Режиссёр чувств

      Где остатки твоего трезвого рассудка, Ю Суён?       На помойке. Там же гордость. Самооценка. И настоящая Ю Джихи.       Всегда нужно выглядеть неотразимо. Чтобы скрыть, насколько она потерялась в себе. Суён перестала замечать, что правильно, а что на грани безумства. Точнее, она не хочет много думать. Когда придёт осознание, что она всё же делает со своей жизнью, начнёт ненавидеть себя.       На что Суён готова ради своей мечты? Стоп, не так. На что готова ради своей одержимости? Су готова калечить всю себя. Ведь всё так просто не дается в этой жизни, правда? Неважно сколько страданий принесёт желаемое. Но когда оно окажется её. В её руках. Любовь Ким Тэхёна… Что тогда? Суён страшно. Вдруг это не стоит всего этого?       Вчера, когда ушёл Тэ, она долго всматривалась в своё отражение. Не узнаёт себя в отражении. Так изменилась…       Согласилась. Смотря в его глаза, сказала, что сделает для него всё. Для чего? Чтобы быть значимой. Сделать хоть что-то для того, чтобы он был счастлив. Будет ли он? Наверное. Она? Никогда.       Это было ошибкой. Её соглашение. Ким Тэхён сплошная любимая ошибка в её жизни. Но она не сделает то, что он просит. Хотя, что такого в его просьбе? Ей казалось, что ничего необычного. Только она будто чувствует, что после этого она сломается. Потому что Тэхён будет счастлив, не заботясь, что будет с ней. Наверное? Скорее всего.       Чувствует. Кривится от неприятных ощущений. Об неё вытирают ноги. Каждый раз один и тот же человек.       Передумала. Она откажется.       Просит встретиться, и он назначает время в кофейне. Суён ненавидит это место, а Тэ к нему слишком привязался. А возможно, к кому-то?       Суён, зайдя, видит Миён, которая пустыми глазами уставилась в окно, на реку Хан. Не понимает. Что с ней? Сколько раз она её видела - у неё всегда такой жалостный вид, что ей даже иногда хотелось, чтобы она улыбнулась, ведь больно смотреть. И с другой стороны испытывала к ней зависть. Такую женскую и ядовитую. Чем она заслужила внимание Тэхёна? Что в ней есть такого, что нет в Су? Чего не было в Джихи?..       — Можно американо? — Миён переводит всё тот же взгляд.       Пару раз моргает, будто ещё находясь в своих мыслях. Но, быстро опомнившись и извинившись, выполняет заказ.       Суён не испытывает к ней ненависти. Она смотрела на неё и видела безобидного ребёнка. Вряд ли она может постоять за себя так, как она. Или соблазнять. Притворяться.       Тэхён говорил об её простоте, Су с ним согласна. Только вот в этой простоте она видела что-то поистине красивое. И только сейчас Миён почему-то жаль. Такие девушки, как она, заслуживают быть счастливыми. Точно как и Суён заслуживала. Ей жаль эту малышку, потому что, смотря на неё, она видела старую Ю Джихи. Она была точно такая же, как Миён. Мечтательная, наивная и слабая, но ненавидящая своё существование, а после…       Потом появился Ким Тэхён.       Такие девушки, как Миён, заслуживают быть счастливыми. Такие, как Суён… Она сама не знает.       — Ваш американо, — выдавив из себя улыбку, ставит стакан Миён, не понимая, почему её так рассматривают.       Тэхён успел поделиться чем-то? Даже не хочет знать.       — Ты в порядке? — Суён не понимает, зачем это говорит. Просто казалось, что Миён это необходимо. Ведь раньше она в этом нуждалась, только никто не спрашивал.       Миён теряется. Она никогда не говорила с ней. Да и старается сторониться компании Тэхёна.       — А ты?       — Думаю, мой ответ совпадёт с твоим, — Су улыбается, видя милую записочку на своём стакане.       Сидя за столиком и проверяя время, понимает, что Тэхён не знает, что девушки не должны ждать парня. Но, видимо, его не волнует, ведь знает: она дождётся. И за свою никчёмность и слабость ей хотелось хорошенько на себя наорать.       Услышав звон колокольчиков, внимание Суён сначала привлекает тёплая улыбка Миён. И она не была адресована Тэ, потому что видит совсем незнакомого парня, на котором она особо не задерживает внимание, и возвращается к экрану телефона.       — Ты ведь должен быть в офисе, — это не звучит осуждающе, ведь Миён рада видеть Юнги.       — Мои придурки накосячили, — тяжело вздыхает Юнги, положив ноутбук на столешницу. — Я половину сотрудников уволил. В офисе кипиш, поэтому решил приехать к тебе. Здесь тихо, и меня никто не будет отвлекать, — парень замечает новых клиентов, поэтому решает сам не мешать подруге и усаживается за свободный столик.       Суён же смотрит на уже погасший экран, а в голове повторяет одни те же слова «Тэхён, я не выполню твою просьбу!». И в это всё меньше верится, когда вспоминает взгляд блондина. Но она должна. Должна ведь?       Подняв голову, Суён обомлела, заметив, что парень напротив смотрит прямо на неё. Не то чтобы она удивлена мужскому вниманию. Вовсе нет. Взгляд парня пугающий. Если на неё и смотрели, то с улыбкой и горящими глазами. А его взгляд пустой, который непонятно что за собой несёт. От этого не по себе. Будто в душу хочет залезть.       Юнги даже не отводит взгляд, когда его спалили с поличным. Продолжает тяжёлым взглядом смотреть прям в её глаза.       Суён это бесит.       — Что ты делаешь? — не выдержав, грубовато спрашивает она.       — Сижу, — спокойно отвечает Юнги на недовольный голос девушки и опускает глаза к ноутбуку, продолжает печатать. — Что-то не так?       — Просто не смотри на меня, — сморщившись, говорит, пытаясь вычеркнуть из памяти эти глаза.       — Я и не смотрел, — легонько улыбнулся Юнги. — Просто рассматривал вывеску за тобой.       Ему явно весело, но не Суён. Хочет выставить её дурой? Хоть она и заметила, что позади вправду вывеска, но она знает, куда он смотрел точно.       Юнги больше её не беспокоил, занимался своей работой. Но Су всё равно чувствовала его взгляд, когда опускала глаза. Ей, видимо, уже мерещилось, потому что больше не ловила его глаз. Или он уже не пялился?       Опять звон колокольчиков.       — Мин Юнги, ты хоть иногда отходишь от Миён? — задорно воскликнул Тэхён, приметив сразу парня.       