Elgara

      Ставка командования находилась рядом со сломанным троном в главном зале, и Ллараинэль уже начинала потихоньку недолюбливать это место. Хотя тут было огромное преимущество — большие двери в зал были открыты, а остальные она могла открывать самостоятельно, что значительно облегчало незаметное передвижение по крепости. Вот только теперь в углу около входа её всегда караулил Варрик, занявший удобный стол у камина, и пишущий свои книги и письма. Девушка, кстати, всё забывала спросить, кому он их пишет.       Главный зал ещё был весь в строительных помостах, и повсюду сновали гномы и люди, незаметно передвигались слуги, по большей части они были эльфами, что не могло не расстраивать Нэль, хотя она и старалась не обращать внимание, но было безумно обидно за сородичей. Как они могли позволить себе пасть до того, что люди воспринимали их исключительно как слуг? Вестница тряхнула головой и тут же услышала голос сбоку.       — Привет, златичка, Каллен ещё не пришёл в ставку командования, так что у нас есть пара минут, чтобы кое-то обсудить, — Варрик перехватил замешкавшуюся около дверей девушку.       — Что такое? — Нэль подошла к столу, за которым гном дописывал очередное письмо, поставив печать, он свернул его, и тут же встал, подзывая эльфийку ближе к себе.       Варрик повернулся к камину, собираясь с силами, чтобы о чем-то сказать. Девушка впервые видела его в таком состоянии, обычно гном говорил уверенно и без сомнений, всегда шутил, казалось, ему в принципе не знакомо это понятие «подбирать слова для разговора». Что же должно было случиться? Нэль насторожилась.       — Ты хочешь уйти? — она произнесла эту фразу почти по слогам, голос чуть дрогнул. Ей совершенно не хотелось, чтобы гном покидал её в такой час, когда они так хорошо сдружились.       — Что? — разбойник чуть повернулся к Нэль, — ой, нет, златичка, ничего такого. У меня новости, с одной стороны, хорошие для Инквизиции, с другой — плохие для меня лично.       Ллараинэль кивнула, хотя не совсем поняла, как такое может быть, но перебивать гнома не стала, просто ждала, когда он соберётся с мыслями.       — Помнишь, мы уже разговаривали про Мариан Хоук, Бетани — её сестра, думаю, ты это уже знаешь, но это я так, уточняю. Она сражалась прежде с Корифеем, вернее, мы сражались, это я тоже тебе рассказывал в походе, как и Кассандре и остальным. Мариан убила Корифея, засадила ему свои мечи прямо в голову, — гном вновь замолчал. — Так, в общем, я написал ей, и да, не смотри на меня так, у меня есть с ней связь, но я просто не мог выдать её. Предавать друзей не моя специализация.       Ллараинэль вновь кивнула, она искренне понимала желание гнома защитить друзей.       — Варрик, кому как не мне знать, что такое хранить чужие секреты, — Нэль посмотрела в глаза гнома, на что он явно удивился, не совсем понимая.       — А, точно. Клан. Тогда проще, ты и правда понимаешь, — эта открывшаяся истина явно облегчила Варрику жизнь, и он улыбнулся. — Мариан в Скайхолде, она умеет прятаться не хуже тебя, златичка, и мы с ней сделали всё, чтобы никто из воронов Лелианы не заметил присутствия чужой. Это пока сделать легко, беженцы толпами валят к стенам крепости, и одним беженцем больше, одним меньше, за всеми не уследишь. Я думаю, вам стоит с ней встретиться и поговорить, у неё есть информация относительно Стражей, а это уже очень важно.       Ллараинэль очередной раз кивнула, как только голова не разболелась от этих покачиваний.       — Я не скажу другим, — опередила Варрика Нэль.       Он посмотрел на неё с такой благодарностью, что девушка почувствовала себя как-то неловко. На неё всю жизнь смотрели сначала с жалостью и сочувствием, потом к этому примешался страх, она не могла никого винить в последнем случае, вина лежала абсолютно на ней. Никогда и никто так часто не смотрел на неё с благодарностью и с беспокойством, как та женщина на мосту, никто так часто не благодарил и не пытался рассмешить. Неужели видение право и она нашла то, что так долго искала? На губах заиграла лёгкая улыбка.       — Встретимся на стене, с той стороны с видом на мост, как только зайдёт солнце. Постарайся проскользнуть туда незамеченной.       