Генетический код

Меня разбудил стук в дверь. Я с кислой миной высунулась из-под одеяла и взглянула на часы, висевшие на стене, недоумевая, кому я понадобилась в такую рань? К моему удивлению, на пороге стояла Мако в помятой одежде, которая была надета на ней вчера, с распухшим красным носом и зареванными глазами и теребила складку платья, потупив взгляд в пол. Ясно, значит совсем не ложилась… - Заходи. Я втянула её за руку внутрь, и дверь за нами тут же закрылась. Девушка покорно вошла и рухнула спиной на незаправленную кровать, устремив взгляд в потолок. Я подошла и прищурившись посмотрела на неё сверху вниз изучающим взглядом, скрестив при этом руки на груди. - Даа… - задумчиво протянула я затем, - крепкий алкоголь бы сейчас не помешал… Она лишь угрюмо усмехнулась, продолжая сверлить взглядом потолок. - Час расслабухи, а потом процедура очищения в виде капельницы и клизмы и длинная нотация о том, как это вредно для организма, - повернула голову, глядя на меня с иронией. - Сомнительное удовольствие. Я с усмешкой приподняла бровь, усаживаясь рядом. - Неужели кто-то уже умудрялся? – спросила я. Её ответ дал мне понять, что знает она это не понаслышке. - Да так. Была тут пара работников лаборатории, - она многозначительно кивнула в подтверждение своих слов, что выглядело немного комично в ее положении лежа, и скосила на меня глаза с нескрываемой иронией на лице. - Не досчитались пузырька спирта. Шум поднялся невообразимый. После этого попытки резко прекратились. Я хмыкнула и покачала головой, впрочем, уже особо ничему не удивляясь. То, что это зона, замаскированная под гуманистическое общество, я поняла давно. Мы немного помолчали. Было ясно, что эта пародия на шутку - лишь скрытая попытка потянуть время перед неприятными откровениями. Немного погодя, она все же тихо заговорила. - Я ужасно боюсь идти на завтрак. Всегда, когда это случается, я не могу заставить себя спокойно смотреть ему в глаза. Я вздохнула. Что тут скажешь? Помочь я ей ничем не могу, а говорить о том, что нужно быть сильной, что нужно запастись терпением... Это уже было вчера. Она и так всё знает. Просто сейчас нужно чье-то плечо. - Нет, ты не думай, - она в замешательстве посмотрела на меня, видимо, неверно истолковав мой вздох, и тут же поспешила исправиться, - я вовсе не собираюсь продолжать вчерашнюю истерику, - она отвернулась и тяжело выдохнула, - просто уж очень хочется поделиться своими переживаниями. У меня нет ни одной знакомой девушки, с которой бы мы могли иногда излить друг другу душу. Три друга – да. Но не подруги… - её взгляд стал рассеянным, направленным куда-то сквозь пространство. Лицо помрачнело, и она тихо продолжила скорбным тоном: - Хотя раньше были… Шатенка замолчала, погрузившись в свои раздумья, а потом, словно вспомнив, что не одна, быстро повернула ко мне голову и с уверенной улыбкой произнесла: - Я рада, что ты здесь появилась, - она сказала это от чистого сердца, и я верила. – И не думай, - притворно погрозила пальцем, - я не тряпка! - и более грустно добавила: - Просто иногда от маски начинает зудеть лицо, и хочется снять её. Совсем ненадолго. Я понимала, поэтому кивнула настолько сердечно, насколько смогла. Мы молчали. Но в этой тишине чувствовалась безмолвная поддержка. Не умела я красиво говорить и утешать, поэтому своим присутствием давала понять, что мне не всё равно. Что я рядом. Мако, слава Богу, это понимала, и поэтому вполне довольствовалась моим своеобразным выражением поддержки. А я переваривала её слова о тех, других ребятах, которые когда-то жили в стенах этого города. Что произошло? Почему они погибли? И почему до сих пор никто не может дать мне связанные ответы на все эти таинственные вопросы? - Расскажи, что все-таки случилось с остальными? – спросила я после долгой паузы. – Почему-то я уверена, что версия о массовой гибели от вируса гриппа - слишком уж официальная. Мако усмехнулась, выразительно на меня посмотрев. - Естественно, Минако, - она запустила руку в волосы и машинально их взъерошила, - на тот момент мы тебя еще совсем не знали, поэтому делиться