Я рядом

"И я не знаю, С какой стороны подует ветер, Но ты здесь со мной, И это всё, что я хочу знать".

Чонгук добирается до своего дома не без чужой помощи. Намджун, явно обеспокоенный сложившейся ситуацией, задаёт ему десятки вопросов. Губы мужчины постоянно нервно подрагивают, взгляд тревожный и непонимающий. Он настаивает на посещении больницы, от чего Чонгук категорически отказывается. Дышать и правда больно: приходится схватиться за бок, чтобы хоть как-то притупить спазмы и дотянуться до дверного замка. Дом встречает встроенным голосовым помощником. — Добро пожаловать домой, господин Чон, — искусственный интеллект никогда не нравился Намджуну. Он, нахмурившись, помогает Чонгуку дойти до дивана и опуститься на него. — Ваше состояние расценивается как ухудшенное, мои сканеры обнаружили ушибы. Вызвать скорую помощь? — Нет, набери мне ванну, — отвечает парень и болезненно хрипит. Намджун напрягается пуще прежнего. — Эта штуковина дело говорит, — с едва уловимым раздражением в голосе проговаривает Ким и смотрит, как Чонгук корчится от боли. Он потихоньку закипает. Как Чон может отказываться от медицинской помощи? Чонгук не объяснил толком, что с ним случилось, да ещё и уверяет в том, что всё в порядке. — Не называй её так, — Чонгук морщит лоб, а Намджун готов начать кричать, ему хочется отругать его за такое упрямое поведение, но компьютерный голос снова режет по ушам, оповещая о новом госте. Тэхён появляется на пороге угрюмым и, не церемонясь, проходит вглубь пентхауса. Он не обращает внимание на интерьер, хотя в другой день с удовольствием бы рассматривал мебель и выражал своё нескончаемое восхищение. Сейчас его заботит состояние друга, а не шикарная планировка. Парень теряется, увидев сидящего Чонгука с лопнувшей кожей на нижней губе. Остановившись рядом с ним, он не может подобрать слов. В голове слишком много мыслей. «Что случилось?» «Ты в порядке?» Тэхён чувствует тревогу. Он не может не чувствовать её. Чонгук пострадал и ничего ему не сказал, даже не позвонил. Намджун сообщил ему сам, и Тэхён не знает, правильно ли обижаться в такой ситуации. Ему неприятно осознавать то, что Чонгук хотел оставить всё втайне, скрыть своё состояние. Он стоит раздражённый и вместе с тем напуганный до чёртиков и слышит такое холодное «зачем ты ему позвонил?». Чонгук злится, кидая взгляд на Намджуна, который готов взорваться, но не делает этого, потому что пока ещё держит себя в руках. — Да потому что ты ни хрена ничего не сказал! Что я должен был делать? — Ким всплескивает руками от возмущения. Почему Чонгук ведёт себя как маленький упрямый ребёнок? Он дорог для Намджуна, разве странно, что мужчина за него волнуется? Переживает за его состояние, бросает все дела и приезжает по первому звонку только потому, что Чонгук попросил. Вспышки злости прекращаются, Намджун делает глубокий вздох, смотря на замолкшего Чона. Он ждёт хоть каких-нибудь объяснений. Тэхён не перестаёт смотреть на Чонгука, нахмурившись, и складывает руки на груди. Неужели Чонгук сам не понимает, что заставил волноваться из-за себя? В этой комнате находятся люди, которые больше всех заботятся о нём, но он продолжает сидеть, не говоря ни слова, и вид у него обиженный, словно это Намджун с Тэхёном скрывают от него правду, а не наоборот. Проходит пару минут прежде, чем Чонгук поднимает свой усталый взгляд на Намджуна. — За мной следили, — коротко бросает он, уставившись на Намджуна. Он думает о разговоре с Сокджином и даже не знает, можно ли доверять ему. Чонгук запутался и хочет отдохнуть. Ещё никогда Чон так не желал выгнать друзей и остаться наедине с самим собой. — Что? — Намджун выгибает бровь, сказанные слова его явно удивляют. Чонгук только хмыкает. — Это они тебя так? — он кивает на бок. — Да, передавали привет, — Чонгук смотрит на Тэхёна, который весь сжался. Несмотря на своё раздражение, парень чувствует вину по отношению к нему. Его проблемы не должны касаться Тэхёна, Чонгук бы и сам во всём разобрался. Он злится на Намджуна, потому что тот без его согласия позвонил Тэхёну и в лишний раз заставил того беспокоиться. — Ещё что-нибудь сказали? Может, запомнил что-то подозрительное? — Нет, — Чонгук часто моргает, качая головой, словно раздумывает, сказать что-то или нет, но всё же здравый смысл берёт верх над ним. — Пак. Назвали только это. Намджун замирает, будто эта фамилия ему о чём-то говорит. Его удивление замечает и Чонгук, внимательно наблюдающий за ним, и Тэхён, который сжимает в руке края рубашки, чтобы хоть как-то успокоиться и перестать нервничать. Мужчина долго думает, а потом, поднимая взгляд на Чонгука, без тени беспокойства спрашивает: «У тебя есть догадки, кто это может быть?» Его лицо больше не выражает ничего. — Понятия не имею, кому стало так скучно, — брюнет делает попытку встать с дивана, но тут же хватается за бок и шипит. Тэхён садится с ним рядом и рукой показывает, что сейчас лучше не делать резких движений. — А у тебя? — он вновь смотрит на Намджуна. — У тебя есть догадки? — Нет, — мужчина засовывает ладони в карманы брюк. — Сколько людей в Сеуле с такой фамилией? — Но не каждому есть дело до меня, — Тэхён прикусывает нижнюю губу, смотря на руку Чонгука. Он не решается дотронуться до неё в присутствии Намджуна. Если Чонгук знает, что Тэхён всегда так поступает, когда хочет успокоить друга, то Намджун вряд ли поймёт всё правильно. Тэхён не хочет, чтобы их с Чонгуком отношения касались других людей, тем более директора Кима. Он не доверяет ему, поэтому сидит молча, не решаясь говорить о том, что за ним тоже недавно следили, однако тот вечер закончился разговором с Юнги, а не избиением. — Надо узнать, кто заинтересован в компании. Тэхён вздрагивает, слыша серьёзный голос Чонгука рядом. — Я займусь этим делом, а тебе лучше отлежаться пару дней дома. В таком виде нельзя показываться в офисе, — Намджун указывает на разбитую губу парня и разворачивается в сторону