Нэль попрощалась с гномом и направилась в сторону ставки командования, сегодня будет явно очень тяжёлый разговор. Пришло время обсудить дальнейшие действия Инквизиции, а раз теперь она её глава, то эта ответственность грузом ложилась на её плечи.       Ллараинэль смотрела на карту и кучу флажков, что были воткнуты в неё. Советники вылили на неё огромное количество информации. Где-то идёт гражданская война, где-то прячутся венатори, в разных уголках идут раскопки древних руин, и главной проблемой на повестке дня являлось убийство Императрицы Орлея. Эльфийка в общих чертах знала, как делиться Тедас, но в тонкостях политики не разбиралась совсем, для неё Императрица Орлея и Королева Ферелдена были пустым звуком, она не знала, что они из себя представляют. Несмотря на ужас в глазах, и нервные пререкания пришлось согласиться, что Инквизиции придётся посетить Халамширал, только пока было не понятно когда, и главное как.       Нэль чувствовала как у неё дрожат колени, когда она смотрит на гигантскую карту. На что она подписалась? Дорогая Митал, уведи её в заповедные леса Арлатана. Эльфийка выдохнула пару раз. Ей дали время подумать и взвесить все за и против, и потом решить, куда в первую очередь отправится отряд Вестницы, о разрывах вести доходили из различных мест, так что выбор был весьма обширный.       На Скайхолд опустилась тьма, высоко в небе рассыпались мириады звёзд и полумесяц освещал горы. Ллараинэль незаметно пробралась на стену, и завидев фигуру Варрика, быстро кинулась к нему.       — О, вот и ты златичка, видишь вон то плато? Там валяются мешки и коробки, и никто из стражников не спускается на это место, сядь на одну из коробок и жди. Думаю, никто не обратит внимание, что Вестница болтает с одним из своих новых подданных, — увидев, как при последнем слове скривилось лицо эльфийки, Варрик хохотнул.       Ллараинэль с точностью выполнила указание гнома, и села в неприметный неосвещенный факелами угол, и полностью расслабила плечи, которые уже затекли от целого дня стояния над бумагами и картами. Сесть не получалось, стол в ставке командования был слишком высок для низкорослой эльфийки и приходилось мучиться стоя.       Краем глаза Нэль заметила, как тень скользнула по правую сторону от неё, и кто-то неслышно приземлился на ящик рядом с ней. Девушка очень надеялась, что это не Коул, который в последнее время зачастил с помощью всем ближним и в частности ей, потому что хорошо чувствовал её беспокойство и страх, не смотря на, как он выразился, «яркий свет».       — Привет, — поздоровалась тень, и Нэль удостоверилась что это был не мальчик-призрак. — Я предполагаю ты Инквизитор? — голос у женщины был приятный, с легкими звенящими нотками, будто она в любой момент была готова засмеяться.       — Да, — просто ответила эльфийка.       — Я Марианетта Декарт, но скорее всего ты знаешь меня под менее вычурным именем — Хоук. Эту фамилию я правда больше не ношу, но не важно, можешь спокойно звать меня Мари, так проще, — женщина опустила капюшон и протянула руку, затянутую в кожаную перчатку без пальцев, эльфийке.       — Ллараинэль, можно просто Нэль, или «эй ты», я отзываюсь на любое, — Инквизитор улыбнулась, пожимая темноволосой женщине руку, та с нескрываемым интересом рассматривала сидящую рядом с ней эльфийку, Нэль воспользовалась этим временем и тоже внимательно посмотрела на женщину.       Красивая. Она могла бы, пожалуй, описать её одним этим словом. Женщина была поистине красивой, с правильными чертами лица, лёгкой искрой в ярких, казалось бы светящихся изнутри голубых глазах, чёрные густые волосы, почти как у Бет, только прямые и явно растрёпанные, но эта небрежность прибавляла шарма Мари. Только красота её была не такой, что можно было сидеть и любоваться, она была опасной. Опасная красота. И опасная женщина. Нэль даже по лёгкому рукопожатию поняла, насколько ловкими и смертоносными могут быть в иной ситуации руки Мари, и это несколько пугало. Не хотелось становиться врагом для Защитницы, кажется, так её называл Варрик.       — У меня есть тревожные новости для вас, которые я и сама узнала совсем не давно, пожалуй, если бы не они, меня бы тут не было, — женщина замолчала и перевела взгляд вперёд, будто пытаясь высмотреть кого-то на противоположной стене крепости.       