Рев Дракона. (The Dragon's Roar)

Ранним утром Джейме снова оказался в Богороще. Он послал Подрика разбудить брата, чтобы у них было достаточно времени поговорить до завтрака, ведь Джейме предстояло в тот день участвовать во встречах, посвященных наградам для тех, кто верен короне, и переговорам с Варисом. Вечером он планировал отвести брата в Богорощу, но когда они с Эйемоном наконец вышли, уже стемнело. В темноте было бы сложно понять, одни они или нет. Призрака он не мог позвать, а Эйемону было не до его историй. По привычке он отправился на обычную разведку в лес. Он всегда старался менять маршрут и время от времени тыкал мечом в кусты, пробираясь сквозь них, как хищник в поисках добычи. — Джейме! — услышал он вдруг голос Тириона в одной из сторон, но его призыв пока остался без ответа. Потратив еще несколько минут на поиски незваных птиц в подлеске, Джейме наконец направился к священному дереву. Когда оно появилось в поле зрения, он увидел, что его брат снова смотрит на обрывок веревки, все еще свисающий с самой толстой ветки. Именно на нее смотрел брат, когда они в последний раз собирались под этим самым деревом. — Похоже, у тебя нездоровая привязанность к этой веревке, — небрежно сказал Джейме. Тирион вздрогнул и вздохнул, но взгляда от веревки не отвел. — Она кажется мне удивительной, потому что никто не знает, откуда она взялась. Она здесь уже давно. Кора вокруг нее разрослась, но, похоже, никто этого не заметил. Хотя, может быть, это все просто игра воображения. И ничего больше, — ответил Тирион, серьезно глядя на брата. Джейме улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. — Хочешь узнать, откуда она взялась? Его младший брат удивленно приподнял брови. — Я и не думал, что ты знаешь, — удивленно сказал Тирион. — Кажется, никто не обращал внимания на эту священную рощу, пока не приехали король Эймон и Старки. Вы с ним часто встречались в этой роще в Винтерфелле, так что для тебя было естественно приходить сюда, но откуда бы тебе знать о веревке? — А тебе? Большую часть времени до приезда в Королевскую Гавань ты провел в Кастерли-Рок, — сказал Джейме, хотя и надеялся, что брат уловит легкую насмешку в его голосе. — Да, похоже, я многое упустил, — неопределенно протянул Тирион и кивнул на ствол головой. — Так откуда ты знаешь, как туда попала эта веревка? — Все просто. Я ее туда привязал, — ответил Джейме как ни в чем не бывало. Тирион с любопытством наклонил голову. — Я не понимаю. — Вскоре после рождения Джулианны я пришел сюда, чтобы повеситься, — прямо сказал Джейме, внимательно смотря на брата, ожидая его реакции на такое шокирующие признание. Глаза Тириона расширились, а на лице отразилось недоверие. Он застыл на месте, не сводя глаз с Джейме. В этот редкий момент он, казалось, не мог произнести ни слова, а его рот от удивления приоткрылся. — Я хотел найти тихое место. А в Королевской Гавани нет места тише, чем Богороща, — легко продолжил Джейме. — Н-но почему? Я, — растерянно пробормотал Тирион и, прочистив горло, продолжил дрожащим голосом. — Я н-никогда бы не подумал, что ты попытаешься покончить с собой. — На то было несколько причин, — просто пожал плечами Джейме. — Но главная заключалась в том, что боги, похоже, не слишком заботились обо мне. Тирион покачал головой, словно пытаясь очнуться от сна. — Что? Что? — потерянно пробормотал он, и от замешательства его голос приобрел интересный розоватый оттенок. — Это совсем на тебя не похоже. С каких пор тебя вообще волновало, заботятся ли о тебе боги? Ты даже особо не веришь в них! — Прежний Джейме, тот, с которым ты вырос, Тирион, он не верил, — честно признался Джейме. — Но я другой. И я вырос с другим Тирионом. — А? — ошеломленно моргнул Тирион, покачиваясь на месте. — Может, тебе стоит присесть? — участливо спросил Джейме. — Ты хотел узнать мой секрет? Ты хотел узнать, что я скрывал все это время? Ты хочешь знать, какая у меня связь с королем Эйемоном, не так ли? Тирион пошатнулся и упал на землю. Он продолжал качаться из стороны в сторону, сидя на заднице, и смотрел на брата, запрокинув голову вверх. — Это… все взаимосвязано? — неуверенно спросил он. — Да, все это взаимосвязано, — серьезно произнес Джейме. — Пожалуйста, не перебивай и знай: каждое мое слово — правда. Я не