Генетический код

Утро началось с неприятного покалывания в браслете. Я поморщилась, переворачиваясь на спину, отчего лицо тут же попало под луч солнца, широкой полосой пронизывающий стекло и условно разделяющий пространство на две половины. Я с нажимом зажмурилась и снова перекатилась на живот, натягивая одеяло поверх головы. Так гораздо лучше. Яркие лучи больше не донимали, зато внимание опять вернулось к руке. Ощущение было не очень болезненное, но довольно неприятное, чтобы просто его игнорировать. Что за черт? Это что-то новенькое… Я недовольно высунулась из своего укрытия, сдула волосинки, которые нагло лезли в лицо, и уставилась на телесный ободок, подозрительно вертя запястьем в разные стороны и разглядывая его со всех ракурсов. Что тебе нужно от меня, дьявольская вещица? Вещица не ответила, а вот на противоположной стене, рядом с входной дверью, раздался щелчок, и в помещении раздался четкий женский голос, тотчас растворяя остатки сна. Я ошарашено подскочила на постели, одним рывком откидывая одеяло, и, развернувшись всем корпусом к источнику звука, спиной поползла к стене, которая примыкала к кровати, изумленно хлопая глазами. Сначала я даже не поняла, что увидела, но вскоре картинка, отпечатавшаяся на внутренней стороне сетчатки, импульсом проникла в мозг, принося с собой осознание. Я медленно выдохнула, расслабляясь. Не глядя схватила подушку, прижала её к себе и согнула ноги в коленях. Ну, Мина, ты и лохушка. Испугалась обычного телевизора… А что удивительного? Я не видела такого уже много лет, да и к тому же подумала, что госпожа Мейо снова решила заглянуть в гости… От последней мысли меня передернуло. Не хватало еще, чтобы каждое утро начиналось с этой кровожадной стервы, которая корчит из себя святую добродетель. На стене напротив окна висела плазменная панель, которая впервые за всё время моего пребывания здесь ожила. Надо же, и правда. Сама включилась! До этого момента я не замечала присутствия сего прямоугольного экземпляра электроники, так удобно локализовавшегося в углу. Да и вообще я как-то не обращала внимания на такие, по моему мнению, мелочи. Впечатлений и без того пока хватало… Тем временем девушка с экрана что-то говорила, и я постаралась уловить суть. - … и чтобы ты не опаздывала на работу, браслет будет будить тебя по утрам в рабочие для тебя дни… Я зыркнула на руку. Великолепно! Мой персональный будильник с садистскими наклонностями! А может, сразу молотком шандарахнуть по голове, если с подъемом будут возникать особые проблемы? Я зло сверкала глазами из угла кровати, мечтая выпустить пулю и проделать дыру, которая паутиной расползется от центра дисплея к его краям. - … и я буду периодически передавать тебе всевозможную информацию и давать указания и инструктажи… Да ладно! Может и график походов в туалет сюда тоже включишь?... Я негодовала. Мало того, что мое тело мне уже практически не принадлежит, так еще и грозятся отобрать те редкие часы, а то и минуты, которые я не прочь провести наедине с собой в этой маленькой комнатенке. И принудить выслушивать наставления пластикового ящика… - …а в свободное от работы время ты можешь посмотреть фильм, выбрав его из предложенного списка, или послушать музыку. Управление сенсорное, внизу экрана. Опа! А вот и первая хорошая новость с утра. Я приподняла бровь. Кино… Надо же. Последний фильм я смотрела еще ребенком. Господи! Я бы многое отдала, чтобы снова что-нибудь увидеть. Я начала оживленно рыться в памяти, стараясь вытащить наружу воспоминания о любимых ранее картинах. Конечно, они посыпались, словно град. Разные сцены, реплики, даже ассоциативные эмоции. Естественно я не помнила, откуда тот или иной фрагмент, мелькавший в голове, но руки уже зачесались. Сегодня же вечером… - … и не забудь, что сегодня перед завтраком забор крови. За-ши-бись! Настроение рухнуло вниз, очертя голову бросившись с высотки. Неужели обязательно было напоминать об этом сейчас? Я только-только испытала эйфорию предвкушения, а тут это… это… Твою ж мать! Хватит ныть, Минако! Пора вставать! Я, едва не хныкая, сползла с кровати, бессильно плюхнувшись на ковер, кое-как поднялась, заправила постель и, широко зевая, прикрыв ладошкой рот, поплелась в ванную, на ходу теребя растрепанные волосы. С детства не переношу утренний подъем. В старом мире, когда я еще ходила в детский сад, мама тратила добрых двадцать минут, чтобы умудриться растолкать меня и заставить идти умываться. Похоже, ничего не изменилось. Даже теперь… Я усмехнулась своим мыслям и, взявшись за ручку, толкнула дверь. Закрутив длиннющую копну в неаккуратный узел на макушке, я приняла прохладный душ и спустя двадцать минут копалась в уже полюбившемся отсеке с футболками. Выбор пал на светло-оливковую с двумя диагональными полосками белого и серого цветов, которую я тут же надела вместе со вчерашними джинсами. Я стояла напротив шкафа и расчесывала волосы, глядя в зеркало, когда услышала стук в дверь. - Да? – чуть повернулась полубоком, чтобы расширить обзор. Послышался щелчок, и через секунду в проеме показалась голова Ятена. - Привет, готова? - Привет. Почти. Присядь, я сейчас. Я жестом пригласила его войти, указывая на крутящийся стул возле стола, а сама бросила расческу на кровать и принялась проворно заплетать