двери. — И, пожалуйста, Чонгук, — он останавливается, — не выходи из дома, пока я со всем не разберусь. Твоя безопасность превыше всего. Чонгук кивает, пряча от него взгляд. Намджун говорит искренне, с беспокойством в голосе, и он больше не может на него злиться без особого повода. Всё же Чон доверяет ему. Кто знает, может, у Кима были причины не затрагивать тему о разработках отца? Вряд ли он будет действовать у него за спиной и врать в лицо о том, что его заботит состояние Чонгука. Чон и правда погорячился, настроив себя против него. Кажется, именно Намджун и есть тот человек, которому он может доверять. — Поезжай домой, Тэхён. — Я никуда не уеду, пока не буду уверен, что с тобой всё в порядке, — Тэхён с обидой в голосе отворачивается и смотрит на огромные панорамные окна, которые занимают почти все стены. Почему Чонгук выгоняет его? Он ведь знает, что Тэхён переживает, но, несмотря на это, всё равно просит его уйти. Просит уйти самого близкого человека. Чонгук бы и сам ни за что не уехал, окажись Тэхён в подобной ситуации. Они связаны с детства — как бы странно это не звучало, — и уже не отменить того факта, что друг за друга они будут стоять горой. Как бы Чонгук не противился его помощи, Тэхён решил для себя твёрдо: он никуда не уйдёт, нравится это Чону или нет. Нет ничего неправильного в том, чтобы остаться с лучшим другом и помочь ему, когда он действительно в этом нуждается. Чонгук чувствует себя виноватым: сейчас Тэхён должен лежать в своей кровати и видеть сны, а не бегать вокруг него как нянька. Он не любит быть слабым рядом с ним, не любит быть поводом для беспокойства, и от одной мысли о том, что Тэхён волнуется за него, становится не по себе. Чонгук не может на него злиться. Он понимает, что бороться с упрямством Кима — бесполезно, поэтому старается доставить ему меньше неудобств, когда принимает руку помощи. Тэхён придерживает его за плечо, чтобы тот смог подняться на ноги. — Может, всё-таки вызвать врача? У меня есть один хороший док. — Не надо. Мия уже просканировала меня, переломов нет, только ушибы, — Чонгук морщится от боли, наступая на левую ногу. Тэхён понимает, что речь идёт об этом странном встроенном компьютере. Непонятный голос, который доносится непонятно откуда, здорово напугал его при входе. Хоть Чонгук и говорил о своём желании использовать искусственный интеллект в доме, Тэхён не думал, что брюнет уже установил его. — И давно ты разговариваешь с компьютером? — ему немного неловко задавать такой вопрос. Всё кажется, что Мия — так назвал компьютерную систему сам Чонгук — слышит его, и ей не очень-то приятно. Тэхён вообще не знает, как к ней обращаться. Разве не странно звать технику человеческим именем? Чонгук помешан на разработках, Тэхён прекрасно знает о его желании работать с Сокджином в лаборатории, а не торчать целыми днями в душном офисе. — Я разрабатывал её четыре года, а установить смог только полгода назад. Мия — лучшая из всех голосовых систем-помощников. Она тебе не только свет выключит, но и хорошим собеседником станет, — Чонгук говорит с гордостью, словно эта Мия — его лучшее изобретение. Тэхён в ответ только хмыкает, не смея перебивать. — Я наделил её особыми функциями: она умеет сканировать состояние и различать настроение. — Если у тебя плохое настроение, она включит расслабляющую музыку? — предполагает Тэхён и открывает дверь ванной. — Типа того, Мия различает около пятнадцати настроений. Тэхён останавливается и с удивлением смотрит на набранную ванну. Чонгук вообще не боится жить здесь? Тэхён бы, наверное, никогда не смог ужиться с компьютером в одном доме. Несмотря на развивающиеся технологии, брюнет остаётся приверженцем старого. Он не особо доверяет всему новому и прогрессивному. — Помочь раздеться? — спрашивает Ким, когда Чонгук опускает руки, потому что не может снять свитер, не наморщив при этом лоб. Он беспомощно кивает. Blake Ewing — Still Тэхён аккуратно стягивает с него свитер и пододвигается ближе, чтобы расстегнуть пуговицы на рубашке. Его лицо спокойное, движения размеренные, неторопливые, словно он каждый день занимается подобным. Ему несложно помогать Чонгуку, а вот самому Чонгуку сложно быть расслабленным рядом с ним. Парень отводит взгляд в сторону, чтобы не видеть чужое лицо, которое расположено непозволительно близко. На Тэхёна хочется смотреть, разглядывать его родинки и каждый раз удивляться природной красоте. Тэхён очень красивый. Настолько, что Чонгук не сдерживается и сдаётся. Он наслаждается этим моментом. Побыть наедине с Тэхёном для него равносильно поездке в спа-центр — расслабляет и придаёт сил. Чонгук забывает о боли в боку и разбитой губе. На секунду он представляет их в другой ситуации: Тэхён прикасается к нему бережно, задевает пальцами кожу, медленно снимая рубашку, и Чонгук, пристыженный своими мыслями, чувствует уколы совести. Он бы многое отдал, чтобы прикоснуться к Тэхёну тоже. Дотронуться до тёплой щеки и услышать тихий вздох в ответ или прижать к груди и не выпускать из объятий пару часов. Ему всегда будет мало Тэхёна, поэтому он наслаждается редкими моментами, проведёнными рядом с ним, и старается не показывать своего удовольствия. Потому что это будет выглядеть странно. Они близкие друзья, а какой друг будет наслаждаться мимолётными прикосновениями? Кожа под ладонями Тэхёна, кажется, горит, и Чонгук не преувеличивает. Он дышит глубже, чувствуя горячие руки на своём торсе. В голове мелькают картинки — разные по своему содержанию, но смысл в них один и тот же. Чонгук прокручивает сцену, где прижимает его руки к себе и прикрывает блаженно глаза, потому что Тэхён такой тёплый и осторожный по отношению к нему. Ким старается побыстрее справиться с брюками, но ремень не хочет поддаваться. — Не надо, я сам, — Чонгук делает шаг назад, мотая головой. Может, ему и больно поднимать руки, но расстегнуть ремень и снять брюки он в состоянии. Смотреть на то, как Тэхён раздевает его, становится