шучу. Это реально. Джейме хотел было присесть перед братом, чтобы не нависать над ним как дамоклов меч, но он хотел иметь возможность расхаживать взад-вперед, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. Глаза Тириона, казалось, стали еще больше, но он медленно кивнул. — Х-хорошо. Я выслушаю, но… пока воздержусь от суждений, — осторожно пробормотал он. — Это еще более дико, чем ты можешь себе представить, — начал Джейме. — Это не первая моя жизнь. Я жил в другое время. Я рос с другим Тирионом. Я любил тебя в то время. И… Серсею я тоже любил. Джейме вздрогнул, произнося ее имя. — Прости, что? Другая жизнь? Что это значит? — выпалил Тирион, естественно, не удержавшись от вопроса. — Просто послушай меня, и я тебе все расскажу, — резко ответил Джейме и начал ходить туда-сюда. — В то время Серсея ненавидела тебя так же сильно, как и сейчас. У нас были… неуместные отношения. Тогда я стал отцом ее бастардов, но не этих. — Д-да, я знаю. Я думал, что вы были близки, когда я был ребенком. Но Джейме, ты впрямь был отцом бастардов Серсеи? — прошипел Тирион, как разъяренный гусь. — Не нужно говорить мне, что это было глупо, — отрезал Джейме. — Я и сам это знаю! Я знаю, что это было глупо! И то, что я собираюсь тебе рассказать, объяснит, почему это было так глупо. Он замер и сделал глубокий вдох. — В прошлой жизни Серсея предала меня, — хрипловато произнес Джейме, чей взгляд на миг потерял фокус и он словно заново начал переживать все то, что было. — Она предала всех. Стало ясно, что она не любила меня так, как я любил ее. Ее единственной настоящей любовью была власть. Ей было все равно, какими жертвами придется заплатить, чтобы сохранить этот огромный уродливый трон. Он сделал еще один вдох, чтобы взять себя в руки, и продолжил. — Она пожертвовала даже нашими детьми, — с принудительным спокойствием продолжил Джейме. — И когда миру нужно было объединиться, чтобы победить Долгую Ночь, она отказалась отправить свои войска. Я отправился один. Война была тяжелой. Мы просто… Мы едва победили. Но это было неважно. К тому моменту все, кого я знал и любил, были мертвы. Король Эйемон убил меня, чтобы раз и навсегда избавить королевство от Короля Ночи. Он тоже погиб, его семья — включая Дейенерис Таргариен — тоже погибла на войне. Джейме заметил, как Тирион нахмурился. — Я потерял и тебя тоже, — тихо добавил он. — Потерял меня? Да, кажется, это я тебе потерял! — воскликнул Тирион. — Разума лишился точно! Долгая ночь? Еще скажи, что грамкины и снарки существуют! Джейме сверкнул глазами. — Учитывая то, что я видел, вполне возможно, — рявкнул он и махнул рукой. — Хватит меня перебивать! Он вздохнул и потер лоб. — Я знаю, что нужно сказать, но не знаю, как лучше это сделать. Думаю, мне стоит начать с того, что произошло в той, другой жизни, которая привела нас с королем Эйемоном к этому моменту, — пробормотал Джейме себе под нос скорее для себя, чем для Тириона. Он изо всех сил пытался излагать свои воспоминания по порядку, но воспоминания, казалось, ускользали от него. Прошло слишком много времени с тех пор, как он мог возвращаться к ним и перебирать их. Некоторые детали ускользали, но потом он вспоминал о них и пытался мысленно вернуться назад. Джейме замечал, что Тирион старается следить за его рассказом, но взгляд карлика иногда затуманивался, и он потирал виски, словно у него болела голова. — Отец пошел на войну из-за меня? — недоверчиво спросил Тирион, когда Джейме дошел до этого момента своей прошлой жизни. — Да, — просто ответил он и поморщился. — Возможно, в той, другой жизни отец ненавидел тебя еще сильнее, но он все равно сровнял с землей Речные земли из-за проступков леди Кейтилин. Пекло побери, он отправил тебя обратно в Королевскую Гавань, чтобы ты занял его место в качестве Десницы, потому что Серсея не могла контролировать Джоффри. Я слышал, что ты проделал отличную работу. Ты также укрепил оборону и повел солдат в бой против Станниса, который вторгся через залив Черноводной. Глаза Тириона стали размером с золотых драконов, а потом его взгляд затуманился. — Будь я проклят, — неверяще вздохнул он. — Я осадил Риверран, — продолжил Джейме, возобновив свои хождения. — Я не придал должного значения сообщениям разведчиков, и Робб Старк устроил нам засаду ночью, а