Second Chances

Гэвин открыл дверь с намерениями либо сорвать её с петель, либо ударить ею ночного гостя. Однако ничего из этого осуществить не удалось. На пороге стояла фигура, едва различимая во мраке. Рид хотел было высказать всё, что придумал во время своего увлекательного путешествия от комнаты до двери, но неожиданный импульс узнавания сбил весь настрой. Мужчина напротив, с рюкзаком за спиной, одетый в чёрную куртку, джинсы и синюю кепку, стоял истуканом, закрывая собой обзор. Гэвин хотел бы, чтобы ему это снилось. Но сна уже и в помине не было, а человек с медленно расползающейся по его лицу ухмылкой не собирался исчезать. Мозг сам достраивал картинку, добавлял детали, которые Рид упустил за кучу лет. Весьма осязаемый и реальный, человек сделал ещё шаг вперёд. — Блять, — только и смог выдавить детектив, когда первое впечатление, воспоминания и эмоции соединились в одно целое. Гость усмехнулся и, снимая кепку, параллельно взъерошивая отросшие волосы, промурлыкал: — И тебе доброй ночи, братец. Рид стоял в полнейшей растерянности, которой не ощущал уже очень давно. Жизнь нанесла удар в спину. Жизнь — 1, Гэвин — 0. — Рад, что ты меня узнал, Гэв, — уже громче продолжил стоящий, возвращая головной убор на макушку. — Принимай гостей. Он улыбнулся приторно и только начал делать шаг навстречу, как Рид с безумной силой и глухим звуком впечатал руку в дверной проём, преграждая дорогу. Растерянность прошла, а на её место пришла ярость, упёртость и злоба. Мужчина, будто ожидавший такой реакции, даже не вздрогнул, лишь потом бросая мягкий взгляд на кисть Гэвина. — Стоять, закрыл пасть и слушай, — буквально прорычал Рид, выходя из дома. — Ты разворачиваешься, пиздуешь на все четыре стороны, а я делаю вид, что этой встречи не было, и забываю о тебе, понял? — Ты так злишься, потому что время позднее? Извини, что разбудил — обстоятельства. Гэвин, стиснув зубы, шагнул назад, протягивая руку к двери, но чужая крепкая хватка перехватила её. — Подожди, — уже живее сказал Элайджа, ловя чужой разъярённый взгляд. — Выслушай. Рид развернулся, прыснул ехидным смешком, качая головой. — Даже не собираюсь. Камски, убирая мешающие волосы за уши, приставил к двери ногу, удерживая её носком кроссовка. — Если ты прямо сейчас не свалишь, обещаю, я ударю тебя, — змеёй прошипел Рид, уже двумя руками держась за дверь, — и не раз. Мужчина поднял руки в успокоительном жесте, но ступню не убрал, снова привлекая к себе токсичное внимание детектива. — Пожалуйста, — протянул тот с придыханием, складывая кисти к груди, — мне нужна помощь, Гэвин. — Что тебе нужно? — хмыкнул Рид, усмехаясь, тоже отцепляясь, оставляя измотанную дверь в покое. — Помощь? Да кто ты такой, чтобы просить её у меня? Элайджа приоткрыл рот, но, передумав, сделал шаг назад. Будто пробуя на вкус новую роль, сказал: — Ты мой брат и… — У меня нет брата, — резко отрезал Гэвин, а черты его лица стали жёстче, — уже как восемнадцать лет. Камски замер, сглотнув. Лицо его изменилось, вместо жалостливого приобретая знакомое Риду по секундным мельканиям на телике или появляющимся в новостях фотографиям выражение. — Дай мне две минуты, просто послушай, — переговорным тоном начал Элайджа, щурясь. — Нет, — покачал головой тот. — Я не уйду, — просипел он хищно, — я изнасилую твой дверной звонок. Гэвин приподнял брови. — Тронешь его, и я прострелю тебе ногу. — Тебе правда нужны эти проблемы? — самодовольно фыркнул брюнет. — Ублюдок, — прямо в лицо тому, выплюнул Рид, — две минуты. Синтетическая ухмылка сразу сползла с губ Элайджи, он придвинулся ближе, разок оглянувшись, не обращая внимание на то, что детектив тут же отодвинулся от него. Они всё ещё стояли у порога, и лишь моль, крутящаяся под фонарём, и хмурая луна были свидетелями их разговора. — Я боюсь за свою