Пепел

      На следующее утро Гэвин обнаружил на своем терминале несколько гигабайт видео файлов, отсортированных по дате и времени. Билл не подвел, выслав детективу все восстановленные фрагменты, и Рид провел два следующих дня раз за разом пересматривая их. Он надеялся найти еще хоть что-нибудь, любую незначительную деталь, которая могла бы пролить свет на эту мутную, как ни посмотри, историю, но так и не нашел.       По всему выходило, что Виктор был любовником Дайан Финниган в течение длительного времени, — запись с поцелуем в кабинете была датирована октябрем 2035 года, — а потом хладнокровно убил женщину, с которой спал больше четырех лет.       Люди иногда сходили с ума и делали ужасные вещи, Гэвин знал это по собственному опыту, но он никогда не слышал, чтобы с катушек слетал андроид. Сбои, разумеется, бывали, но чтобы у двух сразу и в разных концах города?       Нет, это явно не было массовым сумасшествием в обычном понимании этого слова. Тогда что? Единственное, что приходило на ум — какой-нибудь хитроумный вирус безумия, но какая выгода от этих смертей тому, кто его написал?       Этого Гэвин не знал, но в одном был уверен точно: если это и был червь, то его автор был превосходно осведомлен о тайной личной жизни своих жертв. Это было странно, учитывая, что оба покойника старались как можно тщательнее скрывать свои опасные для профессиональной деятельности связи. Рид перекопал всю доступную ему информацию о кругах общения мисс Финниган и мистера Найта, но их сферы деятельности не соприкасались совершенно, поэтому и одинаковых имен он не обнаружил. Но ведь какая-то связь кроме страсти к роботоебству между этими двумя быть должна!       Гэвину почему-то вспомнились классические старые детективы Агаты Кристи и Конана Дойля. Там в самых тяжелых случаях, главным героям всегда попадалась на глаза какая-нибудь мелочь, которая и становилась катализатором разгадки случившегося, недостающим звеном, выстраивающим разрозненные на первый взгляд события в логичную, последовательную цепь. Рид, к сожалению, книжным персонажем не был, поэтому надеяться на рояль в кустах ему не приходилось. А, значит, оставалось только два варианта: ждать следующего убийства или копать дальше. Гэвин решил копать, логично предпочитая это бездействию и ожиданию чьей-нибудь смерти.       Ричард с готовностью согласился помочь детективу в его изысканиях, взяв на себя исследование личных терминалов покойных и следы, оставленные в сети убившими их андроидами. Рид был этому рад. Несмотря на то, что высокие технологии буквально окружали его с детства, он так и остался ретроградом, способным разве что проверить почту да обновить аватарку в социальной сети.       Когда Гэвин уже собирался домой, Ричард окликнул его со своего места:       — Детектив, можно вас на минуту?       Рид кивнул и обошел стол, сжимая в руках тяжелую мотоциклетную куртку — погода стала налаживаться и мужчина снова вывел своего железного коня из стойла.       — Что у тебя? — спросил Гэвин, вставая позади андроида.       — Я нашел кое-что общее у двух жертв. Вернее, у двух андроидов.       — Правда? — в голосе мужчины прозвучало восхищение. — И что?       — Сайт по продаже секс-модификаций в даркнете.       — Модификаций?       — Да. Многие девианты хотят так или иначе улучшить свой опыт взаимодействия с людьми, — пояснил Ричард. — Киберлайф предлагает множество подобных улучшений, но, разумеется, есть и черный рынок.       «Ну, конечно», — подумал Гэвин. — «Когда с девиантами все было просто?»       — И что, они оба интересовались какими-то приблудами вроде большого члена, или...       — Нет, детектив. Не интересовались. Они приобрели один и тот же плагин, улучшающий «эмоциональную отдачу во время полового акта».       Последнюю фразу Ричард процитировал буквально, прочитав ее у себя на экране.       — И что? Это вирус? Или что-то в этом роде? — спросил Рид.       Андроид пожал плечами.       — Не знаю. Судя по отзывам — обычное расширение.       — Ну, мы можем его проверить. Отдадим техническому отделу, пусть разберутся, что там такое.       — Это займет слишком много времени.       