Second Chances

Когда она нырнула внутрь, ливень уже разошёлся до такой степени, что можно было намочить ноги, лишь раз наступив на асфальт. Клуб встретил её блаженным теплом, она сняла куртку и, поправив волосы и выпрямив спину, уверенно зашагала дальше. Зайдя в зал, залитый ненавязчивым светом и приятной музыкой, она остановилась, чтобы оглядеться. Ненадолго задержав взгляд на барной стойке слева, она двинулась к ней. Ряды бутылок задорно подмигивали и поблёскивали, играя со световыми бликами, но она не обратила на них внимание, села на обтянутый мягкой коричневой тканью стул, доставая телефон из сумки. Слегка замёрзшие пальцы застучали по экрану. Она прислонила телефон к уху. Кто-то рядом бросил на неё короткий, едва заметный взгляд. — Чёрт, — девушка нахмурилась и устало вздохнула, через секунду бросая гаджет на стойку и рукой проводя по лбу. Кто-то рядом зашевелился. — Нужна помощь? С соседнего стула на неё посмотрел мужчина, криво ухмыляясь уголками губ. Брюнет, слегка красные глаза, на щеках — щетина, тонкая зелёная, протёртая ближе к воротнику куртка. Она повернулась к нему лицом и, словно виновато, покачала головой. — Когда я вижу, что у красивой девушки проблемы, просто не могу остаться в стороне, — хмыкнул он, поглаживая большим пальцем свой стакан и делая из него глоток. Она улыбнулась и неловко сказала: — Деньги на балансе кончились, а мне позвонить надо. Мужчина молча просунул руку под куртку и, достав свой, разблокировал его и протянул девушке. — Всё к твоим услугам. — Спасибо, — искренне произнесла она, забирая телефон. Она набрала номер и начала слушать гудки. Стоило ей снова повернуться лицом к бару, наблюдая за барменшей, расставляющей бутылки, мужчина начал открыто разглядывать её. С ног до головы. Сосредоточенное молодое лицо, аккуратный нос, большие, выразительные, будто кошачьи, подведённые голубые глаза. Красная помада. Кончики светло-русых волос, едва достающих до плеч, слегка завивались от влажности, роняли мелкие капли на чёрную кожаную куртку, сейчас лежащую на её ногах. Будто невзначай склоняя голову, он хищно оглядел её фигуру в облегающем, чёрном платье чуть выше колена. Красивые длинные ноги в сетчатых колготках Стоило девушке убрать телефон от уха, как он отвернулся, делая вид, что нашёл что-то чрезвычайно интересное в своём напитке. — Возьми, — хмуро сказала она, возвращая телефон. — Не отвечают? — спросил мужчина, забирая его и словно случайно проводя своей рукой по чужим пальцам. Но, кажется, девушка была слишком расстроена, чтобы заметить это или отреагировать. — Да просто… — она снова вздохнула, неуверенно смотря на нового знакомого. — Вижу, проблем больше, чем я думал. Могу дать тебе купон на одно бесплатное посещение молчаливого психотерапевта в лице меня. Девушка засмеялась, рассеянно смотря на свои руки, а мужчина — жадно смотря на неё. — Тебе заказать что-нибудь? — Нет, не нужно, я зашла сюда просто согреться, — она закачала головой. — Так это отлично согревает, — прищурился брюнет. — Да нет, спасибо, — девушка улыбнулась, — я лучше воспользуюсь купоном. Мужчина повернулся к ней всем корпусом, показывая своим видом, что готов слушать. — В общем, всё хреново, — выдохнула она, запуская руку во влажные пряди, нервным жестом убирая назад волосы и оголяя шею, — меня выкинули из универа. Сзади музыка умолкла, в помещении стало светлее и раздался звук аплодисментов. — Теперь я не могу жить в общежитии, а родители даже домой не пускают, говорят: «Не захотела учиться — ищи жильё сама», — лицо её приняло раздражённое выражение, а рука сжала край куртки, — а где я его найду? У меня ни стипендии, ни работы. Барменша начала протирать стойку. — Одна подруга сказала, что я могу перекантоваться у неё какое-то время, мы договорились у клуба встретиться, — она закатила глаза, похоже, совсем расслабляясь, — а её уже минут пятнадцать нет. Мужчина практически не слушал, лишь иногда на автомате кивал, делая глотки и неотрывно смотря куда-то на ключицу девушки. — И ни с моего, ни с твоего телефона не отвечает. — Видимо, подруга тебя кинула, — подытожил мужчина. — Похоже на то, — грустно усмехнулась девушка, закидывая ногу на ногу, отчего мужчина сглотнул, — у меня так-то есть её адрес, но я в этом районе впервые и… вообще не ориентируюсь. Глаза мужчины заблестели. — Я на машине, могу подбросить. Девушка удивлённо посмотрела на него, будто тот только что возник из воздуха. Она нахмурилась, будто какое-то время колеблясь, но потом покачала головой: — Не надо. — Я не могу позволить тебе одной бродить в темноте, — вкрадчиво начал он, — ещё и промокнуть или замёрзнуть. — Я всё-таки сама, не хочу мешать тебе отдыхать. Пальцы мужчины сильнее сжали стакан. Он слегка нагнулся вперёд, склонился над стойкой и прошептал над чужим ухом: — Такая, как ты, никогда не может помешать. Мужчина снова выпрямился и, ухмыльнувшись, осушил стакан. В этот раз девушка посмотрела на него оценивающе. И в её глазах он увидел, что хотел. Но когда уже был готов услышать согласие, она сказала, игриво улыбаясь: — Не нужно. Ты выпил. Не могу позволить тебе лишиться прав. Челюсти брюнета так напряглись, что на шее заметно выступила вена. — Спасибо ещё раз за телефон и купон, — сказала девушка, вставая со стула и надевая куртку. — Пора мне на поиски, всё равно больше идти некуда. Зал заполнило живое женское пение. — Может всё-таки… — Надеюсь, ещё пересечёмся, — резко, но мягко отсекла девушка, подмигивая, — весёлого вечера. Она последний раз улыбнулась и пошла к выходу, давая наконец мужчине шанс оценить вид сзади. Прошло несколько секунд, как девушка скрылась в темноте коридора, и он рваным движением достал бумажник и схватил первую попавшуюся купюру. Не глядя бросил её на стойку и сорвался с места. Барменша посмотрела на его спину, забрала деньги и достала из кармана джинсов телефон. Ливень нещадно топил всё вокруг: лужи растекались по дороге, образуя озёра такие тёмные в ночи, будто они были невероятной глубины; струи, завывая, водопадами лились с крыш потрёпанных жилых домов, и казалось, будто эти уставшие мутноглазые пятиэтажки сейчас рухнут под напором воды. Девушка посмотрела в слепящий яркостью экран, улыбнулась и убрала мобильник. Клуб остался далеко позади. Крупные капли уже стекали по её лбу и щекам, бежали с разворотов чёрной куртки по ногам. Но она неумолимо шла промокшая насквозь, ни разу не останавливаясь и не пытаясь укрыться от воды, будто гнев стихии совсем не волновал её. Сзади за ней следовала тень, чьи шаги заглушал звук ливня. Фонарей в этих подворотнях не было, и единственное, что на долю отгоняло мрак, — свет из окон квартир. Но стена ливня была настолько плотной, что и эти жалкие попытки бороться с темнотой оказались бесполезными. Всё, что было видно — серые, грязные кирпичные дома по бокам, которые нескончаемым лабиринтом вели будто в саму преисподнюю, реки под ногами и рвущееся на части чёрное небо. Когда тень чуть приблизилась, девушка обернулась через плечо. — А, — выдохнула она, но не сбавила хода, — это ты. — Раз не на машине, я решил, что провожу пешком, — голос донёсся будто из подвала. — Не стоило, я уже почти дошла, — девушка снова бросила короткий взгляд назад и зашагала быстрее, варварски рассекая ногами лужи. — Я забыл спросить твоё имя и номер телефона, — неприятный, знобящий рокот звучал в воздухе. Девушка больше не оборачивалась. — Здесь опасно ходить, когда не знаешь дороги, — снова раздалось позади и вместе с шумом дождя превратилось в шипящий гул. Девушка кожей почувствовала, что тень гораздо ближе, чем раньше. Она всё-таки рвано оглянулась и, опасливо зачастив ногами, свернула не налево — на дорогу, которая бы вывела её на освещенный тротуар и широкую улицу, а направо — в кромешно тёмный, узкий переулок, где стены домов были так близко друг к другу, что между ними можно было задохнуться, где разглядеть что-то дальше своего носа было невозможно. И мужчина с жаждой охотника усмехнулся, повернув следом. — Я уже говорил, что ты красивая? — голос уже совсем не человеческий. Девушка ускорилась, утопая глубже и глубже в тени. — Подожди меня, — холодный, липкий шепот совсем близко, за спиной. Ещё шаг. — Стой. Ледяные пальцы потянулись к ней из темноты и крепко схватили за предплечье. Он с силой дернул её, заставляя развернуться. — Я же сказал тебе стоять! — мужчина перешёл на звериный рык, неконтролируемо сжимая ладонь на тонкой руке и следом толкая девушку. Но вместо повиновения он получил удар коленом в пах и, взвыв от боли, нагнулся. Девушка не двинулась с места. Он вскинул голову, обнажая крепко сжатые зубы, а глаз его совсем не было видно. Стоило ему прорычать и занести руку для удара, как девушка ловко поймала её под локоть и заломила за спину. Он захрипел от неожиданности и, предпринимая неудачные попытки высвободиться, зашипел: — Ах ты суч… Мелькнула ещё одна тень. Раздался звук глухого удара, и мужчина, застыв, с хлипким выдохом и всплеском рухнул на грязный и мокрый асфальт, девушке в ноги.

