Сделай глоток моего секретного зелья

      Захлопнув за собой дверь и пройдя в гостиную, он нервно провел пальцем по экрану и приложил телефон к уху, желая услышать то, ради чего ему звонил Джин.       — Ну наконец-то, блять! — раздраженно крикнул в трубку Сокджин, стоило только установиться соединению, заставив Юнги закатить глаза.       — Ты, королева драмы, ждал секунд двадцать от силы, — запротестовал он. Старший лишь цокнул языком в притворном недовольстве.       — Проехали. Слушай, я тут нарыл кое-что в этом образце зелья, и это что-то просто невероятное.       Брови Юнги в тот момент наверняка взлетели к линии роста волос на лбу, и он даже выпрямился, обратившись во внимание:       — Правда? И что это?       На другом конце послышался какой-то шорох, а потом Сокджин снова заговорил:       — Я всю ночь вчера проводил тесты над этим образцом и, наконец, сумел обнаружить нечто интересное, — произнес мужчина неожиданно серьезным тоном, копошась в своих бумагах. — И я был, как бы это сказать… несколько шокирован полученными данными. Но не удивлен…       — Что за данные? — нетерпеливо прервал Юнги на полуслове, нарезая круги по гостиной и буквально источая энергию при мысли о том, что это может быть решением в его затруднительной ситуации с Чимином.       — Дай мне секунду, ладно? — фыркнул Ким, а после шорох только стал громче, и колдун, прикусив губу, изо всех пытался сдержать себя от колкости, что несомненно привело бы к обмену «любезностями». А это только отняло бы у них время, которого и так было в дефиците.       Сокджин резко прочистил горло и продолжил:       — Ну, изначально я собирался отыскать обратное заклинание или противоядие от любовных зелий, затем спокойно стереть Чиминовы воспоминания за последние пару дней и отправить его восвояси. Незаконно, знаю, но это был единственный приемлемый вариант. Он больше не будет под действием зелья и, к тому же, ничего не вспомнит. Неплохой план, да?       Юнги воодушевленно закивал головой, но, вспомнив, что Сокджин его не видит, залился румянцем:       — Да.       — Разве что это совсем не так, и у нас есть второй, неизвестный вариант, — проговорил Ким, вынудив младшего свести брови в недоумении.       — О чем это ты? — спросил он.       — Я говорю о том, что формула зелья, что ты изменил, не была формулой стандартного любовного зелья. Это одна из версий зелья, причем, не такая сильнодействующая, как обычное.       — Что? Но в каждой моей книге заклинаний оно называется «стандартным»? — не веря своим ушам, воскликнул Юнги и замер на месте.       — Да, только стандартным оно было именно для того времени и для того колдуна, — возразил Сокджин в ту же секунду. — Я поискал информацию о том, кто написал твои книги, и через сравнение и анализ я обнаружил, что симптомы твоего любовного зелья отличны от симптомов стандартного зелья, которое, как тебе думалось, ты создавал.       Ответить Юнги на это было нечего, и он, чувствуя, что его колени вот-вот подогнутся, и стоять он больше не может, упал в одно из кресел. Если его любовное зелье не было зельем из книги заклинаний, тогда что же это было за варево, в которое он вносил корректировки и которое проглотил Чимин?       — Современная магия и искусство создания зелий намного мощнее и эффективнее по сравнению с тем, что было раньше, — продолжил старший. — Сейчас ведьмы могут создавать нечто из ничего и варить зелья, по вине которых люди будут влюбляться даже без изначальных чувств. Ты понимаешь, к чему я веду?       Затянувшееся молчание на другом конце подсказало ему ответ, и он, испустив длинный, наполненный болью выдох, снова продолжил:       — Ну, конечно, не понимаешь. Раньше любовные зелья опирались на то, что у человека, находящегося под его влиянием, уже были определенного рода романтические чувства к зельевару. И было неважно, глубокие или поверхностные они, так как зелье в любом случае обостряло эти эмоции до максимума, — терпеливо пояснил Сокджин. — Зелья, к тому же, были слабее по действию, чем нынешние стандартные любовные зелья, и быстро выветривались, так что, взяв во внимание все твои корректировки, я полагаю, что твое зелье скоро прекратит свое действие.       Юнги чувствовал, словно у него отняли дыхание под той лавиной неожиданной информации, что Сокджин вывалил на него, едва-едва ориентируясь в этом потоке.       — Так, подожди, отмотаем назад. Что всё это значит для Чимина? — осторожно поинтересовался он, будто опасаясь услышать ответ. (А он опасался.)       — А это значит, что даже с твоими ухищрениями, единственный вариант, при котором зелье бы сработало на Чимине, это если бы он уже испытывал какие-то чувства, — трезво рассудил мужчина. — И, судя по активности его действий и эмоций под влиянием зелья, велика вероятность, что он был влюблен в тебя с самого начала.