волосы в косу, искоса оценивая его внешний вид. На нем был однотонный тонкий джемпер черного цвета и джинсы. Он прошел внутрь комнаты и сел на стул, сложив руки на подлокотники. - Как ты? – спросил он в спину, ловя мой взгляд в отражении зеркала. - Лучше, - уверенно ответила я, чуть улыбнувшись. Сказала правду. Потому что я действительно смогла заставить себя успокоиться. Стоя под струями воды в душевой кабинке, я еще раз прокрутила в голове события минувшего дня, проанализировав их со всех сторон. И единственный целостный вывод, к которому я приходила раз за разом, это выжидать. Тратить силы на страх перед событиями, которые еще даже не произошли и неизвестно, произойдут ли вообще, - неразумно. Нужно просто следить за ситуацией. Как бы со стороны, но в нужный момент не прозевать. - Хорошо, - он кивнул, отворачиваясь в сторону, и покрутился на стуле, оглядываясь вокруг. - Как и везде… - риторически изрек он в никуда, оглядывая стены потолок и мебель. - Что? – не поняла я, поворачиваясь к нему лицом. - Интерьер. Как и у остальных, - пояснил он. - Все наши комнаты копируют друг друга, словно близнецы. Только цвета разнятся. А в остальном почти одно и то же. - Аа… ясно, - понимающе ответила я и иронично добавила: - Не больно-то богатая фантазия у них. - Свою фантазию они направляют совсем в другое русло, - он усмехнулся и кинул на меня красноречивый взгляд. Я ответила ему тем же. – Ну, что. Идем? Спустя пятнадцать минут и вереницу коридоров, мы вошли в помещение процедурной и встали в очередь. Для меня это было всё еще неприятно, для Ятена же - вполне привычно, хоть и ненавистно. Пожертвовав на благо науки по три кубика красной жидкости, мы прямиком направились в столовую, где за столиком уже расположились остальные ребята. Наполнив подносы, мы направились к ним. Лавируя между рядами, я стойко старалась не смотреть в правый угол, но… все равно не удержалась. Мазнув взглядом вбок, я удостоверилась, что Кунсайта там не было. Слава Богу! Или… Ах, как жаль?.. Нет! Слава Богу! И точка. - Привет. Мы уселись на свои места, поздоровавшись с ребятами, и сразу ощутили, что что-то не так. Атмосфера казалась подозрительно-напряженной. В воздухе словно зависло с пару сотен невысказанных фраз. Мы с Ятеном многозначительно переглянулись, выставляя тарелки на стол, понимая, что прервали накаленное обсуждение чего-то важного и спорного. Я покосилась на Мако. Она сидела, как натянутая струна, едва держа себя в руках, и бестолково ковыряла вилкой в еде. С идеально ровными плечами и чересчур бледным лицом, выделяющимся на фоне темных волос. - Неф, на тебе лица нет, что случилось? Ятен с подозрением обратился к другу, и я автоматически посмотрела на шатена. Действительно. Сидит, как египетская мумия, сложив руки на столе, сгорбившись. Без движения, без эмоций на застывшем лице. Тарелки на его подносе даже не тронуты. Медленно подняв голову, он одарил нас угрюмым взглядом и снова потупился. Молча. За него ответил Зой. - О! Ничего такого, что стоило бы внимания! - однако в каждой фразе рыжего блистал пренебрежительный сарказм, давший нам понять, что все действительно серьезно. Ятен чуть повел головой в немом вопросе, переводя взгляд с одного на другого. - Зой? – его тон прозвучал предостерегающе. Парень выразительно на него посмотрел, а потом выдохнул, разводя руками. Пожал плечами, стрельнув взглядом на Нефрита, мол, спроси у него. Я тем временем украдкой косилась на Мако, которая слишком уж тихо сидела на стуле, шевеля только кистью с зажатым в ладони столовым прибором. В абсолютном потрясении. Похоже, здесь замешаны двое… Я незаметно пихнула Ятена под столом ногой, привлекая его внимание, и кивком головы указала на девушку. Он проследил мой жест и, посмотрев поочередно на обоих и явно что-то прикинув в голове, сурово зашипел, оперевшись руками о столешницу и всем корпусом подаваясь вперед: - Да что, черт возьми, с вашими лицами? Окунулись в резервуар с гусеницами и теперь в ужасе от воспоминаний? Нефрит стрельнул в него злым взглядом, отражающим внутреннюю борьбу кипящих мыслей. В голове его словно трудился механизм, отвечающий за выражение эмоций на лице. И я почти видела этот процесс, потому что в следующее мгновение его черты разгладились. И, закатив глаза, Нефрит капитулировал, понуро приваливаясь к спинке стула с тяжелым выдохом. - У меня сегодня свидание. - Что? Ятен разогнул спину, выпрямляясь. Он, кажется, оторопел, явно не ожидая услышать ничего подобного. А я внимательно вглядывалась в лица присутствующих, пытаясь уловить, в чем суть проблемы. «У меня сегодня свидание…» И что это значит? - Что слышал. Они нашли мне партнершу. Снова. Опачки! Теперь ясно… Мако громко сглотнула, неосторожно выронив вилку из рук, и тут же принялась лихорадочно стирать салфеткой кусочки омлета, рассыпавшиеся по столу. Повисла неловкая пауза, прерываемая лишь тяжелым дыханием девушки. Я мимоходом задумалась. Что эту связывает веселую, добрую девчонку и хмурого шатена с сапфирово-синими глазами? Что общего у этой пары, раз известие о щекотливом свидании вызвало у них обоих такую недвусмысленную эмоцию? - Вот оно что, - понимающе изрек Ятен, сбавив тон до тихого говора. И спустя паузу продолжил: - Я думал, тебе можно об этом забыть месяца на три, как