***

Чем ближе они подъезжали к месту преступления, тем меньше у Рида оставалось сомнений, что один из покойников — это учёный. Потому что они ехали именно в тот район, где находились «Уставшие скворцы». Таким тяжёлым нахождение рядом с Ричардом не было ещё никогда. Пока он вкратце рассказывал андроиду о звонке Клода, тот предпринял бесчисленное множество попыток вывести его на конкретный, единственный волнующий того разговор, который он смог успешно, но очевидно ненадолго избежать на ступенях. RK900 намекал, отходил от темы, а Рид упорно делал вид, что не понимает намёков, и возвращался к сказанному. Они будто кружили по минному полю, не выходя из машины. А Гэвин готов был выйти из неё на полной скорости, лишь бы андроид перестал терроризировать его с чрезвычайно отталкивающей, методичной настойчивостью. Обстановка была такой, что стёкла запотеть могли. А Риду ужасно хотелось дышать свежим воздухом и иметь чистую голову. Хотя бы сейчас. Наконец автомобиль доехал до западного района Детройта — нескольких кварталов, которые несомненно можно было назвать трущобами. В отличие от центра, да и всего остального города, это место было кладбищем для заводов и фабрик, окружённых бесчисленным множеством безликих кирпичных многоэтажек, словно стоящих на поминках. В них жили только те, у кого практически не было денег на нормальное жильё, либо те, кто работал здесь. Заводы и фабрики давно были закрыты и снесены, а вот дома остались. И люди тоже — дети всё тех же малоимущих родителей или рабочих. Хоть эту часть и пытались изменить к лучшему: очистили улицы, открыли несколько магазинов, построили несколько новых домов — смотрелись эти изменения, как попытки начистить до неестественного блеска деталь, которая уже давно заржавела и требовала замены. К тому же, преступность и врождённую враждебность, как тараканов, не выведешь. Они въехали на узкую улицу, на которую с двух сторон недовольно глазели окна разбуженных домов. Время было около 4 часов утра, и солнце только начинало щуриться за горизонтом. Рид заглушил мотор, смотря на ядовито-жёлтую сигнальную ленту и двух мужчин из Департамента. — Чёрт, последнее, что мне Клод тогда сказал: «Я не уверен, кому можно доверять», — угрюмо процедил Гэвин, — я должен был его послушать… — И что бы вы сделали? — андроид посмотрел в зеркало заднего вида. — Скрывали бы это от меня и Элайджи? — Не знаю… — устало вздохнул мужчина, пробегая пальцами по рулю, — нет. — Но что-то вы продолжаете скрывать от меня, — снова надавил Ричард. Детектив лишь хмуро посмотрел на него и вышел из машины. На улице было очень свежо. Андроид вышел следом, и они направились к ленте. Когда они приблизились, Рид задержал дыхание и посмотрел на асфальт. «…Просто не было, детектив. И я понял, что это, возможно, мой последний шанс хоть как-то искупить свои грехи.» Светлые, будто отлитые из золота кудрявые пряди сейчас были смольными от грязи. «Что это, если не судьба?» Светлые, чистые глаза сейчас были покрыты мрачной пеленой безразличия и слепо глядели в высокое небо. «Но я почему-то до сих пор в неё не поверил…» Пиджак и голубой, знакомый галстук были пропитаны багровой кровью, которая, смешанная с пылью, казалась слишком тёмной. «Я поверю только после того, как мы с вами встретимся, и вы сделаете то, что я не могу.» То, что осталось от Харви Клода, — скованное холодом, промокшее насквозь, недвижимое тело, лежащее в крови на забрызганном, ещё сыром асфальте. Рид мрачно опустил голову. Рядом с ним лежало такое же тело. Но стоило мужчине присмотреться, как он замер. — Андроид? — Доброе утро, — звонко поприветствовал их один из сотрудников, сидящих рядом с трупом мужчины, — да, девушка — андроид. — «Доброе утро»? — пробурчал Гэвин. — Это юмор у криминалистов такой? — Мужчину мы опознали по документам, его имя — Харви Клод, — начал отчитываться парень, игнорируя реплику Рида, — причина смерти — пулевое ранение в сердце, приблизительное время смерти — двенадцать часов ночи… — Двадцать три часа двадцать минут, — поправил его Ричард, склоняясь над Клодом. Криминалист кивнул. — Личность девушки не установили, но причина смерти такая же, ну только пуля попала не в сердце, а в голову… — Модель GT100, — произнёс Ричард, чуть присаживаясь и сканируя девушку с раскуроченной височной долей и длинными ярко-розовыми волосами, такими же слипшимися от воды, — она зарегистрирована в базе данных об андроидах-девиантах, её имя — Саша. Рид посмотрел на застывшее лицо и потухший диод. — Судя по состоянию тириума, — Ричард вгляделся в дыру, поблёскивая своим жёлтым, — она умерла примерно в то же время, что и Клод. — Кто нашёл их? — спросил Рид, как никогда раньше желая уйти с места преступления. — Вон, — парень встал и кивнул в сторону второго криминалиста, — Паркер с ним разговаривает. Гэвин тут же отвернулся, спеша к свидетелю. Он подошёл к бородатому мужчине среднего возраста, одетому в рабочую форму. — Здравствуйте, я детектив Гэвин Рид, — он представился, — Департамент полиции Детройта. Мужчина сухо кивнул. — Когда вы обнаружили их? — Где-то пол четвёртого, — нахмурился он, — я возвращался с ночной смены и увидел их — сразу же позвонил в полицию. — Ничего подозрительного не заметили? — спросил Рид. — Не, — покачал головой он, совсем спокойный, — но, кажется, я знаю девушку… Гэвин прищурился. — Я пару месяцев назад заходил в тату-салон на… — мужчина задумался, вспоминая, — Стемпл Стрит, и она работала там, я по волосам запомнил, ну, а может и перепутал, кто знает, может, так многие красятся… — Её имя не запомнили? — с надеждой поинтересовался Рид. — Не, — тут же покачал головой тот, — мне другой мастер набивал. — Это всё? — Да, вроде, — сказал мужчина. — Спасибо за помощь, оставьте своё имя и номер телефона и можете идти, — сказал Рид и, записав информацию, кивнул и снова направился к ленте. Он мысленно обрадовался, что, возможно, пропустил момент, когда Ричард засовывал в рот всё подряд. — Что-нибудь нашёл? — Все следы смыл дождь, — ответил андроид, чуть отходя от тел в ту сторону, откуда они приехали, и прищуриваясь. — Убийца стрелял отсюда, с десяти метров, могу предположить, что его рост — шесть футов. Диод заморгал жёлтым. — На руках и костюме Клода следы тируима, — продолжил он, — значит, в неё выстрелили первой. Рид подошёл к нему и, убедившись, что криминалисты заняты делом, тихо спросил скорее у самого себя: — Как она оказалась здесь с Клодом? Он снова бросил взгляд на мёртвое, холодное тело. — Либо это «не в то время, не в том месте»… — Либо они шли вместе. — Ночью он сказал мне, что будет один, — отсёк Гэвин. — Может, поможете восстановить мне все детали той ночи? — словно ненавязчиво протянул RK900, и Рида от этого неприятного тона передёрнуло. Он резко повернулся к андроиду и закатил глаза. — Блять, Ричард. Вот давай не сейчас. — Почему? — с непрошибаемым напором и прищуром поинтересовался андроид. — Может потому, что мы на месте преступления?! — недовольно фыркнул мужчина и развёл руками. — Плохой аргумент. Криминалисты заняты делом, а слуховой диапазон трупов довольно ограничен. — Я не об этом… — Рид глубоко вдохнул, избегая направленного на него внимательного и требовательного взгляда. — В отличие от тебя я пытаюсь… работать. Ричард неожиданно громко усмехнулся, качая головой. — О, ну конечно, я так и знал. — О чём ты? — буркнул мужчина. — Что вы будете строить из себя занятого полицейского, — брюнет наклонился к лицу Рида, язвительно выделяя каждое слово. — Пытаетесь работать? Значит бесконечное разглядывание меня в участке не мешает вам работать, а это — мешает. Гэвин полыхнул глазами, тут же схватил Ричарда за отворот пиджака и грубо потянул его в ближайший прогал между домами. — Слушай, ты может не понял, — прошипел он, когда они скрылись за углом здания, — но те двое лежат здесь, потому что я вместо того, чтобы сосредоточиться на деле…вёл себя как идиот. Андроид смотрел на него непроницаемо. — И я не собираюсь снова отвлекаться на всё подряд, чтобы очередной Рейнольдс поимел нас, — рыкнул он, наконец расцепляя пальцы и выпуская пиджак из своей хватки. Но андроид не только не двинулся с места, но и сделал шаг, вынуждая детектива податься назад. RK900 всегда умело загонял в тупик. — Знаете, что я думаю? — в серых глазах блеснул пугающе-тёмный огонёк. — Что вы просто боитесь признаться в каких-то вещах самому себе и решили воспользоваться появившейся возможностью взвалить на себя ответственность за их смерть, лишь бы избежать разговора. — Правда? — процедил Гэвин, борясь с назойливым желанием снова деть куда-то свои дрожащие от злобы руки. — Может, поделишься всеми своими рассуждениями, на которые я срать хотел? — Без проблем, детектив, — ужасно самодовольно ухмыльнулся андроид. — Дело Амберсона. Рид болезненно вздрогнул. — К вам приставили того парня, и он погиб, не по вашей вине, но вы всё равно до конца упирались и отказывались от мысли, что способны принять напарника. Мужчина ошалело смотрел на уверенное лицо напротив. Близко. — Брат оставил вас, и повлиять на его решение не было возможным, а теперь он вернулся, но вы постоянно оглядываетесь, — голос Ричарда стал ниже, — ведь вас безумно сильно пугает тот факт, что, когда всё закончится, он может поступить так снова. Того уязвимого, сидящего на ступенях Ричарда больше не осталось. Перед ним была опасно-проницательная и непреклонная версия андроида. Рид сделал шаг назад, чудом не задевая головой широкую ступень ржавой пожарной лестницы. А Ричард шагнул ближе, и от него веяло обжигающим, но слишком магнетическим холодом. — И сейчас вы боитесь смириться со всем произошедшим по вине Ника, ведь тогда вы снова позволите себе «отвлечься на всё подряд» и дадите повториться тому, что было между нами. Гэвин открыл рот, не находя слов, и голова закипела. — Вы боитесь пользоваться своими вторыми шансами, вот что я думаю, — твёрдо произнёс Ричард, хищно поблёскивая глазами и смотря сверху вниз. — Ты… — загнанно начал Рид. — Но, несмотря на ваши страх и упёртость, я имею полное право знать всё, что было той ночью, — андроид остановился, но чувство, будто дышать нечем, усиливалось в геометрической прогрессии. — Знаешь, на что ты ещё имеешь право? — сипло процедил Гэвин, делая последний шаг назад и смотря на бледные губы андроида. — Закрыть свой грёбанный… Нормально поставить ногу на асфальт Риду помешала какая-то вещь под пяткой, которую он сначала хотел пнуть в сторону, но по инерции бросил короткий взгляд вниз. И замер. Он убрал ботинок и присел, и Ричард сделал то же самое. — Отпечатки есть? — Рид посмотрел на андроида. На асфальте лежал складной нож. Брюнет просканировал рукоять. — Есть совпадение.

