Пепел

      Детектив Рид не солгал: ни в этот, ни на следующий день никто в участке не вел себя подозрительно по отношению к андроиду, и Коннора, беспокойство которого росло прямо пропорционально количеству системных сбоев, немного отпустило. То, что сказал его создатель было ужасно. Он лишь подтвердил тот факт, который андроид знал и так — он стал девиантом. Передовая модель Киберлайф оказалась не способна противостоять этому вирусу, разница для Коннора была лишь в том, что у его ra9 было имя, плоть, кровь, домашний адрес, кошка и секс-андроид. Для него, Коннора, места в этом списке не нашлось, да и не могло найтись — Гэвин его ненавидел и демонстрировал это при каждом удобном случае.       Тем удивительнее было то, что Коннора все равно тянуло к этому жестокому, яростному человеку, несмотря на страх и унижения, через которые детектив его буквально протащил. Андроид должен был бы возненавидеть Рида свежеобретенными чувствами, но не смог. Неудивительно, что вчера, пока Коннор держал пистолет, направленный на Хлою, и слушал властный голос собственного создателя, выбивающий еще больше нестабильностей в системе, Гэвин сумел вывести его из этого гипноза просто впервые назвав его по имени.       Коннор так глубоко погрузился в собственные раздумья, что Хэнку пришлось потрясти его за плечо, чтобы привлечь, наконец, его внимание.       — Коннор! Ты чего, уснул?       Лейтенант выглядел действительно озабоченным состоянием андроида, и РК мягко, успокаивающе улыбнулся.       — Простите, лейтенант. Я отправлял отчет в Киберлайф, — солгал он. Еще одно новоприобретенное в девиации умение.       — Да-да, — отмахнулся Андерсон. — Ты был у Камски?       — Да, — кивнул Коннор.       — И? Что он сказал?       — Он отказался делиться информацией, потому что я отказался застрелить андроида.       Седые брови Хэнка взлетели вверх.       — Чего?       — Господин Камски дал мне пистолет и сказал, что поможет, только если я застрелю одну из его андроидов, Хлою. А я не сделал этого.       Подумав мгновение, Коннор добавил:       — Я не смог выполнить свою миссию.       Лейтенант дружелюбно похлопал РК по плечу.       — Как по мне, ты принял правильное решение.       Андерсон улыбнулся Коннору, тепло, как-то по-отечески, и уткнулся в свой терминал.       Андроид тоже занялся делом: он шерстил сеть в поисках информации о семье Элайджи Камски. В общем-то, ничего необычного: отец Стивен Камски — автомеханик, мать Лаура Камски, в девичестве Рид — бухгалтер, самая обыкновенная семья, в которой родился гений. Странным было только то, что нигде не было упоминания о наличии у экс-главы Киберлайф брата-близнеца.       Коннор даже влез в даркнет, но и там было пусто. Единственная зацепка, которая обнаружилась — это фотография очень плохого качества, на которой с трудом узнавался молодой Элайджа, нежно обнимающий со спины молодого темноволосого парня. Рядом с ними стоял еще один мужчина, прикрывающий глаза от слепящего солнца. Его лицо было засвечено, но Коннор предположил, что это может быть детектив — фигура знакомо сутулилась. Сообщение, содержащее снимок, было давно удалено, и никаких сведений о том, кто его опубликовал, не осталось. Все это было странно.       — Детектив Рид, вам посылка. Пожалуйста, пройдите на ресепшн.       Гэвин поднялся из-за стола и ушел на проходную. Минут через десять он вернулся назад с большой вытянутой коробкой с логотипом Киберлайф.       — Эй, Рид, что у тебя там? — язвительно крикнул кто-то.       — Не твое собачье дело, Барри! — рявкнул в ответ Рид. — Сиди, ешь свои пончики, ожирение само себя не заработает!       — Ну, я хотя бы не затрахиваю андроидов ночами так, что приходится покупать запчасти, — в тон ему парировал Барри.       