минимум. Он несколько сник, узнав о причине плохого настроения друга. Устало потер виски, сдавив лоб ладонью, и, не обращаясь ни к кому конкретному, произнес: - Каждый раз, когда заканчивается сеанс этих чертовых свиданий, кажется, что нас это больше не коснется, - он горько усмехнулся, подняв взгляд, а после небрежно махнул рукой, отворачиваясь. – Впрочем, думать так – верх глупости. - Это не глупость, а оптимизм, - выступил Зой в защиту чувств Ятена перед ним самим. Невесело и без особого энтузиазма. Словно в попытке всех в этом убедить и в первую очередь – себя. - Значит оптимизм – глупая черта характера, – упрямо бросил блондин, пододвигая к себе омлет. – Разум, затуманенный обманчиво-позитивными, неправдоподобными мыслями в любой момент может сыграть злую шутку, потеряв бдительность. И тогда начнешь путать, где явь, а где выдумка, подпитанная желанием сладкой жизни. Мы удивленно уставились на него, какое-то время не находя, что ответить. Даже Мако, кажется, вышла из транса, подняв на него тяжелый взгляд. Зой очнулся первый, сомнительно фыркнув. - Ятен, это бред. - Нифига. - Будь мы все пессимистами, давно бы разучились жить. Стали бы матрешками… - он задумчиво почесал затылок. Блондин хмыкнул, откидываясь на спинку. И, пережевывая порцию завтрака, принялся покачиваться на стуле, снисходительно поглядывая на собеседника. - Почему именно матрешки? - Ну, знаешь, - меланхолично протянул Зой, - они всегда улыбаются, держат руки строго по швам и из одной матрешки выскакивает штабелем целое потомство. Ятен перестал качаться, застыв на двух ножках, оперевшись рукой о столешницу, и удивленно приподнял бровь, пронизывая парня долгим взглядом. - Зой, ты страшный человек. У тебя больная фантазия. С такими ассоциациями только психологические ужастики снимать! – заявил он бесстрастным тоном. - Прекратите истерить! – наконец, не выдержал Нефрит, вступая в разговор. – Вы же знаете, что всё это неизбежно. - Ты думаешь, что насилие, которое сплошь и рядом… - Ятен, серьезно! Уймись! – прошипел шатен, впиваясь в него предупреждающим взглядом. Блондин нехотя замолчал. - Ты прекрасно знаешь, что я думаю и на чьей я стороне. Нам нечем крыть, и пока мы должны подчиняться. Но это лишь пока… Ятен вяло усмехнулся. - Да знаю я, знаю, - он выдохнул, уступая. – Не могу спокойно реагировать, знаешь же… Шатен закатил глаза, покачав головой. - В самом деле, ребята, это же не похороны. А всего лишь секс! – он развел руками, призывая нас расслабиться. - Сотрите такие выражения с лиц, иначе это вызовет подозрения. Выше нос. Где ваши веселые маски? Цепляйте их скорее, пока не попали в комнату для допросов. А то и в карцер. Парни как по команде усмехнулись и опять принялись жевать. Мако так и не произнесла ни слова. А я недоумевала. Что нашло на Ятена, который еще накануне с огнем в глазах уверял меня, что мы должны бороться? Почему сейчас он сидит и соглашается с остальными, что мы должны стелиться и молчать, как рыбы? - Почему ты так говоришь? Это же мерзко, – я впервые подала голос с момента начала разговора, обращаясь к Нефриту. И была уже порядком разозлена. - Мы все должны давать им отпор, каждый из нас. Не идти на поводу. Только тогда мы действительно сможем превратиться в силу. Неужели вы не хотите всё изменить? – с нажимом выпалила я, негодующе всматриваясь уже в каждое лицо. - Неужто ты любезно согласишься подсказать нам способ, как это сделать сейчас? – не скрывая иронии, хмыкнул Нефрит. - Нужно просто говорить «нет», - твердо ответила я. - Всегда. Одного легко сломить, но если взбунтуются все. Я знаю… - Ничерта ты не знаешь! – вдруг раздался шипящий голос Мако сбоку. Я удивленно повернула голову, встречаясь с её разъяренным взглядом. – Думаешь, что появилась здесь такая умная и разом разгадала все загадки и решила проблемы? Черта с два! – на последней фразе её голос дрогнул, набирая обороты. Я приоткрыла рот, обескуражено уставившись на её озлобленное лицо. Не в состоянии выдавить и звука. - Все загадки уже давно разгаданы, но мы вынуждены были принять необходимую роль, чтобы выжить. Думаешь, все здесь эгоисты, которые прячут свои задницы? Да, в коем-то смысле. Думаешь, мы непринужденно смеемся и искренне радуемся тому, во что влипли? Нет! Все из нас потеряли в детстве опору. Думаешь, это никак не отразилось? Мы все калеки. Избитые, но не сломленные. И у нас есть цель… - Мако, я… - Не стоит. Не говори ничего, - она жестом грубо оборвала меня, не желая слушать. - Давно стоило сказать. Теперь будешь знать. Ты здесь совсем недавно и пока не совсем точно разбираешься в ситуации. Не обижайся, но это так. До этого момента ты всё время пряталась, и читать меж строк учиться было негде. А мы это делаем здесь. Со временем и ты научишься. Я вижу, что ты сильная, и – да, - намного сильнее многих. Но… пора посмотреть на происходящее с другой стороны, - она с силой сжала губы и снова продолжила. - Этот город - не сказка, ты сама уже успела в этом убедиться. Здесь закрытая зона, и то, что нам пихают в башку, будто это исток возрождения мира – полная чушь. Спросишь – откуда знаю? Интуиция. Мы подопытные зверушки, кому-то для чего-то очень нужные. Мы вынуждены так жить, но это не значит, что мы хотим так жить. Мы не знаем, с чем имеем дело и как глубоко сидят