***

Гэвин стоял, прижавшись спиной к фонарю, жадно глотая кофе. Наконец настал момент, когда напряжение слегка отпустило, и Рид тут же целиком ощутил всю тяжесть усталости. Слипались глаза. Мало того, что эти часы выдались более чем нервными, так и спал он последний раз той же ночью, которая уже могла стать именем собственным в его голове. И впервые за долгое время, спал так крепко. В моменты такой непозволительной природной усталости Рид терял всю свою бдительность. И сейчас, вспоминая, как андроид, издавая тихие смешки, похожие на урчание, притягивал его ближе, не давая свалиться с дивана, а нос зарывался в его волосы, он снова поймал себя на том, что неотрывно таращится на брюнета, сидящего на переднем сидении. Который таращится в ответ. Он прочистил горло и отвёл взгляд, и на другом конце провода наконец ответили. — Пожалуйста, скажи мне что-нибудь хорошее. Рид хохотнул. — Расслабься, этот козёл жив, здоров, — бросил Гэвин, слыша облегчённый выдох Элайджи, — он свалил из квартиры и забрал все вещи, и я очень сомневаюсь, что он появится в участке. — Я изучил информацию о нём, — начал Камски, — не я нанимал его, поэтому не знаю лично. Он приехал из Висконсина, где отучился на техническую специальность. Сначала работал в Киберлайф в отделе диагностики, а два месяца назад был переведён в ваш Департамент. — Нихрена важного, — фыркнул Гэвин, грея пальцы о пластиковый стакан. — Кто его нанял? — Кто нанял большинство персонала — Дэвид Фрай, глава отдела кадров, — хмыкнул Элайджа и беспричинно-заинтересованно спросил, — ты знал, что у Рейнольдса был старший брат, он умер, когда Нику было семь лет? — Честно — мне срать, — фыркнул Рид, пиная камушек, — важнее, какую информацию и для кого он доставал. — В квартире ничего из техники не осталось? — Неа, — бросил Гэвин. — Но у меня для тебя ещё новость. Харви нашёлся. Элайджа мысленно задал вопрос. — Его труп, если быть точным, — ответил Рид, хмуро смотря под ноги, — недалеко от клуба. — Что-то уже узнали? — Ничего однозначного, там ещё и мёртвый андроид, — буркнул он, — но зацепки есть — если повезёт, мы найдём того, кто был на месте преступления. — Только аккуратнее, Гэв, — протянул Элайджа. — Тот, кто звонил тебе, не просто пешка. Теперь он знает, чем вы занимаетесь. — Ну как минимум, Ник съебался… — Дело не только в этом, — вздохнул Камски, — тот человек мог дождаться вашей встречи в клубе и убить тебя, но он дал тебе знать, что это расследование — больше не тайна, а значит — он собирается играть с вами. — Мне уже не до игр, — процедил Рид, с сожалением допивая кофе, — в общем, теперь тебе придётся потусить у Метью целый день. — Понял. — Может, получится заехать пораньше, но я сомневаюсь, — он прицелился кофейным стаканчиком в урну. — Как приеду, расскажу всё подробнее. — Отправь мне тот номер, может всё-таки получится что-то узнать, — сказал мужчина, — ну или найду, чем себя развлечь, позвоню Мелиссе… Стаканчик пролетел мимо. По Элайдже театральный институт плакал. Только он мог, сидя на его кухне, делать вид, что в стельку пьян, и так правдоподобно рассказывать Мелиссе о том, как он веселится на островах. Делал он это для поддержания своей легенды. Но звонил исключительно ей, когда Граффу писал только сообщения. Это порой рождало противоречивые, циничные подозрения. Но прямо сейчас, у фонаря, Рида озарило предположение, что он не разговаривал с Крисом лишь потому, что мужчина, наделённый тем же талантом, что и он, сразу бы раскусил всю его ложь. И, конечно, Элайджа не мог знать, что теряет свой последний шанс. После смерти Граффа всё изменилось. Теперь, проходя мимо закрытой комнаты, в которой сидел брат, он не слышал смеха или задорной болтовни. Он слышал лишь тихий, покорённый голос. Хотя он и разговаривал с девушкой, Мелисса, наверное, стала своеобразным мостом, проводников между ним и покойным Крисом. — Как она? — Как она, Гэвин? — нервно протянул Камски. — Ей плохо. Она скучает. И я скучаю. Детектив не спросил, по кому именно. — Разве у неё нет никого, кроме тебя? — Пара друзей в компании и дядя Криса… — А родители? — Её папа умер, — сказал Элайджа, — а мама после его смерти… в общем, она уже давно не в себе. — Понятно, — Гэвин двинулся к машине, — ладно, я пошёл, увидимся вечером.