жизнь, — чётко и без прелюдий промолвил Камски. Ни одной эмоции не мелькнуло на лице Рида. — Мне нужна защита, залечь на дно. — Мог бы найти другого полицейского, который с охотой стал бы лизать тебе зад, — перебил того мужчина. — Нет, — смягчая тон, будто разговаривал с ребёнком, пробурчал Элайджа, — мне нужен тот, кому бы я доверял, и с кем официально меня ничего не связывает. Гэвин дёргано и резко фыркнул, но в глазах за секунду до этого блеснула тёмная и болезненная вспышка. — Да я бы сдал тебя тем, кого ты боишься, первым делом, — прошептал Рид. — Это не так, — ухмыльнулся мужчина, и эта грёбанная ухмылка была такой знакомой, что детектив упустил момент, когда начал вглядываться в изменившиеся черты лица. — Пожалуйста. Мне нужно место, где меня не подумают искать. — Чёрт, да улети из страны, смени имя, что угодно, — нетерпеливо набрал темп Гэвин, желая распрощаться поскорее с нарушителем его спокойствия и внутреннего баланса, — тебе не впервой. — В том и дело, я должен быть в Детройте, — отчаянно протянул Камски, снова оглядываясь, когда фонарь громко щёлкнул, — мне нужно узнать, откуда ждать угрозы, и ты бы… — Две минуты, — вставил детектив, хотя часов ни у кого не было, и устало провёл рукой по волосам. — Теперь слушай меня ты: я не собираюсь быть твоим телохранителем и уж тем более братом, твои проблемы — это твои проблемы, меня они никак не касаются, раз ты боишься за свою жизнь, какого хера ты вообще решил, что я пущу тебя к себе?! Рид метал молнии и хотел лишь одного — хорошенько приложить братца чем-то тяжёлым. Он неосознанно представил, как Ричард, в своём леденящем спокойствии и со своим жгучим взглядом, за шкирку выкинул бы мужчину с порога, и промелькнувшая идея позвонить тому на миг показалась Гэвину идеальной. — Гэвин, от этого зависит не только моя жизнь, в этом замешан Киберлайф, — будто угадывая мысли Рида, продолжил тот, — масштабы крупнее, чем ты думаешь. — Тогда зачем ты припёрся к своему бесполезному братишке? — уже обессилено пробурчал он. Всегда так было, Элайджа был одновременно и катализатором, и успокоительным. И за столько времени это не изменилось, и эта мысль ужалила Рида прямо в грудь, где предположительно обитало его эго. — Ты меня не предашь, я верю в это, — просто бросил Камски, вынуждая Гэвина закатить глаза. — Пожалуйста, мне уже некуда идти. Это важно, я бы не пришёл… — Конечно, ты бы не пришёл, если бы тебе не было что-то нужно, — презрительно фыркнул он. — Прошу тебя, я всё тебе объясню. Я буду стоять здесь хоть всю ночь. Мужчина умоляюще уставился в чересчур зелёные во мраке глаза. Гэвин отвёл их, ненадолго отвлекаясь, окидывая взором улицу. Безумно хотелось, чтобы всё это обернулось дурацкой шуткой пьяного Элайджи, но он стоял трезвый, не двигаясь, приглушённо дыша. В этой тишине не хватало комментариев Девятки или его вариантов рационального решения этой безумно раздражающей проблемы. Поймав себя на мысли, что искать помощи напарника второй раз за пару минут как минимум глупо, он выдохнул и снова почувствовал каменную усталость, разливающуюся по всему телу. — Короче, — начал Гэвин, потирая пальцами переносицу. — Один день, даю тебе один день, и ты сваливаешь. Элайджа вздрогнул, расслабляясь. — Решаешь проблемы с тем, куда тебе деться, и навсегда забываешь этот адрес. Я даже готов послушать всю твою муть про Киберлайф, но ввязываться не собираюсь, понял меня? Камски помедлил недолго, будто вспоминая что-то, и кивнул, расплываясь в довольной улыбке. И тут же получил удар в солнечное сплетение. Он сжался, дёргано двигаясь, словно рыба на суше пытался вдохнуть. Кое-как приподняв голову, хрипя, он увидел едкую, но сияющую ухмылку Рида над собой, тут же получая второй удар куда-то в живот. Элайджа неловко плюхнулся на колени, чудом не скатываясь по