невыносимо. Ким поступает так, исходя из искреннего желания помочь, а Чонгук боится, что его помощь обернётся совсем не тем, чем хотелось бы. Его не отпускает жар от чужих прикосновений, он немного нервно вытаскивает ремень из петель брюк и кидает его на пол. Почему-то теперь Чонгук испытывает злость к самому себе. Неправильно пользоваться добротой Тэхёна. Он должен был настоять на его уходе, а не выдумывать разные исходы сценария этого вечера и мечтать прикоснуться к нему. Чонгук считает себя трусом, раз надеется, что ему не придётся ничего объяснять, и Тэхён не станет возражать. Минуту назад он, зачарованный происходящим, мог думать только о том, насколько жалок и зависим от Кима. Ему противно от своих глупых мыслей. Тэхён садится на кафельный пол возле стены, оглядывая просторную комнату. Ванная кажется просто огромной: места хватило бы, чтобы поставить джакузи. Душевая кабина занимает дальний угол, посередине — белая мраморная ванна с золотистыми ручками и небольшой диван, над которым висит люстра (Тэхён не понимает, зачем здесь столько света. Из панорамных окон падает достаточно дневного света, да и встроенные в стену светильники неплохо справляются со своей задачей); слева от него стоит раковина на таких же золотистых ножках. Пушистый ковёр у его ног кажется мягким. Тэхён смотрит на свои туфли слишком долго. Ему кажется, что они совсем не вписываются в эту обстановку. Он даже не успел переодеться после работы — из офиса прямиком помчался сюда. Чонгук хрипит, залезая в ванну. Тэхён поднимает взгляд на обнажённого друга и наблюдает слишком пристально. Накаченные бёдра Чонгука скрываются под водой, из ванны торчат только плечи. Наверное, даже хорошо, что Чон находится к нему спиной. Тэхён даже не знает, что сказал бы в своё оправдание, если бы Чонгук словил липкий взгляд на себе. Он втайне считает тело брюнета красивым, ему нравятся его рельефная спина и тонкая талия. Наверное, странно подмечать такие детали в человеке, которого ты знаешь с самого детства. Тэхён знает о нём, кажется, всё: каждый шрамик, царапину, родинку. Он успел выучить многие привычки Чонгука, начиная едва заметным надуванием губ во время раздумий и заканчивая прикрытием носа во время зевоты. Тэхён даже может предсказать его реакцию в той или иной ситуации. Но почему же вместе с тем ему кажется, что между ними огромная пропасть недосказанности? Чонгук всегда близко, стоит только протянуть руку, но он так много скрывает от него. Тэхёну неприятно, обидно, грустно осознавать это, однако поделать он с этим ничего не может. Они много раз говорили на эту тему, но всё заканчивалось одинаково: Чонгук не хотел делиться своими переживаниями. И дело не в том, что он не доверяет Тэхёну, а в том, что Чонгук старается уберечь его всеми силами от лишних проблем. Только вот Ким воспринимает всё по-своему. Сидя на полу и смотря на Чонгука со стороны, Тэхён чувствует фантомную боль в груди. Она сжимает мышцы и не даёт вдохнуть. Что он может сделать, чтобы Чонгук пошёл к нему навстречу? Если бы он только знал… Тэхён бы обязательно попытался исправить отношение Чонгука к себе. — Ты можешь идти, не обязательно сидеть со мной, — Чонгук говорит из-за плеча, словно не хочет поворачиваться к нему лицом. Тэхён шумно сглатывает и хмыкает сам себе. — Ты меня выгоняешь? — Нет. Я… Тэхён, я не это имел в виду. — Тогда разреши посидеть мне здесь. Я же не смущаю тебя? — он спрашивает больше для вида, ведь знает, что это просто невозможно: они знают каждый сантиметр тела друг друга. Поведение Чонгука крайне странное, и Тэхёна это настораживает. Чонгук вздыхает. Опираясь на бортики ванны, он разворачивается корпусом к нему, чтобы найти его глаза. Глаза Тэхёна выглядят грустными, ему не хочется думать, что это он стал причиной для грусти. Ким улыбается уголком губ, ловя взгляд Чонгука, будто пытается сказать: «И что? Снова попросишь уйти?» — Ты правда хочешь, чтобы я ушёл? — глядя прямо в глаза, спрашивает Тэхён. А Чонгук не осмеливается прервать зрительный контакт с ним, словно он потеряет его, если сделает это. — Нет, — честно отвечает брюнет. После ответа Чонгуку становится чуточку легче. Он трёт переносицу, пытаясь собраться с мыслями, но неожиданно для себя вздрагивает, услышав голос Тэхёна. — За мной тоже следили. Я не знаю, чего они добиваются, но мне это не нравится, - Тэхён опускает взгляд, стараясь скрыть небольшую панику в глазах. — Ты в порядке? — Да, — быстро проговаривает он. — Чонгук? — Что? — глаза Чонгука блестят. — Ты доверяешь мне? Чонгук удивлён его вопросом. «Конечно, доверяю, что за глупые вопросы?» — хочется возразить, но он чувствует, что Тэхён к чему-то клонит. Ким откидывает голову и прислоняется к стене, отчего-то улыбаясь. Почему он не отвечает сразу? Сомневается? Тэхёну смешно становится. Неужели он всё это время обманывал себя? Они уже не маленькие дети, и Чонгук не зависит от него и его общения. У него нет явных причин нуждаться в Тэхёне, ведь рядом с ним есть Намджун. Умный, сообразительный, надёжный Намджун, который всегда рядом и который подскажет, как лучше поступить. Что ему может дать Тэхён? Только поддержку, а её, скорее всего, у Чонгука предостаточно. Тэхён на миг чувствует себя ничтожным и ненужным, от своих мыслей смеяться хочется. И этот смех получился бы больше нервным, чем весёлым. Тэхёну ни капли сейчас невесело — он зол на себя. Если бы Тэхён знал, что он — это самое дорогое, что есть у Чонгука, то, наверное, не стал бы смеяться. Чонгук ценит, что тот упрямится, но сидит рядом и предлагает помощь, что он не скрывает свои эмоции и не льстит, ища выгоду. Чонгук ценит искренность Тэхёна и его заботу. Это больше, чем просто нужда в чужом внимании. Чонгук хочет, чтобы он всегда был рядом и держал его за руку. Потому что ему так спокойнее, так лучше. Только рядом с Тэхёном он чувствует себя живым человеком. Он бы, не задумываясь, отдал свою жизнь ради него. Но как