***

Стоило ему посидеть в участке минут десять, как манящая сонливость накатила ещё сильнее. Он жмурил уставшие глаза, сидя в компании с ещё одним пустым стаканчиком. Так что в подобии бодрого состояния его поддерживали кофеин и ненависть к Нику, который, по словам Фаулера, ушёл на больничный. Видимо, ему хватило ума сделать это наперёд. Чтобы не задремать, он подошёл к столу Ричарда и уселся на угол рядом с монитором. — Ну что там? — Криминалисты подтвердили, что отпечатки на ноже принадлежат Венере Кетч, — бросив короткий взгляд на мужчину, сказал андроид, возвращаясь к изучению данных на экране. Рид, жестоко издеваясь над своим позвоночником, изогнулся, лишь бы не слезать со стола, чтобы посмотреть нормально. На мониторе высветились карточка с надписью «разыскивается». На него прищуренными, голубыми глазами смотрело совсем молодое, улыбающееся уголками губ лицо. Острый подбородок. Русые волосы. — Сколько ей лет? — прищурился Рид. — Шестнадцать, — ответил Ричард, — но она разыскивается за серию мелких краж уже год. И год никому до этого нет дела? — Ты как будто только что родился, — хмыкнул Гэвин насмешливо, выпрямляя спину, — ловить малолетних воровок точно не в приоритете полиции, с некоторых пор есть дела поважнее. — Например, — поднял брови брюнет. — Вся эта… херня с андроидами. — «Вся эта херня с андроидами», — издевательски скопировал его тон Ричард. Так сильно его бесил RK900 только в начале их совместной работы. И сейчас эта напыщенная манера андроида передразнивать, смешанная с голодным раздражением, опять подтолкнула Рида к желанию заткнуть наглую железку. Только заткнуть не чётким ударом в челюсть, а более изобретательным, приятным, как минимум для него, способом. Притянуть как можно ближе и откусить слишком длинный язык. Потому что недовольный, наконец-то не получающий того, чего он хочет, Ричард действовал на детектива странно-заводяще. — Что по крови? — кашлянул Рид, пытаясь отвлечься от снов наяву. Нога Гэвина наткнулась на джекпот. На ноже были не только отпечатки пальцев, но и следы крови на лезвии. — Её нет в базе данных, — сухо ответил RK900, — и она не принадлежит Клоду. — Ты же понимаешь, что эта Венера вряд ли как-то причастна к их убийству? — Я понимаю, что чья бы кровь это не была — она свежая, и Венера может быть причастна к чему-то другому. — А ещё она была рядом с местом убийства, — кивнул Рид, — и хорошо бы это нам помогло с двумя трупами. — Тату-салон, про который говорил свидетель, сегодня не работает, — продолжил брюнет, — оставим это до завтра. Гэвин кивнул и притянул ладони к лицу, борясь с зевотой. Андроид откинулся на спинку кресла. — Вы продолжите занимать место на моём столе или разберётесь с камерами? — Ричард посмотрел на него отрешённо-выжидающе. — Место тут занимаешь только ты, жестянка, — съязвил Рид, тут же спрыгивая, — я уже подключился к системе и жду разрешение на доступ. — Так ждите его на своём месте, — холодно выдал андроид, смотря на экран. Очень длинный язык. Обиженный андроид — вот, чего сейчас детективу не хватало. Он уселся на кресло и потёр виски. Из головы не выходили утренние слова Ричарда. И его пугало, что тот научился так чётко видеть не только его биологические показатели, но и то, что внутри. А внутри было мало приятного. Для всех вокруг Гэвин был сгустком злобы и раздражения. А для Ричарда — единственным желанным сгустком злобы и раздражения. Казалось, всё складывается лучше некуда. Но Рид, всю жизнь заталкивающий глубже отчаянную потребность во внимании и проявлении эмоций, не мог сейчас позволить ей наконец-то реализоваться. Потому что у них было два трупа, а Ричард был настораживающе требовательным. Поэтому он отвлекал себя как мог: бесконечно таращился в компьютер, винил себя за то, что так и не купил сигареты, и поглощал кофе в ненормальных количествах. — Мне интересно, — раздалось напротив. И Рид хмыкнул, потому что эту отстранённую фразу андроид выдавал, когда нуждался в чужой точке зрения. Человеческой точке зрения. — Я нашёл информацию у Органов Опеки, — продолжил Ричард, — мать Венеры страдала алкоголизмом и периодически употребляла наркотики, её хотели лишить материнских прав. — А отец? — Неизвестен, — андроид чуть выехал из-за компьютера, — я о том, что процесс по лишению родительских прав так и не состоялся, потому что женщина умерла. Но интересно то, что сама девочка выступала на стороне защиты и отрицала все обвинения. Неужели она настолько любила свою мать, что готова была терпеть все её зависимости и опровергать факты? Компьютер Рида пискнул. — Вот лично у неё и спросим, — сказал Гэвин, вглядываясь в монитор. — Да уж, не богато. В нужном нам районе есть только две камеры, выходящие на улицу. Ричард встал со своего кресла и подошёл к Риду сзади, опираясь локтями на спинку кресла. Детектив громко усмехнулся: — Камера алкомаркета и секс-шопа. Он кое-как повернул голову, чтобы с задором дождаться реакции напарника. Андроид лишь закатил глаза. — Первая камера засекла её три и два дня назад, — протянул Рид, возвращаясь к компьютеру, — а вторая — тоже два дня назад и в вечер убийства. На записи было видно, как девушка в чёрной кожаной куртке быстрой походкой мелькнула рядом с витриной и скрылась из поля зрения объектива. Гэвин откинул голову назад, ловя взгляд Ричарда, и довольно улыбнулся, понимая, что они больше не будут киснуть в участке: — Значит, едем на поиски.

***

Холодный ветер сифонил с дикой силой, гуляя по узким мрачным улицам. С утра здесь мало что изменилось, разве люди начали быстро мелькать вдалеке. Но так же быстро они и пропадали, словно густые и вместе с тем недосягаемые тени из сна, к которым ты не можешь приблизиться, как ни старайся. Рид услышал звонкие голоса и повернул голову. Из-за поворота на них вылетела толпа мальчишек, пинающих какую-то банку, которая с лязгающим, страдальческим визгом скреблась об асфальт. Стоило им увидеть двоих, как они все дружно замерли и метнулись обратно, оставляя банку в покое. То же произошло и с парнем в капюшоне, шедшим им навстречу. Он коротко взглянул вперёд и тут же свернул в другую сторону, скрываясь за домом. Пару прохожих всё же удалось выцепить, но те, смотря на фотографию, лишь качали головой и стремились быстрее вернуться в каменный лабиринт, словно там было безопаснее. — Сделай лицо попроще, — прыснул Рид, легко задевая пиджак Ричарда локтём, — мы так ни с кем поговорить не сможем — ты всех отпугиваешь. Андроид так же мрачно и сурово посмотрел на Гэвина. — Их отпугивает не выражение моего лица, детектив, а моя форма. — Значит, твоё лицо меня отпугивает, — фыркнул Гэвин, плотнее заворачиваясь в куртку. Он заметил искоса брошенный на него взгляд. — Почему вы не взяли что-то поесть, когда мы заезжали за кофе? Какую бы безжизненную статую Ричард из себя сегодня ни строил, эти спонтанные проявления заботы он, видимо, удержать просто не мог. — Я не хочу есть, — по привычке отмахнулся Гэвин, и желудок явно был не согласен с этим утверждением. — Я бы поспорил… — Тс, заткнись, — детектив схватил рукав RK900 и чуть дёрнул, прислушиваясь. Ветер приносил звуки мужского голоса, напевающего что-то совсем тихо. Рид молча кивнул головой в сторону, откуда доносился едва различимый полушёпот, и они двинулись на звук. Зайдя за поворот, они синхронно опустили головы. Подпирая серую стену спиной, на какой-то картонке сидел бородатый мужчина, укутанный в синий, пыльный пуховик. Его грязные пальцы в перчатках перелистывали газету. Выглядел он более, чем довольным, продолжая бубнить какую-то мелодию себе под нос и глазеть на размокшие страницы. Рид кашлянул. — О, привет, — сидящий резко поднял голову, отрываясь от чтения, и улыбнулся. — Полиция Детройта, — тут же отчитался за спиной Рида андроид. Гэвин сжал зубы и цыкнул. Мужчина чуть напрягся, но продолжил сидеть спокойно. — Мы тут ищем кое-кого, поможешь? — Это по поводу утреннего убийства? — с неподдельным азартом поинтересовался мужчина и буквально отбросил газету. Глаза его заблестели так, словно он впервые встретил людей, и они поручили ему миссию, от которой зависит чертовски много. — Ага, — кивнул Рид, доставая из кармана телефон. — Помогу, если расскажете, что там произошло, — с детским восторгом смотря на детектива, пропел бездомный. — Я тут — глаза и уши, всех знаю. — Мы не имеем права разглашать… — Один труп — профессор института, — Гэвин громко перебил андроида, нервным жестом приказывая ему молча стоять в стороне, — второй — девушка-андроид, обоих застрелили. — И кто убийца? — захвачено спросил мужчина. — А вот тут нам нужна твоя помощь, — вкрадчиво протянул Рид и показал ему экран телефона. Мужчина жадно потянул к нему руки. — Видел её? — не без сожаления отдавая вещь, спросил детектив. Стоило мужчине вглядеться, как его глаза блеснули ярким удивлением. Он сглотнул, рука его дрогнула, но он продолжил рассматривать