потом взял меня в плен. Ты, конечно же, проявил смекалку и нашел человека, готового сразиться за твою жизнь в поединке, пообещав ему золото Ланнистеров. В какой-то момент ты определенно был умнее меня. И, думаю, ты до сих пор умнее, чем когда-либо буду я. — Ты сказал, что Джоффри приказал отрубить голову Неду Старку? Когда это было? До или после того, как тебя схватили? — вдруг спросил Тирион. Джейме прищурился. — Думаю, после. Трудно сказать, когда ты заперт в клетке, — саркастично ответил он и попытался сосредоточиться на том, что было так давно. — Хм… погоди, кажется, я смутно припоминаю, как Робб угрожал мне своим лютоволком Серым Ветром. Он часто так делал, так что трудно сказать, когда именно это было. Прошло так много времени… Тирион посмотрел на него с сочувствием и недоумением. — Жаль, что ты не смог это записать, — вздохнул он. — А я записал, — признался Джейме. Тирион оживился. — Серьезно? Где записи? Хочу прочесть их немедленно! — воодушевленно произнес он. Джейме покачал головой. — Я сжег их, когда Бейлиш прибыл в Королевскую Гавань в качестве мастера над монетой, — поморщился он и пожал плечами. — Я… понимаю, — тут же сник Тирион. — Я не хотел, чтобы он их нашел. У него были свои методы! — произнес Джейме, чувствуя себя неловко оттого, что это признание расстроило брата. — Но ты думал, что сможешь скрыть их от Вариса? — скептично спросил Тирион. — Да, — неохотно признался Джейме, сейчас думая, что такая уверенность впрямь была немного самонадеянной. — С чего бы ему думать, что произошло что-то экстраординарное? Я написал их в перерывах между сменами в Королевской гвардии, через несколько недель после того, как стал затворником. Его маленьким птичкам гораздо сложнее летать вокруг Белой башни незамеченными. Я хорошо спрятал записи, но… я не хотел, чтобы Бейлиш их обнаружил. — Как думаешь, что он мог узнать о них? И поверить в это? Все это звучит так… фантастически, — сказал Тирион. — Я не знаю! — в отчаянии запустил руку в волосы Джейме. — Я не мастер политических игр. Но он бы понял, что я знаю, что ему нельзя доверять. Он бы… узнал об Эйемоне. Это убило бы нас обоих. Сжечь их было безопаснее. — Наверное, так и было, — промолвил Тирион. — Мне кажется, в этой истории есть что-то еще. Дети живы. — Есть и даже слишком много, — уныло произнес Джейме и продолжил свой рассказ, начав с того места, где он встретил Бриенну и упомянул о том, что она сопровождала его на обратном пути в Королевскую Гавань. На лице Тириона появилась понимающая улыбка. — Ага! Я так и подумал, когда впервые увидел, как ты с ней общаешься! — с торжеством воскликнул он. — Ты смотрел на нее так, словно она была Девой во плоти. Я знаю, что ты гораздо щедрее в своей любви, чем притворяешься, но даже я задавался вопросом, почему ты, кажется, влюбился в нее с первого взгляда. Джейме рассеянно кивнул, изобразив подобие улыбки. — Тогда я ее ненавидел. Я был с ней ужасен. Обзывал ее. Больше всего мне нравилось называть ее девкой. Я рассказывал ей, как я жажду Серсею, — стыдливо выпалил он и поморщился. — Даже не оглядываясь назад, я понимаю, что был дураком. Я был для нее сущим наказанием. Из-за меня нас схватили, и эти ублюдки собирались ее изнасиловать. Тогда я сказал им, что ее отец заплатит за нее столько сапфиров, сколько она весит, чтобы ее бы оставили в покое. Но они просто посмеялись надо мной. А потом отрубили мне руку, которой я держал меч. Глаза Тириона снова стали размером с монету, а рот открылся. Даже несмотря на то, что его рука была цела, Джейме все равно почувствовал боль в запястье, вспомнив тот случай. Он поднял правую руку и пошевелил пальцами, после чего кивнул сам себе, будто уверяя, что та на месте. — Это было не меньше того, что я заслужил за то, что вел себя как дурак на вражеской территории. Бриенна заботилась обо мне, даже когда я горел в лихорадке. Она убеждала меня идти дальше. Она дала мне волю к жизни, — искренне признался он, отчасти все еще пребывая в воспоминаниях о тех днях. — Она потрясающая женщина, — проницательно заметил Тирион. — Так оно и есть, — мечтательно сказал в ответ Джейме, а потом, тряхнув головой, приступил к следующей части рассказа, причем не самой приятной. Он честно описал Красную свадьбу, что поразила Тириона еще больше, чем