корни. Но мы пытаемся понять. Чтобы знать, куда бить… - в её глазах загорелся настоящий огонь. - И не смей осуждать нас за такую несущественную мелочь, как беспорядочные связи. Не мы это придумали, но по несчастью должны в этом участвовать. Для начала раскрой, наконец, разум и начни смотреть на ситуацию не плоско. Она резко вскочила и выбежала из столовой. А я ошарашено смотрела ей вслед, забыв, как дышать. Тупо моргая. Вот так охренение! Мозг включился не сразу, выходя вместе со мной из затяжного ступора. А я и не подозревала, насколько дикая боль сидит во всех этих людях и каких огромных усилий им стоит скрывать её за непринужденными улыбками. И тут дикий стыд накатил удушливой волной. Стыд за свои мысли и за свои слова. Я сконфуженно подняла глаза на ребят, натыкаясь на внимательный взгляд Нефрита. Для меня он был мрачной загадкой. Я его почти не знала. Он ассоциировался лишь с туманным образом. Но произошедшее каким-то путем заставило меня понять, что он - хороший парень. Пусть и не особо разговорчивый, как Зой. - Не обижайся на Мако, - проговорил он, сделав глоток чаю. – Она не хотела обидеть тебя грубостью. Однако постарайся понять, что всё сказанное – правда. Я расстроено вздохнула. - Мы все заметили, какая ты амбициозная и смелая, - продолжил он, понизив голос до тихого разговора. - Нам повезло приобрести такого соратника. Но не забывай, что смелость бывает опрометчивой. Поэтому надо учиться держать себя в узде. Мы так до сих пор учимся… Я сглотнула, осознавая его слова, и кивнула, снова опуская глаза. На душе стало до невыносимости мерзко. Теперь многое прояснилось. А я еще вдалбливала им какую-то свою истину! Тут нет дураков! Не ясно, правда, как мне дальше быть со своим необузданным темпераментом. Хотя, мне ведь дали совет. Буду учиться сдерживаться… Мы молча продолжили есть. Парни постепенно переключились на нейтральную беседу, стараясь хоть как-то разрядить обстановку. Хотя было видно, что этот разговор никому не нужен. А я думала. Думала. И думала. Обо всем. О каждом. О жизни в целом и ситуации в частности. В голове кружили воспоминания, образы, отрывки, погружая меня то в одну мысленную реальность, то в совершенно другую. Я так глубоко погрузилась в этот мрак, что легкий толчок плеча Ятена о моё плечо заставил меня вздрогнуть и подскочить на стуле. - Пойдем, нет смысла гипнотизировать тарелку. Я удивленно посмотрела на свой завтрак и поняла, что так ничего и не съела. Но аппетита уже не было, как и Нефрита с Зоем. Когда они успели уйти? Он поднялся, отодвинув стул, который пробороздил ножками по кафельному полу, и взял в руки поднос, чтобы отнести его на стол для грязной посуды. Продолжая при этом говорить. - Иди на работу и приведи мысли в порядок. - Ятен, я… Мне так стыдно, - я опустила глаза, сжав лежавшие на коленях руки в кулаки. Он остановился и посмотрел на меня с любопытством. - За что? Я удивленно уставилась на него. Неужели он меня не осуждает? – За то, что не хочешь сидеть в клетке? Я промолчала. - За такое не извиняются, Минако. Он отнес посуду и вернулся обратно, останавливаясь возле меня. Я продолжала сидеть за столом, следя за ним взглядом. Он на мгновение замешкался, а потом поднял руку и ласково потрепал меня по макушке, впрочем тут же пряча кисть в кармане своих джинсов. - Не забивай голову. Сразу очень трудно смириться. И, улыбнувшись мне на прощанье, покинул столовую быстрым шагом. Он ушел. А я ощутила давящую пустоту и неудовлетворенность собою. Просидев так довольно долго, я встала и, взглянув на стрелки часов, которые висели над входом, поплелась на служебное поприще, желая упасть и сдохнуть.

***

Моё желание так и не осуществилось. Однако забыть на какое-то время о неприятном инциденте за завтраком мне всё же удалось. Как и не забивать голову доколупистым самоанализом. Меня целиком поглотила работа. Не в том смысле, что я увлеклась лабораторными опытами. Нет, конечно! А в том, что мне приходилось буквально на лету улавливать кучу информации и каким-то неведомым образом стараться уложить всю эту последовательность у себя в голове и запомнить. Еще, как некстати, приходилось изображать из себя неграмотную балбеску, а это сильно усложняло мне ситуацию. Но я справлялась. Мичиру показала ряд простых анализов, которые мне придется делать постоянно, однако не сочла нужным изложить, в чем вообще заключается суть этих опытов. Хотя, сказать по правде, меня особо и не интересовало. Но даже если и наоборот, сомневаюсь, что кто-нибудь кинулся бы ко мне с объяснениями. Как я поняла, пронаблюдав за подразделением весь день, мы - обычные сотрудники, выполняющие механическую часть работы. То есть: отлить, прилить, смешать, вскипятить. А за обработку результатов, таких, как расчет и выводы, отвечали высшие чины. Но мне с начальницей вроде бы даже повезло, если вообще можно говорить здесь об этом в подобном амплуа. Мичиру оказалась достаточно милой и доброжелательной девушкой. Она терпеливо поправляла мои оплошности, тут же указывая на них и успевала вести тихую, но достаточно интересную беседу, периодически отвлекаясь на рабочие моменты. Она оказалась очень умной и эрудированной во многих вопросах, и поэтому я слушала её речь с максимальным вниманием, боясь упустить даже самую незначительную