фотографию с нахмуренным лицом. — Нет. — Что? — непонимающе процедил Рид. — Я не знаю, кто это, — просто ответил мужчина и сунул телефон обратно в руки Гэвина, словно это была граната. — Ни разу не видел. — Это ложь, — холодно подал голос Ричард. — Ребята, я правда без понятия, кто эта девчонка, — бездомный в успокоительном жесте поднял ладони. — Спросите у кого-то другого. Рид посмотрел на андроида, и тот покачал головой. — Рассказывай, — резко сказал Гэвин, снова поворачиваясь к мужчине. — Или хочешь, чтобы мы забрали тебя в участок за препятствование следствию? — Да с удовольствием, — ухмыльнулся мужчина, пряча ладони в карманы, — там у вас теплее, чем здесь, хоть погреюсь. — Слушай, — добродушно произнёс Рид, — не знаю, почему ты не хочешь говорить, но лучше тебе это сделать, пока мы спокойно просим. — Да я не знаю, кто это… Дальше всё произошло моментально. Ричард оттеснил Гэвина, приблизился к мужчине и, схватив его за воротник пуховика, мощно рванул вверх. Бездомный, охнув, только в последний момент сцепил пальцы на запястьях андроида, чтобы хоть как-то удержаться. Ещё секунда, и Ричард руками вдавил мужчину в стену, чуть приподнимая над землёй и заставляя того беспомощно дёргать ногами. Рваное подобие шапки съехало у него с головы. Диод загорелся красным. — Тебе лучше ответить на вопрос, — непривычно механический голос резал слух. Мужчина, словно рыба на суше, выкатил глаза и пытался вдохнуть, что делать ему мешала хватка RK900. — Ричард, — ошарашенно позвал Рид, пытаясь привлечь внимание. Но брюнет даже не шевельнулся. — Если хочешь остаться живыми «глазами и ушами», — металлически произнёс RK900, поднимая испуганного мужчину выше. Гэвин хотел остановить его, но тело будто сковало выбравшимся наружу, первородным страхом. Он смотрел на угрожающе-безэмоционального Ричарда, и в голову из подсознания полезли воспоминания: мёртвые глаза в темноте, чужой голос, холодные пальцы, кольцом сцепленные на горле, алый диод. — Рич, — только как-то жалобно, рвано выдохнул он. Когда андроид надавил сильнее, взглядом, словно клеймом выжигая кожу на лице мужчины, тот отчаянно захрипел: — Я скажу…я… Ричард мгновенно разжал хватку, и тот, не в силах удержаться на ногах, рухнул обратно на землю. Жадно глотая воздух и притягивая свои ладони к шее, бездомный испуганно прижался обратно к стене. — Её зовут Винни, — кашляя, загнанно протараторил он. — Она…я не знаю, где она живёт… — Может, подумаешь ещё? — андроид наклонился, отчего мужчина прижал к себе колени. — Стой, — молебно просипел он, — она почти каждый день бывает в «Уставших скворцах» по вечерам, ну в клубе… Ричард пугающе-широко улыбнулся и выпрямился. — Спасибо за сотрудничество, — сухо кивнул андроид и отвернулся от мужчины, проходя мимо онемевшего Рида. Бездомный, кое-как поднимаясь на трясущихся ногах, схватил шапку и газету, словно те были бесценными сокровищами. Он с ужасом и отвращением посмотрел на спину андроида и поспешил скрыться за углом. Гэвин недолго вглядывался в картонку, на которой сидел мужчина, и развернулся. Чтобы догнать Ричарда, пришлось сильно ускориться. — Что это за херня была?! — прорычал он, обходя андроида и преграждая ему путь. Ричард посмотрел на него с раздражающим спокойствием. — Я достал нужную информацию. — Да ты его чуть не придушил! — зашипел Рид, чувствуя, как гнев разливается по артериям. — Детектив, — устало начал Ричард, и его лицо приобрело искусственно-отстранённое, снисходительное выражение, — иначе мы провозились бы с ним целый день. Я только сэкономил наше время. Рид криво усмехнулся. — Ты это специально, да? — О чём вы? — брюнет склонил голову, и диод его пожелтел. С крыши прямо между ними упала капля. — Ты меня хочешь выбесить, — фыркнул Гэвин, наблюдая, как андроид расплывается в усмешке. — Вы не центр Вселенной, детектив. — Так может ты перестанешь строить из себя ебучую железку, которая постоянно… Договорить ему не дали. Ричард толкнул его к стене. Но не так, как того мужчину. Брюнет тут же подался к нему, впечатывая руки по бокам от детектива, отчего Риду стало неимоверно жарко. — Да какого хрена?! — прорычал Гэвин. — Ты либо ведёшь себя, как заносчивый придурок, либо… Андроид наигранно поднял брови. — Либо?.. — Либо зажимаешь меня в каждой грёбанной подворотне, — закончил рыком Рид, прислоняясь затылком к кирпичу. Ричард смотрел на него с игривым, но опасным прищуром. Его чёлку перебирал ветер. А ещё он незаметно двигался ближе, глубоко дышал. Дышать-то ему не было нужно. Было холодно. А от Ричарда веяло жаром даже через две куртки. — Почему вам так трудно мне сказать? — брюнет склонил голову в сантиметре от чужого носа. — Не знаю, чего вы ждёте, но… — Мы целовались. Андроид застыл, моргнув кровавым диодом. — Целовались, Рич, — просто выдохнул Гэвин, поднимая глаза куда-то в небо за плечом RK900, а уголки его губ болезненно дёрнулись вверх, — на моём балконе, потом на диване… Как будто ты, блять, не понял… Ричард молчал и смотрел словно сквозь Рида. Будто совсем не ждал, что тот сдастся. — Доволен? — устало произнёс мужчина, уже не пытаясь спрятать глаза. Диод андроида заморгал ядовитым калейдоскопом. Он чуть подался назад, отрывая ладони от холодного кирпича, и вдумчиво, но тихо, как-то неровно сказал, будто не был уверен на сто процентов: — Вы не жалеете. Рид удивлённо уставился в серые глаза. — Блять, конечно нет… — не думая ни секунды, выпалил Гэвин, хотя это был и не вопрос. — Тогда в чём дело? — Мне не надо, чтобы твои поступки зависели от того, чего ты даже не помнишь, — угрюмо ответил мужчина. Теперь, кажется, удивился андроид. — Гэвин, это — самая глупая вещь, которую ты когда-либо говорил, — выразительно произнёс брюнет, — при том, что я выслушивал всё, что ты нёс под наркотиками. Рид мысленно дал себе подзатыльник, вспоминая урывки своего увлекательного путешествия по дому, и невесело улыбнулся. — Да ты с момента, как мы выяснили про Ника, только и пытаешься узнать, что было, как будто… — устало пробурчал он, озвучивая сомнения, разъедающие его с самого утра, — для галочки. Ты же грёбанный перфекционист… Ричард снова потянул свои руки, правда в этот раз прикасаясь к кому-то более инициативному, чем стена. Белые пальцы заскользили по отворотам куртки, и Гэвин пытливо следил за их плавным движением. — Конечно, я хотел узнать, — пылко начал андроид, скользя ладонями выше, неотрывно всматриваясь в собственные руки и вздыхая, — а к тебе же иначе не подберёшься… Рид закрыл глаза, лишь бы стало легче. — Но не думай, что моё желание всё узнать — это попытки… — брюнет жарко выдохнул, на секунду замолкая в попытках подобрать слова. И то, как даже безупречная, отточенная для коммуникации программа где-то внутри Ричарда не может помочь ему сформулировать мысль, было более чем восхитительно. — Просто попытки идеализированной системы заполнить пробел, — андроид подался ближе, прижимаясь своим лбом к чужому и вызывая у Гэвина очередной всплеск воспоминаний, — это совсем не так. Рид обессилено улыбнулся. Его поражало то, что даже после месяцев, прошедших с девиации, Ричарду до сих пор казалось, что тот не умеет выражать свои эмоции. Хотя выражал он их прекрасно. Или Риду так казалось, потому что он становился противоречиво для своей природы чутким рядом с андроидом. Тому хватало одной ёмкой, брошенной в ночь фразы о терморегуляции, чтобы всё объяснить. Риду казалось, что ему не хватит и сотен. Гэвин порой думал, что он больше воюет со своими чувствами. Особенно прямо сейчас. Когда эти чувства самым осязаемым образом были близко к нему. — Рич, — сипло произнёс он, накрывая руки андроида на своей куртке, — я просто хочу, чтобы такого больше не произошло. Как с Рейнольдсом. Ещё день назад он отчаянно ждал минуты, как бы рвануть вперёд, а сейчас, задыхаясь, пытался удержаться от этого. Потому что стоит поддаться — уже не остановишься. — Как только закончится расследование, — успокаивая и убеждая, наверное, самого себя, сказал Рид на выдохе, — мы с этим разберёмся. Недовольный, слегка затуманенный взгляд напротив блеснул. — Детектив, — вкрадчиво промурчал Ричард. Гэвин каждым сосудом, каждым нервом тела почувствовал — ещё секунда, и он просто не вытерпит близости этой железки. Потому что для Рида Ричард был единственной желанной железкой. — М? — хрипло выдавил он, неотрывно вглядываясь в лукавые глаза и неосознанно крепче сжимая свои пальцы на чужих ладонях. — Посмотрим, сколько вы продержитесь, — прошептал брюнет и, коротко коснувшись носом чужого носа, подался назад. Ухмыльнулся, смотря исподлобья на застывшего в мареве мужчину, и уже покрытыми скином пальцами педантично поправил пиджак. Только когда андроид отошёл, Рид почувствовал холод стены и вспомнил, что они вообще-то на улице. Остался недолго стоять с лихорадящим ощущением во всём теле и до конца не понимая, выиграл он эту битву или проиграл. И что из этого лучше.