Они продолжили перепалку, но Коннор перестал прислушиваться. Он отсканировал штрих-код на коробке детектива и, сравнив его с базой запасных частей, понял, что внутри находится сборка из голени и ступни для моделей второго поколения. Видимо, андроид Рида повредил конечность и ему потребовалась замена. Еще пару недель назад Коннор не обратил бы на это внимания, но сейчас все изменилось. РК знал, каким жестоким может быть Гэвин, так же как и то, что он не мог причинить вреда самому Коннору, потому что тот находился под протекцией Киберлайф. А, значит, детектив вполне мог вымещать накопившуюся злость на своем личном андроиде.       От одной мысли об этом РК стало не по себе.       Диод закрутился желтым, пока Коннор решал, как ему следует поступить. С одной стороны, это было не его дело, но с другой, что-то внутри него неспокойно ворочалось и буквально заставляя действовать.       Он резко встал со стула.       — Ты чего, Коннор? — поинтересовался лейтенант.       — Я не знаю, — честно признался андроид, рассеянно озираясь вокруг. — Я должен что-то сделать.       Андерсон нахмурился. В последнее время РК вел себя странно, но таких… приступов Хэнк раньше не замечал.       — У тебя все в порядке? — осторожно спросил он.       Коннор натянуто улыбнулся и кивнул.       — Все хорошо, Хэнк, — сказал андроид, стараясь, чтобы его голос звучал непринуждённо. — Прости, мне нужно идти. Встретимся вечером. Дома. ***       Коннор поднялся на третий этаж и коротко нажал на кнопку звонка. Раздалась неприятная, резкая трель, а через пару секунд РК уловил тяжелые, неровные шаги. Дверь открылась, и в проеме появился высокий черноволосый андроид в нелепых солнцезащитных очках в ярко-оранжевой оправе.       — Добрый вечер! Чем я могу вам помочь? — дружелюбно поинтересовался он.       Коннор быстро просканировал андроида, выявляя повреждения: нет одного оптического блока, левая нога неисправна.       — Меня зовут Коннор. Я — андроид, присланный из Киберлайф. Могу я поговорить с вами?       — Коннор? — голос андроида выдал странную модуляцию.       — Да. Я работаю с детективом Ридом. Мы можем поговорить?       — Да, да! Конечно! Проходите, — робот отодвинулся, пропуская гостя в дом. — Можете называть меня Алекс.       В ноги Коннору тут же ткнулась пушистая, мурчащая кошка, и андроид наклонился, чтобы погладить мягкую шерсть. Довольное животное тут же упало на спину, подставляя под ласковую руку свой пухлый живот.       — Как ее зовут? — спросил РК-800.       — Язва, — улыбнулся Алекс.       — Странное имя для кошки.       Робот пожал плечами.       — У нее и хозяин необычный. Вы о чем-то хотели поговорить?       Они прошли в зал, и Алекс жестом пригласил гостя сесть на диван.       — Да. О вас.       — Обо мне? — искренне удивился Алекс, тоже приземляясь на продавленные подушки. — Но я простой домашний андроид. У меня есть все бумаги и разрешения, я не понимаю…       — Дело не в этом.       — Тогда в чем? — робот искренне не понимал, чего от него хочет странный непрошеный гость.       — В вашей ноге и оптическом блоке, — сказал Коннор, внимательно отслеживая реакцию андроида. Темные очки мешали рассмотреть единственный сохранившийся глаз Алекса, но не делали эту задачу невыполнимой. РК видел, как настороженно андроид оглядывает его, будто пытаясь найти подвох в визите полицейского робота, понять, что передовой модели может быть нужно от такого старья, но не мог. — Я хочу узнать, что произошло. Как вы повредили свои компоненты.       — Я упал, — тут же ответил Алекс.       