Рука дающего.

Школьные будни протекали медленно, тягуче. Уроки были похожи один на другой, слишком одинаково и скучно. Даже тёмное отделение не так яро пытались насолить светлому, да и те не спешили ругаться. Только Таня, становилась все более замкнутой, её круг друзей все больше сужался до общения с Гробыней. Что было приятно той и обидно Ване, который как всем было уже известно сходил с ума по девушке. Но его назойливость переходила все границы, он так старался угодить малютке Гроттер, что порой ей казалось попроси она его вылизать её кроссовки, он бы давно это сделал. Хотя бы Ягун, проявил понимание и не досаждал, но может в этом ещё были замешаны его чувства к Кате Лотковой, потому что основной его досуг занимали раздумья, как же ему добиться девушки. Каждый из учеников ожидал начала курсов, на которые их распределили педагоги в зависимости от интересов и планов на будущее. Каждому казалось, что это будет что-то особенное, что после будет проведена жирная черта, перечеркивающая их детство, когда они могли творить всё, что заблагорассудится. Утром, Таня в одиночестве читала книгу, сидя в коридоре на широком подоконнике, это было её любое место. Сидишь, смотришь в окно, а подоконник все пытается поднять тебя выше, чем позволяют чары ограничения, наложенные Поклепом. Книга, которую Гроттер не выпускала из рук, была не такой уж интересной, но зато никто не пытался подойти к ней, чтобы завлечь в бессмысленный разговор. Её мысли были далеко, она была напугана тем, что ровно через неделю начнутся осенние каникулы и, возможно, Сарданапал отправит её обратно к Дурневым. Может быть, ей стоит пойти и рассказать ему о том, что они делают с ней, но наверняка он в курсе этих событий, это видно по его взгляду и поджатым губам, когда он видит Таню после очередных каникул с «семьей». — Доброе утро, красавица! — поздоровалась с ней Гробыня. — Что грустим, кого ждём? — Склепова уселась на подоконник к Тане. — Да так, — малютка Гроттер ещё больше, насколько это возможно сгорбилась, обняв колени. — Думаю, решит ли академик, опять отправить меня к Дурневым. — Не грусти, даже если он это сделает, я все равно на связи и тебя заберу, — подмигнул ей девушка, заправив непослушную Танину прядь ей за ухо. — Спасибо, я всегда знаю, что могу к тебе обратиться. Буду писать как только смогу, — Гроттер положила свою ладонь на руку Гробыни, легонько сжав. Тут же щеки Склеповой окрасил румянец. — Эй, всё хорошо? Может ты заболела? — Таня потянулась ко лбу подруги, чтобы прикоснуться к нему губами. — Да нет, вроде температура нормальная. — Да-а… я п-просто устала, — начала заикаться Гроб. — П-пойду… это… того… прилягу, — резко подскочив Склепова убежала, оставив Таню в смятении.

***

— Да как Таня могла? Променяла нас на компанию с этой тёмной, — с горечью выплюнул парень в жёлтой потрепанной майке, пока мерил шагами комнату. — Нашла себе подружку, разве она не знает, что все тёмное отделение состоит из коварных и злых ребят, с ними нельзя дружить. Да и вообще, раньше она была готова драться со Склеповой, а сейчас не разлей вода?! Ягун, а ты, что думаешь? — остановился посреди комнаты мальчик, уперев руки в бока. Яркая, почти жёлтая копна волос, вынырнула из горы металлолома, называемая «пылесосом» — Я?! Я думаю, что Таня умная девочка и если она доверяет Склеповой, то наверняка знает, что та её не предаст и не оставит, — пожал плечами мальчик. — Ой, Ягунчик, неужели ты всем сказкам веришь? По-твоему, эта тёмная способна дружить, я тебе гарантирую, что она заколдовала нашу Таню, чтобы потом подставить, — глаза Вани были наполнены гневом, ревность съедала его по кусочкам. — Я тоже поначалу так думал, — Ягун сделал протяжный вздох. — Но бабуля кое-что по секрету рассказала. Помнишь как Таня, попала в медпункт? — Валялькин кивнул. — Так вот, после того как Склепова подняла на ноги и весь Тибидохс своим воплем. Бабуля не могла её выгнать из медпункта, тёмная сказала, что не уйдёт, пока не увидит Таню. Ну, а ты ж знаешь мою бабулю, она Склепову как напоила зельем истины. Ну та и рассказала, как она Тане помогла, у себя приютила и вообще… — Ягун явно думал, говорить ли Ване всю правду. — Ягун! Что «вообще»? Говори! — кулаки мальчика сжались: «Только не Это! Только не Это!» — Ну-у-у она сказала, что любит Таню.

***

Медузия, несколько ночей работала над списком распределяя учеников по предметам. С их первого пребывания в школе, Меди следила за каждым и точно знала, что кого интересует. Пусть они даже сами не уверенны в этом. Через неделю дети едут на каникулы, а это значит, что ей опять придётся их распределять, так ещё и помогать Поклепу в их переправе. Работа. Работа. Может ей самой нужен перерыв, с того момента как она попала сюда, у неё не было ни одного выходного, ни одного отпуска. А порой так хочется, хотя бы на три дня забросить всю эту рутину и просто не думать об этом. Сейчас стоя в библиотеке в полной тишине, она дала себе слабину. Сгорбила, вечно прямую, спину и потеряла переносицу. «Сейчас бы хоть на пару минуточек уснуть. С приходом морозов, все стены сырые, даже чуточку тепла удержать не могут.» Обняв себя руками, женщина села на стул. «Надобно попросить Сарданапала, чтобы детей вёз кто-то другой, а я потом их заберу…» Задумавшись о насущном, Меди окунулась в объятья Морфея, опустив голову на грудь. Таня зашла в библиотеку, чтобы отдать Абдуле книгу, и взять какую-нибудь литературу о нежитеведении, чтобы на курсах не быть опозоренной. Ведь, Медузия умеет кого хочешь пристыдить. Проходя мимо стеллажей, касаясь ненароком потрёпанных корешков, она остановилась на томе: «Нежитеведение. Углублённый курс лекций.» и «Курс нежитеведения. Редкие и опасные виды нежити.». Зайдя в один из самых глубоких уголков библиотеки, Таня заметила фигуру, сидящую за стулом. Подойдя ближе, она засмотрелась на идеальные черты лица, которые не могли омрачить даже то и дело поддёргивающиеся брови. «Даже во сне работает.» усмехнулась девочка. «Она походу замёрзла» — Аморфус телепорцио одеяло! — прошептала Таня. И тут же одеяло появилось в её руках. Накрыв им плечи Медузии, она взяла книги и убежала.