мелочь. И она не казалась мне агрессивной. В том смысле, что она была не такой, как Сецуна. Не лживой стервой. Создавалось впечатление, что она далека от вопросов принудительного продолжения рода. Она была целиком в своем деле и отдавалась подразделению лаборатории со всем пылом, ответственно управляя делами. Я, конечно, понимала, что мы с ней, скорее всего, по разные стороны баррикад. Но ведь всегда можно заключить временное перемирие, когда, по сути, делить нечего. Вот и я это сделала: выставила между нами нейтральную позицию, не подпуская слишком близко, но и не отталкивая. Ровно в пять часов вечера, по окончанию рабочего дня, я попрощалась и неспешно отправилась к себе. Утренняя сцена потоком вторглась ко мне в голову так, как вода прорывается сквозь открывающуюся заслонку дамбы. Стремительно и с напором. И я лишь в сотый раз убедилась, что необходимо начинать учиться жить и играть в команде. В одиночку тут вмиг раздавят… И первым этапом моего становления был разговор с Мако. Чем-то я её задела. Ведь не на пустом месте был тот срыв. Нужно, чтобы произошло что-то из ряда вон, чтобы Мако вспылила. Во всяком случае, я так думала… Мне совсем не хотелось терять эту девушку, к которой я уже начала привыкать. Она вызывала у меня лишь положительные эмоции, а иногда и успокаивала своей непринужденной болтовней. А в моей ситуации лишиться такого друга было бы крайне неосмотрительно. Как ни странно, пропажа нашлась во внезапном месте: у дверей моей комнаты. Еще издалека я увидела её силуэт и, не сбавляя шага, пошла чуть быстрее. На ней было всё то же платье, что и утром - темно-синее с длинным рукавом и расклешенной юбкой до колена. Она стояла, спрятав руки за спину и прислонившись лопатками к стене. Задумчиво глядя перед собой. Услышав шаги, она подняла голову и, словно бы спрашивая разрешения, едва заметно улыбнулась. Я, не мешкая, ответила ей тем же. Похоже, она пересмотрела свое поведение. - Привет. - Привет. Я остановилась, мягко поздоровалась с ней и, не дожидаясь дальнейших слов, провела браслетом перед сенсором, открывая дверь и жестом приглашая следовать за мной. Выражение её лица было печальным и понурым. Она вошла и, неловко замявшись на середине комнаты, подошла к окну. Сложно было определить её состояние. С одной стороны, она была очень грустной, а с другой, нервничала, держа руки перед собой и заламывая пальцы. Я хотела было уже начать разговор, но она меня опередила, заговорив тихо, не поворачивая при этом головы. - Мина, я хочу извиниться за то, что сорвалась на тебя. И еще за чрезмерную грубость, - она развернулась и взглянула мне прямо в лицо. – Прости. Я лишь молча кивнула. - А вот за правду… - она запнулась, отводя взгляд, не зная, как лучше выразить свои мысли. - …спасибо, - подсказала я ей. Она удивленно приподняла бровь, снова посмотрев на меня. – Нет, правда, Мако. Спасибо, что высказала. Многое обрело совсем иной смысл, который я раньше недопонимала. Она пару секунд молчала, а потом улыбнулась. - Тогда мир? - Конечно, мир! Я подошла к ней и протянула руку для пожатия. Детский жест, но в данной ситуации это казалось вполне нормально. Она пожала её, но мало-помалу выражение её лица снова пришло в уныние. Я решила во что бы то ни стало всё выяснить. - Мако, - решительно начала я. Она тут же подобралась, видимо, понимая, что неприятный для неё разговор всё же состоится. – Мне кажется, что причина твоего состояния скрыта не только за моими словами, – я старалась говорить располагающим к себе тоном, чтобы ей было легче довериться. - Я могу лишь догадываться, но надеюсь, что ты расскажешь сама. Выговориться порой просто необходимо… Она страдальчески посмотрела на меня, будто решаясь, а потом вдруг её плечи словно сломались, и она обреченно рухнула на стоящую рядом с ней кровать, вцепившись руками в покрывало. - Я люблю его… - Нефрита? Надо же! Я даже не удивилась, когда его имя легко вылетело из моих уст. Догадка посетила меня плавно. Собственно, это я и предполагала, и поэтому озвучить вполне логическую мысль оказалось довольно просто. Она закивала головой. - Теперь ясно, - протянула я задумчиво. – А он? - Он тоже любит, - ответила она, совсем скисая. Стало до основания паршиво. Плести бредовые советы про тайные свидания не было смысла. Наверняка попытки были, но скорее всего - неудачные. Ведь свободные отношения здесь совершенно не приветствуются и наверняка как-то контролируются. Даже не хотелось думать, как… Я плюхнулась рядом с ней, тяжело вздыхая, и приобняла за плечи, выражая тем самым свою поддержку. Для меня это было еще немного необычно: просто касаться другого человека, но я понимала, что ей это нужно. Да и мне, наверное, тоже. Нужно учиться жить в мире людей, а не в мире пустых подвалов… - Я ненавижу их, Минако, - тихо прошептала Мако, глядя перед собой. – Пользуясь нами, они не оставили даже капли свободы выбора. И единственное, чем приходится довольствоваться – это то, что он хотя бы рядом, - её губы задрожали, и она надсадным голосом продолжила: - Но я уже больше не могу терпеть мучения, когда ему подбирают новую партнершу. Не могу! – на последнем слове голос дрогнул, и она, теряя остатки самообладания, зарыдала, пряча лицо в ладонях. Я мысленно сжалась, от всей души сочувствуя ей. Сердце обливалось