выразить свою преданность и любовь словами? Он не хочет сделать Тэхёну больно, не хочет расстроить или разочаровать. Всё, что ему нужно, это видеть улыбку на его лице и знать, что это он стал её причиной. — Я доверяю тебе больше, чем кому-либо, — спустя пару минут говорит Чонгук в надежде на то, что Тэхён не держит на него зла. Ему сложно выражать свои чувства словами. — Тэхён, — он ждёт, пока брюнет взглянет на него, — не сомневайся во мне никогда. Ты единственный, к кому я пойду в первую очередь. Тэхён ничего не отвечает. Просто смотрит в его глаза и не может собрать в себе оставшиеся силы на ответ. Чонгук с минуту наблюдает за его спокойной реакцией. Лицо парня довольное, словно он услышал именно то, что хотел услышать. Чонгук отворачивается обратно, погружаясь в воду до подбородка. Ким поднимается на ноги не спеша, глядит на затылок Чонгука с лёгкой улыбкой на губах, и выходит из комнаты, оставляя того одного. Чонгуку необходимо побыть одному — он знает это. Знает и ценит чужое личное пространство. Хоть они и отличаются друг от друга, порой Тэхёну кажется, что они — отражения друг друга. У них точно есть что-то общее, то, чего нельзя заметить невооруженным взглядом. Это «что-то» находится внутри и не позволяет отпускать ладонь другого. Тэхён будет сегодня рядом с ним столько, сколько это потребуется. Дом Чонгука не то чтобы удивляет, он завораживает. Тэхён рассматривает интерьер с особым удовольствием, дотрагивается руками до резного стола в кабинете, аккуратно проводя пальцами по дубу, наблюдает за золотыми рыбками в огромном аквариуме и стучит пальцами по стеклу, улыбаясь. Ему нравится буквально всё: и барная стойка с подсветкой, и чёрный кожаный диван, изогнутый буквой «п», и винтовая лестница, ведущая на крышу. Деталей так много, что глаза разбегаются, но в то же время эффекта загромождённости нет: свободного места слишком много для одного. Чонгук приобрёл пентхаус относительно недавно, поэтому Тэхён успел побывать здесь всего один раз — и то, когда вместо дорогой мебели были голые светлые стены. Чон решил обставлять жильё по своему вкусу и ни капли не пожалел о своём решении. Лаконичность сочетается с изысканностью, а светлые оттенки на потолке — с тёмной мебелью. Тэхён подходит к панорамному окну, оглядывая ночной город. Тысячи огней сверкают и переливаются, дух захватывает от такой красоты. Тэхён признаётся, что немного завидует Чонгуку: жить в таком месте, наверное, прекрасно. И дорого. Для Кима дом — это место для сна, ему не нравится обставлять квартиру мебелью или подбирать обои для кухни. Для него куда важнее то, с кем находиться в доме. Поэтому сейчас, приходя домой после работы уставшим, ему неважно, что встретит его: серые стены или шёлковые обои. Создавать уют он не видит смысла, хотя где-то в глубине души надеется когда-нибудь заняться ремонтом с человеком, который будет скрашивать обстановку своей улыбкой. Глухой стук из ванной заставляет отвлечься от разглядывания ночного Сеула. Тэхён слышит своё имя и с испугом подбегает к двери, чтобы открыть её. Чонгук, запрокинув голову, сидит на полу в распахнутом халате. О чём он только думал? Тэхён помогает ему встать, стараясь не злиться, и, слыша болезненные вздохи, цыкает. — Почему сразу меня не позвал? — брюнет с лёгким раздражением завязывает пояс его халата. Чонгук знает, что Тэхён беспокоится за него, как раз-таки это и не нравится ему. Он хотел справиться со всем сам, но стоило сделать одно резкое движение, как ослабленное тело не выдержало. — Чувствую себя маленьким ребёнком, — говорит Чонгук, когда Тэхён просит сесть его на диван и осматривает разбитую нижнюю губу, держа за подбородок. Чонгуку не нравится, что о нём так пекутся. Ничего страшного ведь с ним не произошло, всего пару ушибов, а Тэхён носится вокруг него, словно он пережил автоаварию. Парень не любит доставлять лишних проблем, тем более Тэхёну — человеку, за чьё здоровье он переживает сам. Как бы он ни возмущался и ни отворачивал голову, переубеждать Тэхёна было бесполезно. Пока брюнет не обработал губу, он не успокоился. Тэхён делал всё молча, изредка хмурясь, и встречаясь взглядом с Чонгуком. — Не хочешь чего-нибудь выпить? — невзначай предлагает Тэхён, чтобы хоть как-то разрядить напряжённую обстановку и сгладить нервы. — Где-то на барной стойке должен быть виски. — Ты же не любишь его, — Ким говорит между делом, пока ищет бутылку в сказанном месте. Он прячет ухмылку, когда слышит: «Зато ты любишь». Вытащив два стакана и поставив их перед Чонгуком на стол, Тэхён поднимает брови и смотрит на парня с сомнением в глазах. Ему же не станет хуже? Пить обезболивающее Чон отказался, так может алкоголь хоть как-то снимет стресс и уменьшит боль? Тэхён надеется на это. Выпить ему сейчас самому не помешает. Ему не нравится, что разговор с лучшим другом не особо клеится. Чонгук напряжён, и это чувствуется, он кивает, якобы подгоняя, и Тэхён разливает жидкость по стаканам. Ким садится рядом с ним, вытягивает ноги с тихим вздохом и слишком сильно удивляется, когда Чонгук без лишних слов опустошает стакан залпом и ставит его обратно на стол. Тэхён налил совсем немного, что-то ему подсказывает, что одним стаканом дело сегодня не кончится. После третьего захода Чонгук наконец расслабляется и откидывается на спинку дивана. Тэхён наливает ещё, несмотря на лёгкое головокружение. Язык развязывается, тело напоминает сладкую вату, но мысли ещё не спутанные, поэтому Тэхён говорит первым: — Как думаешь, чего они хотят от нас? — под «они» Тэхён подразумевает людей, которые за ними следили. Чонгук сразу же понимает ход его мыслей, однако ответить не может: попросту не знает. Какую бы цель не преследовали эти люди, они её не добьются. Чонгук уверен, что причина кроется в бизнесе. Кто-то явно нацелился на компанию. После смерти Юнхёка, отца Чонгука, руководство претерпело небольшие изменения: пришлось поменять руководящий состав. Понятное дело, что