Нэль не торопила её, похоже новости были не из приятных, а значит сулили ещё больше проблем для Инквизиции и для неё в частности. «Возьми мою душу в свои руки, Фалон’Дин», — взмолилась эльфийка, боясь услышать известия, что принесла с собой эта женщина.       — Корифей моя ответственность, и я думала, что нам удалось убить его. Создатель, да я отпинала его труп, ибо битва с ним была настолько неприятной, что я получила одновременно ожог от огня, молнии, и какой-то камень свалился на голову Фенрису. Мы прыгали по башне через препятствия, будто лошади и при этом старались хотя бы иногда наносить ему урон, но, конечно, после вашего скидывания части горы ему на голову, моя история уже не кажется такой захватывающей, — Мариан улыбнулась.       Ллараинэль не знала, насколько правильно или неправильно это по этикету, но её взгляд всё время падал на эту странную красную полосу, что напоминала то ли след от крови, то ли ужасный незаживающий шрам на лице. Мари перехватила взгляд эльфийки и усмехнулась, нацепив на губы свою привычную ехидную улыбочку.       — Я прямо могу прочитать у тебя на лице вопрос, — женщина чуть наклонилась к эльфийке, опираясь на левую руку и придвигаясь почти вплотную. — Это не шрам, это витаар подаренный мне Аришоком незадолго до нашей битвы, да, обычно вещество, которое они используют ядовито для других рас, но видимо со мной в принципе что-то не так, оказалось меня весьма проблематично убить, — Мари отодвинулась и легко пожала плечами.       Пару минут они молча рассматривали противоположную стену, по которой туда-сюда ходили стражники с факелами, позади них тоже иногда поскрипывала открывающаяся дверь, и слышался лязг доспехов, но никто не спешил спускаться к ним.       — Думаю, об Андерсе ты знаешь, поэтому не буду долго объясняться. Он бывший Серый Страж, но несмотря на это, поддерживал всё это время связь со своим Стражем-командором Махариэль. Какое-то время назад, она прислала весьма тревожное письмо, Героиня Ферелдена ушла куда-то в сторону Неварры в поисках средства, которое помогло бы в борьбе со скверной в их крови, и её муж с небольшим отрядом остался в Башне Бдения, но из Орлея стали поступать письма о том, чтобы все стражи немедленно собрались в одной из орлейских крепостей. Они отказались, Алистер при себе имеет только одного или двух посвященных Стражей, и им показалось весьма странным получить подобный приказ, такое обычно бывает только в случае Мора, а сейчас насколько мы знаем, его нет, — говорила Мариан быстро и чуть сбивчиво, отчего Нэль пришлось сосредоточить всё своё внимание, дабы понять женщину. — Тогда орлейские стражи пришли в крепость и попытались едва ли не силой забрать их собой, поэтому Алистеру и его небольшому отряду пришлось покинуть пределы Амарантайна. Мы получили письмо о том, чтобы ни в коем случае не реагировать ни на какие попытки других серых связаться с нами, даже если они каким-то образом будут проходить мимо и найдут Андерса. Махариэль была очень этим насторожена, но сказала, что прибыть немедленно не может, что случилось у неё, я не знаю. Было видно, что всего написать в письме она не могла, скорее всего боялась, что могут перехватить. Алистер ушёл в сторону Крествуда, именно из тех окрестностей Командор в последний раз получала от него весточку, думаю остальную информацию мы сможет получить непосредственно от него, — Мариан выдохнула, как давно ей не приходилось вести столь длинный монолог, в их паре обычно болтал Андерс, а женщина тем времени лишь вставляла свои ехидные замечания.       — Никогда не слышал, чтобы ты так много говорила, — Варрик подошёл к сидящим на ящиках девушкам, и протянул Мариан флягу с водой, она благодарно кивнула ему и осушила почти полностью.       — Значит, Крествуд, — протянула Нэль, она видела название этого города на карте, он находился где-то недалеко от Денерима. Да, услышать о том, что у Серых Стражей большие проблемы было неприятно, у Нэль засосало под ложечкой. Значит Страж-командор ушла в сторону Неввары и не имеет возможности вернуться в Ферелден, по крайней мере пока. Известие было и правда неприятное, хотя где-то в глубине души Нэль почувствовала облегчение, вот только признаваться самой себе в этом совершенно не хотелось.       — Я пойду первой, только переночую тут, если вы не против, и утром отправляюсь в Крествуд, разузнаю, где может скрываться этот Алистер, вы пока собирайте отряд и выдвигайтесь следом. Я найду ваш лагерь.       