лестнице, скрючился сильнее от боли. — Я же обещал тебе, — присел на корточки и прошипел детектив, наигранно мягким жестом касаясь тёмных волос мужчины. Камски издал нечленораздельные, булькающие звуки в ответ, а глаза его вспыхнули искрящимся огнём. Рид усмехнулся, снова поднялся на ноги и зашёл в дом, оставляя дверь открытой. Когда к Элайдже снова вернулась возможность дышать, он откашлялся, подтягивая руки к больному месту на туловище, и услышал: — Спишь на диване. Снова в спальне, падая в объятия кровати, Гэвин понял, что допустил одну из самых крупных ошибок в своей жизни.

***

Спал Рид плохо, впрочем, как и всегда, хотя сегодня стресс, моральная встряска и усталость слились в то отвратительное состояние, когда сон превращается в тягучую субстанцию, состоящую из мыслей, воспоминаний и дремоты. Все дела или планы, о которых ты думал перед сном, ночью не перестают крутиться, гиперболизировано давят на виски. Голова кипит, ты просыпаешься и снова засыпаешь, а горячее течение будто несёт тебя сквозь собственное беспокойное сознание. К этой сонной лихорадке примешивались искры и вспышки пламени, и острый запах гари, дым, от которого щиплет в глазах. Потому когда Рид проснулся, он не чувствовал себя человеком. Будильник расколол и без того разбитую голову, и Гэвин хотел лишь того, чтобы его муки земные окончились. Но техника так не думала и продолжала настаивать на своём (и Рид был не в том состоянии, чтобы проводить параллель с Ричардом), вынудив наконец оторваться от подушки. Было семь часов. Когда сирена замолкла, мужчина скинул ноги с кровати и обнаружил, что вчера заснул одетый. Не удивительно, второй раз с джинсами он бы не справился. Потерев глаза, тот приподнялся и безмолвным призраком пошёл в ванную, осознанно пытаясь не анализировать произошедшее ночью хотя бы до девяти часов утра. До уборной хватало пяти шагов, и Рид в который раз благословил за это планировщика. Зеркало встретило мужчину издевательским взглядом усталых глаз, в которых Гэвин отразился помятым, взлохмаченным и с зияющими под глазами синяками. Уперевшись руками в края раковины, он ткнулся лбом в прохладную поверхность зеркала и недолго наслаждался этим. Приняв душ, он с сожалением понял, что его волосы тоже чертовски устали от такой жизни и ни в какую не хотят лежать послушно. В итоге, оставив все попытки, Рид вышел из ванной. Надев джинсы, белую футболку, подхватив телефон с тумбы, он пошёл по коридору к двери. Он шёл медленно, будто от этого всё могло измениться, и едва слышимое сопение в гостиной прекратилось бы. Но нет. Гэвин повернул голову медленно, будто у него затекла шея, и измученно вздохнул. На диване безмятежно, к нему лицом, лежал Элайджа, прильнув руками к подушке. Видимо сонный туман слегка отпустил голову Рида, раз он уже осознанно и целенаправленно захотел придушить того. Вместо этого он поскорее отвернулся и зашагал дальше. Уже когда Рид распахнул дверь, стремясь поскорее сбежать из своего дома (до чего он докатился), ужасная мысль пришла ему в голову вместе с утренней прохладой. Его куртка осталась там, где он вчера её бросил — на спинке дивана. Того самого дивана, который сейчас оккупировал и слюнявил гений и глава многомиллиардной компании. Рид тихо и, матерясь в мыслях, снова дошёл до гостиной. Куртка была в западне. Стоило ему сделать шаг в комнату, как спящий беспокойно зашевелился. Рид замер, тут же охваченный детским страхом, что вот родители проснутся и ему придётся объяснять, где он шлялся допоздна. Но это были не родители, но о чём-то говорить с весьма непрошенным гостем у Гэвина не было ни желания, ни времени. Он справедливо для себя решил, что не так уж и холодно в конце сентября, а потому безмолвно отступил, тихо дошёл до порога и, уже выходя, с грохотом захлопнул входную дверь.