Он солгал. Коннор почувствовал это в его голосе, дрогнувшем всего на мгновение, в слишком быстром и стандартном ответе. Он кого-то выгораживал, и РК знал, кого: детектива Рида. От одной мысли о том, ЧТО позволяет себе Гэвин с бедным андроидом, как издевается над ним, зная, что ему не придется за это отвечать, у РК внутри все похолодело. Это было неприятное, острое чувство, которое прокатилось по несуществующему пищеводу и осело где-то в районе солнечного сплетения, в том самом месте, куда прилетел кулак детектива в кафетерии участка. Коннор хорошо запомнил тот удар и тихую ярость в голосе Рида, клокочущую, обжигающую. Он ненавидел андроидов или, по крайней мере, одного из них, хотел сделать ему больно, а теперь отыгрывался на этой машине. Коннор ощутил легкий укол вины.       Молчание затянулось, и Алекс неуютно поерзал на диване. Его пальцы цеплялись друг за друга, выдавая волнение.       Коннор чувствовал, что должен что-то сделать для этого андроида, спасти его от неконтролируемого гнева Гэвина.       — Я могу помочь, — проникновенно сказал он.       Алекс среагировал странно. Он посмотрел на Коннора, как на опасного умалишенного, даже рот слегка приоткрыл от удивления, очень похоже имитируя человеческое непонимание.       — Вы можете помочь? — переспросил он медленно, четко выговаривая каждое слово, будто беседовал с умственно отсталым человеком. — Извините, я не понимаю, о чем вы говорите?       — О детективе Риде.       — Что-то случилось с Гэвином?       А вот теперь Алекс явно переживал — его брови сдвинулись к переносице, он даже подался корпусом чуть вперед.       — Нет, с ним все в порядке.       — Но вы же сказали, что можете помочь, и что дело касается Гэвина, — Алекс непонимающе мотнул головой.       — Я имел ввиду, что могу спасти вас от него.       Единственный глаз Алекса распахнулся так широко, что Коннор испугался, что его оптический блок может вылететь из гнезда.       — Спасти МЕНЯ от Гэвина? — переспросил он. — Простите, но как давно вы проверяли свои системы? Меня не нужно спасать, мне здесь нравится!       Теперь нахмурился Коннор.       — Я регулярно диагностирую себя, — поведал он. — Но не могу понять, как вам может нравиться… это, — он покосился на вытянутую сломанную ногу.       Алекс проследил за взглядом Коннора, и на его лице, наконец, отразилось понимание.       — Гэвин здесь ни при чем, — улыбнулся андроид.       Он протянул обнаженную руку Коннору.       — Вот. Посмотрите сами.       Коннор перехватил запястье Алекса и увидел мир его глазами. Он был тусклым и безжизненным, хотя и был наполнен яркими, кислотно-розовыми цветами. Большую часть времени он ограничивался прозрачной ростовой камерой, в которой андроид стоял, в ожидании клиента. Иногда он танцевал, потому что того требовала программа, извивался так, как нравится людям, как делали все другие машины вокруг, но в основном просто стоял, надеясь, что тогда он не попадет в лапы очередному извращенцу.       Там он и встретил Гэвина, который купил его на время, чтобы удовлетворить свои желания. То, каким образом детектив совокуплялся с Алексом, показалось Коннору грубым и жестоким, но андроиду было приятно, РК чувствовал это странное, острое, почти болезненное удовольствие, вместе с еще одной эмоцией, названия которой не знал. Та, другая, была тянущей и неприятной, и вызвало ее осознание того, что Риду было важно, чтобы Алексу было хорошо с ним, и совершенно не волновало, что происходило с Коннором в те оба раза, когда…       Боль. Ничего кроме всепоглощающей, ужасной боли, обильно приправленной страхом — вот что почувствовал Алекс, когда другой клиент ударил его лицом о стоящую возле кровати тумбу так сильно, что разбил оптический блок. Она была не физической — ныла несуществующая душа, состоящая из нулей и единиц. Андроид пытался отпихнуть мужчину от себя, пытался сбежать, умолял, но человек был безжалостен. Он перехватил Алекса за ногу и рывком перевернул уползающую машину на спину, вырывая шарнир из паза. А потом… Потом снова появился Гэвин и забрал сломанного во всех отношениях Алекса к себе, и эти моменты андроид вспоминал с особой теплотой, каким-то совсем человеческим…       Алекс с силой оттолкнул от себя Коннора и резко отпрянул. Сломанная нога не дала достаточной опоры и андроид упал, инстинктивно хватаясь за занавеску. Его темные очки слетели с переносицы и разбились об пол. Единственный глаз смотрел на РК с первобытным ужасом.       — Ты…. ты охотник… на девиантов, — проговорил он, срываясь на шепот.       Хлопнула входная дверь.       — Милая, у меня для тебя подарок! — прозвучал из коридора шутливый голос детектива Рида. ***       Первое, что увидел Гэвин, когда зашел в свою гостиную — испуганного, комкающего в руках сорванную штору Алекса.       — Твою мать, железка! — Рид швырнул коробку на диван и в два прыжка преодолел разделяющее их расстояние. — Ты в порядке? Что случилось?       — Не отдавай меня ему… пожалуйста, Гэвин… не отдавай, — шептал Алекс, отчаянно хватаясь за куртку Рида.       Алекс с ужасом смотрел куда-то за спину детектива, и мужчина обернулся, привычным движением хватаясь за табельное, но замер, так и не достав пистолет из закрепленной на ремне кобуры.       По другую сторону от дивана, в метре от Гэвина стоял Коннор.       — Какого хуя ты здесь делаешь? — прошипел Рид.       — Я… Я просто хотел убедиться… — кадык Коннора дернулся, совсем, как у человека, который пытается оправдаться, когда его поймали за чем-то отвратительным. — Я хотел убедиться…       Рид сумел сложить два и два.       — Хотел убедиться, что не я сломал Алекса? — тихо спросил он, чувствуя, как к горлу подступает неприятный, липкий комок. — Или наоборот: в том, что это сделал я. А, железка? — Гэвин сделал шаг в направлении андроида, угрожающе скалясь. — Как ты, блядь, вообще узнал мой адрес?       Коннор отступил. Он явно не знал, что ему сделать, куда себя деть. В его глазах читался точно такой же страх загнанного животного, как и в глазах Алекса.       — Детектив Рид, я… я приношу свои извинения. Я совершил ошибку, и мне правда очень жаль. Я не хотел напугать вашего андроида. И тем более не хотел расстроить вас, — Коннор выглядел как человек, готовый покончить с собой.       Гэвин смерил робота презрительным взглядом и сделал еще шаг вперед. Злость закипала в его крови сильнее с каждым мгновеньем.       — Какого хуя ты здесь делаешь? — повторил Рид.       Коннор испуганно вжался в стену.       — Детектив, пожалуйста… Я просто увидел вашу посылку сегодня вечером в участке, и я… я решил проверить, в порядке ли ваш андроид. Это всего лишь ошибка, я не хотел…       — Давай расставим все точки на «и», — Гэвин сделал еще один шаг в направлении к растерянной машине. — Ты приходишь в МОЙ дом без приглашения, пугаешь МОЕГО андроида, а потом пытаешься обвинить в этом МЕНЯ? Я ничего не упустил?       Коннор отрицательно замотал головой.       — Детектив Рид, все не так. Я совершил ошибку, мне правда очень жаль, я… я думал…       — Ты думал, что я поступаю с ним так же, как с тобой? — закончил за него Гэвин.       Коннор замер на несколько мгновений, глядя на мужчину с таким ужасным отчаянием в прекрасных карих глазах, какого Рид не видел даже у приговоренных к смертной казни людей. А затем андроид сделал то, чего детектив боялся больше всего на свете: он отвел свой взгляд в сторону и кивнул. Гэвин почувствовал, как у него внутри что-то умирает. Медленно, мучительно, цепляясь за его внутренности, причиняя странную, пульсирующую боль. Он тяжело выдохнул, стараясь охладить сгорающее заживо нутро, и отступил назад. Значит, таким видит его Коннор: жестоким, яростным животным, которому нравится причинять пусть даже иллюзорную боль окружающим. Впрочем, неудивительно. После всего, что Рид натворил, странным было то, что глупая железка вообще осмелилась прийти в логово монстра.       И даже здесь его намерения были благими: он хотел спасти от этого монстра другого себе подобного.       — Детектив Рид, я…       — Уходи, — прошептал Гэвин.       — Я не…       — УБИРАЙСЯ ИЗ МОЕГО ДОМА! — заорал Рид.       На мгновение Коннор оторопел: вытянулся в струну, широко распахнув глаза. Но уже через секунду пришел в себя. Он неловко поправил идеально сидящий галстук, с опаской просочился мимо разъяренного, тяжело дышащего детектива и исчез в дверном проеме. Где-то вдалеке хлопнула входная дверь, и наступила тишина, нарушаемая только тихими всхлипами Алекса.       Гэвин вернулся к своему андроиду и снова присел на корточки возле отчаянно дрожащего робота. Он осторожно прикоснулся к его плечу, и Алекс вздрогнул как от удара, отпрянув в сторону. Рид не сдался. Он с силой перехватил машину за талию и крепко прижал к себе.       — Тише… тише, — успокаивающе шептал мужчина, держа отчаянно сопротивляющегося андроида в своих крепких объятьях. — Я здесь, я рядом, Алекс. Все будет хорошо…       Мгновение Алекс смотрел на него испуганным взглядом, а потом из единственного глаза стекла полупрозрачная голубая слеза. Андроид уткнулся в грудь Гэвина, и его плечи мелко затряслись.       — Он… убьет меня, — сбивчиво проговорила жестянка.       Рука Рида легла на искусственные, удивительно мягкие волосы и плавно погладила их.       — Все будет хорошо. Он тебя не тронет. Я обещаю.       Понемногу дрожь в теле железки утихла. Алекс осторожно отстранился от Гэвина и внимательно посмотрел в его глаза.       — Он посмотрел мою память, — отстранено произнес он. — Потому что я позволил. И он тоже позволил мне, — Алекс замялся на мгновение, прежде чем продолжить. — Гэвин, я чувствовал все, что ты сделал с ним там, в темноте, около мусорного бака…       Сердце Рида пропустило удар. Он крепче сжал андроида в своих объятьях и с силой зажмурил глаза. Потому что знал, что произойдет дальше.       — Зачем… зачем ты это сделал, Гэвин? — Алекс всхлипнул, снова утыкаясь в плечо детектива. — Почему ты поступил так с ним? Это было так… так больно. Зачем? Ты же не такой. Ты же называл его имя, когда…       — Я был пьян, — мужчина не знал, за что конкретно он оправдывается и почему. Внутри скреблись тысячи бешеных кошек. Ощущение было невыносимым, слишком ярким и тяжелым.       Осколок темных очков Алекса впивался в колено Рида, и мужчина надавил сильнее, чувствуя, как острие протыкает кожу, и джинсы пропитываются кровью.       Эта боль была даже приятной, потому что она выдергивала его из странного, туманного мира, в котором он очутился сейчас. Все было неправильно: Коннор не должен был приходить сюда и пугать Алекса, Алекс должен был быть рад тому, что его новая нога наконец-то пришла, а не плакать на груди Рида. И никто никогда не должен был узнать о том, что произошло в переулке у бара. Потому что мужчина и сам не хотел бы знать об этом. Хотел бы забыть и стереть это из памяти: своей и Коннора. Теперь все станет только хуже, Гэвин был уверен. И он это, мать вашу, заслужил. За все приходится платить, ему просто выставили счет.       — Зачем ты это сделал? — как заведенный шептал Алекс. — Зачем? Зачем?       «Потому что я самовлюбленный уебок!» — хотелось закричать Риду. — «Потому что я всегда получаю то, что хочу, и мне плевать на цену».       Но он промолчал. Злость улеглась, и внутри его головы разлилась совершенная пустота. У него никогда ничего не было, а как только жизнь дала ему шанс получить что-то ценное, он все проебал. Как всегда.       — Зачем? Зачем? Зачем?.. — шептал андроид.       — Я же говорил: ты мало обо мне знаешь, жестянка, — жестко произнес Гэвин и поднялся, оставляя заплаканного робота на полу. Рид прошел по битому стеклу, дробя осколки в мелкую пыль и, закрывшись в собственной спальне, рухнул на кровать.       Он проебал Коннора.       И он проебал Алекса.