шаткое положение Чонгука и занимаемое им место владельца не дают покоя многим бизнесменам. Если его хотят скинуть с должности, то придётся знатно помучиться, ведь Чонгук не собирается сдаваться просто так. Разговор заходит в тупик. Чонгук не хочет продолжать тему слежки, ему вообще неприятно думать о том, что Тэхёну тоже грозила опасность. С этой проблемой он разберётся завтра, а сейчас тело требует отдыха. И Тэхёна. Его долгих разговоров, взглядов, нечаянных прикосновений. Чонгук собирается воспользоваться сложившейся ситуацией и хорошо провести время рядом с Кимом. Когда в следующий раз ему ещё представится такая возможность? Чонгук аккуратно берёт его руку в свою, разворачивая её к себе запястьем, и видит наручные часы, ремешок которых закрывает число. Тэхён никак не реагирует, только с интересом наблюдает за его действиями и делает маленький глоток обжигающей горло жидкости. — Можно снять? — подняв взгляд на брюнета, Чонгук дожидается ответа, а вернее кивка. Он расстёгивает кожаный ремешок и снимает часы с запястья, чтобы потом положить их на стол. — Мне же Юнхёк подарил часы около месяца назад, — говорит Тэхён, ставя пустой стакан рядом со своими часами. Чонгук держит его ладонь двумя руками, и Тэхён может чувствовать его тёплую, немного влажную после принятия ванны, кожу. Чон изгибает бровь, не совсем понимая, к чему Тэхён сказал о подарке отца. — Я их ещё не доставал из коробки, поэтому хочу отдать тебе. Так будет правильнее. — Это твой подарок, почему ты должен отдавать его мне? Тэхён не торопится с ответом. Чонгук мягко массирует его запястье, разглядывая число «180714». Он проводит большим пальцем по метке, и Тэхён не может оторвать взгляда от такого невинного, на первый взгляд, действия. Чонгук не впервые проявляет интерес к числу, которое появилось у Кима после потери девственности, и каждый раз он обращается с ним бережно, словно боится причинить боль. — Я хочу, чтобы часы были у тебя, — отвечает Тэхён, не отводя взгляда от манипуляций Чонгука. Ему определённо нравится это. — Я отдам их на следующей неделе. Чонгук слабо качает головой — согласен. Отпускать руку Тэхёна не хочется: ему интересно смотреть на въевшееся в кожу число, которого нет на собственном запястье. И прикасаться к Тэхёну - тоже интересно. Приятно. Но как это выглядит со стороны? Определённо странно. Несмотря на то, что Тэхён не возражает, Чонгук всё равно оставляет его запястье в покое. Он тихо хрипит, устраиваясь на диване поудобнее. — Ты когда-нибудь любил по-настоящему? Неожиданный вопрос Чонгука тонет в тишине. Брюнет старается не нервничать, дожидаясь ответа. Задать этот вопрос он хотел ещё пару месяцев назад, но смелости всё никак не хватало. Да и сейчас потребовалось приложить немало усилий, чтобы озвучить то, что его давно терзало. — Мия, освещение на тридцать процентов, — свет сразу же приглушается. Чонгуку сложно скрывать волнение. Хотя бы при тусклом свете глаза Тэхёна будут меньше видны. Чонгук даже не догадывается, каков будет ответ Тэхёна. Тема личной жизни всегда проходит мимо в их разговорах. Даже если сейчас Тэхён не захочет отвечать, Чонгук поймёт. Выбор остаётся за брюнетом. Чон однозначно отнесётся к нему с уважением. Тэхён запрокидывает голову на подушки и задумчиво смотрит в потолок. Вопрос Чонгука заставил задуматься. Что вообще он понимает под этим «любить по-настоящему»? Это когда два человека страдают, испытывая сильные чувства друг к другу? Когда пытаются справиться с проблемами вместе, уберечь от всех невзгод, сделать любимого счастливым? Тэхён не может с точностью сказать, что когда-то чувствовал нечто сильное, неподвластное ему. Чувства всегда обременительны и сложны. Их нельзя контролировать. Нельзя в один прекрасный день захотеть полюбить человека всем сердцем, а в другой — перестать испытывать к нему какой-либо интерес. Тэхён сталкивался с эмоциональной привязанностью к человеку, но назвать её любовью он не может. — Не думаю, — Тэхён почти шепчет. Чонгук не скрывает своего облегчения. Он был готов к любому ответу Тэхёна: и к положительному, и отрицательному, и нейтральному. Принять чувства Тэхёна к другому человеку очень сложно для него, но услышать искренность куда важнее, чем понять, что от тебя что-то скрывают. А Тэхён легко бы смог перевести тему или пожаловаться на усталость, чтобы не отвечать. Затрагивать личное Ким не любит, да и не старается лишний раз. В любом случае Чонгук благодарен ему за ответ, в голове убавилось размышлений на ночь. Что бы было, если бы Тэхён сказал, что влюблён в кого-то? Как бы Чонгук отреагировал? Расстроился бы, злился или только грустно улыбнулся? Счастье Тэхёна для него важнее, чем собственное, и он никогда не смог бы помешать ему строить с кем-то отношения. На сердце снова неспокойно. Неужели так сложно любить человека? Чонгук, не задумываясь, ответил бы, что очень сложно. Ставить чужие интересы выше своих, переживать за здоровье и состояние любимого человека, конечно, непросто. Ты становишься полностью зависимым от другого. Эмоции приходится делить напополам, переживания — тоже. Голова забита только одним человеком. И как бы это глупо ни звучало, ты и правда не можешь ни есть, ни пить, пока не будешь убеждён в том, что твоя любовь в порядке. Ты становишься заложником своих чувств, которые иногда просто травят тебя изнутри. И самое ужасное, что избавиться от своей любви невозможно просто так. Иногда на это требуются целые годы, а иногда и всей жизни мало. Чонгук искренне относится к Тэхёну. Его заботит состояние Кима, он готов приехать к нему посреди ночи, если тот почувствует тревогу, и просидеть несколько часов рядышком, держа за руку. Чонгук готов делиться своей любовью, готов жертвовать собой и идти на уступки. Он готов отдавать что-то взамен. Но нужны ли его чувства Тэхёну? Этот вопрос висит на доске проблем, кажется, уже целую вечность. — А ты? Ты любил кого-нибудь? — Тэхён поворачивает