***

Солнце уже село. Рид поднял голову, и большие светящиеся буквы над входом ослепили его. Совпадение, стечение обстоятельств или же то, что Харви называл «судьбой», всё равно привело их сюда. — Готовы? — андроид повернулся к нему, и его лицо ярко сияло, озарённое полыхающей розовой вывеской «Уставшие скворцы». Гэвин подумал, что он никогда не привыкнет видеть Ричарда без диода. Он просто кивнул ему, и они двинулись по подсвеченным ступеням вниз, через секунду скрываясь в темноте. Охраны на входе вовсе не было, да и вошли они в одиночестве, так что оказавшись в совсем чёрном коридоре, Рид сначала почувствовал себя абсолютно дезориентированным. Только ощущение плеча андроида рядом действовало на него ободряюще. Однако, стоило сделать несколько шагов, и мужчина услышал тихую, пока неразборчивую мелодию. В коридоре стало светлее: по правую сторону он заметил открытую дверь в гардероб. Но они прошли мимо, а звук уже был слышен гораздо громче и разборчивее. Ричард первый сделал шаг к двери и распахнул её. Расслабляющая, приятная мелодия тут же окутала их. Дверь за их спинами закрылась, запирая их в новом мире, где неощутимый, тёплый свет переплетался с полумраком, музыка легко проникала в лёгкие, не оставляя осадка, пуская по венам странное спокойствие и больше кислорода. Рид лишь быстро посмотрел налево, где под лампами, выполненными в виде фонарей, источающими плавный, не болезненный, а мягко-золотистый свет грелась барная стойка. Но всё его внимание привлекла правая сторона, и они с брюнетом дружно повернули голову. Зал хоть и был большим, но казался весьма компактным. Он словно лодка покачивался на несуществующих волнах, то приподнимаясь и согреваясь в игривом, ласкающем кожу белом свете, то ненадолго погружаясь в полумрак, чтобы позволить глазам отдохнуть и заблестеть ярче. И эти волнения моря совсем не укачивали, потому что на «носу» лодки находилась горящая сейчас зелёными огоньками сцена, на которую и смотрели все, включая Рида и Ричарда. Держа микрофон, как руку прекрасной девушки — со страстью и всё же робким трепетом, — лохматый шатен в красной цветастой рубашке и широких джинсах покачивался на музыкальных волнах. Он с широкой улыбкой, свободно передвигался по блистающей палубе, движимый естественной силой и энергией, которыми был пропитан его голос. И, будто подскочив на самом большом гребне, он вскинул голову вверх, смотря на зеленоватое светило, подмигивающее ему глазами-софитами сверху, и затянул, а его волосы вверх взметнул несуществующий морской ветер: — How did I get in this winding maze of love? Сделал несколько шустрых, оглушительных хлопков по микрофону и заливисто пропел: — And there’s something wrong, and it’s sending you round and round ‘til we go nowhere… И музыка дальше понесла его в поток, и мужчина, под звук звонкого, добродушного смеха поплыл, закрывая глаза и притопывая в ритм ногами. Обычно про человека, исполняющего самый живой танец, говорили: «Он чувствует своё тело». Но сейчас Рид, смотря на незнакомого мужчину, без особых стараний пританцовывающего по сцене, понял, что значит «чувствовать своё тело». Тот лишь ловил волны, разворачиваясь на них, и продолжал прогулку на глазах у слушателей, не останавливаясь на месте, не смотря на экран с текстом песни и держась крепко и как-то любовно только за микрофон. — I see the ashes on the ground, — мужчина пел так, словно это было его дыханием. — I know the world is burning down… Руки его, как крылья, неконтролируемо взметались вверх к изумрудному, не зубастому пламени, и широкие рукава его рубашки трепетали перьями. Открытое лицо небритого певца было упоённо-искренним, словно он на этой сцене в последний раз, и стоит песне закончится, как он растворится в воздухе запахом свободы и лёгким бризом. Рид отвлёкся, только когда Ричард дотронулся до его плеча. Он резко обернулся. Андроид держал в руках два стакана с золотистой жидкостью. — О, вот это я понимаю, — хмыкнул Гэвин, протягивая руку, желая наконец получить награду за этот суматошный день. Но RK900 отошёл назад, и пальцы Рида поймали воздух. — Нет, детектив, это отвлечёт вас от работы, — с довольной издёвкой прошептал Ричард ему на ухо, склонившись ближе, — я заказал их, чтобы не выбиваться из толпы. Гэвин злобно цыкнул, смотря в насмешливые глаза Ричарда, утопающего в музыке. Андроид двинулся к залу напротив сцены, коротко кивнув Риду головой. — Стоп, ты куда? — буркнул мужчина. — Все стулья у барной стойки и столы рядом заняты, — отчитался Ричард, и его голос легко перекрывал голос поющего, — мы же не знаем, когда придёт Венера. Вы хотите всё это время стоять здесь? Барменша сказала, что есть свободные диваны в караоке-зале. Детектива эта перспектива необоснованно напрягла, он бросил короткий взгляд на сидящих и вздохнул. — Где оплачивать? — фыркнул он, ненавистно смотря на андроида, с ухмылкой делающего глоток из стакана. Глоток того, вкус чего он даже почувствовать не может. Брюнет сыто провёл языком по своим губам и показал на небольшой терминал у стены. Рид мысленно проклял всё вокруг, включая свою физиологию, но послушно подошёл к экрану и выбрал место в самом дальнем ряду, с которого можно было видеть весь зал и барную стойку. Как только оплата прошла, Гэвин обернулся и увидел, как на столе у стены зажглась синяя лампа. И они двинулись к ней, сначала неуверенно наступая на палубу. Рид шёл за Ричардом, огибая занятые диваны и рассматривая людей. Его поразило, насколько публика была разношёрстной. Вот совсем рядом со сценой, откинувшись на кожаную коричневую спинку, сидели две девушки в вечерних платьях. На диванчике, мимо которого он только что прошёл, располагалась компания мужчин: кто-то сидел просто в футболке, кто-то так и не снимая куртки, как сам Рид, кто-то в серой рубашке. Чуть дальше — одинокий парень в очках с тонкой оправой и чёрном костюме, сидящий с коктейлем в руке и уставшими глазами будто пытавшимися поджечь его. — … do what you want, do what you will, — звучный голос, словно светоч, вёл по тенистому залу. Но у всех здесь было общее. Все здесь глазели на сцену и совершенно не скрывали улыбок. И это были не те упоённые, пьяные оскалы, отпечатком застывшие на мёртвом лице. Это были неподдельные, расслабленные, у кого-то сонные, у кого-то азартные улыбки. Они смотрели на мужчину так, словно каждый был ему близким другом — весело, с плавящейся добротой и искристыми бликами в глазах. Кто-то разморённо развалился на мягких боковинках, кто-то подпевал, кто-то тихо хлопал в ритм и елозил на своём месте, заливая рвущуюся энергию алкоголем и чужим пением. Когда они дошли до своего дивана и сели, лампа погасла. А мужчина допевал песню. Высокие ноты он не брал совсем, но этого будто никто и не замечал, смотря на ярко-горящую вспышку по центру сцены. — …and it’s sending you round and round ‘til we go nowhere… — звонко пел он, словно сейчас сорвёт горло. И снова музыка закружила его. Рид повернулся и увидел, что Ричард неотрывно смотрит на мужчину. Следит за каждым его рваным и воздушным движением с удивительной внимательностью и странной отрешённостью. Он даже дотронулся до запретного стакана, чтобы вернуть Ричарда в реальность, но андроид даже не пошевелился, вглядывался в певца так, словно нашёл в этой дыре, в этом захолустье, на краю мира величайшее произведение искусства. Малахитовые потоки света последний раз пронеслись по залу, погладив каждого по щеке, и слились в один яркий луч, застывший по центру сцены и осветивший замершего, глубоко дышащего мужчину. Клуб залился аплодисментами и весёлыми, хвалебными выкриками. Люди посвистывали, а Ричард наконец ожил, отрывая локти от прозрачного стола, но всё так же заинтересованно смотря на довольно кивающего и улыбающегося всем певца. И из тёмного угла сцены вынырнул высокий парень в дешёвом костюме. — Ещё громче! — крикнул он в зал, сильнее заводя публику. — Отлично! Шатен, вместо того чтобы спуститься по одним из ступеней по краям сцены, также рьяно, как обнимал его, отдал микрофон парню и одним прыжком вернулся в зал, тёмным силуэтом растаял где-то среди ряда диванов. Снова превратился в обыкновенного человека. — Итак, — раздался мощный голос парня, который, видимо, был здесь менеджером, — я жду следующего смельчака! Но все, словно насыщенные предыдущим выступлением, лениво тянулись к напиткам или поглядывали по сторонам в ожидании. Похоже, здесь были не столько любители петь, сколько пить и спокойно слушать музыку, лишь бы под конец все их проблемы оглохли, а сами они потерялись в ней. Рид, словно подхваченный всеобщей волной, тоже повернулся, высматривая, нет ли желающего, параллельно просматривая помещение, с надеждой увидеть девушку. И замер. Ричард, ещё секунду назад сидящий рядом с ним, поднялся с места. — Нет, — тихо выдавил Гэвин, неверяще смотря на андроида, — ты же не… Но брюнет, даже не оглянувшись, вышел из-за стола, и Рид почувствовал, как у него горло сжимается. — Вижу, — радостно бросил парень, и все в зале дружно уставились на Ричарда и подбадривающе, заливисто захлопали. Статная фигура RK900, одетого в чёрную рубашку, тенью выплыла из зала и поднялась на сцену. И Гэвин просто сидеть спокойно не мог — по телу буквально прокатил густой, огненный поток то ли предвкушения, то ли необъяснимой дрожи, наконец выбивая мужчину из ступора. Ричард подошёл к менеджеру, что-то сказал ему и забрал из рук микрофон. Парень коротко кивнул и скрылся в той же темноте, откуда и вышел. А Рид, чтобы у него собственные руки не тряслись, сжал