Тут Гэвин спорить не стал — действительно, их техотдел работал со скоростью беременной улитки, пережившей инсульт. Ждать, пока они разберутся с плагином, было все равно, что ждать свиста рака после дождичка в четверг.       — И что ты предлагаешь? Отправить прогу в Киберлайф?       — Я могу проверить файл самостоятельно. Это займет буквально несколько минут, — предложил Ричард.       — Давай, — кивнул Рид, присаживаясь на соседний с девятисоткой стул.       Андроид прикрыл глаза и застыл. Казалось, у него закончился заряд аккумулятора, но это было не так: Гэвин видел, как диод на виске робота то и дело сбивается на красный.       — Готово, — сказал Ричард спустя минуты три-четыре.       Он открыл глаза и несколько раз моргнул, как обычно делают люди, только что отошедшие ото сна.       — И чо там?       — Ничего особенного — обычное расширение, точно такое, как и указано в описании.       — Значит, будем копать дальше. Только завтра, ночь на дворе, спать хочу пиздец.       Ричард кивнул, и Рид, поднявшись со стула, пошел к выходу.       Андроид догнал его уже на парковке, где мужчина прогревал движок своего мотоцикла. Гэвин встретил девятисотку недовольным взглядом, смутно подозревая, что домой он, видимо, попадет еще не скоро.       И как в воду глядел.       — Детектив, поступила срочная информация, — отчитался Ричард.       Он замер около железного коня Рида по стойке смирно.       — Ну? Стреляй, не томи.       — Андроида, подозреваемого в убийстве Нино Найта, видели на углу возле заброшенного завода ВотерГейт Инкорпорейтед. Возможно, она все еще там — думаю, стоит это проверить, если вы не…       — Погнали, — решительно сказал Гэвин, надевая шлем, нетерпеливо газуя на месте. ***       Они остановились около темного, заброшенного здания, выглядящего особенно гротескно на фоне полной луны, ярко освещающей безоблачное ночное небо. Гэвин заглушил мотор и снял шлем, подвешивая его на ручку управления. Он медленно спустился с мотоцикла и оглядел старый завод.       — Местечко то еще…       Ричард поравнялся с детективом и кивком указал на вереницу следов, тянущуюся куда-то за угол здания.       — Полагаю, мой источник оказался прав — кто-то здесь был. И совсем недавно.       Гэвин кивнул. Девятисотка был прав, разумеется, и им следовало прямо сейчас отправиться внутрь и найти того или ту, кто прятался в недрах забытой людьми постройки, но что-то внутри детектива буквально вопило о том, что не стоит этого делать, и Риду ужасно хотелось послушать этот внутренний голос, сесть обратно на свою детку и укатить от мертвого завода как можно дальше.       — Детектив, вы идете? — спросил Ричард.       — Да. Пошли, жестянка. Давай найдем эту Джейн.       — Джейд, — поправил девятисотый.       — Похуй, — лаконично отозвался Гэвин.       Они обошли здание. Оставленные на снегу следы оборвались у разбитого панорамного окна.       — Ну, полезли, жестянка, — Гэвин уже ухватился за старую деревянную раму, собираясь забраться на подоконник, когда на его плечо легла тяжелая рука.       — Позвольте мне пойти первым, детектив.       Рид ощерился.       — С хера ли?       — Ради вашей безопасности.       Гэвин хмыкнул и, рывком сбросив с себя чужую руку, забрался в разбитое окно. Под ногами тут же захрустели осколки, и этот звук эхом разнесся по темному, тихому помещению.       Ричард спустился следом, по-кошачьи тихо, так, будто заранее знал расположение стекол на старом полу. Рид не удивился бы, если бы так и было — с железки сталось рассчитать траекторию полета осколков или вообще просканировать помещение своим супер-зрением: девятисотка прекрасно видел в темноте, мужчина был в этом уверен.       В отличие от самого Гэвина, которому пришлось достать помимо глока еще и фонарик, чтобы хоть как-то ориентироваться на совершенно незнакомой ему местности, слабо освещенной только светом луны.       Зал, в котором они оказались был некогда территорией склада: тут и там валялись обломки деревянных паллет, а в дальнем от детектива углу обрел вечный покой проржавевший погрузчик. Рид обвел помещение рассеянным лучом фонарика и обнаружил сразу две двери, расположенные с двух противоположных концов огромной комнаты.       Гэвин обернулся к Ричарду и жестом указал на ту, что располагалась прямо за спиной детектива. «Я в дальнюю, ты в ближнюю», — беззвучно произнес Рид, зная, что андроид сможет прочитать сказанное по губам.       