Рука дающего.

Три дня спустя Таня направлялась в кабинет нежитеведения. Медузия так и не вернулась, а уроки за неё замещал Сарданапал. Точнее он старался присутствовать на уроках, правда проводить их он и не пытался. Все-таки отсутствие дисциплины, которое раньше поддерживалось стальным взглядом преподавателя, привело к тому, что еще бы чуть-чуть и на Тибидохс произошло бы нападение упырей. Поэтому Черноморов приходил на последние двадцать минут, садился за стол и начинал ностальгировать о временах давно ушедших. До начала урока оставалось десять минут, но за неимением других дел Таня уже сидела в кабинете. За ней зашли и остальные, внезапно к ней подкралась Зализина. — Ну что, Гротерша? Тебе не надоело бегать за Ванькой? — спросила та, начиная активно жестикулировать. — Слушай, Лизон, а тебе не надоело? Как мне еще объяснить, что у нас с Ваней ничего нет — настороженно сказала Гроттер, внимательно всматриваясь в появляющихся зрителей из темного отделения. — Ой, да это же очень легко! Просто исчезни! Прекрати за ним ходить, есть с ним за столом и заниматься в библиотеке. И если ты этого не сделаешь, то разговор будет коротким! — Зализина, ты уже мне надоела! Ты за Гроттершей бегаешь больше, чем за Валялькиным. Ну если он не смотрит на тебя, то измени что-нибудь в себе, сделай так, чтобы он обратил внимание. А так ты выглядишь очень жалко — встряла в разговор Катя Лоткова, в надежде расслабить обстановку. — Я то и вижу, как она от ненадобности на него вешаешься, как та коала на бамбук. Я таких как она сразу распознаю. Увидела классного парня и начинаешь со свету его изживать! — сквозь зубы прорычала девушка — Я её уже предупреждала, что если она от него не отцепится, то я буду действовать по-плохому. — И что же ты сделаешь? Начнешь ходить за мной в два раза больше? Внезапно неожиданный Искрис фронтис обжег девичью щеку. — Ну что Гроттер? Так и будешь стоять, куда делась твоя храбрость? Таких змей как ты нужно отучать от старых привычек приставать к мужскому полу. Так что запомни раз и навсегда — Ванька мой! — прокричала Зализина, бросив еще одно заклинание. К счастью, Таня уклонилась, зато оно попало в Лоткову, лежащую теперь без сознания. Оба отделения понимали, что ситуация наколяется, поэтому они стали тихонечко сползать под парты. — Ты совсем выжила из ума! В Тибидохсе запрещены драки, особенно драки на кольцах. Тебя же исключат! — попыталась её вразумить Таня. Она поймала взгляд Жоры Жикина, который сначала смотрел на Лоткову, а потом поднял взгляд на Гроттер, предлагая той отвлечь взбешенную Джульетту, пока он вытащит Катю. — Ты, сиротка, мне не указывай — прорычала ведьма — Пришло твое время ответить за проступки. Ты лучше расскажи, Дурневы тебя поэтому выперли? Неужели ты решила увести тетиного мужа? Как это на тебя похоже… Таня замерла. Внезапно гнев, буйной волной расплескался по ней. Злость, которую она сдерживала все это время начала прорываться: «Отвлечь её? Да я сделаю так, что она не сможет на ногах стоять ближайшую неделю». — Порчус прыщус зеленкус! — Таня хотела стереть с её лица эту гаденькую улыбку, ударив сглазом, от которого Лиза истошно закричала. Ее лицо тут же покрылось небольшими язвами, намазанными зеленкой! — Ненавижу! -закричала девочка — Искрис фронтис дублицио! Таня отразила заклинание легким движением руки — Пуфель-труфель! — крикнула Гроттер и сделав пару шагов в сторону, крикнула — Панидис паленус! — рукав противницы загорелся, вызвав вскрик от боли. Искры продолжали лететь в разные стороны, но если Лиза начинала уставать, то Таня, будучи более сильным противником только входила во вкус. — Ничегоус невечнус! Искрис фронтис! — Эйдосси Бессмертнум! — парировала Таня, превратив столь сильное заклинание в пшик, вот только второе все же задело её, поцарапав бок. — Искрис фронтис форте! Отвяниум сволочелло! Блоки, которые ставила Зализина начинали разрушаться ещё до того, как заклинания долетят до них. Она все больше и больше отходила назад под напором Гроттер. Мощная волна двух заклинаний отбросила Лизу в стену, и та с глухим стуком упала на пол. Девочка начала подниматься, но дрожащие ноги не слушались, и она снова была настигнута заклинанием. Таня больше не могла остановиться, гнев и картины прошлого лета слились в одно. Она сейчас дралась не со своей одноклассницей, а с призраками её кошмаров. Поэтому не осознавая, что она делает Таня сделала еще пару шагов направлении одноклассницы, но вдруг кто-то схватил её одной рукой за талию, а другой обхватил кольцо. — Что здесь происходит?! Вы что с ума все посходили? — закричала Медузия, заставив вздрогнуть всех, кто был в комнате. За ней вбежали и другие преподаватели вместе с «виновником торжества» и Ягуном. Тот сразу