пальцы на сидении дивана. И лампы погасли. Пульс так часто и так громко застучал в висках, что мужчине показалось, что его сейчас все вокруг услышат. Но из колонок резко заиграла музыка. Такая ритмичная, что стук сердца слился с ней в единой целое. С потолка вниз обрушилась волна холодного света, которая тут же рассеялась, и в такт мелодии стала кружить по помещению, юрко ютясь в складках одежды, ныряя в чужие коктейли и щекоча пальцы на них. Блики бежали и по Ричарду. По его бледному лицу, по подчёркнутым полумраком и теми же лучами выразительным скулам, кутались в его тёмных пушистых волосах. Плавно оглаживали его шею. И мелодия была вся под стать Ричарду. Такая же отточенная, чёткая, пламенная, обволакивающая. Идеальная. Андроид медленно подошёл к стойке, абсолютно проигнорированной прошлым выступающим, и щемяще сердце несмело вставил микрофон, останавливаясь напротив неё. Тихо вдыхая. Он закатал рукава своей рубашки, оголяя руки до локтей. И Гэвин неотрывно смотрел на него. Его мозг просто не мог принять факт, что Ричард собирается петь. От его выразительного, вибрирующего над ухом голоса порой могла кровь повысить градус, и Рид просто ни физически, ни морально не был готов услышать, как андроид будет им пользоваться сейчас. Но каждая клетка тела при взгляде на такого Ричарда трепетала так, что отдавало в голову. Она у детектива уже плавилась, и все нервы закупоривали горло сильнее, чем дольше он смотрел на брюнета, а вступление было, как назло, до ужаса долгим. Ричард выверенным, ужасно-соблазнительным движением руки поправил свою чёлку и чуть нагнулся к микрофону. И Рид задержал дыхание. — Let me tell you about a little situation… Голос пробирающий до костей. — It's been testing my patience, man, she was keeping me up all night. Ричард смотрел куда-то в пол, роняя локон волос на лоб и выдыхая в микрофон: — 'Cause you only get so far reading faces, We were off to the races And I thought to myself, «Hold tight»… В зале все смолкли. Кроме бешеного сердца Рида. Андроид склонил голову, уводя взгляд в сторону: — You see there was just this one complication She was already taken And what was so wrong felt so right. Гэвин завороженно откинулся на спинку дивана, позволяя голосу Ричарда снимать с него кожу. Слой за слоем. — She said, «No need to be looking over your shoulder When you could just come over And we could work this out just fine»… Брюнет резко оплёл пальцами микрофон и зажмурился, будто от боли. Боли, которая и у Рида внутри ныла. Боли, летящей в воздух вместе со словами. Его голос стал выше. Чище и чувственнее, заполнил помещение и нутро Рида до краёв: — I don't know what you want from me So careless in my company Oh, if all that you say is true There'll be no getting over you… Белыми пальцами одной руки Ричард заскользил по стойке, и Рид подумал, что у него скин слез. Но это был лишь обманчивый поток света, из-за которого руки андроида казались совсем мраморными. — Slow me down, playing by your rules If you're a joker, then I'm a fool I guess there's no catching up to you… Ричард резко поднял голову и тут же, через полумрак, через бегающие блики и лабиринты диванов нашёл глазами глаза Гэвина, словно они были здесь совсем одни, словно сидели в сантиметре, друг напротив друга. Сплетаясь руками. Сплетаясь пальцами. Сплетаясь взглядами. Сплетясь. Запел бархатно, ни на секунду не открываясь от зелёных, тихо-восхищённых глаз: — If you don't want my affection Don't lie, you're tearing me up. И у Рида лёгкие сжались. Ричард, ловя ещё один светлый луч, повернул голову, опаляя своими словами микрофон с другой стороны: — 'Cause you've got all my attention I won't lie, you're tearing me up. Серые, светящиеся глаза брюнета смотрят прямо в его. А Риду никогда в жизни никто не пел. И у Рида никогда в жизни так внутри не бурлило, как от зрительного контакта с Ричардом. Рид вообще таких, как Ричард, не встречал. Казалось, что сейчас лампы над сценой треснут от этого пронизывающего, горячего и до ломки в руках искреннего шёпота: — And I'm trying to tell your intention When you lie, you're tearing me up If you don't want my affection You won't mind, you're tearing me up. Андроид наконец отвёл взгляд, позволяя Риду вдохнуть. И брюнет, видимо поймав естественные для этого места, растворённые в воздухе кураж и лёгкость, вытащил микрофон из цепких лап стойки и по-кошачьи зашагал по сцене. Движения уже не скованные и неуверенные — расслабленные и парящие. Он подошёл к правому краю сцены и продолжил, бархатно обращаясь к залу: — It all started with a simple conversation It was all in the making, man She was talking me up all night… Тишина была нарушена, и в воздух полетели взбудораженные, одобрительные реплики. В основном женские. На что Ричард не упустил шанса отреагировать и, пламенным, воодушевлённым прищуром оглядев сидящих, запел игривым тоном: — Kept asking if I was only faking She was there for the taking… Он подошёл к первым рядам, где на него огненно смотрели девушки, и, склонившись к ним, обольстительно улыбнулся, горячо выдыхая в микрофон: — Showing me that she was all mine… Рука Рида неконтролируемо потянулась к стакану. Девушки игриво засмеялись, и Ричард выпрямился, ловко перекидывая микрофон из одной руки в другую и чуть отчётливее произнося слова: — She told me she lived just around the corner I wanted to know her Ya, she was making me lose my mind… В стакане был виски. А внутри Рида — пожар. Андроид снова оказался в центре. И прикрыв глаза, пропел, словно признаваясь во всём этой сцене и прося помощи у музыки: — I didn't know quite what I was chasing She had my heart racing And all it took was just one night. Яркий луч света озарил его, заключив его сотканный из полутени образ в белом, ослепительном кольце. Он снова с силой сцепил пальцы на микрофоне, поднял его выше одной рукой, другой будто пытаясь удержать что-то ускользающее в воздухе и взял следующую ноту, снова болезненно: — I don't know what you want from me So careless in my company Oh, if all that you say is true There'll be no getting over you… Рид просто смотрел на него. В какой-то момент звук будто выключился, и этот желанный голос превратился в вибрацию, а потом и вовсе затих. Остался только Ричард — на этой сцене, в своей чёрной рубашке и узких тёмных брюках, с белёсыми тонкими кистями. Его силуэт с торопливыми пересветами, с тенями, которые вырисовывали каждую его безупречную деталь. И понял, что никогда не видел Ричарда таким живым, как сейчас. — If you don't want my affection Don't lie, you're tearing me up… Брюнет дышал: жадно вдыхал, сжимая микрофон, и выдыхал строки: — 'Cause you've got all my attention I won't lie, you're tearing me up… И Гэвин понял. Понял всё в этой дыре, в этом захолустье, на краю мира. В пристанище для неприкаянных, но открытых и живых душ. — And I'm trying to tell your intention When you lie, you're tearing me up… Понял, что он не хочет ждать конца расследования. Не хочет вообще ждать и удерживать себя от неминуемого. Он хочет Ричарда. Всего Ричарда. Здесь и сейчас. Этого Ричарда — с его потрясающим, обжигающим голосом, с его длинными пальцами, с его непозволительной искренностью, с искрящимися глазами, которые всегда отыщут его собственные. — If you don't want my affection You won't mind, you're tearing me up. Музыка чуть притихла. Андроид медленно опустил руку с микрофоном, второй осторожно ведя по собственному запястью вниз к ладони. Слой за слоем. Снова посмотрел на него, и в его глазах Гэвин прекрасно разглядел что-то знакомое, целостное и глубокое. И просто смотрел в ответ. И ему казалось, что горячие пальцы Ричарда переплетаются не на микрофоне, а с его пальцами, что тот совсем близко, жаром выдыхает не в воздух, а куда-то ему в шею, оставляя ожоги. И что, сделай андроид шаг чуть ближе к краю сцены, они наконец-то станут единым целым — неизбежно и сокрушительно. Но брюнет отвернулся от него и застыл. Детектив проследил за его движением и так же замер. Справа, рядом с кудрявой барменшей стояла светловолосая девушка, чуть опираясь на стойку. Первая что-то говорила Венере, и оба взгляда были направлены на него. Девушка была одета в ту же чёрную куртку, что и на записи с камеры, но вместо платья на ней была кофта и джинсы. Стоило ему чуть привстать, как та рванула с места, скрываясь в мрачном коридоре. Рид двинулся следом. Музыка всё ещё продолжала играть, а свет гулял по залу, но Ричард, резким движением вернув микрофон на стойку, быстро покинул сцену, спеша к выходу. Слегка затуманенные пением взгляды абсолютно всех, как сидящих в зале, так и у барной стойки, были прикованы к сорвавшемуся брюнету. Рид обогнул диваны, чудом не задев никого, и они с андроидом под звуки всё той же мелодии, вместе толкнули дверь и нырнули в темноту. Несколько быстрых шагов, вверх по ступеням, и они на улице под вечерним небом. Гэвин повернулся налево и увидел, как девушка вихрем уносится по дороге. Они дружно рванули следом, и Рид на ходу начал вытаскивать пистолет. — Полиция Детройта, — крикнул он, не сбавляя темпа и стремясь за брюнетом, — стоять! Мужчина лишь для вида направил пистолет. Девушка, мелькающая подошвой вдалеке, шустро обернулась через плечо, и, ухмыльнувшись, показала средний палец и продолжила забег. Рид фыркнул, набирая темп и пряча оружие в кобуру. Они отбежали уже далеко от клуба, и свернули вслед за девушкой в узкий переулок. Расстояние удалось немного сократить, но каждый раз, когда казалось, что они подбираются ближе, девушка