Лицо жестянки Гэвин видел плохо, но ему показалось, что тот нахмурился, недовольный отданным ему приказом. Мужчина даже подумал, что робот постарается каким-нибудь образом оспорить выданное ему поручение, но тот лишь коротко мигнул желтым и направился к указанному выходу. Хорошо, одной проблемой меньше: теперь осталось прочесать здание и найти если не саму беглянку, то хотя бы оставленные ею следы.       Если, конечно, она их оставила.       Рид пересек комнату, стараясь ступать как можно тише, и осторожно протиснулся в щель между стальной дверью и стеной. Здесь света не осталось вовсе: окон в помещении не было, и детективу приходилось полагаться только на свет фонарика и внезапно обострившийся до предела слух. Мужчина медленно двинулся вперед вдоль широко расставленных, сильно изуродованных коррозией рельс.       Путь ему преградили тяжелые стальные балки обвалившегося потолка, и Риду пришлось зажать фонарик в зубах и убрать пистолет в кобуру, чтобы пролезть через завал. Плотно покрытое ржавчиной железо неприятно царапало пальцы, и мужчина подумал, что следующим утром он непременно обратится к врачу с просьбой сделать ему прививку от столбняка. Настроение стремительно ухудшалось: когда Ричард сказал, что пропавшего андроида заметили, детектив был искренне этому рад. Теперь же чувствовал себя ребенком, застрявшем в собственном кошмаре       «Раз-два, Фредди заберет тебя!»       Мотоциклетная куртка Гэвина зацепилась за проржавевший, но все еще острый кончик гвоздя и порвалась с неприятным треском. Мужчина мысленно выругался, ощупывая рукой неровные края разодранной черной кожи на плече. Вот же… А ведь он купил ее всего неделю назад почти за пять сотен! Впрочем, если дело выгорит, и эта Джейд отыщется, то черт с ней, с курткой — игра будет стоить свеч. Разумеется, если жестянка найдется живой. Или, на худой конец, мертвой, но с неповрежденным блоком памяти.       За завалом оказалась лестница, ведущая на верхние этажи здания, и длинный темный коридор. Подумав мгновенье, Гэвин двинулся вверх по каменным, мягким от разросшегося мха ступенькам. Выбор мог быть ошибочным и стоить ему дела, но Рид был уверен, что решение искать беглянку наверху было верным. Шестое чувство, интуиция детектива — назвать это внутреннее ощущение можно было как угодно, но факт оставался фактом: подводило оно крайне редко.       Не подвело и сейчас.       Гэвин не успел пройти даже половину пролета, когда заметил стремительно мелькнувший в свете фонаря силуэт.       Силуэт рванул вверх по лестнице, и Рид помчался следом, больше не заботясь о количестве издаваемого им шума. Он перепрыгивал через ступеньку, крепко сжимая в руках глок, то и дело выхватывая в темноте хрупкую женскую фигуру светом фонарика. Это точно была Джейд, сомнений не осталось: детектив видел длинную светлую косу, болтающуюся за спиной андроида в такт ее движениям, словно маятник.       Они поднимались все выше и выше, пока, наконец, не оказались на четвертом, последнем этаже завода.       Девушка побежала вперед по длинному, узкому коридору, по обеим сторонам которого располагались покореженные, завалившиеся стальные двери. Гэвин мчал за ней, стараясь не отставать и не терять ее из виду. Больше всего сейчас он боялся, что пластиковая девка сможет улизнуть и снова скрыться. Именно поэтому, когда Джейд резко забрала вправо, заметив достаточно большую щель между покореженной железной створкой и металлическим косяком, надеясь, по-видимому, выиграть в темпе, а то и вовсе уйти от погони, Рид выстрелил. Он не хотел задеть или ранить андроида, просто спугнуть, но целиться пришлось в сумраке и на ходу, поэтому пуля попала в девчонку — Рид видел, как ее хрупкое тельце швырнуло в стену и как грязная каменная поверхность влажно заблестела в свете фонарика от брызнувшего из раны тириума.       Джейд всхлипнула, перехватывая кровоточащий бок рукой. Бежать она больше не пыталась — видимо, пуля задела какой-то важный биокомпонент, потому что тириум тек рекой. Она растерянно посмотрела на собственные, перепачканные синим пальцы и подняла глаза на застывшего в метре от нее детектива. Ее взгляд поразил Гэвина до глубины души — обречённый, болезненно-отчаянный.       