известие о потере руки, а услышав о своем браке с леди Сансой Старк, его брат побледнел. — Это абсолютное безумие — выдавать такую милую девушку за карлика, — пробормотал Тирион. Джейме считал, что ему повезло: он не успел вернуться, прежде чем отец вызволил бы его из Королевской гвардии, чтобы он женился на ней. Но, похоже, его отец решил, что леди Ланнистер из Кастерли-Рок — слишком хороший титул для девушки из семьи предателей. Затем он упомянул Пурпурную свадьбу, суд над Тирионом и неудачную дуэль между Горой и принцем Оберином Мартеллом. — Теперь я понимаю, почему вы с королем Эйемоном нервничали как лошади, когда узнали, что состоится повторный поединок, — нервно фыркнул Тирион. А потом Джейме рассказал, как вызволил его из тюрьмы, и как после тот, другой Тирион, убил их отца и шлюху, которую думал, что любил и с кем спал ранее сам. Он чуть не рассмеялся при виде ужаса на лице Тириона в тот момент. — Не знаю, что меня больше тревожит, — пробормотал тот со слегка зеленым лицом. — То, что я убил отца, или то, что он снизошел до того, чтобы переспать с использованной мной шлюхой. — Тревожно, не так ли? — дразняще подначил его Джейме Тирион покачал головой. — Мне трудно это принять, — признался он. — Мне нравятся шлюхи, но чтобы так долго хранить верность одной-единственной? Я презираю отца, но до тех пор, пока он не попытался свергнуть короля Эйемона, я и подумать не мог, что пойду против него. Отец поступает так, как считает нужным. Как… как я мог убить его? Джейми вздрогнул и начал покусывать нижнюю губу. — Ты мне чего-то недоговариваешь, — прищурился Тирион, мигом уловив его тик. — Ты… вы с отцом не ладили по многим причинам, — осторожно начал Джейме. — Я, хм, да поможет мне Семеро, я подстроил так, чтобы ты лишился девственности с горничной, когда ты был еще довольно юн. Я сделал так, чтобы она закричала, будто ее преследуют насильники. Я бросился отбивать ее от насильников, а ты завел ее в дом, чтобы утешить. Вы влюбились друг в друга. Ты напоил септона, и вы поженились. Две недели ты жил с ней и… и узнал, что такое настоящая любовь. Тирион был заинтригован. Сначала его забавляли выходки Джейме, но по мере того, как он рассказывал свою историю, выражение его лица становилось все более мрачным. — Я понимаю, к чему ты клонишь… — мрачно протянул Тирион. — Все еще хуже. Это ужаснее, чем ты можешь себе представить, — выпалил Джейме и, ощущая, как пересохло в горле, сглотнул. — Отец был в ярости, когда узнал. Пьяный септон признался. Он сразу же аннулировал ваш брак. Затем он… затем он отдал твою… жену в казармы. Он заставил тебя смотреть, как они насилуют ее, и они наполнили ее протянутую руку монетами. Когда они закончили, он отпустил тебя. Я… я не знал, что он задумал. Он заставил меня сказать тебе, что она шлюха, которая никогда тебя не любила, но это было неправда. Тирион молчал, погрузившись в раздумья. Он как никогда сильно был похож на потерявшегося мальчика, который ищет поддержки, когда снова встретился с ним взглядом. — На этот раз все было по-другому, — прошептал он. — Нет, — решительно покачал головой Джейме. — Я бы никогда не стал намеренно подвергать тебя такому аду. Это изменило бы тебя навсегда. Ты был бы уверен, что тебя никогда не полюбят, но это неправда. — Назови мне ее имя, — решительно спросил Тирион. Джейме уже готов был произнести эти слова, но быстро передумал и снова покачал головой. — Нет. Ты не смог бы на ней жениться. Она не была шлюхой, но работала на ферме. Она — никто. Просто… ты можешь найти кого-нибудь. Я верю в тебя, — твердо сказал Джейме. Тирион выглядел расстроенным, но Джейме все же продолжил рассказ, надеясь, что это поможет ему отвлечься. Однако мысли брата явно еще больше спутались, когда Джейме сообщил, что он получил место Десницы при Дейенерис Таргариен. — Как мне это удалось? Ты убил ее отца! — воскликнул Тирион. — Да она должна была бы убить меня просто из-за того, что я с тобой связан! — Она не злая, — возразил Джейме. — Она была просто девушкой, которая пыталась найти свой путь и вернуть себе трон. Трон был всем, что у нее было. Ну, и еще ее драконы. — Что? — переспросил Тирион, наклоняясь вперед. Его удивление и интерес усилились. — Я забыл упомянуть, что у нее есть драконы? — смущенно улыбнулся