Избранная — парень?!

      — Приветствую тебя в Мирсване, юная дева.       Кошко-девушка внимательно осматривала Лемми, а тот даже не двигался. Он думал о том, как это всё могло произойти? Он чётко помнил как он отыгрывал последнюю сцену пьесы «Ифигения в Авлиде»: ложился на алтарь, парень в костюме жреца поднимал над ним нож и свет гас, а дальше? А дальше он лежит уже здесь, в непонятном шатре с непонятными предметами и рядом с ней стоит девушка в образе какой-то аниме-девушки-кошки. Как за такое быстрое время так быстро поменялись сцены? Такое наверняка возможно, если бы под ними была ещё одна сцена, в которую он упал, когда свет погас. Но он может с уверенностью сказать, что не почувствовал падения.       Тем временем девушка уже осмелилась коснуться лица Лемми, от чего тот только сильнее напрягся.       — Ты выглядишь совсем иначе, не так как прошлая избранная, но мне известно, что мода у людей за сто лет может кардинально измениться.       Девушка не казалась Лемми знакомой, он точно её не знал. Вряд ли могли пропустить кого-то постороннего за кулисы. Понимая что молчанием ответов не получить, он решился заговорить с незнакомкой:       — Что здесь происходит? И кто ты такая?       — Не волнуйся, юная дева, я тебе всё объясню. Не ты первая, не ты последняя, кто задаёт эти вопросы, когда попадают сюда. Ты была избрана богиней Арматильфель что бы спасти всех нас от чумы, что может уничтожить весь мир. — девушка немного отошла и, положив свою руку на грудь, продолжила: — Меня зовут Морфи, я — жрица Арматильфель, которая провела ритуал призыва, чтобы ты явилась в этот мир и спасла нас!       Девушка, назвавшая себя Морфи, снова подошла к Лемми и взяла его руки в свои. Они были тёплыми, но он заметил, как остры её ногти. Что это за мир такой — Мирсван? Вряд ли такое название можно встретить в мифах. Этот фарс, что говорила девушка, никак не хотел складываться в голове Лемми, надо с этим заканчивать.       — Ладно уже, хватит, не знаю как вы смогли провернуть такой трюк, но пора бы заканчивать.       — Ты мне не веришь? — девушка вопросительно наклонила голову.       — А с чего бы мне верить?! Это же чистой воды бред! Слушай, уже довольно поздно, я устал и хочу домой. Просто покажи мне где выход.       — Ничего страшного, людям всегда было сложно поверить в происходящее. Насколько я знаю, в вашем мире нет магии.       Она снова отошла от Лемми и раздвинула руки в стороны. И тут произошло то, что Лем не смог бы объяснить логически: вокруг девушки появились голубые сгустки энергии, которые начали обвивать все её тело, а затем потянулись к Лемми. На своё удивление, Лем не боялся их, а даже сам потянулся к ним навстречу. И едва коснувшись их, он почувствовал как его рука наделяется силой. Девушка прекратила вызывать сгустки и сказала:       — Это заклинание наделяет силой, — она обернулась в поисках чего-то и протянула Лемми стеклянный шар, — сейчас ты можешь без труда обратить его в прах одной рукой.       Лем не особо хотел верить, но взял шар. Он идеально помещался в ладонь. Лем начал медленно сжимать его. Сначала никого эффекта не было, но потом он заметил что шар начинает трескаться и в итоге раскололся на множество осколков. Сначала результат порадовал Лемми, но вдруг из руки потекла кровь. Девушка потянула руки к ранению и произнесла:       — А это заклинание вылечивает раны.       Из рук девушки появились уже знакомые сгустки энергии, но на этот раз они обвивали место раны. За считанные секунды она затянулась не оставляя и следа. Лем не хотел верить в происходящее, но не мог. Он и правда увидел чудо, которое никогда бы не увидел в своём мире. Для достоверности он сжал руку. Он чувствовал боль всего секунду, но сейчас всё было как раньше. Он посмотрел на девушку: её глаза, ногти, клыки и... уши. Он внимательно посмотрел на уши, которые всё ещё хаотично поворачивались, если и проверять что-то на достоверность, то это уши.       — Хочешь потрогать?       Вопрос девушки застал его врасплох, он понимал, что это немного неправильно просить девушку просить потрогать уши, но словно по наитию кивнул. Она наклонила голову, чтобы было легче до них дотянуться. Рука медленно потянулась к одному уху, и осторожно потрогала его. Холодное, но было понятно что настоящее: ни ободка ни заколок. А когда Лем отодвинул волосы чтобы посмотреть на человеческое ухо, то его он не обнаружил. Там не было не раковины, ни дырки, только сплошная кожа.       — Хорошо, я тебе верю, иначе я просто сошёл с ума.       Девушка не смогла скрыть улыбки, но потом она насторожилась.       — Почему ты говоришь о себе в мужском роде, дева?       — Потому что я мужчина? — он осмотрел себя, и понял, что он всё ещё в греческой робе, — Понимаешь, это просто костюм такой, мне пришлось играть девушку и...       Договорить ему не дали, так как Морфи резко потянула руки к юбке робы. Лем едва перехватил их, но толи от заклинания силы, что прошло через её тело, толи от того что Лем дрыщ, Морфи оказалась очень сильной, и, словно никакого сопротивления и не было, юбка поднялась вверх и бельё Лемми показалось на свет.       — Мужчина... — произнесла кошко-девочка дрожащим голосом.       — Да, мужчина. Зачем же так делать?! Боже, как же стыдно!       Лем пытался закрыться, но у него ничего не получалось. Морфи стала нервной в мгновение ока. Она начала ходить по шатру кусая свои руки. Лем это не понравилось. Он подошёл к ней и остановил.       — Что такого в том что я мужчина?       Морфи не решалась отвечать, но, посмотрев прямо в глаза Лемми, словно извиняясь, сказала:       — Уже несколько столетий не появлялись мужчины, и почему-то каждый раз, когда появлялись именно они, в мире, помимо чумы, происходили ужасные вещи, Например, последний избранный-мужчина чуть-ли не вырезал всю королевскую семью.       Всё расчудеснее и страннее.       — И? Не все же мужчины какие-то варвары. Посмотри на меня, я беззащитен, слабее тебя и даже больше похож на девушки нежели на парня.       Морфи внимательно осмотрела парня и в её глазах появилась идея. Идея, что вселяла надежду в неё и вызывала подозрения в него.       — Это же идеально! — воскликнула девушка, — Ты вполне сойдёшь за девушку! Если ты будешь притворяться, то...       — Погоди-погоди! Зачем мне притворяться девушкой? Учитывая то, что в вашем мире есть магия, а у меня только макаронины-руки, я не представляю ни для кого опасности.       — Если кто-нибудь узнает, что ты мужчина, то никто не будет обращать внимание на твою беспомощность. У нас даже есть специальные ритуалы для того чтобы призвать именно девушку! Мы очень боимся избранных-мужчин, они словно наказание за все наши грехи.       — А девушки у вас благословение, да? — саркастически подметил Лем. Но, увидев, как Морфи неуверенно кивает, прокашлялся и продолжил: — В таком случае, тебе лучше вернуть меня в мой мир и найти свою «избранную».       Взгляд Морфи снова стал виноватым и она молча помотала головой. На логичный вопрос: «Почему?», — она ответила:       — Богиня дала мне сил только на один призыв. Ты вернешься домой, только когда победишь чуму.       — Как мне вообще бороться с чумой? Я ведь даже слабее тебя, разве эта ваша «чума» не убьёт меня самого?       — Люди не подвержены ей и отвечая на твой следующий вопрос: в нашем мире людей не существует, вы были благословением Арматильфель. И однажды, у одной из избранниц пришла идея создать новую подрасу — полулюдей. Но сколько бы она не пыталась, она не могла забеременеть хотя и была полностью здорова.       На секунду Лем почувствовал отвращение. Но он всё ещё не понимал, как можно бороться с чумой даже с иммунитетом к нему. Но его размышления прервала кошко-девочка.       — Я часто слышала что под понятием «чума» люди представляют болезнь, но здесь это древний сгусток энергии, чем-то похожий на те сгустки которыми я тебя лечила. Каждые сто лет он начинает разрастаться и уничтожать всё живое и только люди могут поглотить его безвредно для себя. Тебе нужно просто добраться до места силы чумы и поглотить его.       Это уже просто начинает напоминать какой-то дешёвый фэнтези-роман. Почему ты появился в этом мире? Потому что ты избранный! Почему только ты можешь спасти этот мир? Потому что ты избранный! Избранный, избранный, избранный... От всего этого у Лемми начинает болеть голова. И ведь на все вопросы есть один ответ: «Потому что ты избранный!». А ещё лучше если бы ты был «избранной»!       — А-а-а, к чёрту! Хочешь избранную? Будет тебе избранная! Если одеть меня в бабские тряпки, то от бабы то и не отличишь. Первая проблема решена! Вторая проблема: где этот чёртов сгусток энергии, который нужно поглотить? Да и скорее всего дорога туда дальняя и опасная, из этого возникает третья проблема: как туда добраться?       Морфи удивлённо смотрела на Лемми. Она не ожидала такой реакции, но такой боевой настрой от него наполнил и её энергией.       — Точка силы чумы всегда неизменна: она находиться в «Чёрной горе». А проводят тебя туда я и ещё два спутника. Значит решились, я найду для тебя новую, более удобную, одежду, а ты пока можешь отдохнуть. Мы отправимся завтра утром,... избранная.