Рид держал жестянку на мушке, наблюдая за тем, как она, пошатываясь, выходит в центр коридора, по которому еще мгновение назад пыталась убежать от гоняющегося за ней полицейского.       — Ни с места! — рявкнул Гэвин, и девушка послушно замерла. — Ты поедешь со мной в участок. У нас есть несколько вопросов по поводу Нино Найта.       — Нино?.. — эхом отозвалась Джейд.       — Да. Твой сосед, которого ты насадила на карандаш, как жука, припоминаешь? — Рид сделал осторожный шаг вперед, не выпуская андроида из луча фонаря.       — Нет… нет! Вы не понимаете… — в ее голосе появились истеричные нотки. — Вам нужно уйти. Пожалуйста… уходите…       Правая рука машины, до этого зажимающая дыру в боку, отпустила и медленно поползла по животу, огибая плавный изгиб талии, двигаясь за спину девушки.       — Я же сказал не двигаться! — Гэвин угрожающе поднял глок выше.       — Вы не понимаете. Вы умрете… Уходите, прошу…       В ее руке мелькнула сталь.       — Уходите… Я не… не могу… Пожалуйста… — Джейд начала медленно, будто против воли, поднимать револьвер, направляя его в сторону детектива.       — Опусти оружие, — вкрадчиво сказал Гэвин.       Рука, сжимающая рукоятку револьвера, дрогнула. Андроид перевела наполненный отчаяньем взгляд на собственные пальцы и с силой зажмурилась. Пистолет опустился ниже, больше не угрожая мужчине: дуло теперь было направлено в пол.       Джейд распахнула глаза, тяжело дыша, будто проплыла как минимум пару миль, и снова посмотрела на детектива.       — Уходите…. Я не смогу долго… Уходите!       Она почти кричала. Из ее носа тонкой струйкой потек тириум.       — Просто брось пистолет. Я доставлю тебя к техникам, они смогут помочь…       Джейд высоко запрокинула голову и расхохоталась. Смех был нездоровым, то и дело срывающимся на слишком высокие ноты. Так смеются люди, находящиеся в полушаге от истерики. Или безумия.       — Вы мне… не поможете… — сказала она, успокоившись. — Никто не поможет. Простите….       «Что ты такое городишь?» — хотел спросить Гэвин, но не успел: слишком стремительно развивались дальнейшие события.       В глазах Джейд появились странные, наполненные гневом огоньки, настолько обжигающие, что Рид невольно отступил на шаг назад. Выражение лица стало хищным, на губах заиграла злая улыбка, больше похожая на оскал.       Девушка быстро, слишком быстро, чтобы детектив успел среагировать, вскинула руку с револьвером, направляя оружие на Гэвина.       В окружающей тишине заброшенного здания выстрел прозвучал оглушающим раскатом грома. ***       Джейд удивленно распахнула глаза, так широко, что, казалось, оптические блоки вот-вот вывалятся из пазов. Ее тело бросило вперед, настолько сильно, что андроиду пришлось сделать шаг, чтобы сохранить равновесие. Не вышло — ноги не послушались, и девушка с глухим стуком обрушилась на колени. Пистолет выпал из ослабевших пальцев на грязный пол. Из раскрошенного выстрелом лба ручьями стекал тириум, омывая синим смазливое, застывшее в немом удивлении лицо.       — Детектив, вы в порядке?       Гэвин с трудом оторвал взгляд от погибшего андроида и поднял глаза на Ричарда, возвышающегося позади Джейд, все еще держа беглую машину на мушке своего табельного.       — Какого черта ты натворил, жестянка? — тихо спросил Гэвин. Его голос дрожал от гнева.       — Я обезвредил андроида, угрожавшего вашей безопасн…       — Ты, блядь, все похерил, жестянка!       Рид сказал это куда громче, чем планировал, и его голос эхом гулким разнесся по пустому коридору. Мужчина тяжело дышал, буквально задыхаясь от бессильной ярости и внезапно накатившей смертельной усталости.       — Что вы имеете в виду, детектив? — Ричард убрал пистолет в кобуру.       — Ты прострелил ей башку — вот, что я имею в виду! Мы могли узнать, что происходит, если бы не твое ненужное геройство! Блядь!       Диод андроида на мгновенье окрасился красным.       — Я спас вам жизнь, — холодно сказал он.       — Не нужно было меня спасать! — рявкнул Гэвин. — Все было под контролем. Я уже почти уговорил ее сдаться, а ты все испортил!       