С этими словами женщина встала с ящиков.       — О и ещё одно, не говорите никому обо мне, ваших спутников я не знаю, и пока рано знакомиться, у меня не особенно хорошие отношения с Церковью и Храмовниками, а они тут занимаю определённое место, как я посмотрю, поэтому насколько возможно, оттяните моё знакомство с местными обитателями, — Мариан махнула на прощание рукой, и скрылась.       Ллараинэль какое-то время молча продолжала сидеть на своём месте, Варрик шумно выдохнул, явно пытаясь привлечь к себе внимание.       — Ну что думаешь?       — Как скрыть источника от Кассандры и остальных, понятно, взять с собой можно не её, но вызовет вопросы, почему идём именно там, — девушка запнулась, — туда, идём туда, нужна причина.       Варрик хмыкнул, похоже, Ллараинэль быстро приспосабливается к своей новой роли, а это было хорошим знаком, значит она приобретала всё больше уверенности в себе и окружающих её людях. Гному нравились эти перемены, только он надеялся, что всё вновь не кончится холодным взглядом и прощанием у костра.       — Пойду раздобуду для Мариан еды, — Варрик улыбнулся, — как думаешь, кто сильнее будет бить меня после того как мы расскажем о Мари — Бетани или Кассандра? Ставлю на Бетани, она очень хорошо умеет метать огненные шары.       С этими словами гном удалился, тихонько посмеиваясь себе под нос.       Андерс проснулся от того, что кто-то усердно тыкал его в бок. Создатель, как же ему хотелось повернуться на другую сторону и вновь уснуть, но тычки в бок не прекращались и тут к ним присоединился голос.       — Папа, вставай, паааапа, — Нэль уже вовсю колотила его руками.       — Что такое? — он нехотя разлепил глаза, и схватил дочь прижимая к себе, но она неожиданно сильно оттолкнулась от него руками и посмотрела так серьёзно, что мужчине стало не по себе. Он быстро пришёл в себя и сел на кровати. — Что случилось? Где-то болит? Упала? Не бойся, я вылечу.       — Нет, мама, мама ушла, — на глазах девочки заблестели слёзы.       До Андерса не сразу дошёл смысл её слов, спустя мгновение мужчина повернулся в сторону. Вторая половина кровати была действительно пуста, только на подушке развалился яркий рыжий кот, хотя вчера там точно лежал не он, а Мариан, со своими светящимися в темноте глазами, и дышала громко и тяжело, после их близости.       — Может она пошла на рынок? Или к соседям? — Андерс не знал к кому обращается с этим вопросом, его дочь явно не знала ответов на них, а мабари, сидящая на полу, и смотрящая на девочку, тем более. Глаза собаки внимательно следили за каждым его движением, и когда Нэль всхлипнула, угрожающе начала подниматься. — Тихо, тихо, дорогая, мамочка обязательно вернётся. Смотри, вы уже покормили с Клыком курочек?       Его дочь отрицательно замотала головой.       — Они ведь уже голодные, ты же не хочешь, чтобы они не смогли принести нам яйца, да и Тали будет очень приятно, если ты ей поможешь, — он не ожидал, что эта стратегия сработает с первого раза, но всё-таки получилось, девочка оживилась.       — Хочу помочь, — Нэль спрыгнула с кровати, высвободившись из объятий отца, и побежала на выход.       — Осторожнее, не бегай по лестнице! — крикнул вслед целитель, — а ты внимательно следи за ней.       Клык посмотрела на него таким взглядом, будто он сморозил глупость. Порой ему в принципе казалось, что мабари считает его самым глупым членом семьи, ну и пусть, главное, что за девочкой она следит хорошо и в обиду не даёт. Андерс натянул на себя домашние штаны и накинул рубаху, быстро спускаясь вниз. Если Мариан ушла не в близлежащие окрестности, то обязательно должна была оставить записку, и это предположение оказалось верным, на столе в кухне лежал небольшой свёрток. Целитель взял его чуть дрогнувшей рукой, он уже примерно представлял, что там будет написано, но легче от этого не становилось. Маг приземлился на стоящий рядом стул и принялся читать.       «Андерс,       Любовь моя и свет в окошке, прошу тебя не начинай сразу злиться, я думаю ты должен понять, что мне пришлось уйти. Я обдумывала это достаточно долго, но увидев письмо от Стража-командора, да-да-да, я не должна была лезть в твою тумбу, прости, потом накажешь меня за это любым желанным для себя способом. Так вот, меня встревожило это письмо, и я поняла, что Инквизиции правда нужна помощь, особенно в такой непростой ситуации.       