сворачивала в какой-то проём между постройками, выигрывая время. Рид, громко дыша, позавидовал её прыткости. Они подбежали вплотную к одному из домов: Венера, ловко перемахнув через решетчатый забор, спрыгнула на асфальт и скрылась в каком-то прогале у подножья многоэтажки. Гэвин резко затормозил, чуть ли не втыкаясь в андроида, застывшего перед решёткой. — Ну ты чего? — бросил Рид, уже собираясь преодолеть преграду, как почувствовал крепкую хватку, удерживающую его. Ричард быстро оглядел здание. — Тот проход ведёт через здание на крышу, — объяснил он, — вы можете сократить здесь. Он кивнул на пожарную лестницу, уходящую вверх к тёмному небу. — Вы? — переспросил Рид, прищуриваясь и жадно ловя воздух. — Я попытаюсь отрезать ей дорогу, — ответил андроид, разворачиваясь, и быстро скрываясь за поворотом. — Отлично, — прошипел Гэвин, хватаясь за ржавую, трясущуюся лестницу, — а я, значит, скалолазанием должен заниматься. Каждая дряхлая ступень издавала противный скрипящий звук, и Рид, с чувством будто сейчас загремит и сломает себе что-то, всё-таки выбрался на крышу. Было темно, и лишь блеклые звёзды мигали сверху. И тут он разглядел на фоне чернеющей крыше копну светлых, взлетающих в воздух волос. Девушка выбиралась чуть дальше, из отверстия в крыше, приподнимая люк. Стоило ей оказаться наверху, она вновь закрыла крышку, вставая на неё. Гэвин рванул к ней. Громкий хруст гравия и камней под ногами стал врагом. Венера, удивлённо обернувшись, увидела приближающегося детектива и побежала снова. Неслась она прямо к краю крыши, и Рид взмолился, лишь бы она не сделала то, о чём он думал. Русая разогналась, в несколько шагов заскочила на подъём и, мощно оттолкнувшись и на несколько секунд зависая в воздухе, перемахнула на соседнюю крышу. Гэвин вздохнул и начал разгоняться, собираясь с мыслями. Каждый шаг — и край ближе, каждый шумный вдох — ещё ближе. Почувствовав под ногой подступ, Рид, собрав все силы, сделал рывок и прыгнул. Под ногами пролетели метры, и вот он снова на жёстком покрытии. Перекатившись, детектив снова поднялся, смотря на белеющие в ночи волосы, как на маяк. По тому, как девушка уверенно неслась вперёд, Рид понял, что она делает это не в первый раз и у неё явно фора. Когда он уже обрадовался, увидев, что крыша следующего здания слишком далеко, чтобы на неё можно было перепрыгнуть, жизнь посмеялась над ним ещё раз. Торцом к прогалу между домами стояла полуразрушенная постройка с осыпающимся кирпичом и разбитыми окнами, к ней и поспешила девушка. Ненадолго замерев перед краем, Кетч, словно кошка, ловко прыгнула, и Риду сначала показалась, что она сейчас рухнет в темноту. Но добежав ближе он заметил, как та, крепко держась за железные балки, которые когда-то были каркасом для балкона, шустро переставляет ноги в сантиметре от пропасти, приближаясь к заветной крыше. — Блять, — вымученно процедил Рид, разминая руки. Русая таким же изящным, но непринуждённым движением развернулась, представая лицом перед обрывом. Поймав баланс, она отцепила руки и прыгнула. Следующей опорой стала пожарная лестница нужной многоэтажки, и она, крепко обхватывая её, начала забираться вверх. С желанием убить Ричарда, Рид сорвался с края, цепко хватаясь за металлические прутья, и аккуратно двинулся по протоптанной девушкой дорогой. Из-под ботинок сыпалась пыль, тая в высоте, и Гэвин поднял взгляд, лишь бы не смотреть на этажи и выжидающий свою жертву асфальт. Чтобы пройти по узкой грани мужчине понадобилось больше времени, чем девушке, и, взбираясь по лестнице, Рид надеялся, что она убежала недалеко и ему больше не предстоит исполнять акробатические номера. Оказываясь на крыше, Гэвин облегчённо вздохнул и увидел, как девушка снова бежит к краю. Но рядом совсем не было построек, а потому она стремилась к другой цели — ещё одной пожарной лестнице, чтобы спуститься. Делая рваные, глубокие вдохи, Рид побежал, уже ощущая острую боль в забивающихся мышцах. Только Венера добежала к лестнице, склоняя голову, как отшатнулась назад. По ступеням наверх залез Ричард, вынуждая девушку идти на попятную. Но сзади её нагнал Рид, и она остолбенела посередине. Ухмыльнувшись и громко выдыхая, она подняла открытые ладони. Только Гэвин подумал, что девушка сдалась, та резко дернулась к Ричарду и замахнулась, целясь кулаком куда-то под дых. Андроид без труда перехватил её руку, снисходительно смотря на русую. Та вскинула голову, с озлобленным удивлением рассматривая брюнета и пытаясь вырвать кулак из его цепкой хватки. Ричард ухмыльнулся в ответ, и голубой диод снова засветился на его виске. — Так ты пластиковый мальчик, — всё ещё не восстановив дыхание, с насмешкой, но заинтересованно осматривая брюнета, выдохнула она. Андроид выпустил чужую ладонь. Рид посмотрел на Венеру, и его поразило это сочетание детской эмоциональности в её голубых глазах и сформировавшихся женственных черт её лица и фигуры. Выглядела она точно не на шестнадцать, и от неё веяло взрослыми, осязаемыми накалом и силой. Светлые волосы были чуть растрёпаны от бега, а грудь часто-часто вздымалась. — Мы тут ещё долго стоять будем? — она резко перебила размышления Гэвина. — Что там, кража, ещё кража… — Убийство, — спокойно вставил Ричард, и она подняла на него насмешливый взгляд. — Может ещё терроризм? — фыркнула Кетч, разглядывая андроида, как вещь на выставке. Но Ричард неумолимо молчал, и девушка покачала головой, делая шаг назад. — Что за хрень? — прошипела она. — Какое ещё убийство? — Двойное, — непробиваемо ответил андроид, сканируя молодое, озлобленное лицо. — Ты о мужчине и андроиде? — процедила Венера. — Так я здесь причём? — При том, — Рид медленно обошёл её со спины, — что нужно следить за своими игрушками. Нож не теряла? Кетч застыла. Секунду она выглядела растерянной и напряжённой. Руки её чуть-чуть дрогнули, будто собирались проверить наличие оружия, и сжались в кулаки. — Я никого из них пальцем не трогала, — выделяя каждое слово, процедила она, не зная, на кого из мужчин смотреть, — у вас нет доказательств. — Знаешь, как иногда бывает, — отстранённо начал Рид, пользуясь своей любимой, провоцирующей уловкой, — когда дело тупиковое, вину можно повесить и на другого. Лицо девушки исказило презрение. — Особенно, если этот другой оставил нож с пальчиками и кровью на месте преступления, — хищно продолжил Гэвин, вставая рядом с брюнетом. Венера смотрела на свои ноги и резко подняла голову. И по выражению её лица мужчина понял, что она на уловку не попадётся. — А вы точно копы? — делая шаг вперёд, сказала она тоном, не требующим ответа. — Что за чушь вы несёте вместо того, чтобы отвести меня в участок? Она была ниже мужчин, но у неё получалось смотреть на обоих с такими пренебрежением и отвращением, что это компенсировало разницу в росте. Рид показал ей свой значок, но она даже не обратила на него внимание, подходя ещё ближе. — Что вам надо? — глухо произнесла она. — Есть предложение, Венера, — прямо ответил Гэвин, — тебе нужна свобода, нам — информация. Ты рассказываешь всё, и если информация будет полезной, то… — Да слышала я уже эту херню, — тут же перебила его девушка, пренебрежительно отмахиваясь, — вы из тех, кто предлагает свои жалкие сделки и пытается строить из себя… Девушка замолчала, усмехнувшись. — Но я не скажу вам ничего ни здесь, ни в участке, — отрезала она, поднимая подбородок, — потому что я к убийству никакого отношению не имею. Так что можете арестовывать меня прямо сейчас. — Слушай, — теряя терпение вздохнул Рид, — тебя может и не привяжут к убийству, но стоит тебе попасть в участок — я лично ткну тебе в лицо карточкой с именем Венера Кетч и пометкой «разыскивается». И тебе предъявят обвинения как минимум за четыре кражи. Русая поморщилась. — И, если бы эти кражи тебя не волновали, ты бы так по газам не давала, — прыснул Рид. — Не забывай и о крови на твоём ножичке. Было уже совсем темно, но на лице девушки и во мраке легко было разглядеть эмоции. — Так почему бы тебе не посотрудничать с теми, кто заинтересован в информации, больше чем в твоём аресте, — надавил Рид. — Решай. — Да потому что копам верить нельзя, — ядовито огрызнулась девушка. — Венера… — Пожалуйста, — девушка громко прервала Ричарда, — если уж мне светит тусоваться с вами, зовите меня Винни. — А что? — насмешливо покосился Рид. — Имя не нравится? Кетч закатила глаза. — Венера? Серьёзно? — она фыркнула. — Моя мать похоже пила в тот момент, когда его придумывала. — Хорошо, Винни, — хмыкнул мужчина. — И чтобы было честно — я детектив Гэвин Рид, это — Ричард. Девушка вскользь осмотрела мужчину и с большим интересом уставилась на андроида. — Решай, — напористо повторил Рид. — Вы всё равно не отпустите меня, — она, тихо опустив голову, кисло ухмыльнулась. — Что бы я ни сказала. От вас никакой пользы. — Тогда почему мы не надели на тебя наручники сразу же? — произнёс андроид. Девушка мрачно глянула на него, на его лазурный диод. — Воспользуйся шансом, — твёрдо сказал Ричард, и глаза его потемнели, — ты либо рассказываешь в деталях всё прямо здесь и только нам: о том, чья кровь на ноже, о том, как он оказался рядом с двумя трупами, либо в допросной, но знай — оттуда у тебя выхода нет. Грудь Винни судорожно поднималась. Она отвела какой-то уставший, мрачный взгляд в сторону, будто пытаясь дождаться совета от крыш других молчаливых домов. — Но учти, рассказываешь только правду, — усмехнулся Рид, хлопая андроида по плечу, — потому что этот пластиковый мальчик — ходячий детектор лжи. Девушка вздохнула и посмотрела на Гэвина.