***

Несмотря на прежнюю установку — не думать о ночи, Гэвин, уже на подъезде к участку готов был биться головой прямо о руль. Простой вопрос «зачем» не давал покоя и заставил разок нарушить правила. Нужно было просто закрыть дверь и забыть о существовании Элайджи на веки вечные, но нет, тупость взяла верх. А Элайджа взял измором. Теперь Рид только и мог что продумывать варианты своего поведения, как грёбанный андроид. Что бы тот не напридумывал вчера, но такого взгляда у мужчины Гэвин не видел никогда, а, может, это и неудивительно, учитывая сколько времени они не виделись. Но этот едва заметный (но для копа с опытом легко различимый) панический блеск, светящийся во взгляде, спутать было трудно. Мужчина был если не напуган, то точно взволнован. Конечно, Риду было интересно. Его умение и желание впутываться во всё, что отклоняется от понятия нормальной жизни, было неотъемлемо. Так и сейчас. Какой бы наивной не была надежда на то, что вернётся он уже в пустую квартиру, маленький червяк интереса уже поселился в его голове. И поселился он уже тогда, ночью. И только эта зараза в его голове твердила о том, что разговора не избежать, да и не стоит. И если то была просто чушь его заскучавшего брата-гения, то детектив правда намеревался воспользоваться табельным. Из размышлений Гэвина вывел сигнал автомобиля сзади. Рид перегородил въезд на стоянку, и только спустя ещё один гудок двинулся с места. Когда он зашёл в участок, два желания навалились на него разом: выпить кофе и покурить. Курить означало снова оказаться наедине с мыслями, а потому он решил отложить это дело, тем более кофемашина заждалась и подмигивала ему своей красной кнопкой. Рид дошагал до неё и благоговейно стал вслушиваться в звук льющегося напитка. Впервые за долгое время он ненамеренно изолировался от всего, что творилось вокруг. Прежде везде снующие, раздражающие или просто попавшие в немилость сотрудники с самого утра наступали на мину под названием «Гэвин Рид», на которой не подрывался только RK900, и то проделав непосильную работу. Сейчас Гэвину хотелось просто дойти до собственного стола и забыть, что он среди людей. Когда кофе налился, день хоть на чуточку, но стал красочнее. Прихватив стаканчик, он пошёл на своё законное место, ещё издали примечая андроида, держащего в белёсых ладонях планшет. Стоило ему дойти до стола, как ожидаемо громко прозвучало: — Доброе утро, детектив. Гэвин поставил кофе подальше от края (руководствуясь личным опытом) и с размаху плюхнулся в кресло. — Доброе, — прозвучало измученно. RK тут же оторвался от изучения новостей и уставился на Рида. Отложив планшет в сторону, он сложил руки на груди и выехал из-за компьютера, чтобы полностью видеть мужчину. — Вы вроде уехали вчера, вернее сегодня, домой, а выглядите так… Видно было, как мыслительный процесс галопом обогнал голосовой модуль андроида, пока тот, слегка приоткрыв рот, ловил на себе хмурый взгляд Гэвина. — Так, будто всё-таки делали отчёт. Рид откинул голову на спинку и стал всматриваться в потолок начинающего гудеть участка. — Настолько плохо? Андроид, скопировав движение детектива, задевая щекой собственный высокий воротник, продолжил всматриваться в Рида. — По десятибалльной шкале или в процентах? Гэвин усмехнулся, буравя взглядом люминесцентную лампу. — Давай