Джейме и провел рукой по волосам. — Похоже на то, — ответил Тирион насмешливым тоном. — У нее было три дракона, — повторил Джейме. — На самом деле яйцо, которое получил Эйемон, оно изначально должно быть у нее и именно из него вылупился один из этих трех. — Вот почему вы уверены, что его можно вывести, — мгновенно понял Тирион. — Именно. Мы не… на самом деле не знаем, как она их высиживала. Эйемон выяснил подробности, но я не стал утруждаться. Мы были не в самых теплых отношениях. Она в лучшем случае терпела мое присутствие, — сказал Джейме и прикусил язык, чтобы не уйти в сторону от темы. — У Старков есть свои волки, у Дейенерис — свои драконы… скажи мне, брат, а у нас будут львы? Я бы с удовольствием обзавелся львом. Самым большим. Я мог бы ездить на нем в бой, — с детским восторгом произнес Тирион, не дав ему продолжить своей рассказ. Джейме фыркнул от смеха. — Нет, у нас нет львов. У Тиреллов тоже нет какой-нибудь розы-убийцы, если на то пошло, — весело сказал он. — Жалко, — сказал Тирион с притворным вздохом. — Так на чем я остановился?. Джейме рассказал, что оставался рядом с Серсеей после взрыва септы Бейлора. О том, что он был там, когда Эйемон и его люди привезли мертвеца на Юг для того, чтобы доказать свои слова о приближающейся угрозе, а затем как началась подготовка к походу армии, но Серсея предала его и даже натравила на него Гору. Тирион поморщился. — Теперь я понимаю, почему ты так ненавидишь нашу сестру, — печально покачал головой он. — Должен признать, я никогда бы не подумал, что она зайдет так далеко. — Если она была готова рожать бастардов вместо законнорожденных детей Роберта, значит, она была так же способна стать такой, какой стала та, другая Серсея. Ее смерть — не потеря, — твердо сказал Джейме, и он видел, что Тириону было не по себе от его бессердечия, поэтому он продолжил рассказ о том, что была на Севере. Рассказал, как Старки загнали в угол Петира Бейлиша и казнили его. Как они были вынуждены покинуть Винтерфелл, когда врагов стало слишком много, и как им удалось уничтожить Визериона, погибшего ранее, за Стеной, и тем самым лишив Короля Ночи его дракона-нежити. Затем упомянул, как погиб Рейегаль, и, наконец, как умерла сама Дейенерис, вместе со своим последним драконом, Дрогоном. Ему пришлось сделать над собой усилие, когда рассказ дошел до того момента, как Бриенна погибла, сопровождая сестер Старк к Кровавым вратам, чтобы просто не потерять нить истории. И себя заодно. — Снова и снова я вижу, как многие из тех, кого я знал, пали от рук Армии мертвых, — сдавленно пробормотал Джейме, смотря в даль. — Ты был со мной до конца. Только благодаря тебе я добрался до этого самого конца. Я уверен, что ты погиб в последнем бою. Я просто рад, что у Короля Ночи не было возможности превратить тебя в одного из своих рабов. Джейме был мрачен, но с удивлением заметил, что его брат пытается сдержать улыбку. — Трудно представить, что гном-нежить может представлять угрозу, — с усмешкой произнес Тирион. — Скорее всего, он бы просто прошел мимо, если бы у него была такая возможность. Но уже через мгновение он вздохнул. — Прости, Джейме. Я всегда удивлялся, как ты мог так поступить с нашей сестрой, — тихо произнес Тирион. — Почему ты был таким мрачным и угрюмым, хотя раньше был полон света и смеха. Я подумал было, что, возможно, убийство Безумного Короля как-то повлияло на тебя, но твои перемены казались слишком серьезными даже для этого. А потом, в Винтерфелле, ты так естественно пошел за Эйемоном, словно родился именно для этого. Я расспрашивал тебя и злился, когда ты отказывалась раскрывать свои секреты. — Теперь ты понимаешь, почему я пытался повеситься? — спросил Джейме. Тирион сначала молчал. Казалось, он с чем-то боролся, а потом медленно покачал головой. — Кажется, ты сказал, что просто… проснулся в своем молодом теле? — Да, — ответил Джейме, немного поколебавшись и прищурившись. — Откуда ты знаешь, что это был не сон? Джейме усмехнулся. — Я знал, что ты мне не поверишь, — разочарованно сказал он и развернулся, чтобы уйти. — Это вполне разумный вопрос! — крикнул ему в спину Тирион. — После всего, что я сказал, ты думаешь, я мог это выдумать?! — недоверчиво воскликнул Джейме, резко обернувшись к брату. Он почувствовал, как к лицу