Суён испуганно смотрит на того самого парня, теперь рассматривая более детально. Не может быть.       Вот чего ты хочешь, Тэ…       — Чем тебе помочь?       — Мне нужно, чтобы ты влюбила в себя одного парня, его зовут Мин Юнги. Это будет сложно, но ты ведь справишься?       Она не ошибалась, Тэхён хочет этого, чтобы быть ближе к Миён. И что Суён будет с этого иметь? Только одну обиду. Ею пользуются. Ради другого человека.       Это глупая случайность, что они все здесь оказались. Или Тэ знал всё заранее?       — Почти никогда, — отвечает Юнги, смотря, как блондин, взяв под руку ошарашенную Су, ведёт к его столику.       — Мы можем скрасить твоё одиночество? — не услышав ответ, он почти насильно усаживает подругу и садится рядом, сказав, что задержался в пробке, хоть на самом деле задержался с одной знойной брюнеткой.       И Тэ не следует врать подруге. Потому что ей сразу ударили какие-то женские духи в нос и она заметила засос на шее парня.       — Миён, сделай, пожалуйста, сладкий латте, — обольстительно улыбнувшись, подмигнул блондин.       Его взгляд. Суён становится физически больно видеть, как он на неё смотрит. По-особенному. Не так, как на неё. На кого-либо. С Су всё в порядке. Правда, всё хорошо. Она просто будет жалеть себя в одиночку, что за столько лет не добилась даже такого. Она уверена, что видно, как её губы болезненно скривились, наблюдая за этим.       Никто ведь не замечает?       Никто. Только Юнги.        — Это Суён, Юнги, — представляет Тэ, многое говоря своим взглядом девушке. — Вы, мне кажется, один раз виделись, — немного нахмурив брови, вспоминает блондин.       Она не помнит, правда. А Юнги узнал. Был уверен, что не обознался.       — Он не особо улыбчивый, — смеётся Тэ, смотря на спокойное лицо друга. — Но на самом деле в душе просто лапочка.       Тэхёну самому смешно со своих слов. Ему даже кажется, что он вряд ли поведётся на Суён. Не то чтобы он сомневался в девушке, просто, зная личную жизнь парня, в которую он никого не пускал, и равнодушие к женскому полу, есть малая вероятность.       К столику подходит Миён. Тэхён тут же ёрзает на месте. На волосах у неё какие-то забавные заколочки в виде фиолетовых звёздочек. По-детски, но ей идёт. Тэхён улавливает приятный запах её геля, когда она подходит. Что-то мятное и свежее, но нерезкое. И Тэхёну хочется жадно вдохнуть, удерживая в себе этот запах подольше. Миён, поставив стаканчик и не посмотрев в его сторону, уходит.       «Горячий. Надеюсь, обожжёшься», — милая записочка на его стаканчике, которую он с улыбкой сдирает и с силой сжимает в кулаке.       — И чем ты занимаешься? — ради приличия спрашивает Суён, боковым зрением наблюдая, как Тэ не выпускает из-под наблюдения Миён.       Он как зверь. Кажется, секунда — и накинется на неё. Если и нет, то взглядом точно сожрёт.       — Если бы тебе было интересно, ответил бы, — этими словами Тэхён отвлекается на Юнги, а после на Су.       Всё совсем не по плану.       — С чего ты взял? — натянув улыбку, говорит Суён, опираясь локтями на стол, и, положив подбородок, невинно хлопает глазками. Это работает наверняка. Каждый вёлся на такую милашку. Каждый, но, видимо, не Юнги.       — У меня чутьё хорошее, — подмигнул он, смотря новые оповещения на ноутбуке.       — Су, отойдём? — кивает Тэ в сторону, видя, как подруга открыто сморщилась, смотря на Юнги.       — Я не смогу, — сразу выпаливает она, когда они выходят в коридорчик, который вёл к уборной. — Видел его? Мне не по силам, — качает себе отрицательно головой. — Я знаю, почему ты хочешь, чтобы он влюбился. Ты пользуешься мной, думая, что я никогда не откажусь от твоей просьбы, но тут я, пожалуй, откажусь.       Сумела сказать. То, что думала, то, что хотела, конечно, не смотря в глаза, но это не столь важно.       Думает ли Тэхён, что она никогда не откажет? Нет. Он уверен, что она сделает всё, как он скажет, и нужно это доказать.       Выдохнув через рот, блондин, зарываясь пальцами руки в её волосы, направляет её взгляд на себя.       — Я не пользуюсь тобой, — врёт и не краснеет, а Суён только иронично улыбается. — Юнги нужна девушка, которая разбудит хоть что-то в нём. Я ему помочь хочу, понимаешь? Я не заставляю тебя отдаваться ему. Твоё решение. Просто попробуй заинтересовать, завоевать его внимание, разбудить интерес.       Тэ видит, как Суён бегает глазками. Обдумывает. Ему это не нужно, поэтому целует.       Губительно для неё всё это. Когда он с такой отдачей и с таким желанием. Ломает все её предрассудки и воздвигает только одно — желание Ким Тэхёна. Слова его не просьба, а приказ. Потому что, если хочет быть близко, должна быть хорошей девочкой.       — Ну же, — Тэ, оторвавшись, трётся щекой об её. — Помоги мне. Я ведь нуждаюсь в тебе.       Знает, как давить, что говорить. Суён ненавидит себя. Сдаётся и соглашается. Ведь… Она готова сделать всё ради него. Ради его улыбки, взгляда и маленького признания.       Миён становится свидетелем их разговора. Оказывается, он любил не только над ней одной издеваться. Есть ли у него границы? Миён думает, что есть, потому что до убийства ведь не дошёл. Только морального.       — Юнги, — Миён подсаживается к другу, когда Тэ и Су после разговора тут же уходят из кафетерия. — Я случайно услышала разговор Тэхёна и Суён, — парень, отвлекаясь, поправляет её заколку и кивает, показывая, что весь во внимании. — Он попросил её соблазнить тебя.       Юнги только хмыкает, возвращаясь к своей работе. Ему, кажется, было более важным множество договоров, которые он не смог пересмотреть из-за маленького отпуска, нежели тратить время на это.       — Приготовишь мне крепкий кофе? — замечает взгляд Миён, которая ждала какой-то ответ. — Я сегодня ещё не должен выходить на работу, поэтому вечером иду в лофт. Ты со мной? Без тебя не пойду, — хмурясь, предупреждает, чтобы не получить отказ.       — Юнги, Суён…       Парень, только подавив внутренний смех, погладил по голове подругу, видя, как она переживает.       — Миён, я знаю. Я это сразу понял, так что не беспокойся.

