая меня. Ты обвиняешь Лотора во всех проблемах, не слушая доводы в его пользу. Ты слишком много думаешь за людей, вместо того чтобы поговорить с ними. Аллура почувствовала, как в носу защипало. Наверное, это отразилось на ее лице, потому что Лэнс поднялся со своего места и встал перед Китом нос к носу, глядя на него сверху вниз. - Эй, полегче, - сказал он, сжимая кулаки. Кит злобно взглянул на него, задрав подбородок, а затем цыкнул, засунув руки в карманы куртки. - Плевать, - бросил он и вышел из бара, не глядя в сторону Аллуры.