голову, ища его глаза, но Чонгук специально смотрит куда-то в сторону. Обстановка кажется располагающей к разговорам. Говорить, не видя собеседника, гораздо легче, чем говорить при свете: нельзя проследить чужие эмоции на лице — и это, если честно, Чонгуку сейчас необходимо. Ему не хочется видеть реакцию Тэхёна на свои слова. Быть может, он просто боится её. — Да, — Чонгук улыбается уголком губ, словно от этого признания ему стало легче дышать. — Но человек, которого я люблю, не принадлежит мне. Я не могу его любить. Догадывается ли Тэхён, что Чонгук говорит сейчас о нём? От самого осознания их диалога сердце ускоряет ритм. Неужели говорить о своих чувствах не так уж и сложно? С одной стороны, Чонгук очень хочет, чтобы Тэхён ему ничего не отвечал и вообще не понимал, о ком идёт речь, а с другой — груз ответственности упал бы с плеч, можно было бы перестать волноваться за последствия и просто отпустить ситуацию. Рисковать он не может, поэтому волнуется пуще прежнего, уже жалея о сказанных словах. — Могу ли я узнать имя этого человека? — Нет, точно так же, как и я не могу узнать историю, откуда у тебя появилась метка, — Чонгук старается говорить спокойно, без намёка на волнение в своём голосе. — Ты не можешь быть с этим человеком, потому что у него другое число на запястье? Что значит «он не принадлежит мне»? Тэхёну, кажется, и правда любопытно, кто занял место в сердце друга. Брюнет задумывается о чём-то своём, пока ждёт ответа. — Я не могу отобрать человека у другого, понимаешь? В нашем мире так устроено, что у каждого есть своя пара. Свою, — он поднимает запястье вверх, отодвигая рукав халата вниз, — я ещё не нашёл. Кожа на его руке чистая, а это значит, что Чонгук ещё не был ни с кем близок. Тэхён поднимает на него взгляд и замечает ухмылку. Ким не особо понимает, что сейчас тот чувствует. Ему грустно? Обидно? Противно? Он понятия не имеет, но почему-то Чонгука хочется крепко обнять. Тэхён не знает, будет ли уместен этот жест. — Кажется, у нас слишком много секретов друг от друга, — Чонгук встаёт на ноги, держась за больной бок. Тэхён тут же подхватывает его под руку и кладёт её себе на плечо. — Я ненавижу это больше всего. Чонгук подсказывает куда идти, чтобы добраться до спальни. В комнате свет выключен, но благодаря окнам и огням ночного города можно различить большую двуспальную кровать с чёрным пододеяльником. Любовь к чёрному цвету Чонгука уже не кажется странной, Тэхёну даже начинает это нравиться. Усадив Чонгука на постель, Тэхён подходит к окну и с восторгом смотрит на многоэтажные дома. — Не могу поверить, что ты всё ещё девственник, — беззлобно говорит он не поворачиваясь. На его губах играет лёгкая улыбка, Чонгук тоже слабо улыбается, опираясь руками на бёдра. — Я верен своей любви. — Побольше бы таких людей, как ты. — Девственников? — Чонгук тихо смеётся. — Нет, преданных. А вообще ты меня удивляешь. Ты красивый, богатый, умный и очень добрый — мечта всех девушек и не только. — Спасибо? Чонгуку становится весело от их разговора, отметка настроения стремительно поднимается вверх. Тэхён ничего не отвечает, только издаёт завороженный вздох. Кажется, вид из окна его и правда привлекает. — Нравится? — М? — развернувшись, Тэхён видит указывающего на окно Чонгука и слабо кивает. — Очень. — Переезжай ко мне, будешь каждый день просыпаться и видеть эту красоту. Чонгук говорит так легко, будто переехать к другу — дело вполне обычное. Он словно не придаёт никакого значения своим словам — Тэхёна это удивляет. Разве можно говорить подобные вещи так просто? Для Тэхёна жить вместе — важный шаг, и не важно, что они друзья, а не пара. Всё равно друг к другу нужно привыкнуть, притереться, найти общую зону комфорта. Тэхён неожиданно ловит себя на мысли, что пытается найти причины для отговорки, чтобы не соглашаться на предложение Чонгука. Им вдвоём точно будет комфортно — это знает и сам Тэхён, и Чонгук. Почему же в голове так много «но»? — Не говори подобные вещи с такой лёгкостью, — Тэхён сцепляет руки на груди, садясь на край кровати. Он хочет проверить время, но вспоминает, что часы остались на столе, возвращаться он даже не думает. Наверняка уже поздно, и ему пора домой. Теперь, когда Юнги уехал к себе в Тэгу, домой возвращаться нет никакого желания. Пустые комнаты ему не по душе. — Мне нужно переодеться, — подаёт голос рядом сидящий Чонгук, и Тэхён не сразу реагирует на его слова. А когда он понимает, что Чонгук, наверное, намекает на помощь, оглядывается по сторонам, ища шкаф с одеждой. — Сейчас помогу, — быстро проговаривает Ким, вставая на ноги. — Не нужно. Мне стало полегче, — Тэхён непонимающе глядит на него пару секунд. Если помощь ему не нужна, то что тогда? — Тэхён, — Чонгук наклоняет голову вбок, — под халатом ничего нет. — Мне выйти? — брюнет изгибает бровь. — Нет, можешь просто отвернуться. Тэхён сдерживает улыбку. Ему становится так смешно из-за такого застенчивого Чонгука. Он и правда стесняется его? Но почему? Разве это не странно смущаться лучшего друга и человека, который видел его голым не один раз? Пару минут назад Чонгук принимал ванну при нём, а сейчас выглядит смущённым. Чонгук опускает голову, якобы просит прощения, и Тэхён всё-таки не сдерживается — улыбается. Чонгук выглядит милым. Даже очень. Ким говорит, что сходит за часами и вернётся, позволяя другу спокойно переодеться. Тэхён находит свои часы на столе и не спеша надевает их на запястье, всё ещё улыбаясь. Потом наливает себе немного виски, выпивает залпом и разглядывает стеклянный аквариум. Всё занимает у него минут пять, не больше, достать из шкафа чистую одежду и надеть её — времени предостаточно. На всякий случай Тэхён идёт медленным шагом, по пути смотря на мигающие огни за окном. Когда он заходит в комнату и видит Чонгука, повернутым к себе спиной, в одном нижнем белье и с телефоном в руке, то удивляется. Серьёзно? — Я за это время мог раз пять переодеться. Чонгук от