***

      Это было самое ахуенное утро Чонгука за последнее время. До покалывания в пальцах. До прилива нежности в груди.       На соседней подушке лежала Ханни, мирно посапывая. И это всё, чёрт подери, так правильно. Он хочет всё это уберечь. Никому не показывая, насколько он вот так счастлив. Укрыться и рычать со словами «моё, не отдам».       Чонгук выучил Ханни полностью. Всю, без единого упущения. Ему не надо спрашивать, какое мороженое она хочет. Куда бы хотела поехать. Или спрашивать, в порядке ли она, потому что всегда замечает и без лишних слов.       Гук знает, что Ханни ночью обязательно заберёт у него одеяло. А через время, скинув то же одеяло на пол, прижмётся к нему со словами «холодно». И всегда через пелену сна он улыбался и ближе притягивал, согревая. Иногда даже сам просыпался и, замечая спящую, дрожащую девушку, притягивал к себе.       Точно так же и сегодня. Он скучал все дни расставания по этой привычке. И сейчас смотрит, как Ханни, сложив ладошки вместе и положив их под щеку, мирно спала.       Чонгук знает, что по утрам она ест хлопья с йогуртом и банановое молоко — его девочка тоже его любила. Прям создана для него. Он хочет встать приготовить ей завтрак. Но продолжает завороженно на неё смотреть, моментами улыбаясь, когда она немного морщит носик.       Ещё только один раз. Чонгук, опять не удержавшись, целует спящую Ханни в носик.       — Чон Чонгук, — жалостно хнычет Ханни, поворачиваясь в другую сторону и накрывая голову подушкой, чтобы спрятаться от парня. — Только попробуй ещё раз — и я тебя изобью!       Ещё одна особенность Ханни — ненавидит, когда её трогают утром, пока она спит. И терпеть не может утренние поцелуи. Да, как-то так. Страшная женщина в гневе. Но Чонгук из числа бесстрашных.       Схватив Ханни за бёдра, резко притягивает к себе, обнимая со спины.       — Я уже час на тебя смотрю, мне скучно! — трётся щекой о затылок своей девушки и обиженно бурчит.       — Какого чёрта?! — шлёпнула по руке парня девушка, а другой потирает глаза. — Пожалуйста, давай ещё поспим!       Ханни, повернувшись к Гуку и обняв, зарывается носом в его грудь. Она также по нему скучала. И знает, что он не может нарадоваться, что они опять вместе. Но, кажется, парень уже сумел показать это ночью. Плюс ко всему, у них ещё будет много времени. Всё успеют. Абсолютно.       Более часа они просто лежали и обнимались, и Ханни даже забыла о том, что слишком хотела спать. Опять Чонгук рассказывает истории, вызывая на её лице мягкую улыбку.       Сердце девушки, кажется, успокоилось. Чонгук ведь не позволит всё испортить Тэхёну. Через три дня они улетают, и всё останется в Сеуле. Все секреты и недосказанности.       — … поэтому мы обязательно пойдём на этот фильм, — Чонгук от неожиданности вздрагивает, когда чужая рука сжимает его задницу. Немного ошарашенно смотрит на спокойную Ханни, а та, оторвавшись и вскочив с постели, смеётся.       — Прости, мне нужно было убедиться, реальность ли это, — скрывшись за дверями ванной комнаты, весело объяснила девушка.       Чонгук тихо смеётся, потирая глаза, и поднимается, чтобы пойти на кухню и приготовить завтрак.       — Не говори никому, что мы вместе, — за завтраком говорит Ханни.       — Почему? — в недоумении спрашивает, взяв свободную ладонь девушки, и обнимает своими двумя. — Тэхён? Он что-то сделал тебе? Я вообще не понимаю, что тогда произошло.       — М, нет, он не виноват, — активно отрицательно качает головой. Хоть она и вправду не знала. Она изменила Чонгуку и есть доказательства, но Ханни чувствует, что её подставили. — Я тогда немного выпила… И ещё долго думала о том, как многие говорят… что я тебе не пара.       — Не смей, — жёстким голосом обрывает Гук. — Не смей про это думать и только попробуй опять уйти, потому что по мнению других мы не пара… Сегодня в лофте вечеринка, — Ханни тут же заметно напрягается. — Поэтому сегодня вряд ли кто-то будет беспокоить из друзей. Поужинаем где-нибудь или на фильм? А если хочешь, можем дома побыть или…       Ханни, приложив палец к губам Чонгука, целует.       — Я понял твой ответ, — усмехаясь через поцелуй, говорит парень, подхватывая свою девушку и направляясь с ней в спальню.       Вот так. Кажется, что нет ничего лишнего и всего хватает. Им никогда не будет скучно друг с другом. Не будет мыслей «возможно, любовь уже исчерпала себя?». Не будет. Потому что созданы были друг для друга. Так как они подходили друг другу, как никто и никогда.       Чонгук вдруг понимает, что если это не любовь, то что тогда?

***

      У Миён плохие воспоминания с лофтом. Хотя мягко сказано «плохие». Всё здесь пропитано блядством. Здесь пахнет каким-то дорогим и приятным освежителем, но Миён хочет прикрыть ладошкой нос. Точно такой запах был тогда. Неприятный страх пробегается по телу, когда она понимает, что последствия той ночи могли быть куда более пугающими, чем сейчас.       Прикоснувшись пальцами к холодной чужой ладони, она сильнее сжимает. Юнги в ответ сжимает маленькую ладошку, будто обещая, что с ней будет всё хорошо. Он ведь рядом. Но Миён всё равно не решается ступить шаг туда, где он.       Тэхён сидит на диванчике, обнимая Суён, которая что-то рассказывала. Он не особо её слушал, просто кивал и улыбался. Тэ думал, почему Юнги так задерживается. Но только когда переносит взгляд ко входу, его мысли теряют чёткость, ведь он восторженно посмотрел на Миён. Она пришла. За долгое время снова в его руках, на его территории. Но, как всегда, в сопровождении друга, который держал её за руку. Это, наверное, первое, на что обратил своё внимание блондин.       Всё время Миён не даёт к себе приблизиться. Если она была не в компании Юнги, то его сестры. Тэхёну нужно украсть её буквально на пару минут, чтобы показать кое-что. И он обязательно этого добьётся. Вся ночь ведь впереди?