Это было неправдой, и Рид это знал. Джейд не собиралась ехать с ним в участок, и вероятнее всего, если бы чертов Ричард не всадил пулю ей в затылок, то свинец оказался бы у Рида точно промеж глаз. Ему бы поблагодарить напарника за спасение своей задницы, да вот только злость мешала здраво рассуждать, отравляя и без того взбудораженный адреналином разум.       Злость была иррациональной, глубокой, всепоглощающей. Джейд была крупнейшей и, по сути, единственной зацепкой в этом деле, а теперь она мертва — застыла стоя на коленях, вперив широко распахнутые, пустые глаза в темноту, с неаккуратным выходным отверстием на аккуратном лбу и простреленной к чертовой матери башкой.       — Ваша жизнь приоритетнее расследования, детектив.       Гэвин фыркнул.       — Нахера ты шмальнул ей в голову, идиотина пластмассовая? Почему не в руку или в живот или куда там вам надо всадить свинца, чтобы вырубить?       — Я мог пробить тириумный насос, — согласился Ричард. — Но оставшегося времени функционирования могло хватить на то, чтобы она успела нажать на курок…       — Заткнись и вызови техников, банка консервная — жестко перебил девятисотку Рид.       Андроид послушно кивнул и прикрыл глаза, отправляя запрос в участок. Гэвин убрал пистолет за пояс и медленно опустился на корточки возле застывшей на коленях Джейд. Он осторожно протянул руки к ее толстовке, будто боясь, что девчонка в любой момент может ожить и броситься прямо на него.       Детектив ощупал внутренние карманы кофты Джейд и обнаружил в одном из них сложенный вдвое листок бумаги.       Это был кусок старой бумажной карты города. Такие обычно продавались на заправках на въезде в город или в круглосуточных киосках со всякой всячиной, начиная от спиртного и заканчивая нижним бельем самого низкого в мире качества. Несколько точек на карте были обведены черной ручкой в идеальные, как по циркулю, круги.       — Это еще что за черт… — пробормотал Рид, направляя луч фонарика на карту.       Одним из заключенных в кружок мест был тот самый заброшенный завод, в недрах которого детектив сейчас и находился. Остальные отметки также находились за пределами Детройта, и Гэвин подозревал, что там также располагались оставленные людьми промышленные объекты.       Почему погибшую так сильно интересовали брошенные людьми площадки оставалось неясным. Возможно, она искала место чтобы укрыться (это объяснение казалось наиболее логичным), но то самое пресловутое чутье полицейского упрямо твердило о том, что причина кроется в чем-то ином. Но в чем?..       — Детектив, техники прибыли — холодный голос раздался прямо над ухом Гэвина, и мужчина невольно вздрогнул от неожиданности.       Ричард чуть согнувшись стоял возле Рида, с интересом разглядывая карту. Гэвин сложил листок и небрежно сунул за пазуху.       — Заебись, — пробурчал он, поднимаясь с грязного, отсыревшего пола.       Андроид пристально глядел на детектива, и от этого взгляда, ощутимого даже в темноте, мужчине становилось не по себе.       — Чего вылупился? — оскалился Рид.       — Вы что-то нашли у отключившегося андроида, детектив? Позвольте мне взглянуть.       Это была хорошая идея. Андроид мог заметить что-то из того, что упустил сам Гэвин, но злость и непонятно откуда взявшаяся мелочная вредность решили иначе, и Рид только надменно хмыкнул.       — Не заслужил, — процедил он и, толкнув Ричарда плечом, пошел обратно к лестнице. ***       Блок памяти Джейд оказался не поврежден. Техники обнаружили это спустя часа полтора по возвращению в участок и поспешили сообщить радостную весть мирно спящему на койке в пустующем КПЗ детективу. Пуля, выпущенная девятисоткой, прошла в паре миллиметров от хрупкого биокомпонента, не задев и не повредив чувствительные кластеры. И Гэвину бы радоваться — новости-то были отличными, да вот только не получалось.       Рид ужасно злился на Ричарда там, на заводе, потому что был уверен, что тот испортил память железки, и они опять не найдут ничего хоть мало-мальски ценного для расследования. Но девятисотый был как всегда на высоте — мало того, что он спас мужчине жизнь (признавать это даже внутренне было мерзко и унизительно), так еще и позаботился о том, чтобы оставить возможные улики в сохранности. По сути, Ричард со всех сторон был долбаным рыцарем в сверкающих доспехах, который просто не понял претензий истеричной принцессы, решив, что она за каким-то чертом хотела прихватить с собой живого дракона, когда он уже погрузил все его сокровища в дилижанс. Всю злость Гэвина породило простое недопонимание между ними, и это бесило ужасно. По-хорошему, следовало взять и извиниться (ха-ха-ха!) перед жестянкой, но тупая гордость не позволяла детективу пойти на этот логичный шаг и примириться, наконец, с собственным напарником, которого Рид упорно клевал всю дорогу в участок.       