неожиданности вздрагивает. А потом разворачивается к нему лицом и протягивает телефон. — Ты оставил на кровати. — Кто-то звонил? — Ким оглядывает его. Чонгук выглядит немного… рассерженным? — Да, но вызов сразу же скинули. «Минхёк» — это высветилось на экране, когда сотовый завибрировал. Чонгук принял звонок и поднёс телефон к уху. Голос звонившего был явно пьяным и весёлым, парень что-то бурно рассказывал, прося Тэхёна приехать в клуб и повеселиться с ним. Чонгук нажал на красную кнопку. Ему не нравится, что Тэхёну звонит незнакомый парень посреди ночи. Ким ничего не рассказывал об этом Минхёке. Кто он вообще такой? Чонгука не мучает совесть из-за того, что он поднял трубку и солгал Тэхёну. Его мучает ревность. Вполне нормально, что у Тэхёна есть кто-то, он взрослый парень, уже даже мужчина. Иметь личную жизнь — это естественно, но Чонгука немного потряхивает от этой новости. Сколько на самом деле Тэхён скрывает от него? Чонгук должен относиться к такому раскладу спокойно, должен радоваться за друга и пожелать удачи. Так почему же в груди всё вспыхивает от злости? Он по-настоящему близок только с Тэхёном, а Тэхён, оказывается, имеет кого-то ещё. Друга? Любовника? Парня? Кулаки сжимаются от своих же мыслей, взгляд ненарочно становится мутным. Нужно немедленно взять себя в руки. Тэхён, на удивление, смотрит на него, а не на свой телефон. Он всё равно узнает, кто ему звонил и с какой целью, узнает, что Чонгук сейчас соврал. Чону всё равно на это. Тэхён спокойно выключает телефон и машет потухшим экраном перед его лицом, будто пытается заявить, что ничего страшного в том, что тот поднял трубку, нет. Тэхён доверяет ему. — Не будешь перезванивать? — удивлённо спрашивает Чонгук. — Нет. Сейчас мне хочется полежать с тобой в обнимку и ни о чём не думать, — Тэхён проходит мимо него, к кровати, и театрально зевает, ложась на спину. Чонгук слишком удивлён, чтобы быстро сообразить. Он стоит пару секунд на месте, прокручивая чужие слова в голове, а потом понимает, что сказал Тэхён. Чонгук ложится рядом с ним, немного пододвигаясь, чтобы Тэхён смог обнять его. Брюнет слышит ровное дыхание друга и собственное сердцебиение. Странное чувство закрадывается внутри — Чонгук не может разобрать его. Что он сейчас чувствует? Небольшое волнение или, наоборот, долгожданное спокойствие? Тэхён ведёт себя нетипично: в любой другой раз он бы перезвонил, уточнил номер, время, да и немного повозмущался, что Чонгук не позвал его сразу. А сейчас… Он ведёт себя расслабленно, непринуждённо. Чонгук испытывает ревность далеко не в первый раз, однако в основном, кроме раздражения, ничего не появляется. Сегодня же его внезапная агрессия чуть ли не выплеснулась. Чонгуку стыдно за своё поведение, но ему бы стало легче, если бы он узнал, что Тэхён тоже поддался эмоциям. И пусть внешне это было незаметно, но тогда, на диване, когда Чонгук поделился тем, что в кого-то влюблён, Тэхёну было неприятно слышать подобное. Не потому что он не рад за друга, потому что внимание Чонгука для него очень ценно. Осознавать, что Чон интересуется другим человеком, ненавистно. Тэхён никогда не признается себе, что ревнует Чонгука. Это неправильно по отношению к лучшему другу. Их эмоции всё же отличаются друг от друга. Если Чонгук ревнует Тэхёна как парня, то Тэхён ревнует его как человека, своего друга. Ему нужно внимание Чона, его доверие, чтобы было всё как в детстве, когда они могли разговаривать друг с другом целый день и проводить всё свободное время вместе. Тэхён размышляет над словами Чонгука снова и снова. Кто этот человек? Почему-то, признаваясь, Чонгук выглядел грустным, и говорил он расстроенным голосом. Не принадлежит ему? Образ Намджуна рисуется в голове сам собой. Тэхён и сам не знает, почему подумал о нём. Они проводят достаточно времени вместе, знакомы не один год. Намджун и правда хороший: сообразительный, вдумчивый, надёжный. Красивый. Наверное, он хорош и в качестве друга, и в качестве любовника. Тэхён не хочет признаваться, но Намджун и правда составил бы Чонгуку отличную партию. Ким злится. Недоверчивое отношение к Намджуну увеличивается в геометрической прогрессии. Это больше похоже на личную неприязнь, которая разрастается в груди и плющом обвивает горло. Тэхён сравнивает себя с ним и понимает: Намджун обходит его по многим параметрам. Но Тэхён никогда не замечал, что между ними может что-нибудь быть. Неужели Чонгук смотрит на него влюблённым взглядом? Если это так, то, вспоминая его слова, получается, что Намджун не разделяет чувств Чона. Неужели Чонгук любит безответно? Он даже представить себе не может, каково это, любить вот так, без надежды на совместное будущее. Всё, что испытывал Тэхён к другим людям, вообще нельзя назвать любовью. Он привязывался, страдал, плакал, был готов совершить сумасшедшие поступки, но никогда не любил. Тэхён вообще сомневается в силе чувств. Внезапно брюнет задумывается: как Чонгук справляется со всем этим. Сложно ли ему? Или он давно смирился с безнадёжностью? — Чонгук? — Тэхён немного отстраняется, чтобы посмотреть в его глаза. Чонгук лежал неподвижно около пяти минут, вряд ли он бы успел заснуть так быстро. Парень медленно открывает глаза, словно тоже о чём-то думал. — Тебе никогда не хотелось отказаться от своих чувств? Чонгук отвечает не сразу: сначала долго думает, что сказать, а потом просто смотрит на взъерошенного Тэхёна. Почему он вообще спрашивает такое? — Когда становится слишком сложно, хочется отказаться от всего на свете, но к чему это приведёт? Я точно знаю, что не могу поступать по-другому, не могу перестать испытывать это. Оно уже въелось мне под кожу, и избавиться не получается, как бы я ни хотел. Тэхён грустно хмыкает. Получив ответ, он не чувствует должного облегчения. Ему становится жаль Чонгука. Искренне жаль. Тэхён снова обнимает его, кладя его голову к себе на плечо, и прижимает очень близко, как бы говоря: «Я рядом, не волнуйся».