***

      Суён садится на диванчик, потирая лодыжку, которая болела от каблуков. Тяжело вздохнув, осматривается по сторонам. Миён разговаривает с новой сестрёнкой Чимина, а сам парень на балкончике курит вместе с Тэхёном и Юнги.       Мин Юнги… Су никак к нему не относилась. Возможно, даже и напрягал, потому что, куда бы она ни пошла и ни посмотрела, всегда натыкается на него. И просьбу Тэхёна хоть и нужно выполнять, но она пока не спешит. Когда она и влюбляла в себя парней, то исключительно тех, кто ей был симпатичен.       Юнги простой. Может, его аура и пленит, но внешне он был обычный. Немного худощавый и кажется скучным. Суён в этом прям уверена. То, как он себя ведёт, кивая и еле улыбаясь, говорит об его занудстве. Как его соблазнять, она не понимала. Точно не разговорами, как с другими. Да и, кажись, в ней не заинтересован как в девушке, хоть и разок заметила, как он на неё посмотрел. Но этот взгляд был не больше секунды, не показывал своей заинтересованности.       — Ты преследуешь меня? — недовольно бурчит Су, замечая, как возле неё присаживается Юнги, закинув ногу на ногу, и держит в одной руке телефон, а вторую кладёт на спинку диванчика.       — Не знаю, — пожимает плечами, поднимая голову и смотря Суён в глаза. — Знаешь, я владею маниакальным взглядом, но я далеко не тот, за кого меня выдают мои глаза и внешность. А ты?       — Что я?       — Преследуешь меня? Может, я и не смотрю на тебя, но взгляд твой чувствую.       — Ты мне интересен.       — Угу, — фыркает, будто услышав шутку.       Между ними возникает молчание. Суён впервые не нравится притворяться. И парень, как она понимает, не горит желанием общаться, поскольку в его внимании только экран телефона.       — Никогда тебя не видела раньше, — возле Юнги присаживается девушка, которая с самого начала заметила парня.       Су только закатывает глаза, узнавая её. Видимо, на него могут западать только девушки, которые спят за подарки и деньги.       — Я тебя тоже, — не взглянув на неё, говорит Юнги.       Он знает, с каким она его интересом разглядывала. Чувствовал всё время её взгляд. Оценивающий. Сколько стоят на нём шмотки и кольца, которые были на его пальцах, и часы на запястье.       — Ты… загадочный, — неуверенно говорит девушка, пододвигаясь ближе, но Юнги тут же поднимает на неё жестокий взгляд, смотря на это действие. Видно, что его это не устраивает, поэтому только отрицательно качает головой и приказывает пальцем вернуться ей в исходное положение.       — Ты хочешь поговорить или потрахаться?       От прямоты парня Суён выпучивает глаза, а девушка на секунду теряется и как-то глупо улыбается, хлопая глазками. В таких ситуациях она ещё не была, и вопросов таких ей не задавали.       — Если первое, то я не знаю, о чём с тобой говорить. О новых трендах Ковалле? Я не силён в этом. А если второе — не заинтересован.       Девушка давится воздухом и постепенно бегает глазами по парню.       — Мудак, — гордо вздёрнув подбородок, выдала она.       И он не отвечает. Хотя, сколько раз Су натыкалась на то, как парни в ответ начинали обливать девушку грязью. Он просто промолчал.       Суён удивляется.       А Юнги любит удивлять.       — Ты отказался от секса, — выдвинув нижнюю губу, говорит она. — У тебя девушка есть, или тебе настолько они надоели?       — Я просто девственник, — заблокировав телефон и спрятав его, говорит серьёзно Юнги. — Свой первый раз хочу подарить девушке, которую по-настоящему полюблю, а так ни-ни.       Суён молчит. Охреневает, и молчит, и только может выдавить удушливо:       — Что?       — Что? — спокойно повторяет, выгибая одну бровь. — Я пошутил, — всё так же серьёзно говорит, а после улыбается, поднимаясь. — Но если ты захочешь поговорить, то я не против. Ты очень интересная личность. Заглянуть в душу, видимо, не всем даёшь, а я бы попробовал.

***

      От проницательного взгляда Тэхёна не спрятаться, не скрыться, но самое тяжёлое — его вынести. Он не подходит близко к Миён, ничего не говорит. Но его глаза на ней как отдельная пытка. Она была в простом чёрном платье на бретельках. И будто чувствовала, как его пальцы их опускают, от чего проходилась неприятная дрожь. Его желания прям чувствовались на собственной коже. От этого хотелось забиться в уголок или просто исчезнуть.       Миён не может спокойно слушать парня, который подсел к ним с Сорой, обделяя вниманием вторую. Ра же заинтересованно слушала нового знакомого. Ей он показался вежливым и довольно приятным. Да, слушать его приносило удовольствие.       Сора даже позволяет обнять себя за плечи. Она давно не чувствовала каких-либо непринуждённых прикосновений. А они такие и были. Без намёка и пошлости, как всегда было с Чимином. И что насчёт него… Конечно, ей было сложно не заметить его взгляд в этот момент. Раздражённый, но с лёгкой улыбкой, будто он всё равно рулевой. Будто держит всё под контролем.       — Можем выйти, — предлагает парень, склонившись над ухом девушки, и кивает в сторону. — Там есть балкончик, сможем поговорить без музыки.       Сора хочет отказать, потому что Миён одну оставлять она не будет. Раз уже оставила. Но она сама говорит, что отойдёт в уборную, поэтому Ра с удовольствием соглашается отойти с новым знакомым — Бомджу.       — Ты здесь под личной охраной? — с насмешкой говорит Джу, накидывая на плечи девушки свой пиджак. — Мне стоит бояться за свою жизнь?       Сора смотрит через панорамные окна внутрь лофта. Юнги подозрительно осматривает собеседника сестры. Да, взгляд брата пугал, она знает. Чимин же смотрел прям в глаза Соры, разговаривая с какой-то девушкой, которая стояла к ней спиной, пока он сам не отводил взгляд от Ра. Такой игривый и искусный.       — Не волнуйся, — отмахивается Ра и хочет присесть на широкие перила балкончика, но ей помогает парень, за что она в благодарность кивает. — За меня просто переживают братья.       — Братья? — как-то растерянно говорит Бомджу. — У Чимина есть сестра? Не знал…       — Ну, мы ещё не породнились, но после свадьбы наших родителей статус наш уже будет официальный.       — Интересно, — задумчиво говорит он, смотря на Чимина, но, когда взгляд встречается с его, поспешно отводит глаза, что не уходит от внимания Ра. — Терпеть его не могу, — выдыхает, встрепав волосы, и опирается локтями на перила.       — Ну, — задумчиво протягивает, смотря на Чимина, а после на растерянного Джу. — Я поначалу так же думала. Но он может быть нормальным, редко, но может.       — Мало ты его знаешь, — улыбаясь своим мыслям, начинает. — Я знаю его со школьных времен. Мы даже хорошо общались. Он был другим раньше, до встречи с Тэхёном. Чимин стал омерзительным… Двуличным, не доверяй ему, даже если вас связывает семья.       — Он что-то сделал тебе? — хмурится Сора, смотря на расстроенный вид парня, поэтому легонько встрепала его волосы, чтобы отошёл от этого состояния.       — Ничего, — отмахивается, улыбаясь.       Они опять отвлекаются на разные темы. Но это всё продолжается до того момента, пока их одиночество не нарушают.       — Не помешал? — ухмыляется Чимин, закрывая за собой двери, и подходит к перилам, закуривая и смотря вниз на ночной Сеул.       Бомджу хмыкает и старается дальше слушать Сору, которая даже не обратила на гостя внимание.       — Пусан действительно прекрасный город. Душевный? Да, я бы так его описала,  — улыбаясь, говорит Ра, смотря на ночной Сеул, — совсем другой. Ты обязательно должен посетить этот город!       — Как там твоя мама? — вдруг спрашивает Чимин, не отвлекаясь от ночного города. Сору раздражает, что он перебивает их разговор. Бестактность, она ненавидела в нём это. Ведь… она такая же.       — Иди на хуй, — оторвавшись от перил, шипит Бомджу, разворачиваясь к притворно удивлённому Чимину.       Сора, спрыгнув с перил, за руку останавливает парня, не понимая, что происходит. Может, Чимин и был спокоен, чувствуя своё превосходство, но Джу был готов растерзать его в любую секунду.       — Ну, — смеётся, почесав затылок и выкидывая окурок. — Эти слова я говорил твоей матери, и она, кстати, охотно скакала на нём, — кивая на свой пах, улыбается Чимин.       — Чимин! — в ужасе вскрикивает Ра. Она не готова такое слушать. Такую мерзость пусть держит у себя во рту и не смеет это все выливать.       Бомджу сжимает кулаки и хочет что-то сказать. Но его хватает только на то, чтобы по-быстрому смыться.       — Что? — удивляется Чимин, когда Сора его зло буравит взглядом. — Его мать меня сама соблазнила.       Это, кстати, была правда. Бомджу хорошо общался с Чимином, пока не застукал их трахающихся на кухне. Но она ведь сама его соблазнила, плюс ко всему, его мама была молодая и сексуальная.       Этот человек, Пак Чимин, не заслуживает доверия. Сора должна смириться с этим. Как бы она ни хотела оправдать все его грехи, ничего не изменит. Может, он и был привлекателен и его сексуальная аура заполоняла всё, заставляя хотеть чувствовать его, но всё же человечность куда важнее, чем порочная похоть.       — Когда я только хочу дать тебе шанс, — подойдя близко к парню, злобно начинает Ра, смотря на довольную улыбку, — ты доказываешь, что этого не достоин. Ты неисправим, видимо.       Недостоин?       — Я сделал тебе что-то плохое за последнее время? — хмурится, его бесит то, что Ра уверена в его неискренности. — Кажется, я отношусь к тебе очень хорошо. Да, мне сложно смириться, что мой отец с твоей матерью. Я, сжав зубы, молчу, стараясь смириться. Ничего не предпринимаю. Тебе недостаточно этого? — Сора насмешливо фыркает, а Чимин, встряхнув её за плечи, опускается на уровень её глаз. — Слушай, после нашего разговора я понял одно. Ты достойна самого лучшего. И он, — Чимин кивает на выход балкона, куда недавно зашёл Бомджу, — не лучше. Он поступает с девушками как последний мудак. Не хочу, чтобы ты оказалась в их числе. Кажется хорошим? Кажется. Он - двуличная тварь.       — Он говорил то же про тебя, — хмыкает Ра, отворачивая голову вбок и забирая спавшую прядь. — Кому посоветуешь верить, Пак Чимин?       — Не буду говорить, что я лучше него. Но выбор за тобой, — спокойно ответил Чимин, возвращаясь обратно.       — Легко сказать, — выдыхает Сора, когда остаётся одна на балкончике.

***

      Миён, поднявшись на второй этаж, где была уборная, хочет зайти, но ей преграждает путь какой-то незнакомый парень. Пытается обойти, но парень снова не даёт пройти.       — Меня попросили тебе кое-что показать, — бесцеремонно хватая Миён за локоть, ведёт в какую-то комнату.       — Отпусти! — начинает вырываться, но тот, не обращая внимание, волочит за собой брыкающуюся девушку.       — Боже мой, спокойно, — хмурится парень, когда Миён начинает его бить кулачками. — Тэхён сказал, чтобы ты была послушной, или сама знаешь что…       Эти слова тут же обезоруживают Миён. Конечно. Без шантажа никуда. Одно слово о Ким Тэхёне — и целый осадок противных ощущений. Как же хотелось бы их стереть.       — Ничего плохого не будет, можешь расслабиться.       Легко сказать, когда он запирает за Миён двери, ведя её беспомощную к балкончику.       — Он сказал, чтобы ты смотрела и училась, — парень, стоя позади, кивает на стеклянные двери балкончика, которые вели в другую комнату.       Не понимает. Совсем ничего. Тэхён, видимо, привык так играть. В полном неведении.       В полумраке другой комнаты Миён замечает Тэхёна. Не одного, с какой-то девушкой. Они страстно целуются, и блондин, подхватив её под ягодицы, вместе с ней валится на кровать.       — Смотри, — парень сжимает плечи Миён, удерживая на месте, когда та хотела развернуться.       Тэхён переворачивается на спину, усаживая девушку на бёдра. Давая ей право вседозволенности. Будто он тот леденец, о котором она долго бредила. И это, возможно, так. Потому что девушка до конца не может насытиться такой сладостью, как Ким Тэхён. Расстёгивает его рубашку, укрывает поцелуями, не оставляя обделённым вниманием каждый сантиметр. Блондин немного тяжело выдыхает, когда она прикусывает его сосок. Это все так запретно и до боли возбуждающе. До боли в штанах.       — Не хочу, — Миён отрицательно качает головой, чувствуя, как её тошнит от этой развратной картины.       Но всем плевать, чего хочет Миён. Она должна смотреть. Учиться и знать, как себя вести с Тэ. Как другие девушки текут только от его взгляда, мечтая почувствовать его бледную кожу на вкус.       