приливает кровь, а внутри все сжимается. Но вместо того, чтобы продолжить разговор, он сжал кулаки по бокам и, вновь развернувшись, продолжил идти. — Пожалуйста, Джейме! В это слишком сложно поверить! — опять крикнул Тирион, пыхтя и пытаясь вскочить на ноги. — Я дал тебе все ответы, которые у меня были. Думаю, на этом мы закончим, — сквозь зубы процедил Джейме. — Джейме… — отчаянно окликнул его Тирион, торопливо топая за ним на своих коротких ногах. — Джейме!.. — Ты думаешь, я бы выдумал, что потерял руку?! — набросился на него Джейме, еще раз развернувшись к брату. — Как бы я еще узнал о существовании Эйемона? Ты думаешь, для этого хватило бы гребаного сна? — Я просто не понимаю, почему ты так в этом уверен, — слабо сказал Тирион. Лицо Джейме помрачнело. — Потому что в сундуке в камере, которую я охранял днем и ночью, заперта нежить, — рявкнул он. Глаза Тириона расширились от неподдельного страха. Он открыл и закрыл рот, а затем спросил: — Можно мне посмотреть? — Нет! Тебе придется подождать и посмотреть, что будет с остальным королевством. — Джейме… это объясняет некоторые… особенности твоего поведения, которые я заметил, — осторожно произнес Тирион. — Я ни разу не видел, чтобы ты проявлял интерес к роли, которую отец готовил для тебя всю твою жизнь. Но ты не только решил сыграть эту роль, ты пошел наперекор отцу. И ты победил. Тирион откинулся на ствол ближайшего дерева и закрыл глаза, но уже через несколько минут открыл их. — С какой целью? Все это время ты держал меня на расстоянии и спрашивал только мое мнение. Разве я не доказал, что достоин этого? — подозрительно прищурился он. — Я думал, что да. Но может, все-таки нет, — сердито посмотрел на него Джейме. — Это несправедливо. Ты не можешь просто взять и выдать что-то настолько… настолько… неземное и ожидать, что я приму это за правду, — с оттенком злости выпалил Тирион, махнув рукой. — Я думал, ты поверишь своему брату, — прорычал Джейме и резко сменил тему. — Меня скоро отправят на Север. Эйемону понадобится новый Десница. Я думал предложить тебя вместо себя, но, возможно, я ошибался. Глаза Тириона снова вылезли из орбит, и он подался вперед. — Что ты сказал? — недоверчиво спросил он. — Ты всегда лучше разбирался в этих политических хитросплетениях. Даже сейчас, несмотря на мои знания, я едва удержал королевский трон от посягательств врагов. Завтра, когда Эйемон будет благодарить и раздавать награды, я попрошу его назначить тебя своим Десницей, — коротко сказал Джейме, все еще ощущая в душе обиду и злость на недоверие брата. Тирион застонал. — Я должен был догадаться, что у тебя есть скрытый мотив, — надуто произнес он и почти нерешительно добавил: — Ты все еще собираешься это сделать? Джейме скривил губы. — Не вижу, какой у меня есть выбор. Я бы никому не доверил быть рядом с ним. Но если ты сомневаешься во мне, то будешь сомневаться и в короле Эйемоне. Тебе нужно действовать заодно с ним, Тирион, если ты хочешь, чтобы его правление не рухнуло, — резко сказал он. Тирион вздохнул. — Может, я и не знаю, что и думать об этом… Что бы это ни было, но я сделаю все возможное, чтобы нести это бремя рядом с королем Эйемоном и оберегать его, — честно произнес он. — Хорошо, — грубо отрезал Джейме, и между ними снова воцарилась тишина. Гнев Джейме еще не утих, и при мысли о том, что Тирион считает их с Эйемоном сумасшедшими, у него в животе все сжалось от страха. Тихо и нерешительно он сказал: — Нам нужно встретиться с королем и Варисом. Ты, может, и не Десница официально, но я хочу, чтобы ты был там. — Конечно. Я встречу тебя там. Они оба направились к выходу из рощи. Джейме был измотан после долгого разговора и не ждал продолжения, но он, кажется, забыл, с кем имел дело. — Скажи мне, брат, ты собираешься рассказать об этом Бриенне? — проникновенно спросил Тирион. Джейме пошатнулся. — Я уже думал об этом, но, учитывая, что ты отказываешься мне верить… — сказал он и бросил на Тириона, как ему казалось, испепеляющий взгляд. — Ты должен жениться, — твердо сказал брат, игнорируя его взгляд. — Ты любишь ее. Это же очевидно. Но я сомневаюсь, что она понимает всю глубину твоих чувств к ней. Подумай об этом. Ты знаешь, что для тебя лучше. Джейме не успел отогнать одну мысль, как Тирион подкинул ему новую. Поверит