Я помню, что обещала тебе не уходить, мы договорились, что я пришлю ответ Варрику, и я правда отказалась. Но вчера вечером мне стало хуже. Мы с тобой думали, что после того, как эта дыра в небе исчезнет мне полегчает, но ничего подобного. Духов стало только больше и шаткая грань между Тенью и этим миром стала ещё тоньше, в последнее время я боялась, что в какой-то момент провалюсь в Тень и уже не смогу вернуться. Недавно даже приходил кто-то из особенно редких духов, прости, что не сказала, не хотела заострять на этом внимание. Думала, может само пройдёт. Дух этот попросил помощи, кто-то вторгся в его святыню, правда, без понятия кто он и где его святыня, исчез слишком быстро.       Этот случай можно сказать стал для меня знаком. Но я знала, что не смогу уйти, если вы будете меня провожать, и думаю ты это знал тоже, потому в последнее время и ложился после меня. Я никогда не была дурой, повторяюсь да. Конспиратор из тебя всегда был не очень. Я знала, что не смогу уйти увидев на твоих руках нашу дочь, которая будет плакать и звать меня, поэтому мне пришлось покинуть вас ночью. Прости, я использовала одно из твоих сонных зелий.       А теперь послушай меня, со мной всё будет в порядке, быстро помогу Инквизиции и вернусь. Не делай глупостей, пожалуйста, для этого в нашей семье есть я. Постарайся отвлечь Нэль, я скоро вернусь.       Повторю. Андерс, НЕ делай глупостей, сохрани наш дом до моего возвращения. С любовью Марианетта Лиан Декарт».       Андерс перечитал письмо трижды, столько же раз порывался сжечь его, но по итогу разгладил и аккуратно сложил к остальной пачке писем. При каждом прочтении взгляд мага останавливался на фамилии, приятное тепло разливалось внутри при виде такой подписи. Он не ожидал, что она начнёт подписывать свои личные письма этим именем. От этого тоска только сильнее сковывала его мысли. Мужчина вышел на улицу, направляя через небольшой садик к загону с курицами, где уже стояла их соседка Тали и помогала Нэль кормить куриц.       — О, здравствуйте, Микки, обычно в это время выходит ваша жена, — Тали улыбнулась ему.       Она была приятной девушкой, тоже магессой. Их вместе с мужем нашла неугомонная Мариан, она случайно набрела на парочку, которую преследовали Храмовники и помогла им скрыться, так у них и появились соседи на самом краю деревни.       — Ей пришлось уйти, появились кое-какие дела, — Андерс попытался придать голосу спокойный тон, будто бы такое бывало у них не раз и всё совершенно в порядке.       Тали понимающе кивнула и посмотрела в сторону Нэль.       — Если хотите, я могу присматривать за ней, вы ведь единственный целитель в этой округе, боюсь без вас у нашей знахарки будет куча проблем.       — Спасибо, буду очень вам благодарен, - Андерс устало улыбнулся и зашагал обратно к дому, желая умыться и немного привести мысли в порядок.       Всё-таки Мариан обладала странным умением собирать вокруг себя удивительно понимающих, смелых и отчаянных людей, готовых помочь в трудную минуту. Андерс посмотрел на свою дочь, которая уже вышла и загона и терпела, пока её вторая мамочка облизывала ей лицо. Создатель, как же Андерс был сейчас зол, особенно видя Нэль, такую маленькую и миленькую, она ведь будет ужасно скучать по Хоук. Хоук. Давно он не называл её так, было как-то непривычно, это имя уже совершенно не ассоциировалось у него с Мариан.       Зол. Зол это мягко сказано, в Андерсе бушевало такое негодование и гнев, что он бы с удовольствием сейчас пошёл и взорвал очередную церковь. В глубине сознания отозвался Справедливость, впервые за эти три года, голос духа на мгновение перебил неприятный шелест других голосов, о которых он так и не рассказал Мари. Учитывая, что она увидела письмо от Стража-командора, он был рад, что решил сжечь письмо Алистера, правда другую проблему это так и не решило.       В глубине сознания, куда очевидно ушёл дух, что-то скрипнуло, и другие голоса полностью исчезли. Андерс удивлённо взглянул на своё отражение, глаза не поменяли цвет и голубые трещины не разбили лицо на несколько частей, но маг понял — Справедливость вернулся.