Специалист из технического отдела сообщил, что они закончат конвертацию памяти Джейд к следующему утру, и Рид сонно кивнул. Это было хорошо, потому что сейчас мужчина был не в том состоянии, чтобы просматривать несколько часов видеозаписи кряду и не уснуть к чертовой матери. Вот завтра, с новыми силами и после чашечки-другой кофе — ради Бога. А то может и жестянка посмотрит все сам и расскажет детективу, если увидит что-нибудь подозрительное или интересное.       Гэвин поднялся с жестких нар и потянулся за курткой. Его взгляд наткнулся на большую уродливую дырку на плече, и мужчина недовольно скривил губы, подсчитывая про себя, что выйдет дешевле: чинить эту или купить новую.       — Детектив Рид, мы можем поговорить?       Рид тяжело вздохнул и поднял глаза на застывшего в дверях камеры Ричарда. Он возвышался над мужчиной холодной серой скалой. В окружении стальных решеток местных «стен», андроид смотрелся угрожающе. Как палач, пришедший в камеру к смертнику, чтобы поинтересоваться, что тот собирается есть в свой последний ужин.       — Отвали от меня, ведро с болтами, — выплюнул Гэвин. — И нахер иди, понял? Я домой.       «Не стоило этого говорить», — сказал внутренний голос, смутно похожий на совесть, но Рид только отмахнулся. Он был уставшим и все еще сердился, и хотя сам понимал, что злиться на Ричарда попросту не за что, ничего не мог с собой поделать — такая уж у него гнилая натура. Что ему теперь, утопиться?       Детектив надел порванную куртку и, засунув руки в карманы, попытался протиснуться мимо неподвижного, словно каменное, изваяние андроида. Гэвину почудилось (разумеется, почудилось), что от железного истукана почти физически ощутимо веет холодом. А потом случилось то, чего Рид не ожидал вообще (хотя, наверное, следовало, учитывая то, как он себя вел): Ричард схватил мужчину за шкирку и с силой приложил его головой об решетку камеры КПЗ. ***       Удар был достаточно сильным, чтобы Гэвин полностью потерял ориентацию в пространстве, но недостаточно сильным, чтобы разбить ему голову. Мир для Рида перестал существовать, погрузившись в идеальную, плотную, как нуга, темноту и звонкое «Бам!», многократным эхом отдающееся прямо внутри его черепа. Он чувствовал, как сильные руки легко подхватили его под мышками, почти полностью отрывая ноги от земли. Жесткие пальцы больно перехватывали кожу, и мужчина почувствовал, как его начинает мутить.       Андроид понес безвольно висящего на его руках детектива вперед по участку, и Гэвин подумал о том, что сейчас кто-нибудь из дежурных полицейских заметит их странный тандем и поинтересуется у Ричарда, что случилось.       Так и произошло.       — Ричард? — раздался зычный голос Криса Миллера. — Что случилось? Детектив Рид, вы в порядке?       Гэвин попытался простонать, но звук застыл в пересохшем от тошноты горле.       — Все в порядке, офицер, — спокойно ответил девятисотый. — Детективу стало нехорошо. Вероятно, это последствия неудовлетворительного питания и недостатка сна. Я отвезу его домой.       «Не верь ему!» — мысленно взмолился Гэвин, но Крис его, разумеется, не услышал.       — Да, понимаю, — сочувственно произнес Миллер. — Что ж, хорошей дороги. Позаботьтесь о детективе.       — Разумеется, офицер.       Сердце Гэвина пропустило удар. Только сейчас, в эту самую секунду до него, наконец, дошло, что ему никто не поможет, что он полностью оказался во власти озверевшего андроида.       И ему стало страшно.       Ричард спустился на первый этаж, все еще поддерживая обмякшего, постепенно приходящего в себя детектива, буквально волоча его за собой. Гэвин думал, что железка собирается отвезти его в какую-нибудь подворотню и отпиздить там до полусмерти, но вместо выхода, андроид двинулся налево в маленький темный коридор.       