кровью, и не только от того, что рядом страдала девушка. На деле всё было так погано и мрачно, что невольно хотелось выть. Я не стала спрашивать, были ли когда-нибудь подобные встречи у неё самой. Это казалось несущественным. Главное, что им обоим тяжело сейчас. И я не знала, чем помочь, поэтому просто сильнее сжала её плечи. Не знаю, кто в тот момент потянул меня за язык, но губы разомкнулись сами собой, выпуская на волю слова. Которые стали переломными. Но это я поняла позже, лежа ночью в своей постели. - Мако, обещаю: наступит время, и мы обязательно станем свободными. Мы сможем выбирать и сможем распоряжаться жизнью так, как нам будет угодно! Она перестала плакать и, подняв голову, внимательно посмотрела на меня долгим взглядом. А я добавила, словно ощущая, что фраза не досказана. - Вот только терпением нужно запастись и верой… Она молчала, пронзая меня своими зелеными глазами, о чем-то думая, а потом улыбнулась. - Знаешь, а я тебе верю. Тебе это и вправду по зубам. Я улыбнулась в ответ, понимая, что только что неосмотрительно вернула человеку надежду. Но меня это не испугало. Тем более, жизнь научила меня, что инертное ожидание чуда не принесет плодов. Я думала, что скажут мне, а в итоге сказать должна я… Пусть я не умею драться, но зато я умею вдохновлять! Мако, похоже, и правда успокоилась. Она с ногами забралась на кровать, по-детски поджимая их под себя. А я села рядом, облокотившись спиной о стену и согнув ноги в коленях. Мы продолжили разговаривать. Меня давно интересовал один вопрос, который пока не удалось задать никому. Поэтому, не теряя времени, я спросила: - Скажи, а где дети? Ведь город существует достаточно давно. И цель у него весьма определенная. Но я не видела ни одного ребенка до сих пор. Это и правда было странно. Ведь если разобраться, то при всех существующих режимах здесь каждая первая девушка должна ходить с огромным животом и парой ворочающихся свертков в придачу. Однако до сих пор такие мне не попадались. - Они живут в отдельном секторе, полностью изолированном от нас. Доступ туда имеют лишь самые верхушки начальства. Я удивленно приподняла бровь. Как интересно… - А их родители? - Парни продолжают работать в обычном ритме, а девушки входят в колею после родов и снова продолжают жить, как прежде, - ответила она будничным тоном. Тут я совсем растерялась. - Как? - недоумевая воскликнула я, выпрямляя спину. – Родители не растят своих детей? Это была неожиданность. Мысли о младшем поколении вскользь посещали мою голову, но чтобы такое… Похоже, я ошибалась, когда думала, что смогу разобраться. Тут, нахрен, совсем мрак. - Их забирает детский сектор на воспитание, - пояснила Мако и нехотя прибавила: - И если мои догадки верны, насовсем. Я уставилась на нее в полном недоумении. Её слова привели меня в состояние крайнего замешательства, потому что такого я просто даже не могла предположить. - То есть мать и отец никогда не смогут увидеть своего ребенка? – опасливо спросила я, недоверчиво сузив глаза. - Знаешь, - она неуверенно развела руками. – На самом деле, я почти ничего не знаю. Как правило, те, кто прошел через это, строго молчат и о том, кто был партнером, и о рождении. Обо всем. Мы как-то пытались разузнать, но в ответ получали лишь полные страха лица и короткое, но решительное «нет». Я криво усмехнулась, обескураженно качая головой. Вот уж где сумасшедший дом. Ни мыслей, ни догадок. У меня не было ничего. Только голые факты, от которых в голове зрели самые жуткие выводы. Я отмахнулась. Нет! Я не буду думать об этом, когда совершенно ничего не понимаю. Зачем пугать себя заранее? Наверняка всему есть логическое объяснение. Ты сама-то в это веришь? Не верю! Но пока отодвину эту тему в сторону. Наверняка ненадолго… Я посмотрела на часы, стоящие на столе. Время подходило к ужину. Мако идти со мной отказалась, сказав, что не голодна и хочет провести остаток вечера у себя. Я не настаивала, потому что догадывалась: она боится сталкиваться с Нефритом. Пока тяжело… Поэтому в столовую я пришла одна, застав за столом Ятена с Зоем. Опасения девушки не подтвердились. Нефрита не было. Скорее всего, по той же причине. Мы поужинали, а после Ятен предложил выйти на улицу, предварительно прихватив с собой легкие куртки. Оказывается, вопреки моим предположениям, запрещено это не было. Хотя чего бояться. Территория огорожена. Мы тут как в клетке. Не удрать… Мы вышли через центральные двери, и первое, что я поняла, вдыхая воздух полной грудью, что впервые стою вне помещения после того, как оказалась здесь. Ятен неспеша повел меня по дороже, вымощенной гладкой серой плиткой, а я с интересом озиралась по сторонам, стараясь не отставать. К моему удивлению, территория оказалась намного больше, чем выглядела, когда Сецуна показывала мне окрестности с балкона. Я обернулась, окидывая взглядом строение. Оно было поистине гигантских размеров. И я почувствовала себя маленькой букашкой на фоне такой мощи. По пути нам попадались разные зоны, все соединенные между собой дорожками. Три площадки для игр в мяч. Сейчас на одной из них, с натянутой сеткой посреди поля, парни играли во что-то очень напоминающее волейбол. Хотя в спорте я разбираюсь плохо, поэтому могу и ошибиться. - Неожиданно, - ехидно сказала я, обращаясь к