Жойен Рид

Когда уже начало темнеть вы добрались до края леса и устроили там привал. Ты оттёрла своё лицо от крови с помощью снега. Всё время, пока вы шли, ты сверлила взглядом спину младшего Рида. И думала. О его словах. О его взгляде. О его уверенности в голосе. О его поцелуе… поцелуй. Такое забытое чувство пробудилось в твоём сердце, и теперь ты поняла, что чувства возникли против воли. Они уже есть. Они сидят внутри тебя в клетке, созданной твоими страхами и принципами. Но этот поцелуй просто разрушил её, взорвал, рассыпал, растоптал, уничтожил. Ты смотрела на его волосы, на его спину, слышала его смех и голос, пока он разговаривал с Брандоном. Видела, как он мило морщит нос, и как прищуривает глаза, когда смеется. Ты выдыхаешь, понимая, что тебе это нравится. Что тебе нравятся его угольные глаза, тебе нравятся его белоснежные зубы, его тонкие губы, его золотистые волосы и слегка вздёрнутый нос. Тебе нравится его рассудительность, его серьёзность. Он тебе нравится. Жизнь на Севере слишком коротка, чтобы долго влюбляться. Тебе хватило месяца. Даже это слишком долго, чтобы понять свои чувства. Но ты просто не принимала их. Теперь пора себе признаться, что он тот, с кем ты хочешь провести свою короткую жизнь. Но сможешь ли ты решиться сказать ему это в лицо? Сможешь, но не сейчас. Не сегодня, возможно, и не завтра. Но ты обязательно скажешь. Главное — не потерять время. *** Ещё неделя проходит слишком быстро. Путь был долгий. Холодно. Мороз застал вас посреди недели, и дичи долго не было. Оставалось всего несколько кусков мяса. Сейчас вы поднимаетесь по склону. Метель бьёт в лицо, снежинки словно иглы. Ты почти задыхаешься, зарывая лицо в ворот плаща. Рид еле стоит на ногах, но всё равно игнорирует просьбу сестры о привале. Ты идёшь чуть впереди блондина, но резко разворачиваешься, когда слышишь, что он упал. Подбегаешь к нему и хватаешь под руки, опережая Миру. — Давай, Рид, — шепчешь ему в ухо, — Поднимайся на ноги. Иначе мы не дойдём… — Мы уже пришли, — он поднимается, а ты слышишь радостные крики брата. — Т/и! Жойен! Идите, посмотрите! Ты улыбаешься, увидев огромное древо, потом снова поворачиваешься к Жойену, он крепко и слишком напряженно сжимает твои плечи. Ты помогаешь ему дойти до Брана, и вы все на секунду останавливаетесь, восхищаясь величием огромного чардрева. Закатное солнце отражается от листьев, делая их ещё алее, а ветер исчез, будто его и не было. Вы с юношей переглядываетесь, и ты улыбаешься, он в ответ, но его улыбка слишком печальна. Дорога круто спускается между скалами. Пару раз, спотыкаешься, но Рид, который сам недавно валялся в снегу, поддерживает тебя, хватая за руку. Он слаб, голоден и замёрз, но всё равно старается помочь тебе. Ты думаешь, что когда вы дойдёте — ты обязательно скажешь ему. Скалы возвышаются над вами, будто грозя завалить вас в этом чертовом ущелье. И когда вы проходите их, оказываетесь на, своего рода, площади перед входом в пещеру среди корней. Вы проходите половину открытой местности, и ты спокойно вздыхаешь, уже предчувствуя встречу с вороном. Жойен идёт в самом конце, а ты рядом с Мирой. Слышишь треск и поворачиваешься как раз в тот момент, когда окостенелая рука хватает твоего возлюбленного за ноги, и тот падает. Она тащит его. — ЖОЙЕН! — кричишь, скидывая с себя сумки, и бежишь на помощь. Хватаешь парня за руки и тащишь на себя. Нет! Никто не заберёт его у тебя, — Держись! — Помоги ему! — вопит Брандон, — СКОРЕЕ! — Держись за меня! Держись! — кричишь, его руки резко отпускают твои, а ты откатываешься назад, но потом снова, путаясь в плаще, ползёшь к нему и хватаешь его за куртку, пытаясь вытянуть из лап скелета. Рычишь, тянешь на себя. Блондин смотрит только тебе в глаза и крепче сжимает твои руки. Тебе хочется плакать, руки уже горят на пару с лёгкими, но ты не можешь сдаться. Тебе удаётся его освободить, и вы оба откатываетесь от выползающего из-под снега мертвеца. Ты хватаешь парня за щёки, — Ты в порядке?! Но не успеваешь услышать ответ, когда приходится вступить в битву. Мира дерётся с кем-то в нескольких метрах от вас. Ты наносишь удар сначала одним клинком, потом вторым, но промахиваешься, и скелет резко бьёт апперкотом, от чего ты отлетаешь. Блондин становится перед тобой, защищаясь посохом, мертвец разрубает трость своим топором, и юноша падает на снег. В этот момент ты вскакиваешь и с рыком вонзаешь свой клинок в череп врага. Он рычит и извивается, после чего его голова падает, катится по снегу, оставляя следы. Новый мертвец выскакивает из-под