Буду рядом...

*глава короткая, зато последняя (лично я этому радуюсь, как никто другой) На днях ждите эпилог) Ничего хорошего не скажу – драки описывать для меня тяжко тТ Кея мощным ударом тонфа вырубил противника, прижимаясь к спине разгоряченного боем Дино. Тот, отвлеченный своим противником, совсем не следит за тылом! Как так можно? Привычное и знакомое тепло широкой спины исчезает – блондин снова атакует. С его кнутом, извивающимся, словно живой, трудно сражаться, стоя на месте. Кея не вдавался в подробности против кого они сражаются – ему достаточно было знать, что эти люди, сбившиеся в тупое стадо, нарушали правила, установленные Мустангом. Хибари как никто другой ценил жесткие правила и понимал желание Каваллоне наказать дерзких травоядных. Тем более, если среди них будет хотя бы пара достойных соперников… Совсем рядом просвистела пуля, задевая гладкую щеку Хранителя Облака. Неприятный запах пороха заставляет поморщиться – грубо действуют. Противники, которые стали появляться на дороге Главы ДК, после того, как в его жизнь ворвался Савада Тсунаеши, действовали более изощренно. Это раззадоривало. Как и кровь, выступившая на бледной щеке – привносила некую пряность в окружающие его запахи пороха, дыма и смерти. На лице сама собой появилась хищная улыбка – время поохотиться. *** Громкий взрыв рядом оставил бы Тсуну равнодушным, если бы из плотных облаков серого дыма не вышел человек. Мужчина средних лет, одетый в потрепанный классический костюм. Короткие русые волосы покрыты пылью, черная повязка, развязавшись, слетает с глаза, являя миру пустую глазницу, окруженную уродливыми шрамами. Савада поежился – казалось, что отсутствующий глаз смотрит прямо на него. Хотя одежда на нем выглядела плачевно – местами прожженная, залитая кровью, но аура, исходящая от него заставляла трепетать. Сильный. Очень сильный и страшный убийца. В левой руке он сжимал длинноствольный револьвер, охваченный ярким алым пламенем. Ураган. Само оружие неприятно кольнуло еще свежими воспоминаниями о битве с Занзасом, но все мысли отступили на задний план, когда поток жаркого пламени, вместе с громким выстрелом, направился прямиком на Тсуну. Действуя скорее автоматически, Десятый, выпустив пламя перчаток, уклонился вправо, взлетая в воздух. Самодовольная ухмылка и надменный взгляд черных глаз мужчины заставил на мгновение оцепенеть. Только легендарная интуиция Вонголы спасла Тсуне жизнь – пламя, словно имея собственный разум, двинулось следом за ним! Попытка применить Х-банер успехом не увенчалась – пламя противника вобрало в себя силу, увеличиваясь на глазах. В этой ситуации следовало бы применить Прорыв точки нуля, но для этого надо остановиться и сосредоточиться, а этой возможности его лишило слишком быстрое пламя противника. И что делать?! Гокудера, Рехей и Ямомото находятся на другом конце их своеобразного поля сражения. Ламбо, Хром и Мукуро остались в поместье Вонголы – ребенку, хрупкой девочке и все еще слабому иллюзионисту не место в их битве. То и дело ярко вспыхивало пламя Неба и Облака – Дино и Кея на месте не сидели, но они тоже слишком заняты. Надо выкручиваться самому. На размышления ушли доли секунды, а пламя было уже в опасной близости. Сжав кулаки, Савада вновь уклонился – надо что-то придумать, потому что он скоро устанет, а что произойдет потом, думать не хотелось. Превосходство и насмешка, исходящие от замершего внизу мужчины, начинали бесить. Пробраться к нему, чтобы атаковать, не давало все то же чертово пламя, ревностно охраняющее своего хозяина. Пролетая мимо, в глаза Тсуне бросилось то, что губы мужчины плотно сжаты, а по виску течет пот – видимо, контроль над столько сильным пламенем отнимает много сил. Все это здорово напомнило игру в салки – кто первый выдохнется, тот и проиграл. Мужчина, подобно загнанной в угол крысе, будет сражаться до последнего – его дом был захвачен людьми Каваллоне и остальные члены его группировки приперты к стене Хранителями Вонголы. Бежать некуда, а значит, надо дорого продать свою шкуру. Спаленная тушка Десятого босса Вонголы будет прекрасным трофеем, полученным в последние минуты жизни. Вдруг что-то изменилось. Внешне ничего не произошло, но пламя противника существенно потеряло в скорости. Тсуна остановился, глядя на то, как тонкие, изящные стебли с редкими листками овивают алое пламя, распускаясь белоснежными кувшинками. Так нежно… недаром кувшинка – символ непорочности… которая напрочь отсутствует у хозяина этого иллюзорного чуда! Пламя, порабощенное цветком, окончательно замерло, напоминая длинную змею. Мужчина упал на колени, хрипя, но Савада не обратил на это внимания – он оглядывался по сторонам в поисках худощавой фигуры брюнета, но никого не видел. Злясь и одновременно радуясь столь своевременному появлению Мукуро, Тсуна сложил руки в печати, чтобы сделать Прорыв. Внезапно его талию обхватили руками и, горячо дыша в ухо, прошептали: - Ойя-ойя! Ну и чего же ты ждешь? «Нашел время!!!» - хотел рявкнуть в ответ Тсуна, но не стал – объятия иллюзиониста успокаивали, обещая защиту, и помогали сконцентрироваться. Знакомая дрожь, которая предшествует всем сильным атакам, пробежала по телу. Приятно. Ощущение силы растеклось по телу, заставляя сердце биться чаще. Пламя прямо перед Тсуной начало покрываться льдом, прекрасные цветы Рокудо медленно таяли, оставляя за собой тонкий след синего дымка. Воцарившуюся на мгновенье тишину нарушает звук падающего тела. Глаза Тсуны накрыла холодная рука Мукуро, лишая возможности видеть происходящее. Иллюзионист не хотел, чтобы его Небо видел как из ушей и глаза мужчины течет бордовая кровь – потеря концентрации на пике напряжения не проходит бесследно для слабых духом людей. Тело начало осыпаться серой пылью. Неприятное зрелище, а Тсуна способен пожалеть даже своих врагов, чего Рокудо понять не мог. Прижав Саваду поближе, Мукуро наклонился, нежно целуя того в щеку. Отпускать от себя такого очаровательного мальчика не хотелось, но делать было нечего. Все для себя решив, Рокудо прошептал несколько слов на ухо замершему Тсуне и отпустил его. Десятый, резко развернувшись, уставился на сизый дым и одинокую кувшинку. В театральности действий иллюзионисту не занимать – Тсуна знал это, но все равно наклонился за цветком. К его удивлению цветок оказался настоящим – реальная иллюзия. Крепко сжав его в руке, сминая тонкие лепестки, парень чувствовал, что по щеке катится слеза – он уже скучал по своему непостоянному Хранителю. «Я всегда буду рядом… и никогда не попрощаюсь…»