идущему рядом парню. Ятен покосился на меня, усмехнувшись. - Нужно забивать чем-то время в промежутках между работой и грандиозными планами свержения власти. Я улыбнулась его словам, бросив еще один взгляд на поле. Кто-то забил очко… - Здесь даже бассейн есть, - тем временем снова удивил он. Моё лицо вытянулось. До чего же непредсказуемое и противоречивое место… - Ну надо же. Где-то на территории? – осведомилась я, мысленно восстанавливая в голове топографическую карту с высоты балкона и пытаясь припомнить там что-нибудь похожее. - Нет. Там, - он не глядя ткнул большим пальцем через плечо, указывая на огромное помещение, откуда мы вышли. - Я и не знала. - Ты еще многого не знаешь, - мягко сказал он, чуть улыбнувшись. Впереди я заметила подобие рощицы, внутри которой было разбросано несколько беседок. Как мило… Аж плеваться хочется… Интересно, зачем их здесь поставили? Неужто для романтических свиданий? Внутренний голос тут же разразился насмешливым хохотом… Да уж. Наиглупейшая мысль… Пройдя чуть дальше, я заметила, что сбоку замаячили теплицы. В одну из них мы и направились. Зайдя внутрь, мы оказались в просторном куполообразном помещении удлиненной формы полностью из стекла и пластика. Я на мгновение застыла, резко останавливаясь и не веря своим глазам. Самые настоящие растения. Зеленые. Штабелями сидели в земле и приветливо колыхали листочками от искусственного потока воздуха, создающего специальный микроклимат. Я тряхнула головой, словно снимая наваждение, и подошла ближе, чуть коснувшись пальцами цветка. Оказывается, мы зашли в цветочную оранжерею. А было еще много других, где выращивали самые разные растения. - Невероятно, - прошептала я, опуская руку. - Да, - согласился Ятен и, сделав пару шагов, встал рядом со мной. Отойдя от первой волны удивления, вызванной красотой природы, я почувствовала, как на щеках появляется легкий румянец. Еще бы. Парень, который волновал меня, сейчас стоял, едва ли не касаясь меня плечом, и это заставляло кровь бежать значительно быстрее. Я украдкой скосила взгляд в сторону, очерчивая его профиль. У него были длинные ресницы, которые почти касались высоких скул, когда он стоял вот так, глядя вниз на цветок. И мне вдруг нестерпимо захотелось дотронуться до них губами, вынуждая его прикрыть глаза от моих легких поцелуев. Интересно, как бы Ятен отреагировал, если бы я сейчас это сделала? Улыбнулся бы моей невинной ласке, сладко зажмурившись, или прохладно отстранил от себя. Я уставилась перед собой. Как бы я себя повела, окажись в такой же ситуации, как Мако? Стала бы я реветь в подушку или бы понеслась биться за нас, как мотылек, пока не сгорю дотла? И там, и там исход плачевный… - Мако жаль… - печально обронила я, глядя, как включилась функция полива, разбрызгивая водяные струи на уровне земли. - Она рассказала? – спокойно спросил Ятен. - Да, я ей сочувствую… и… - кивнула я, не глядя на него, и следом задумчиво замолчала. - И… - подтолкнул он. - …и мне жутко, - закончила я, мрачно выдохнув. Он удивленно на меня посмотрел. - Отчего? - От того, что девушке посчастливилось испытать лучшее из чувств… но здесь… - Что же здесь жуткого? – не дал он мне договорить, усмехнувшись. – Это же хорошо. - Хорошо, это когда вместе, - настойчиво опровергла я, - а когда так, - я неопределенно повела рукой в сторону, - это разбитое сердце. Ятен изучающе смотрел на меня, не говоря ни слова. Он долго молчал, а я ощущала его пронзительный взгляд на себе и начала заливаться краской. О чем он думал, так внимательно меня разглядывая? Что такого я сказала, что вызвала в нем такое внимание? - Я так не думаю, – наконец изрек он. Я с интересом повернулась, ловя его внимательный взгляд. - Настоящее чувство приходит лишь однажды и весьма неожиданно. Далеко не каждый удостаивается истинного дара в виде любви. Поэтому стоит ли горевать от того, что время неподходящее? Я смотрела на него во все глаза, потрясенная таким откровением. Он отвернулся, глядя теперь на цветы. - Нужно благодарить судьбу за такой подарок и оберегать его, как самое дорогое, что есть в жизни. Неблагодарно роптать, что всё складывается не совсем гладко. Это и есть то самое испытание, которое лишь укоренит любовь. И через него нужно пройти, чтобы оказаться достойным. Я чуть не открыла рот, слушая, что говорит Ятен. Я была настолько ошарашена, что не могла даже пошевелиться. Ятен. Тот самый. С зелеными глазами. Который рьяно рвался в бой за справедливость и свободу. Сейчас впервые показал, что ему ведомы и другие чувства. Более того, он знал о них слишком хорошо. До сего момента он нравился мне, я восхищалась им, но его образ как-то не вязался у меня с человеком, которому присущи чувства, отличные от целеустремленности, хитрости и рвения в бой. Хоть я и мечтала, что когда-нибудь он их узнает. Сейчас он чуть приоткрыл завесу, и, заглянув за нее, я вдруг обнаружила, что там бьется живое сердце, которое тоже способно… И тут… О, Господи! Внезапная мысль воткнулась в мое сознание, словно отравленная металлическая игла под кожу, разливая по телу парализующий яд. От внезапного озарения дыхание резко оборвалось, и я на пару секунд застыла изваянием. А потом, когда сердце снова начало биться, неслышно выдохнула трясущимися губами. Он любит. Он уже кого-то