Туалет! Жестянка тащила его в тот самый туалет на первом этаже, в котором Рид неоднократно зализывал раны, блевал и дрочил втайне от чужих глаз! Это было плохо, очень, очень плохо. Рид попытался сопротивляться, но Ричард тут же схватил его за горло, крепко сжимая своими ледяными пальцами. Он не пытался придушить мужчину, нет — андроид вцепился в болевые точки, и теперь каждое резкое движение сопровождалось яркой, мучительной вспышкой, проходящей по всей длине позвоночника, и сопротивление пришлось убавить.       Девятисотка ногой толкнул старую дверь с табличкой «WC» и с силой швырнул Гэвина внутрь, так, что тот прокатился по кафелю аж до противоположной стены, больно ударившись об нее затылком.       — Я пытался наладить с вами напарнические отношения, детектив, — сухо сказал Ричард, медленно приближаясь к скрючившемуся в углу Риду. — Пытался быть понимающим, спускал вам с рук неуважение, унизительные прозвища, списывал ваше вечное недовольство на общую нервозность и неправильный ритм жизни. Но вы, похоже, не понимаете по-хорошему. Что ж, тогда придется объяснить вам по-плохому.       Гэвин попытался встать, но андроид не позволил, снова перехватывая мужчину за загривок. Сперва робот приложил человека лицом об сбитый, пожелтевший от времени кафель и надел на его запястья наручники, плотно стягивая их за спиной Рида. Потом он развернул детектива к себе и с силой надавил на плечи мужчины, заставляя того опуститься на колени. Рид низко прорычал, когда холодные пальцы сжали его подбородок, заставляя поднять голову и встретиться взглядом с серыми, пустыми глазами, в которых сейчас плясали опасные огоньки.       — Ну и что ты собираешься делать, жестянка? — хрипло поинтересовался Гэвин. — Отпиздишь меня?       — Нет, детектив, — спокойно возразил Ричард. — Хотя вы были бы совсем не против, учитывая вашу тягу к саморазрушению.       Рука андроида больно перехватила скулы мужчины, заставляя последнего открыть рот, чтобы уменьшить неприятное давление.       Указательный палец пробежался по губам. Бегло, почти ласково, и это отвратительно контрастировало с тем, как жестко девятисотый держал Рида и как обжигающе зло смотрели сейчас серые глаза-льдинки.       Мужчина нервно сглотнул.       — Какого черта ты делаешь, жестянка?       — Ваш рот все время исторгает из себя столько яда, — сказал Ричард. — Хочу проверить, способен ли он на что-то еще.       Глаза Рида широко распахнулись от ужаса и внезапного осознания того, что ИМЕННО железка собирается с ним сделать. Мужчина забился в стальной хватке андроида, изо всех сил стараясь освободиться, но лишь причиняя себе боль.       — Не вздумай, урод пластмассовый — прорычал Гэвин, яростно глядя на обнаглевшего робота снизу вверх.       — Тише, детектив. Вы же не хотите, чтобы вас услышали?       Холодные пальцы скользнули Риду в рот, цепляя пытающийся увернуться от них язык. Мужчина старался сомкнуть челюсти, надеясь откусить чертовой жестянке пару лишних фаланг, но те оказались слишком прочными — зубы прошлись по поверхности с неприятным скрежетом и только. Робот усмехнулся. Он продолжил играть с языком Гэвина. Свободная рука андроида потянулась к собственной ширинке, и детектив протяжно замычал, когда услышал звук открывающейся молнии.       — Не шумите, детектив, — повторил Ричард, высвобождая из штанов свой ненастоящий член. — Если вы будете вести себя хорошо, мне не придется причинять вам боль.       Гэвин хотел ответить что-нибудь язвительное, но не смог — мешали металлические пальцы, все так же хозяйничающие у него во рту. Это было отвратительно, мерзко, унизительно. И все собиралось стать только хуже. Рид был в отчаянии, настолько сильном, что почти готов был просить прощения за свое поведение, лишь бы только все прекратилось.       Почти.       Внутренний стержень Гэвина (многие люди назвали бы его гнилым, но все же он хотя бы был) не позволил бы унижаться и просить. Во всяком случае, не сегодня, не здесь и не девятисотку.       — Откройте рот, детектив, — властно приказал Ричард, а когда Рид не послушался, его раскрыли силой жесткие холодные пальцы.       