***

      Когда Морфи покинула шатёр и Лем остался один, вся его уверенность куда-то улетучилась. Бóльшую часть ночи Лем просто вертелся на кровати и пытался осознать всё, что произошло с ним в этом мире, и только сейчас он осознал, как далеко он от дома. Что же происходить в его мире сейчас? Он просто пропал из своего мира и всё идёт своим чередом, но без него? А что если жрица врёт, и он не сможет вернуться обратно? Древний сгусток, который может поглотить без вреда только человек. Почему? Но даже если и думать об этом, то это вряд ли поможет вернуться в его мир. Единственный путь назад, который ему известен, это «победить чуму». Да ещё и притворяться девушкой, хотя для Лемми это меньшее из зол. Лем пытался успокоиться ещё какое-то время и, в итоге, ему всё же удалось уснуть.       Лем ожидал проснуться от солнечного света, пения птиц или просто проснуться, но никак от сырой тряпки, которой будет водить по лицу Морфи.       — Доброе утро, избранная, я решила очистить ваше лицо от этой... белой краски.       Как бы Лем не старался, но сдержать тяжёлого вздоха он не смог.       — Спасибо конечно, но дальше я пожалуй сам...а.       Кошко-девочка улыбнулась и положила тряпку на тумбу, рядом с тазом. Лемми неохотно уселся и принялся приводить лицо в порядок, однако часть краски уже стёрлась подушкой. Тем временем, Морфи положила рядом с ним одежду. На первый взгляд она выглядела мешковатой, но потом до него дошло что это платье. Сердце Лемми невольно кольнуло, сколько он ни думал о том, как должен вести себя в роли девушки, всё равно считал что у него не получиться. Закончив с лицом, он взял одежду в руки и решился задать вопрос:       — Морфи, а если кто-то узнает мой настоящий пол, то что случиться?        Вопрос прозвучал меланхолично. Жрица, собиравшая сумку, вопросительно посмотрела на парня, а потом её взгляд вернулся к сумке и она ответила:       — Не волнуйся, я сделаю всё возможное, чтобы этого не случилось. Но если правда вырвется наружу, — она замолчала на несколько секунд, — мой долг, как жрицы Арматильфель — защитить тебя.       — Спасибо.       Только такой тихий шёпот услышала Морфи от Лемми, на что она только улыбнулась, но улыбка была печальной. Лем всё смотрел на одежду, что предстояло ему надеть, но помимо того, что она женская, его смущало кое-что ещё: присутствие девушки. Когда она уже закончила собирать сумку и встретила пристальный взгляд Лемми, то сначала не поняла, чего хотел избранный. Тогда он перевёл взгляд сначала на одежду, потом на девушку и затем на выход. И это принесло плоды: кошко-девушка, осознав всё, ахнула и, слегка покраснев, направилась к выходу.       Лем расправил перед собой одежду: это было коричневое платье, чем-то напоминавшую викторианскую эпоху, с длинными рукавами, маленьким вырезом и пышной длинной юбкой. Он никогда раньше не одевался в такое и сначала немного растерялся, но в итоге без труда залез. Оно было даже слегка великовато, особенно в области груди. Найдя маленькое зеркало, он постарался осмотреть себя с разных ракурсов. Всё таки избегание парикмахерских целых три года сыграло ему на руку. На него смотрела, немного странной внешности, но всё же девушка, только разве что не хватало косметики, но тут уже ничего не поделаешь.       