Тэхёну сносит крышу, когда им так восхищаются. Это только больше разогревает всё внутри. Хочется так же. Чтобы Миён его ласкала, целовала, говоря, как эта девушка, что он слишком идеальный. Слишком для этого мира.       Одним резким движением Тэ переворачивает девушку на спину и, не удосужившись раздеться, только растягивает ширинку наспех, надевая презерватив. Глубокий толчок и взгляд туда. Там, где Миён. Наблюдает за окном. И взгляд его говорит: «Нравится?» И это будто крутится на языке каждый раз, когда он сильнее вдалбливается в девушку, которая стонала, как последняя шлюха.       Нет. Не нравится. Миён закрывает глаза. Потому что он взглядом приказывал представлять на месте этой девушки себя. Противно. Слушать громкие стоны и шлепки тел.       — Хватит, пожалуйста, — тихо шепчет Миён, качая отрицательно головой и пытаясь выкинуть все эти звуки из головы.       — Смотри, дура, — грубо надавив на затылок, рычит парень, и Миён непроизвольно открывает глаза.       Тэхён ставит девушку в колено-локтевую. Натягивает на кулак волосы и с новой силой вытрахивает девушку, облизываясь и смотря в глаза Миён.       — Мне нравится, — хрипит парень, качнув бёдрами вперёд. Миён, почувствовав напряжение в его штанах, резко оттолкнув, убегает.       Закрывшись в уборной, дрожащими руками умывает своё лицо холодной водой. Закусывает в бессилии нижнюю губу, почти прокусывая.       Что он хотел этим добиться? Миён до побеления костяшек сжимает раковину. Ужасное чувство, когда она понимает, что вместе с этой девушкой во власти его была и она. Миён часто закрывала глаза в то время, когда Тэхён её брал силой. Пыталась отгородиться. Отключить сознание. Чтобы не рыдать и не приносить удовольствие этому ублюдку. А его это не устраивало, натягивая её волосы, приказывал смотреть в его глаза. В глаза своего насильника. Может, Миён уже так прочувствовала и привыкла к боли, что, когда она чувствовала горячие дорожки, которые скатывались к виску, только тогда понимала, что плачет от боли.       Простояв так пару минут и ещё раз умывшись, Миён на ватных ногах спускается вниз.       Юнги сидит на диванчике в компании Соры, Чимина, Суён и… Тэхёна. Его секундный взгляд слишком обещающий, а Миён хочет только сплюнуть от этого. Желательно ему в глаза.       — Как тебе? — этот вопрос заставляет всё внутри замереть, когда Миён садится возле Юнги и Соры. А напротив детский заинтересованный взгляд смотрит прямиком на неё. Прям в душу.       Не отвечает, просто бросает на него взгляд, в котором можно без слов всё понять, от чего тот только, улыбаясь, фыркает.       — Продолжаем? — вдруг говорит Суён, заметив это. Переводит взгляд на присоединившуюся Миён, которая пришла с одной целью. Поскорее уйти из лофта. — Мы играем в правду или ложь. Вопрос — ответ. Хочешь промолчать, выпиваешь содержимое, — кивает на стол, заставленный рюмками.       — Продолжаем, — вмешивается Сора. Она уже прочувствовала привкус этой забавной игры. И останавливаться не намерена. — Сыграем и будем ехать, — тихо шепчет Миён, заметив её бесстрастный вид к происходящему.       — Пак Чимин, — прочистив горло, обращает на себя внимание Юнги. Чимин, закинув ногу на ногу и пройдясь пальцами по волосам, показывает, что он во внимании. — Знаешь, я многое замечаю в людях. Вижу их насквозь, ты не исключение, — Чимин напрягается, но тут же распрямляет плечи. — Это правда, что тебе нравится моя сестра?       Чимин сразу же смотрит на Сору, которую не особо смутил вопрос брата. И она будет вруньей, если скажет, что ей не интересен ответ. Правдивый ответ.       — Правда, — облизнувшись, смеётся Чимин. — Откуда такие выводы?       — Если думаешь, что я позволю в моём присутствии смотреть на её декольте, то ты немного приохуел, — сощурив глаза, отрезал Юнги.       Он сильно любит свою сестру. Оберегает и лелеет, хоть и иногда может быть слишком грубым. Но он прекрасно видит, сколько пошлой мерзости в глазах Чимина к его сестре. Он просто держался всё время, чтобы не вырвать ему глаза. Юнги бы даже хотел поделиться, как в тайне корректировал поведение бывшего сестры Кыхёна. Один мудак уже был, второго он не подпустит. Но Чимину это не важно. Ему вообще всегда всё равно на других. Отчасти, конечно.       — Не забывай, что она якобы будущая сестра и такое поведение в обществе наших родителей непозволительно, хочешь неприятностей в СМИ? Мне кажется, твоя личность уже достаточно очернена…       — Юнги, хватит, — тяжело выдыхает Сора.       Она уже это слышала. Буквально пару дней назад, когда брат увидел, как Чимин подвозил её к нему. Даже если Чимин и не кровный, но, если их общество что-то прознает или усомнится в родственных связях, это будет скандал. Поэтому Юнги сразу обрубил все мысли сестры о каких-либо любовных отношениях. Однако Сора даже и не думала об этом. Но ведь не Чимин.       — Ещё один вопрос, — Чимин удивлённо поднимает брови и только кивает. — Твой отец изменял матери?       — Правда, — спокойно пожимает плечами. Хоть чувствует раздражение. — Все ведь люди совершают ошибки. Главное — делать выводы. Кстати, отец не умеет это делать, если не остался с матерью. Ведь она простила его. Мой вопрос, — не церемонится Чимин, осматривая всех присутствующих. И, конечно, не забыв опустить взгляд на декольте Соры. Незаметно? Может быть. — Юнги, правда, что у тебя в штанах член отсох, потому что ты не знаешь, как им пользоваться?       Миён морщится и буквально смотрит на входные двери. Это всё не для неё. Сора также не слишком хочет слушать об интимной жизни брата, и ей ещё больше становится противно от Чимина. Он неисправим.       — Мне, кстати, тоже интересно, — сдерживая смех, встревает Тэхён, а Суён наблюдает за спокойным выражением лица Юнги, которое сложно прочесть.       — А ты хочешь проверить? — серьёзно спрашивает Юнги. — Наслышан о твоём разврате. Думаю, тебе трудности не составит.       — Могу, — поиграл бровями Чимин. — Не ответишь? Тогда пей?       — Оставлю тебе почву для размышления на ночь, — ухмыляется Юнги, выпивая стопку содержимого.       — Я хочу задать вопрос, — вдруг встревает Суён. — Юнги, я тебе противна? — он явно удивляется её вопросу. Вообще в заинтересованности его мнения.       — Правда.       Суён отводит обратно взгляд. Ей всё равно на его ответ. Но не сказать, что приятно. Он тоже не вызывает симпатии. Но чтобы отвращение…       — Тэхён, — тихо говорит Миён, от чего все в удивлении уставились на неё. — Ты умеешь любить?       Суён улыбается своим мыслям. Она не раз задавала себе этот вопрос.       — Конечно, правда, — цокает языком, смотря на неё по-детски обиженно. — Девушек? Люблю. Недавно любил одну сверху, — кивает на второй этаж, вызывая неприятные воспоминания в голове Миён. —  Любить можно по-разному. Моя любовь специфическая, в ней мало кто нуждается. Если узнают, каково это… по-настоящему.       — Как ты дожил до двадцати четырех, если никогда не показывал её? Есть такое выражение: «Ты на самом деле человек только тогда, когда умеешь любить».       Дожил?       Ну как-то так.       С божьей помощью.       — Моей любви никто недостоин, — приложив ладонь к сердцу, вздыхает Тэ.       — Как высокомерно и в твоём стиле, — улыбается Юнги.       — А что? — удивляется Тэхён, раскидывая руки на спинке диванчика. — Я человек, Миён. Я люблю, например… Своих родителей, и это правда. Такой ответ устроит?       И почему он вообще оправдывается? Для кого? Зачем? Его волнует чьё-то мнение? Нет, не так, его волнует её мнение? Глупость, он даже усмехается этой мысли. Выхватывая из рук Чимина стопку и залпом выпивая её, не отрывает взгляд от Миён. Ну же, расслабься немного, станет лучше.       — Миён, ты девственница? — Тэхён только ухмыляется, когда слышит вопрос Чимина. Он сегодня точно получит в челюсть от Юнги.       Миён смотрит внимательно в глаза Чимина. И так же не отрывая взгляд, выпивает содержимое стопки.       — Тэхён, — вдруг начинает Сора.       Она не так-то и интересовалась парнем. Ей хотелось вообще никогда про него не знать. Первые впечатления были не лучшими. Он вгоняет какой-то страх и безумие. Тэ ведь не может быть настолько сильным, как выражают его глаза.       — Ты чего-нибудь боишься?       — Все люди чего-то боятся, — и опять напоминания о его человечности. Миён даже хочет спросить: это он себе напоминает или другим? — Если что-то становится тебе дорогим, сразу возникает страх потерять…       Внутри что-то неприятно дёрнуло.       Он терял.       И не может избавиться от чувства вины.       — Тебе кто-то настолько дорог? — ухмыляется Сора, потому что звучит как-то заученно и слащаво.       Нету. Уже нет того, кто ему настолько дорог. И не хочет, чтобы кто-то становился. Никакой-либо друг или, хуже того, девушка.       — Может, это девушка? — примитивно думает Ра.       — Да. Я боюсь, что в нужный момент не окажусь рядом, — он прошёлся по всем взглядом, на долю секунды остановившись на Миён. — Что в нужный момент не сумею остановить её побег от меня.       Миён рвано выдыхает. Его слова. Это пустая тягость к ней. Тяжкая для неё и забавная для него.       — Суён, — обращает на себя внимание Юнги. — Это твоё настоящее имя?       Это не нужно было спрашивать. Это слишком больная тема.       — Я выхожу из игры, — поднимаясь и не глядя, говорит Суён, покидая их компанию.       Юнги заинтересованно провожает девушку взглядом. Но это длится буквально пару секунд, после он замечает улыбку Тэхёна, который просто отмахивается, будто ничего особенного.       Все обращают своё внимание на парня, который в наглую уселся за стол, выпивая одну стопку содержимого и внимательно смотря на Тэхёна. Явно каждый напрягся или удивился такой борзости. Но не Тэ. Он просто выдыхает и закатывает глаза.       — Господи, Уджин, избавь меня от своей компании! — весело улыбаясь, смотрит на нервный взгляд парня.       Тэхён частенько помогал отцу. Их семья владела самым известным банком Сеула. И отец Тэхёна частенько просил заключать договоры о недвижимости и договариваться с другими компаниями насчёт акций. Ровно три недели назад, когда он пришёл в офис, на его брендовую рубашку от Марка Джекобса этот самый Уджин вылил холодный кофе. Извинялся, кланялся чуть не к ногам. Тэ, просто улыбнувшись, отрицательно махал рукой, мол, ничего страшного. Это ведь просто рубашка.       Его, блять, любимая!       Когда Тэхён заметил, что он решил взять кредит, тут же подойдя, прислушался. Как оказалось, он хотел взять деньги, для того чтобы открыть забегаловку с какими-то семейными блюдами её мамы. Дурак. Кто приходит в такие банки брать для такого дела кредит? Очевидно же, что откажут. И это была намерена сделать сотрудница банка. Но Тэхён, остановив её, сказал, чтобы дала кредит и даже что они обеспечат место. Уджин от радости чуть руки не целовал Тэ. Только когда пришёл через две недели с мамой, чтобы посмотреть на место, женщина, схватившись за сердце, обомлела. Место оказалось на самой развратной улице Сеула. Где были какие-то подпольные бордели и секс-шопы. И, кстати, место их магазинчика обустроили. Только на вывеске ни одного приличного слова, а на окнах какие-то порно-фотографии.       Каждый день Уджин приходил к офису, намереваясь подать в суд на банк и Тэхёна. Болван. Угрожал постоянно, мол, из-за него у его матери чуть сердце не выдержало и она сейчас в больнице.       — Ты самая настоящая мерзость этого города, — выплёвывает Уджин, а Тэ очень внимательно слушает и кивает. Чимин же только раздражённо выдыхает. Другие просто наблюдают, и только Миён пытается сдержать улыбку.       Она полностью согласна с парнем.       — Зато какая красивая, правда? — улыбается блондин, беря стопку выпивки, но парень со злости выбивает из его руки, от чего она разбивается о пол и осколки разлетаются по залу. Музыка остановилась — и всё внимание на них.       Это он зря. И вообще, плохая идея была посметь прийти в его лофт.       — Фу, как грубо, — цокая языком, говорит Тэ, поднимаясь на ноги, а за ним тут же Уджин, который просто мечтал накинуться на парня, а Тэ тут же отрицательно машет рукой.       — Не буду я о тебя руки пачкать, успокойся.       — И я. Просто хотел поделиться твоим секретом.       Тэхён смеётся. Даже театрально вытирает с уголков глаз невидимые слёзы.       — Не знаю, как понять то, что я достал, но, — Уджин переводит взгляд на всех сидящих за столиком. — Вы знали, что Тэхён убийца?       