День Принцессы

Хлоя сидела на краю заброшенной сцены, обхватив голову руками, и отчаянно пыталась не заплакать, как какая-нибудь жалкая неудачница. Она проиграла. Она проиграла. И что еще хуже, она проиграла Маринетт Дюпен-Чен. Снова. Это было несправедливо! Это должен был быть ее день, ее соревнование и ее корона! Ее должны были везде показывать, обожать и боготворить как самую прекрасную принцессу в Париже, и она должна была наслаждаться сертификатами на блистательный шоппинг, играть со всей этой коллекцией кукол и фотографироваться с Адрианом, а не Маринетт Дюпен-Чен! Не смешная девчонка, которая понятия не имеет о ценности своего приза и начала раздавать кукол! Кто так вообще делает? Просто раздала редких и ценных кукол, как круассаны или что-то в этом роде. О, подождите, дочь пекаря так бы и сделала. С какой стати судьи решили, что дочь пекаря — Принцесса лучше, чем она?! Два фута в дешевых, потрепанных кроссовках появились перед ней, и она подняла глаза, чтобы увидеть Натаниэля, смотрящего на нее с беспокойством. — С тобой все в порядке? — спросил он. — Нет, у меня не все в порядке! — огрызнулась Хлоя. — Это несправедливо! — начала причитать она. — Я так старалась выглядеть как можно лучше, петь как можно лучше и говорить правильные слова, и я проиграла. Ей. Я не понимаю этого! Я просто не понимаю этого! — в отчаянии проговорила она. — Почему я не победила? Разве я недостаточно красива? Разве я недостаточно талантлива? Как Маринетт Дюпен-Чен может быть красивее и талантливее меня? Воцаряется неловкое молчание, когда Натаниэль впивается в нее своими слишком хорошенькими для него глазами. — Ты очень красивая и очень талантливая, — сказал он тихо и искренне. К большому раздражению Хлои, она почувствовала, как ее щеки вспыхнули от комплимента. Никто еще не говорил ей об этом так прямо. — Я думаю, что ты способна на все, если постараешься, и, возможно, выиграешь любое соревнование. — Тогда почему я не выиграла этот раз?! — Дело в том… что ты еще и очень злая, — сказал Натаниэль. Поначалу он колебался, но в тот момент, когда Хлоя ощетинилась на это, он вдруг уверенно продолжил. — Не имеет значения, насколько ты хорошенькая или талантливая, это абсолютно ничего не значит, когда ты плохо относишься к людям и расстраиваешь их, — пожурил он ее, — никто никогда не будет уважать тебя так, как они уважают Маринетт, пока ты не научишься хотя бы быть вежливой. Хлоя возмущенно фыркнула. — АХ, ДА? — закричала она, вставая и глядя прямо в лицо Натаниэлю. Их носы были всего в нескольких миллиметрах друг от друга, когда она бросила на него свой лучший яростный взгляд  — А КТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, СПРАШИВАЛ ТЕБЯ?! — требовательно спросила она. — Ты только что это сделала, — решительно сказал Натаниэль. — Оу! — Хлоя раздраженно фыркнула. — Иди отсюда! Затем она бросилась в сторону дома, скрестив руки на груди, и слезы потекли по ее щекам. Это был худший день в ее жизни! Она услышала шаги за спиной и, оглянувшись, увидела, что Натаниэль следует за ней по пятам. — Почему ты преследуешь меня?! — она сердито обернулась. — Я провожаю тебя домой, — пожал плечами Натаниэль. — В конце концов, «День Принцессы» еще не закончился, и я был бы неосторожен в своих обязанностях слуги, если бы не позаботился о том, чтобы ты вернулась домой целой и невредимой. Хлоя зарычала от досады на здравую логику, с которой не могла поспорить. В конце концов, она сама заставила его играть эту дурацкую роль. — Прекрасно! — она раздраженно всплеснула руками. — Но я хочу, чтобы ты держался в двадцати шагах от меня, слышишь? — Да, — саркастически поклонился Натаниэль, — ваше высочество. По какой-то причине, к ее нескончаемому раздражению, это заставило ее улыбнуться.