ли Бриенна его словам? Если бы Джейме спросили, кто с наименьшей вероятностью поверит его рассказу о прошлом, он бы ответил: Тирион. Но будет ли Бриенна думать, что он просто шутит? Похоже, это ее первая реакция на многие их разговоры. Он понял, что у него нет убедительных ответов, когда они вошли в прохладную тень Цитадели. Эйемон XXVII Он с удивлением обнаружил, что Джейме и Варис уже здесь. Вместо того чтобы сидеть на противоположных концах стола, они просто расположились друг напротив друга. Варис, как всегда, спрятал руки в рукава своего шелкового халата и сохранял невозмутимое выражение лица, а Джейме положил руки на стол и не сводил с Паука пристального взгляда. Варис первым нарушил молчание, поднялся на ноги и поклонился ему. Джейме лишь лениво кивнул ему в знак приветствия, а затем снова перевел взгляд на Вариса. — Вы начали совещание без меня? — поднял бровь Эйемон. — Конечно, нет, ваша светлость, — с невинной улыбкой ответил Джейме. — Мы готовы начать? Джейме нахмурился. — Нет? Ты забыл? Эйемон в замешательстве прищурился, а затем его глаза расширились, когда он услышал стук в дверь, и в комнату ввалился Тирион. «Конечно, Тирион должен быть здесь. Он нужен нам для этих разговоров», — подумал он и поморщился оттого, что забыл такую значительную деталь. — Ваша светлость, — почтительно сказал Тирион, кивнув головой, но его улыбка была натянутой. Если он не ошибался, тот чувствовал себя неуютно в его присутствии, и он задавался вопросом, не связано ли это с тем, что Тирион теперь был посвящен в их тайну. Он доказал, что заслуживает доверия, но расширение круга посвященных мало помогало Эйемону успокоиться и свободно дышать. Тирион устроился поудобнее, разложив перед собой стопку пергамента и приготовив чернила и перо. — Я готов, ваша светлость. Эйемон решил не садиться. — Варис, мастер над шептунами, хотя вы и получили награду за то, что покончили с Петиром Бейлишем и тем самым навсегда разрушили паутину заговоров, в которой он запутался, мы должны усомниться в качестве вашей работы. Вы мастер над шептунами, но об этой угрозе не было сказано ни слова. Объяснитесь, — твердо спросил он, сцепив руки за спиной и, замерев во главе стола, вперил пристальный взгляд на своего мастера на шептунами. Пока еще. — Прошу прощения, ваша светлость, — начал Варис, склонив голову. — Я беспокоился о преданности Десницы, который в то время служил вам. Вряд ли было бы уместно или полезно, если бы меня заключили в тюрьму за попытки спасти ваш трон. Эйемон заметил, как уголок рта Джейме дернулся от сдерживаемого смеха, но в остальном он был спокоен и продолжал молча и внимательно наблюдать за Варисом. Он подождал, пока Тирион перестанет царапать пером по бумаге, и снова заговорил. — Если бы вы сомневались в преданности Джейме, вы могли бы обратиться ко мне, — холодно произнес Эйемон. — Вы получали письма от лорда Джейме, ваша светлость. Вы доверяете ему так, как не доверяете мне, — проникновенно произнес Варис. — Я сомневался, что мои слова будут восприняты как неприкрытая правда. Кроме того, это показало бы вашим врагам, что я их раскусил. Я очень мало знал о Петире Бейлише, но был уверен, что его паутина так же обширна, как и моя. Несмотря на тщательно выверенное выражение лица, Варис не удержался от легкой улыбки, произнося эти слова. Эйемон снова бросил взгляд на Джейме, который уже не улыбался, а смотрел на Вариса как ястреб. — Я уверен, вы прекрасно понимаете, что мы узнаем, если вы нам лжете. Лучше бы ваши слова были правдивыми, — твердо сказал он и почувствовал, как нарастает его раздражение, когда Варис даже не дрогнул. — Я остаюсь верным только вам, ваша светлость. На мгновение воцарилась тишина, пока Эйемон оценивающе смотрел на него. — А письмо? — Какое именно, ваша светлость? — Письмо, которое было вами отправлено войскам Севера и Речных земель перед переворотом. То самое, под которым стоит моя подпись, — прорычал Джейме. На этот раз Варис не смог удержать маску, и она соскользнула, обнажив его истинное удивление. — Ах, к тому времени я уже понял, на чьей вы стороне, и знал о ваших попытках подкараулить отца, — произнес Паук, быстро взяв себя в руки. — Однако, несмотря на то, что вы хорошо распорядились своими ресурсами, вам не хватает маленьких