Блондин, не сдержавшись, смеётся в голос, хлопая в ладоши, больше раздражая Уджина.       — Моральный? — похлопав по щеке парня, выгибает бровь. — Ну, этим не удивишь.       — Ты псих! — воскликнул парень, отталкивая его в плечи. И Тэхён просто переводит дыхание, напоминая себе, что этот парень недостоин, чтобы он марал руки об него. Об таких пустышек, как он, только ноги можно вытереть. Кстати, прекрасная пара его простушке.       — Ты точно кого-то завалил! Думаешь, что, если с золотой ложкой в зубах, всё позволено?       Ну да. А как же по-другому? Тэ уверен в этом.       — Просто расскажи, кого это ты так изувечил на этом листке? Красок красных не пожалел. Что, кошмары мучают, если рисуешь такое?! — Уджин тут же из кармана вытягивает листок.       Тэхён треснуто улыбается.       Не может быть. Его рисунок не мог оказаться в его руках. Как это, блять, вообще возможно?!       Нервно сглатывает. Это его больная фантазия. Этого просто не может быть.       Он забыл. Чёрт, на какое-то время. И вот опять. Будто в него всаживают нож. Снова. И опять. Бесконечно.       Тэхён продолжает улыбаться, потирая глаза. Ну же. Держись. Представь, что в его руках не твой рисунок. Спокойствие. Контроль. Дави эту боль, которая с новой силой подкатывает.       — Этот человек долго мучился?       Зря. Всё зря. То, что Уджин пришёл. То, что он делает. И то, что Тэхён думал не отреагировать.       Это бьёт слишком внезапно и даже печально. Пиздец, как больно, и очень много злости. Она горячая, чёрная, и заполняет собой всё.       Убрав с глаз ладонь, Тэ сжав кулак, бьёт парня в челюсть.       — Юнги! — в страхе тянет за рукав парня Миён, смотря, как Тэхён безжалостно начинает избивать парня, повалив того на пол.       И самое страшное, от чего её кидает в холодный пот. Это улыбка Тэхёна. Удовлетворенная. Именно тогда, когда он придавливает его щекой к полу и осколки стакана врезаются в кожу, а Уджин кричит. Это чудовищно.       — Всё нормально, — только и говорит Юнги, закрывая глаза Миён. — Он остановится. Но это заслуженно, Миён.       Чимин тоже спокойно сидит и, когда Сора срывается с места, резко усаживает назад.       Тэхёна засасывает. Снова и снова. Он был бы не против убить парня, но, когда тот уже не имел сил сопротивляться, останавливается. Поднимает сложенный листок с пола, понимая, что он пропитан кровью. Настоящей. Тэхён потирает ладонью лицо, чувствуя горячую жидкость на лице, которая украсила его.       Сжав в кулак листок, он просто уходит. Всё внимание людей на нём. Видимо, у многих в лофте вид милого ангелочка в его лице пал. Так, как и Тэхён.       — Любить больно, — улыбается Тэхён, садясь за руль своего автомобиля. — Сука, любить больно! — кричит, ударяя кулаком о руль, и кладёт голову на руль, осматривая свою кровавую руку. — Я больше не могу, — прикрыв глаза, шепчет, со всей силы сжимая пальцами свои волосы.       Особенно любить больно, когда у тебя нет выбора. Потому что это в тебе с рождения заложено. И Тэхён не бездушная тварь. Он не смог избежать участи. Любил. Больше своей жизни и продолжает.       В голову будто вгоняют гвоздь. Кривится. Изнутри рвёт. Ломает. Но на лице он спокойный. Он привык уже не чувствовать физической боли. Она ему даже в наслаждение. Так хоть живым себя чувствует. Внутренняя? Это уже не та боль, как раньше. Это терпимо. Просто каждый раз первый удар неожиданный и болезненный, а после полное бесчувствие.       Зайдя в свой номер, Тэхён валится на кровать. Он должен смыть с себя кровь, покурить и лечь спать. Но вместо этого смотрит в окно, продолжая сжимать листок. Он его ни на секунду не выпускал, будто боясь, что кто-то увидит.       Ёнтан, подойдя к хозяину, обнюхивает руку и только скулит, поджимая хвост. Чувствует, каково хозяину, а Тэхён просто не реагирует на него, что совсем не характерно.       Есть один человек в его жизни. Дорогой, самый любимый. Слащаво, наверное, выйдет, но это его мама. Ещё с детства она помогла Тэ справляться с его странным мышлением и поступками. Она была словно маяк. Говорила, как правильно поступать и зачем.       Выдохнув, Тэ берет телефон и набирает заученный номер. Когда он последний раз с ней говорил? Тяжело вспомнить. Он греет пустую надежду, что поднимет. Он просто хочет спросить, что делать, как бороться. Она ведь всегда находила ответ. Помогала справляться. Говорила, что он неправильно делает в своей жизни. Наверно, если бы Тэ всё рассказал, боялся бы услышать, что он делает всё неправильно. Тэхён не хочет расстраивать маму и видеть грустные глаза. Она должна гордиться своим единственным сыном, но даже со всем этим... Он уверен, это единственный человек, который его примет. Вот таким, какой есть. Со странностями.       Видя, как дрожат пальцы, он пытается успокоить себя.       Вдруг на этот раз поднимет?       Ему так хочется в это верить.       Но стоит ему только нажать на вызов, слышит гудки и сразу автоответчик.       Значит, не поможет. Значит, справляйся сам. Значит, ищи сам выход.       — Мама, — грустно улыбаясь, смотрит в экран. — Ты ведь должна помочь сыну, правда?       Пробует опять набрать. Ничего.       Можно набрать папу и сказать, чтобы он сделал так, чтобы мама подняла трубку. Тэхён знает — отец разозлится. Поэтому со всей силы бросает телефон в стену, который тут же разлетается.       Перебирает свои мысли. Всё то, что он пережил, через сколько кругов ада прошёл, уничтожило его человечность. Есть только воспоминания, то, что он рисует на листках, и думает, что окончательно свихнулся. Его приступы иногда так сильно бьют, что Тэхёну кажется, он не выдержит и из-за очередного передоза может убиться.       Горечь идёт откуда-то изнутри, поднимается к горлу и обжигает — сглатывает, но не помогает.       Он не любит себя таким. Слабым и никчёмным. Нет, не то чтобы этот Тэхён был хорошим. Та же мразь, просто очень чувствительная. Он боготворит того, себя другого, который был буквально пару часов назад. И он его вернёт. Потому что завтра в универе появится всеми любимый, обычный Ким Тэхён.       Не помнит, в какой момент поднялся с кровати и взял иглу с героином.