Когда его губ коснулось что-то твердое и (удивительно!) горячее, Гэвин снова безуспешно попытался вырваться. Он не хотел этого делать, но андроиду было наплевать на желания мужчины, и его пластмассовая плоть толкнулась глубже, проезжаясь головкой по напряженному, спрятавшемуся в глубине языку. А когда она ткнулась в глотку, Рид с трудом сдержал рвотный рефлекс.       Ричард замер на самой глубокой точке и двинулся назад только тогда, когда человек забился в его руках от нехватки кислорода.       — Вот так, детектив…       Вытащив свой орган полностью, андроид обеими руками схватил Гэвина за лицо. Его указательные и безымянные пальцы перехватили щеки мужчины на манер крюков и раздвинули их в сторону, широко раскрывая непослушный рот, мешая детективу сомкнуть челюсти.       Из уголков губ Рида тонкой струйкой потекла слюна.       Член Ричарда снова двинулся вперед, не встречая никаких преград на своем пути, медленно входя до упора, а потом так же медленно выходя полностью. Каждое движение сопровождалось отвратительными хлюпающими звуками. Гэвин зажмурился до красных пятен перед глазами. Он был уверен, что его стошнит, вывернет наизнанку в любую секунду, но долбаная жестянка всегда вытаскивала свой орган за мгновение до того, как желудок сжимался в спазме.       Андроид ускорился. Теперь он откровенно трахал детектива в рот, насаживая его голову на свой член, вбиваясь в мокрую глотку размашистыми, сильными движениями. Слюней стало очень много, и они стали куда гуще, чем обычно — Рид чувствовал, как они свисают с его губ сетью тяжелых, вязких нитей.       Ричард задал невероятно быстрый ритм, а потом, неожиданно, резко вышел, освобождая жадно глотающий воздух рот. Одной рукой андроид перехватил собственный член у основания и собрал на головку многочисленные нити густой слюны с лица детектива. Гэвина передернуло от отвращения. Он снова вяло попытался отстраниться, надеясь, что на этом его «наказание» завершено, но понял, что ошибся, когда почувствовал, как большой, отлично смазанный остывшей, тошнотворно-холодной слюной член снова прокатился по его языку.       Головка сильно уперлась в щеку и пальцы Ричарда погладили ее прямо через кожу Гэвина.       Рид низко, протяжно проскулил, когда андроид вернулся к предыдущему, невероятно быстрому темпу. Он трахал Гэвина с каким-то болезненным остервенением, то и дело сильно проходясь горячей головкой по сжимающейся глотке детектива, буквально натягивая его голову на свой орган, заставляя глаза человека слезиться.       — Вот так… детектив, — прошептал Ричард, и Рид с удивлением обнаружил, что абсолютно спокойный обычно голос сейчас дрожал и срывался. — Вот так… Возьмите его весь…. Выпейте все…       Последняя фраза раскаленным гвоздем впечаталась в сознание Гэвина.       Он отчаянно забился в жестких, сильных руках, молясь всем известным ему богам, чтобы на этот раз у него получилось освободиться.       Ричард надменно хмыкнул, наблюдая сверху за жалкими попытками человека спастись от неизбежного. А потом вдруг низко, гортанно простонал, перехватывая голову детектива одной рукой, крепко прижимая ее к собственному паху. Пальцы другой руки зажали Гэвину нос.       Рид почувствовал, как большой, горячий член запульсировал на дальнем краю его языка, изливая на него горячую, вязкую жидкость. К горлу снова подкатил отвратительный комок. Мужчина попытался сплюнуть мерзкую жижу, но у него не вышло — член плотно заткнул его рот. Кроме того, тело Гэвина начало требовать кислорода, но вдохнуть не получалось — и нос и рот были плотно зажаты.       — Глотайте, детектив, — голос Ричарда вернулся в норму. — Проглотите, и я вас отпущу.       Рид не хотел этого делать, но изголодавшийся по кислороду организм взял свое. Мужчина сделал одно сильное глотательное движение, чувствуя, как сперма Ричарда медленно проходит по пищеводу.       — Хороший мальчик, — довольно произнес андроид. — Надеюсь, теперь мы друг друга поняли? — спросил он заглядывая в наполненные жгучей ненавистью глаза детектива.       Гэвин несколько секунд смотрел прямо на девятисотку, не мигая, снизу вверх, с членом андроида, все еще вставленным в его глотку чуть ли не по самые яйца, а потом кивнул, вымученно и слабо.       Орган Ричарда медленно двинулся прочь, и, как только скользкая головка покинула его рот, мазнув, напоследок, по влажным губам, Гэвин судорожно вдохнул, а после его, наконец-то, вывернуло.