птичек, которые могли бы незаметно распространить ваше послание. Я хотел доказать свою надежность и отправил письмо от вашего имени. Теперь Север и Речные земли будут доверять вам как никогда. Джейме стиснул зубы, но ничего не сказал. Снова воцарилась тишина, пока Эйемон не спросил: — Мы закончили? — Думаю, да, ваша светлость, — ответил Тирион, а Джейме помедлил, но затем кивнул. — Лорд Варис, вы сохраните за собой должность мастера над шептунами, — величественно произнес Эйемон. — Но все же вам не следует брать дело в свои руки и убивать преступников. Все должны предстать передо мной для суда. Это понятно? — Разумеется, ваша светлость. — Вы свободны, — коротко сказал Эйемон, и все взгляды устремились вслед Варису, выходящему за дверь. По кивку Эйемона сир Торрен закрыл дверь, после чего он повернулся к Джейме. — Ну? — Он не лгал. Он был абсолютно уверен в себе, — ответил Джейме, и в его голосе прозвучало скрытое раздражение. — Но он очень тщательно подбирал слова, — заметил Эйемон. — Обычно я могу определить, когда кто-то что-то скрывает. Это слышно по его голосу. Но я думаю, что Варис намеренно говорил полуправду, чтобы она звучала правдоподобно, — поморщился Джейме. Эйемон прищурился. — Думаешь, он знает твой секрет? Джейме едва заметно покачал головой, стараясь не встречаться с ним взглядом. — Я не думаю. Я не сказал об этом ни слова с тех пор, как мы прибыли в Красный замок, — заверил его он. — Ага. Я думал, что знаю все твои секреты, но ты скрываешь от меня еще один? — сказал Тирион с ноткой раздражения в голосе. — И ты по-прежнему будешь об этом не знать, — парировал Джейме. — Так будет лучше, Тирион, — извиняющимся тоном сказал Эйемон, бросив взгляд на стены. Тирион вздохнул, но продолжил добросовестно делать записи, а когда закончил, убрал перо в чернильницу и осмотрел то, что у него получилось. — Есть что добавить? — Это письмо, которое Варис отправил северянам и жителям Речных земель. Оно явно преследовало двойную цель. Если бы переворот провалился, то о твоем предательстве по отношению к отцу стало бы широко известно. Северяне и жители Речных земель могут оказать тебе услугу сейчас, потому что все получилось, но в ином случае ты стал бы для них источником разочарования и целью для мести. Это поставило бы тебя в довольно затруднительное положение, брат, — осторожно заметил Тирион. — М-м-м, — промычал Джейме, раздраженно щелкая пальцами. — Это бы оправдало Вариса и позволило бы ему предложить свои услуги моему отцу. «Действительно, полуправда», — с досадой подумал Эйемон. Но что он мог поделать? Сохранил ли Варис свое положение мастера над шептунами или нет, его маленькие птички все еще были во всем Красном замке. Где они собирались найти замену с таким же обустроенным гнездом, но кому также можно было доверять? Дэвид был полезен, но его сеть была крошечной по сравнению с ним. У него также просто не было достаточно времени между лечением граждан и обучением новых рекрутов, чтобы быть эффективным. Мог бы он порекомендовать кого-нибудь? Стоит ли им полагаться на него? Несмотря на то, что Джейме удалось наладить с ними отношения, и даже после того, как он почтил память их павшего товарища, он все еще не особо доверял целителю. Хотя Эйемон пока не мог выделить время для личного разговора, он заметил, что Дэвид держится на расстоянии и излучает холодный гнев. «После церемонии найду его, и мы поговорим. Этот разговор давно назрел», — сказал себе Эйемон. — Ну, уже почти обед. Может, накроем на стол? — Прошу прощения, ваша светлость, но мы с Тирионом ужинаем с леди Бриенной, — сказал Джейме, выпрямившись и приняв самодовольный вид. Эйемон почувствовал укол боли от напоминания об отсутствии Дейенерис, но ухмыльнулся. — Есть новости от Вечерней Звезды? — спросил он. Лицо Джейме тут же помрачнело. — Нет, пока нет. — Дай ему время. Я уверен, что он одобрит, — ободряюще сказал Эйемон. — Возможно, было бы лучше, если бы я все же остался Десницей, — притворно вздохнул Джейме. — Тогда бы лорд Селвин мне точно не мог бы отказать. — Ах, ах, брат, ты уже договорился с королем. Я теперь Десница, — игриво сказал Тирион, собрал свои принадлежности и направился к двери. Джейме и Эйемон весело переглянулись и последовали за карликом, чтобы отправиться каждый своим путем.