от меня-ещё-не-работающего-в-полиции до того бомжа, которого мы видели во вторник. Ричард задумался. — Я не видел вас до полицейской службы, — хмыкнул тот, — к сожалению. Рид толкнулся ногой, закручивая себя. — Полицейская академия Детройта, 2023 год выпуска, вперёд, Шерлок. Диод андроида тут же окрасился в жёлтый, через секунду возвращаясь к привычной лазури. RK слегка улыбнулся. — А вам идут сбритые виски, детектив, — ухмыльнулся он, открывая фото в архивах и просматривая их. Гэвин издал смешок, делая ещё один оборот. — Ну так что? Лицо Ричарда приняло анализирующе-игривое выражение: — Лейтенант Андерсон. Рид резко поднял голову, округляя глаза. Во взгляде андроида не было ни капли раскаяния за сказанное. Прежде чем Гэвин успел что-то сказать, андроид, выпрямившись (благослови Господь эту осанку), продолжил: — Но, учитывая положительные изменения, произошедшие в нём, это сравнение не настолько уж страшное. — Ты только что назвал меня стариком, даже не пытайся, — пробурчал Рид, хмуро смотря на нагло щурящегося напарника. Гэвин оторвался от спинки кресла и сделал глоток, параллельно представляя, как кофейное пятно расплывается на идеально чистом пиджаке андроида, расплывается от чёрной вставки на плечах и груди, стекает за шиворот. Тот так и продолжил смотреть на него, но теперь пытливо и намеренно, выхватывая взгляд. Рид знал этот жест без слов — Ричард задавал немой вопрос. Либо то была его тактичность, либо инстинкт, выработанный за время, когда он бесил Рида, либо просто их взаимопонимание за всё это время так эволюционировало. — Забей, — отмахнулся мужчина, ставя стакан на стол, — соседи шумели. Конечно, он знал, что Ричард в это не поверит. И он не поверил (анализируя ли его мимику или просто понимая). Но у них давно установился безмолвный договор: если кто-то не хочет о чём-то говорить, не нужно допытываться, нужно подождать. Это был единственный расклад, при котором им ещё вначале совместной работы удалось наконец перестать капать друг другу на мозги. Были тысячи вещей, о которых порой лучше помолчать. Если проблема невелика, её стоит переварить. О крупных же в конечном итоге они говорили, иначе тоже никак. Рид допытывался лишь когда андроид опять начинал строить из себя мультиварку, RK допытывался, когда детектив яро упирался. Так и жили. Вообще-то, появление «блудного» брата и по совместительству «твоего отца, железка» не было той мелочью, которую ты просто игнорируешь, но почему-то Гэвину хотелось, чтобы андроид не знал об этом. — Они же не помешают планам на вечер? — так же вдумчиво глазея на Рида, спросил андроид. Чёрт. Ну конечно, сегодня же был вторник. И он вообще забыл, что они планировали встретиться у него и посмотреть «Сияние», которое он сам и расхваливал перед Девяткой. Нет уж, теперь он сам готов был взять топор и пойти убивать родственника. Кубрик позавидовал бы. Видимо, Ричард заметил, как Гэвин замешкался, потому как тот вопросительно склонил голову. — Слушай, «Сияние» отменяется, — пытаясь придать голосу больше сухости, сказал Рид, но добавил, — откладывается. Нужно всё-таки разобраться с соседями. На счастье мужчины, RK просто кивнул, заехал на кресле за стол и снова оголил кисть, прикасаясь к планшету. Рид посмотрел на его руку и вскоре тоже принялся за работу, теряясь во времени.