побежал к Лотковой, которая только сейчас стала приходить в себя. — Да я вас всех зомбирую! Эти белые маги… — прорычал Поклеп — всех переведу на темное отделение! Одна Таня не замечала происходящего, она продолжала попытки вырваться, но хрупкая на вид женщина имела стальную хватку. Поэтому постепенно она осела в кольце рук. Её глаза обратились к Зализиной, та словно пыльный мешок лежала на полу. На ней не было живого места, лицо — обезображено зелеными прыщами. Рука, опаленная легким огоньком, покрылась огромными волдырями. Её кольцо немного почернело, а камень, впаянный в него — треснул. — Божечки-кошечки, что здесь произошло? — спросил Сарданапал, его усы начали скручиваться в два вопросительных знака. — Она! Эта сиротка напала на меня! — истошно закричала очнувшаяся от шока Лиза. — Заткнись! Это ты напала на Лоткову и Гроттер! — начал кричать на её Жора Жикин — Радуйся, что жива осталась! — Довольно! Нам нужно разобраться с ситуацией — пробурчал Сарданапал — Валялькин, помогите однокласснице подняться, Ягунчик, а вы Лотковой. Татьяна! Вы сможете сами дойти то магпункта? — Гроттер останется со мной. Нахватало им ещё и его разбомбить, и окончательно глаза друг другу выцарапать. Я сама с ней разберусь. — Меди, ты уверена? Ты же только вернулась… — Уверена. И Елизавета? Мне вот просто интересно, Лоткову тоже Татьяна избила? — усмехнулась преподаватель — А теперь вышли все из класса. Свидетели произошедшего могут догнать Сарданапала или Поклепа Поклепыча и поделиться с ними впечатлениями. Как только класс опустел, Горгонова сразу отпустила ученицу. Таня стала оглядываться по сторонам и стыд сразу окрасил её щеки. Кабинет был полностью разрушен, окна были выбиты, книги сожжены и теперь валялись вместе с остатками парт и обвалившейся шпаклевки. Следы дуэли были повсюду. В моменте ей стало страшно, ладошки покрылись потом, а где-то глубоко в груди зародилась дрожь. В голове крутилась одна мысль: «Что я наделала? Я же могла её убить!». От этого в глазах начало темнеть, дрожь начала добираться до коленок. — Только осознала? — спросила Горгонова. — Кивнув головой — Гроттер присела на край уцелевшего стола. В это время Меди начала восстанавливать кабинет. Шпаклёвка вернулась на место, со стен исчезла гарь. Парты снова собрались в пару со стульями и разбежались по своим местам. Книги же, восстановленные преподавателем, словно птицы разлетелись по своим законным полкам. — Я… я не хотела — прошептала девочка, все это время она пыталась успокоиться и постепенно дрожь стала уходить — Скажите, меня отправят к лопухоидам? — Если бы за каждый проступок учеников зомбировали или отправляли домой, то школа бы быстро закрылась — ответила Зевсовна, подходя к ученице — Позволь мне залечить твою щеку и бок. — Таня боялась поднять взгляд. Несмотря на то, что она более или менее успокоилась, стыд никуда не уходил. Чужая рука мягко коснулась подбородка, приподнимая лицо на уровень глаз преподавателя. — Татьяна, вам не стоит стыдиться того, что произошло. Насколько я понимаю вы защищались и защищали Катерину Лоткову — она прервалась, чтобы прочесть неизвестное девочке заклинание, благодаря которому порез сразу затянулся — А за благородные поступки, да будет вам известно, не стыдятся. Конечно, я против драк и кровопролития — её рука опустилась к девичей талии — Позволите взглянуть? Кивнув, Таня посмотрела на лицо женщины. Меди в это время аккуратно приподняла свитер и стала рассматривать внушительный порез на боку. Было заметно, что под её глазами залегли тени, скулы стали острее, а цвет лица стал бледным. — Хотите что-то спросить, Гроттер? — не отрываясь от ее раны спросила Медузия Зевсовна. — Не думаю, что вы ответите, но куда вы ездили? Вы выглядите уставшей. Вздохнув, женщина опалила горячим дыханием уже зажившую царапину — Правильно подметили, но я все же отвечу на ваш вопрос — Горгонова выпрямилась, посмотрев в глаза ученице — Я знаю, что условия, в которых вы проживаете у ваших родственников и их отношение к вам — не является той средой, в которой должна проживать ученица нашей школы. А также я знаю, что этим летом у Дурневых произошло что-то страшное — преподаватель сделала паузу, позволив малютке Гроттер переварить услышанное — Я не знаю, что там случилось, но вы должны понимать, что совсем скоро начнутся новогодние каникулы. А это значит, что нам придется отправить вас обратно к лопухоидам. У Гроттер создалось ощущение, будто бы на неё вылили ведро с колодезной водой. — Татьяна, я хочу вам сказать, что я придумала план, благодаря которому вам не нужно будет возвращаться туда. Именно для этого я уезжала. Я была в магщетсве. Но его невозможно воплотить, пока вы не расскажите мне о том, что произошло тем летом.