Лем посмотрел на выход из шатра, ему было страшно выходить. Там целый неизвестный для него мир, скорее всего наполненный всевозможными опасностями. Но заметив в поле зрения сумку, он подумал, что Морфи всё ещё где-то неподалёку. Он осторожно подошёл к выходу и хотел уже позвать девушку, как вдруг услышал её и ещё один мужской голос:       — Нам бы уже пора выдвигаться. Не могли бы вы пойти и посмотреть не готова ли она?       — Давайте ещё подождём немного... — послышался, наполненный неловкостью, голос Морфи.       — Она наверняка уже готова, почему вы так смущены?       Ответа от девушки Лем не услышал, но через несколько секунд ему послышались лязг металла и тяжёлые шаги. В его сторону шёл мужчина, и судя по звукам, он был в весьма тяжёлых доспехах. Лемми укутала паника, этот мужчина собирается войти? Что и как нужно будет говорить если он войдёт? Шаги звучали всё ближе и Лем неосознанно отошёл от выхода. Он ожидал, что мужчина сейчас войдёт, но шаги остановились.       — Простите что беспокою, но нам уже пора отправляться в путь.       Сердце Лемми бешено колотилось, и всё что ему удалось из себя выдавить было:       — Я у-уже готова, пожалуйста, позовите ж-жрицу Морфи.       Морфи вбежала в шатёр пулей, но при этом она постаралась проникнут туда так, чтобы кто бы то ни был за шатром, не увидел того что внутри. Она осмотрела Лемми и её взгляд стал обеспокоенным. Подойдя к парню, Морфи осторожно протянула руки к его рукам.       — Ты дрожишь...       — Я не смогу, Морфи. Я так испугался... испугалась того, что он войдёт сюда.       Лемми убрал руки девушки и обнял сам себя. Он и правда дрожал. Возможная реальность оказалась куда страшнее его ожиданий.       — Я рядом с тобой, и всегда буду. — жрица снова приняла попытку уже положить свою руку на плечо Лемми, и он позволил ей это. Она продолжила: — Аравель очень учтивый мужчина. Он бы никогда не позволил себе войти в покои девушки без её разрешения. И ещё, ты же смогла выдать себя за девушку, ответив ему, это же просто отлично.       Успокаивающие и ободряющие слова подействовали на Лемми именно так, как того хотела Морфи. Он несколько раз глубоко вздохнул, и дрож покинула его тело. Когда он посмотрел на неё, она улыбнулась ему в ответ. Он, решившись, кивнул.       — Хорошо, — сказала Морфи, — теперь осталось дело за малым. — она уже более внимательно осмотрела Лемии, — Платье тебе очень идёт, но нужно сделать кое-что, чтобы оно выглядела гармонично.       Девушка подошла к тумбочке, что стояла рядом с кроватью, и отодвинув ящик и пошарившись немного, достала два мягких шарика, каждый из которых умещался в ладонь. Лем уже понял что она имела ввиду. И чтобы не делать эту сцену ещё неловкой, он молча взял шарики и, повернувшись к ней спиной, засунул их туда, где по идее должна была быть грудь. Шарики и правда оказались мягкими, словно сделанные из поролона, и никак не ощущались телом.       Морфи лишь удовлетворённо кивнула на получившийся результат. Взяв сумку и остановившись у выхода, она спросила.       — Сейчас, когда мне надо будет представить тебя, я вспомнила, что не знаю твоего имени.       Это удивило и озадачило Лемми, он ведь и правда не представлялся.       — Лемми ведь звучит как женское имя?       — Думаю да. Это твоё настоящее имя?       Лем кивнул.       — Хорошо, так ты не запутаешься. Пойдём, я представлю тебя остальным.       Лем не уверено кивнул и вышел вслед за ней. Что бы там ни было, оно начнётся прямо сейчас. И может быть он не готов ко всему, но будет стараться.