***

День был не из насыщенных. Сплошная бумажная работа, от которой у Гэвина уже к обеду болели глаза и голова. Он отодвинулся от монитора и решил, что больше не может. Открыв верхний ящик тумбы, тот выудил оттуда пачку сигарет и на автомате бросил взгляд на стол напротив. Обычно, он вслух говорил, что идёт покурить, и это означало, что они с Ричардом идут вдвоём: Рид курит и болтает, а Ричард просто болтает, иногда вставляя свою нудную статистику о смертях, вызванных этой вредной привычкой. Но сейчас его место пустовало, и Гэвин подумал, что это знак. Он быстро поднялся и ретировался к заднему выходу. Выйдя на улицу, он уселся на ставшую родной скамейку, земля под которой была просто усеяна окурками, оперся головой о стоящую сзади недокрашенную стену и достал из заднего кармана зажигалку. Пройдясь почти ласково по её краям пальцами, он вытащил из пачки сигарету и сунул её в рот, поднося пламя к краю. Вместе с дымом на свободу полетели мысли. Затяжка за затяжкой. Воспоминание за воспоминанием. Когда пальцы слегка закололо от холода, Гэвин отметил, что у жизни ещё одно очко, ведь именно сегодня ветер был холодным. Он, хмуро смотря на крышу соседнего здания и, думая, даже не услышал, как хлопнула рядом дверь. Лишь ощутив, как скамейка двигается из-за появившейся тяжести, он слишком резко дёрнулся в сторону гостя. Его встретило спокойное, но заинтересованное лицо Девятки. Рид тут же осел, успокаиваясь и выпуская ещё порцию серого дыма. — Что сегодня по смертям? — безжизненно бросил он куда-то в пустоту. Но Ричард молчал, тоже смотря вперёд, и его диода не было видно со стороны детектива. — Могу сказать одно, учитывая особенности вашего иммунитета, прохлаждаться здесь в одной футболке как минимум самонадеянно. Гэвину показалось, что он даже слышал звук, с которым закатились его собственные глаза. — Где ваша куртка? — не собирался отступать андроид. — Забыл, — просто ответил Рид, стряхивая пепел с сигареты. Диод мигнул жёлтым, и Гэвин, конечно, этого не увидел. Снова ложь. — Я могу дать свою, во избежание… — Да не надо мне, — фыркнул мужчина, выписывая пяткой круги в пыли. Ричард кивнул. — Тогда, если вы не против, я давно хотел прочитать предпосылки к возникновению воспаления лёгких, — сухо и буднично начал тот, — курение, переохлаждение… — Всё, заткнись и давай сюда, — перебил его Гэвин, самостоятельно начиная стягивать с андроида его униформу и всучивая тому сигарету. RK900 победно хмыкнул, поддаваясь и помогая напарнику. Спустя минуту Рид курил, закутанный в куртку, которую ещё с утра хотел облить кофе. Курил, пропитывая дымом воротник. Ричард, оставшийся в чёрной кофте, наклонился, упираясь локтями в собственные колени. — Стоит поговорить с соседями, — тихо сказал он. Умник. Пошёл окольными путями. Гэвин замер. — Нет никакого желания, — буркнул он, — да и как начать? Андроид приподнял бровь. Научил на свою голову. — Не мне учить вас общению с людьми, детектив, — RK повернул своё лицо к Гэвину, и глаза его были цвета дыма, — может, стоит просто расслабиться? Рид встретился взглядом с напарником, но тут же отвёл его. И правда умник. Сидит тут со своими метафорами и в голову лезет. Детектив опустил голову вниз, слишком долго вглядываясь в голубой треугольник на форме, и сделал последнюю затяжку.