***

Чонгук проводит ладонью по второй стороне кровати и недовольно хрипит, потому что не обнаруживает Тэхёна. Он сразу же поднимает голову сонно моргая. Пиджак Тэхёна висит на спинке стула, значит он ещё не уехал. Чонгук снова откидывается на подушку, заставляя себя проснуться. Одеяло запуталось в ногах, изо рта неприятно пахнет, да ещё и голова отказывается работать. Он встаёт с кровати с большим трудом и прямиком отправляется на поиски Кима. Ванная подождёт. Тэхён сидит на диване как ни в чём не бывало и что-то печатает в телефоне. На нём вчерашняя молочная рубашка и брюки, волосы торчат в разные стороны, но даже в таком виде он выглядит красивым. Чонгук запоздало вспоминает о своей маленькой лжи, он внимательно следит за Тэхёном. Брюнет уже позвонил Минхёку и всё выяснил? — Доброе утро, — заметив сонную мордашку, говорит он. Чонгук отвечает взаимностью, неловко переводя взгляд. — Классно выглядишь. Тэхён возвращает своё внимание к телефону, а Чонгук, не понимая, смотрит на себя: на нём только боксеры. Почесав затылок, парень слабо улыбается. Он совсем забыл, что вчера так и не оделся. Ну теперь, обнаружив Тэхёна в своём доме, ему стало гораздо легче, можно привести себя в порядок. Чонгук по привычке снимает рубашку с вешалки, но потом, остановившись, смотрит на себя в зеркале. Нижняя губа не зажила, лицо мятое и сонное. Вместо классического костюма брюнет надевает серую футболку и спортивные штаны. Ходить в таком виде утром уже как минимум непривычно для него. Это утро такое странное. Потому что Тэхён рядом с ним. После водных процедур у него словно открывается второе дыхание. Наконец, он чувствует себя как человек. Чонгук просит Мию включить музыку под настроение. На кухне тихо играет «Sunday Morning — Maroon 5». Настроение у него и правда хорошее. Вообще сложно назвать пару кухонных столов с холодильником и электрической плитой кухней. Она ничем не отгорожена от гостиной, разве что барной стойкой. Тэхён слышит музыку и неслабо удивляется, когда видит друга в домашней одежде возле кофейного аппарата. Чонгук выглядит так… по-домашнему? Как обычный парень своего возраста. На нём нет дорогого костюма, его волосы не уложены, но, несмотря на это, Чон кажется привлекательным. Его мышцы проглядываются под футболкой, красивые бёдра не скрывают даже спортивные штаны. Тэхён улыбается своим неожиданным мыслям и не сдерживается от подколов. А Чонгук реагирует крайне спокойно. Даже шутит в ответ, не отвлекаясь от дела. Он ставит две кружки кофе на барную стойку и, не дожидаясь, пока Тэхён расшевелится и подойдёт, отпивает напиток, блаженно закрывая глаза. Тэхён смеётся, садясь на крутящийся высокий стул. — Давно я не видел тебя таким беззаботным. Чонгук тянется к миске с фруктами и достаёт банан. — Да? Тэхён какое-то время наблюдает, как Чонгук избавляется от кожуры и с особым удовольствием ест банан, словно никогда в жизни не ел ничего вкуснее. Тэхёну становится смешно от такой наигранности. Чонгук ведёт себя как маленький ребёнок, и это так… замечательно? — Ты больше нравишься мне таким, — улыбается Ким. Таким забавным, смешным, дурашливым. А не серьёзным и строгим. Что сделать, чтобы Чонгук всегда оставался самим собой и больше не надевал маску безразличия? Чтобы его глаза горели, как сейчас, а не грустили? — Я планировал встретить маму в аэропорту завтра, но, похоже, Намджун не позволит мне сделать этого с таким «красивым» лицом. Тэхён заметно напрягается при упоминании Намджуна: вчерашний разговор всплывает в голове. Чонгук говорит буднично, так легко. Разве люди говорят так о тех, кого очень любят? Тэхён замечает выражение его лица и не находит в нём ни намёка на грусть. Чонгук не выглядит безнадёжно влюблённым. — Я могу встретить её, а ты сиди дома, отдыхай. — Тэхён? — Что? — Ким поднимает брови. — Я уже говорил, что ты замечательный человек? Уголки губ Тэхёна растягиваются. Он улыбается и не может понять, чем вызвана радость в его груди.

***

Неоновые лампы слепят глаза. Намджун следует за двумя громилами молча, то и дело поглядывая по сторонам. Приглушённая музыка режет уши, кислотные цвета на стенах раздражают. Пространство поделено на небольшие участки, огороженные плотными шторами, за которыми почти ничего не видно. Намджуну, если честно, даже не хочется знать, что происходит за их пределами, какие извращения скрываются за своеобразной стеной. Он с раздражением переводит взгляд на мужчин, идущих впереди. Их широкие спины не вселяют доверия, да и ужасное освещение - тоже. Ему некомфортно находиться в закрытом клубе, но обстоятельства вынуждают. Его оставляют напротив одной из «кабинок». Громилы хмыкают ему вслед и пропадают за дверями. Осмотрев интерьер перед собой, Намджун сразу же замечает, что он отличается от остального. Наверху красуется табличка с надписью «VIP», и мужчина не сдерживается от ухмылки. Вместо штор установлена стена и понять, что происходит внутри, невозможно. Намджун тянет за ручку двери и проходит вглубь комнаты. В глаза сразу же бросается полуголая девица в чёрном купальнике и маске. Она ничуть не смущается из-за прихода нового гостя и продолжает выполнять свою работу: крутиться у металлического шеста и не давать пришедшим людям скучать. На диване сидит блондин, положив ногу на ногу, и довольно улыбается, переведя взгляд с девушки на Намджуна. — Какие люди пожаловали, сам директор Ким! — мужчина взмахивает руками в воздухе и склоняет голову. — Прекрати вести себя так, Чимин, — Намджун, кажется, не разделяет его веселья. Чимин указывает на место на диване рядом с собой и кивает девушке, чтобы та оставила их одних. Танцовщица, быстро собрав остатки своих вещей с пола, выбегает из комнаты без лишних слов. Намджун садится на диван, отказываясь от коктейля. — Твоих рук дело? — Мм, о чём ты? — Чимин тянется за стаканом, расположенным на столе, и непонимающе хмурит брови. — Не прикидывайся. Ты спрашивал меня насчёт Чонгука, а теперь выясняется, что на него напали. Что за игры ты затеял? От Намджуна сквозит раздражением, а вот Чимин даже не напрягается. Он не спеша пьёт коктейль из трубочки и отвечает в своей манере: — Хочешь тоже поучаствовать? — блондин улыбается, и его глаза превращаются в полумесяцы. — Я не знаю, какого хрена ты там задумал, но прекращай, а, — мужчина поднимается на ноги. — Ты должен мне помочь. — Я ничего тебе не должен. — О нет, ты ошибаешься, малыш, — весёлый тон меняется на серьёзный. Чимин по-прежнему смотрит на него с улыбкой, но от этой улыбки мурашки пробегаются по коже. — Наверное, Чонгук сильно расстроится, когда узнает, что в управлении компанией ему помогает бывший наркоман, — он ухмыляется, откидываясь на диван. — Как думаешь, за сколько пресса купит такую информацию? Намджун вспыхивает. Подлетает к нему, хватаясь за ворот отглаженной рубашки, и со злобой проговаривает: — Но это ты подсадил меня на эту дрянь, — Чимин улыбается ему в ответ, не чувствуя и грамма страха. Они в его клубе, где повсюду понатыканы камеры, а за каждым углом стоит охрана. Но самое приятное в этом то, что он уверен: Намджун его не тронет. — Ты уже взрослый мальчик и сам в состоянии совершать обдуманные поступки. Ким смотрит на него с неприязнью и, беспомощно вздыхая, отпускает. — Что тебе надо? Я и так сделал всё, что ты хотел. — Не беспокойся, эта просьба будет последней, — Чимин поправляет рубашку. — Чонгуку не помешает охрана, да? — Намджун недоверчиво качает головой. — У меня есть один очень хороший телохранитель, который как раз нуждается в работе. Блондин просит принести ему что-то, и уже через две минуты один из бугаев протягивает Намджуну папку, заставляя открыть её. — Зачем тебе это? — Я же сказал: человек нуждается в работе, а Чонгук — в охране. Разве я не прав? Намджун смотрит на личное дело и видит прикреплённое чёрно-белое фото. «Чон Хосок», — гласит надпись рядом с фотографией.