снега. Ты скрываешь свой кинжал в ножнах и хватаешь огромную секиру, которой сражался мертвый. Выдыхаешь и громко рычишь, кидаясь на врага. Отражаешь атаки нового противника, пытаясь защитить Рида. Парень отбегает назад, хватает другое оружие и пытается тебе помочь, но ты отталкиваешь его, пронзая грудную клетку врага рукоятью орудия. Бьёшь со всей силы, пытаешься победить. Но они лезут и лезут из-под этого проклятого снега. — Бран! Спасай себя! — слышишь голос Жойена и на секунду отвлекаешься, за что сразу платишься. Скелет бьёт тебя по ноге, и она подгибается. Голову пронзает боль, и ты жмуришься, — Т/и! — поднимаешь голову. Мертвец замахивается своим топором. Ты ставишь блок и поднимаешься, — Скорее! Отталкиваешь от себя противника, раскручиваешь в руках секиру и, слегка присев, рассекаешь врага снизу вверх напополам. На секунду замираешь, а потом оборачиваешься, слыша болезненный вскрик юноши. Скелет, чью голову ты снесла, бьёт блондина ножом в живот. Кровь в жилах застывает. Что-то внутри ломается, рвётся. И тебе невыносимо больно, когда кровь окрашивает в алый цвет его меховую куртку. Твои глаза расширяются, и ты тут же кидаешься на помощь. Рычишь, рассекая кости той же секирой, а потом падаешь на колени, подтягивая слабеющее тело к себе. — Жойен, — шепчешь, уже не сдерживая слёз. Он смотрит тебе в глаза, пытаясь улыбнуться. Он такой слабый, такой милый. Он… он умирает… Впереди происходит что-то важное, но сейчас для тебя нет ничего важнее, чем холодеющее тело парня на твоих руках, — Пожалуйста… Нет-нет-нет… Не сейчас! НЕТ! Я ещё не успела сказать… — глубоко вдыхаешь, пытаясь пополнить организм кислородом, тебе кажется, что ты задыхаешься, что лёгкие стягивает, высасывают из них воздух. Мира шокировано смотрит на вас, не решаясь подойти. Ты пытаешься зажать рану, но рука Рида, уже испачканная в крови, сжимает твои пальцы. — Его не спасти, — говорит девочка, стоящая у входа в пещеру, а тебе хочется разорвать её за эти слова. Как она смеет говорить такое?! Всех можно спасти, если постараться, — Идём со мной или умрёшь с ним. «Я уже умираю, видя, как он страдает», — проносится в твоей голове, а ты моргаешь, пуская новые слёзы по щекам. Всхлипываешь, начинаешь слегка покачиваться. — Иди с ними. Ты нужна этому миру, — хрипит блондин, а ты снова сотрясаешься. Это не честно! Почему всех, кого ты любишь, у тебя забирают?! Почему Боги забирают даже то, что ты не до конца обрела?! Почему они забирают его? Он ведь ещё не жил нормально, он ведь ещё не стал лордом, он не женился, он не зачал детей для своей жены, он не вырастил этих детей. Он ещё не… он ведь тоже ещё не сказал тебе… и ты ему… — Нет! Не говори такое! Ты не умрёшь! Жойен, пожалуйста, я… — ты пытаешься вдохнуть, но у тебя не получается. Лёд разламывается, и появляются ещё десять скелетов, которые направляются к тебе. Они все рычат, сжимают в руках оружия и смотрят на вас жадно, голодно. — Я люблю тебя, Т/и Старк, — шепчет он так тихо, но ты всё равно слышишь, благодаря своим способностям. Ты улыбаешься сквозь слёзы. Он улыбается в ответ, а потом его глаза застывают. — Я тоже! — но он уже не слышит, — Я тоже тебя… Жойен? ЖОЙЕН?! Ты трясешь его, слышишь крик и только потом понимаешь, что кричишь ты. Так громко и пронзительно. Крик смешивается с животным рыком и всхлипом, от чего даже все мертвецы останавливаются. Ударная волна от твоего голоса разрушает в мгновение ока всех скелетов. Повозку, Миру, Ходора и Брандона с волками отбрасывает на несколько метров. Тележка разбивается о скалы. Снег вокруг вас двоих раздувается, и ты оказываешься сидящей на чёрном льду, сквозь который видны кости не пробудившихся скелетов. Наклоняешься, целуя ледяные губы возлюбленного. Твои слёзы скатываются по его щекам, прячутся в его поблекших волосах. Поднимаешь заплаканные глаза на брата и девочку, стоящую у входа. Её полный ужаса и восхищения взгляд смотрят прямо тебе в душу. «Он мёртв», — одними губами шепчет она, но ты прекрасно понимаешь, что она говорит. Она чего-то ждёт. И ты не заставляешь её ждать твоего гнева. — ВЕРНИТЕ! — вопишь ты, после чего лёд трескается под тобой. Все скелеты исчезают, оставляя лишь глубокую воду. Сквозь трещины на лёд плещется вода, — ВЕРНИТЕ МНЕ ЕГО!!! — Т/И! — все испуганно смотрят на тебя, и Мира собирается кинуться к тебе, но лёд проламывается, и ты вместе с телом Рида погружаешься в ледяную воду озера. Его куртка мгновенно пропадает из рук, так же, как и он сам, и всё вокруг. Остаётся только темнота и вода, которая наполняет твои лёгкие.