любит! Иначе не стал бы говорить такие вещи, не зная их истинного смысла. Именно поэтому я до сих пор не заметила ни одного заинтересованного взгляда с его стороны. Откуда им взяться, когда его сердце несвободно… Обломись, Минако… Мы стояли в оранжереи, наполненной цветущими растениями. Среди красоты, которой я не видела уже много лет, но которая в одно мгновение стала мне безразлична. Прелестные цветы тепло улыбались мне с грядок, а я медленно умирала среди этого благоухающего великолепия. Почему мне так не везет? Почему тот, кого я хочу, холоден ко мне? - Эй, что с тобой? – услышала я обеспокоенный голос Ятена рядом со своим лицом. – Ты сильно побледнела. Тебе плохо? Да, мне плохо! Но ты ни за что не узнаешь причину… Я пропустила тот момент, когда он заметил резкую перемену моего состояния, и не успела вовремя совладать с эмоциями, которые выступили на лице. Поэтому мне ничего не оставалось, кроме как изобразить самую искренне-грустную улыбку, на которую я только была способна в данный момент, и повернуть к нему голову. Чтобы соврать, в то время как внутри всё медленно отмирало от горького разочарования. - Нет, всё нормально, только… - произнесла я непринужденным тоном и повела рукой вокруг, - …не ясно, что все-таки произошло с нашим Миром. Почему мы все не умерли, ведь то, что случилось, неминуемо должно было привести к мгновенному уничтожению. Всё должно было измениться в корне. - А оно и изменилось, ведь посмотри… - Ятен задумался, поджав губы, подбирая наиболее верную формулировку, и, видимо, так и не найдя логического объяснения всему случившемуся, произнес: - Послушай, Минако. Не вспоминай никогда прошлое. Его уже не вернуть. Никто не знает, как так получилось и что повлекло подобные последствия. Но мы выжили, и теперь наша задача приспосабливаться к новой жизни, на новой планете. Я смотрела на него, и мне хотелось скулить от переизбытка чувств. Он был потрясающий, когда с упоением озвучивал свои мысли. Я питалась этой энергетикой, словно живительным бальзамом. И одновременно тряслась от бессильной тоски, что этот пыл никогда не будет направлен на меня… - Погружаясь в сентиментальные воспоминания, ты так и останешься на одной точке, если и вовсе не рухнешь вниз, - уверенно произнес он и вдруг резко наклонился и сорвал цветок. Я от неожиданности взвизгнула, прикрыв ладошкой рот. Как обухом по голове этот жест выдернул меня из просторов самобичевания. - О, Господи! Ты с ума сошел? – затараторила я, опустив руку. – Нам за это спасибо не скажут! – прошипела, понижая голос. Ятен простодушно огляделся, невинно хлопая глазами. - Никто ведь не видел. И следом он повернулся и протянул его мне. Я шокировано уставилась на ярко-алый бутон, а потом перевела взгляд на парня. И на мгновение мне показалось, что что-то мелькнуло в его глазах, но быстро исчезло. Неужели… Нет, невозможно! А может… - Бери уже, - усмехнулся он, наблюдая мое смятение. – На самом деле вырастить зелень не так уж и сложно, если есть специальные составляющие ингредиенты для подкормки. Да и дефицита в них тоже нет. - Спасибо, - я опасливо протянула руку и сомкнула пальцы на тоненьком стебельке. Ятен засунул руки в карманы – его этот пресловутый жест – и улыбнулся. - Не за что. Я аккуратно спрятала драгоценный подарок за пазуху, и мы вышли на улицу, собираясь разойтись по своим комнатам. И в этот самый момент мой взгляд упал на человека, который быстрым шагом шел к нам навстречу. Высокий, стройный, с уверенной походкой. А вот его глаза мне не понравились. Темные и отталкивающие. Остановившись в нескольких шагах, он враждебно посмотрел на Ятена. - В чем дело? – холодно осведомился мой спутник. - Установка вышла из строя, - в тон ему ответил незнакомец. - Опять то же самое? - Да. - Хорошо. Сейчас приду, - сухо пообещал блондин, после чего черноволосый молча развернулся и зашагал прочь. Я проводила его заинтересованным взглядом. - Кто это? – спросила я, не отрывая взгляда от удаляющейся спины. - Мамору. Мы вместе работам, - с прохладцей ответил Ятен. - Ты, судя по всему, не очень-то к нему расположен, - выразила я свои впечатления. Он пренебрежительно махнул рукой, пожимая плечами. - Мы придерживаемся разных взглядов на некоторые вещи, - и через паузу, добавил: - С определенного момента. Я вопросительно на него посмотрела. Он был задумчив. - Позже расскажу, - словно бы спохватившись, бросил он и развернулся, чтобы уйти. – Прости. Проводить не смогу. - Не заблужусь, - уверила я его и побрела по дорожке, ведущей к центральному входу. Стемнело. Звезды на небе стали намного ярче и больше, чем днем. Я остановилась, запрокинув голову, глядя вверх. Столько недосказанности и столько вопросов. Что ждет нас там, завтрашним днем? И как не потерять себя во всей этой запутанной реальности? Прекрасный цветок грел мой внутренний карман. Я грустно улыбнулась. Забежав к себе в комнату, я аккуратно достала его и поставила в вазу, налив в неё воды. Вот и пригодился нелепый фарфоровый сосуд. Позже я разделась и залезла под одеяло. Сегодняшний день уже не мог принести мне ничего нового. Ятен на работе, Мако наверняка плачет у себя в комнате, а мне не остается ничего иного, как медленно погрузиться в обволакивающий сон… Спи спокойно, Минако… Пока… Неизвестно, что случится завтра…