своими догадками было бы неосмотрительно. Я иронично приподняла брови и насмешливым тоном съехидничала. - Да! Вдруг бы я оказалась шпионкой, которую подослали, чтобы выведать грандиозные планы армии сопротивления. Она улыбнулась, закатив глаза. - Куда уж там – армия, так… - махнула рукой, - … отчаянная кучка. Мы переглянулись, понимая друг друга без слов, после чего она продолжила: - В тот вечер произошло несколько событий сразу… - она замолчала, её взгляд как-то разом снова помрачнел. Девушка словно погружалась в пучину воспоминаний. - В тот вечер, - повторила она, - мы собирались бежать… Моё лицо вытянулось от удивления. Я и не подозревала, что однажды они уже пытались освободиться. Мако же совсем не обратила на меня внимания, продолжая говорить. - … нас было много. Целая группа. Тридцать два человека. Мы долго готовились к этому, и наконец, когда час настал… - она сглотнула, тяжело вздохнув, - …всё пошло не так. Я слушала очень внимательно, понимая, что сейчас она рассказывает мне по-настоящему значимые события. - Это потом, прокрутив воспоминания тысячу раз по кругу, мы поняли, что, наверное, кто-то струсил и выдал нас, но тогда мы этого не знали. Поэтому не обращали внимания на некоторые вещи, на которые стоило бы обратить. Мы договорились встретиться в условленном месте в час ночи. Каким-то образом ребята умудрились устроить так, что доступ к одной из дверей будет открыт. Мы сидели у себя по комнатам и ожидали назначенного времени. И когда оно пришло, оказалось, что мы заперты. - Заперты? - Да! Двери из комнат нас просто-напросто не выпустили. Браслет отказывался дать доступ. - Но… - я все еще ничего не понимала, - … как же получилось, что другие погибли, если вы так и не смогли выйти? - Группа ребят, которая организовывала побег, да и некоторые, кто оказался поумнее или… - она горько усмехнулась, - нетерпеливее, пришли на место заранее. Она снова затихла. Похоже, мне придется вытаскивать из неё каждое слово клещами. - Что было дальше? - А дальше всем тем, кто не смог выбраться к условленному месту, оставалось лишь метаться по комнатам, совершенно не зная, что думать. И ждать. Я слышала какой-то шум. Едва уловимый, но он был. Наутро, когда часы показали шесть, везде включились плазмы и нас огорошили новостью: в городе эпидемия. И якобы ночью были зафиксированы случаи резкого ухудшения состояния некоторых человек. Собравшись через полчаса в столовой и не обнаружив половины нашей группы, мы, конечно, сразу поняли, о ком шла речь. Через сутки сообщили, что они скончались. Она посмотрела на меня, и я понимающе кивнула ей в ответ. - Ты думаешь, их …устранили? – как можно более осторожно спросила я. - Мы с Зоем и Нефритом думаем именно так, а вот Ятен уверен, что им всё же удалось сбежать. Я задумалась, переводя взгляд на окно. - Это было бы здорово, - протянула отрешенно. Я на мгновение представила, что им действительно это удалось и какие бы последствия это повлекло. Это определенно было бы шансом. Если они выжили и где-то прячутся, то… - Не мне, конечно, судить причины Ятена так думать, но мне кажется, что он просто очень хочет, чтобы это оказалось правдой. Я с интересом на неё посмотрела. - Почему? - Среди ребят у него было два очень дорогих человека. Меня мгновенно кольнула игла. Он говорил о любви. Возможно, одной их них была девушка. Но следующие слова Мако развеяли мои подозрения. - У Ятена было два брата, которых он потерял, но со смертями которых до сих пор не смирился. Это многое объясняло. Его стремление вырваться, найти родных людей, которые, по его мнению, возможно, живы. Кровь звала, а он был заперт здесь, словно в клетке. Да и что греха таить, я сразу увидела, что он больше остальных стремится найти возможность разорвать цепи. Мы вдвоем молчали, каждая погруженная в свои раздумья, поэтому, когда неожиданно включился пресловутый телевизор, объявляя о моем индивидуальном расписании на день, мы вдвоем подскочили на кровати. Мако попросила меня пойти с ней на завтрак чуть позже, чтобы не сталкиваться с парнями, и ушла, чтобы привести себя в порядок. Я тоже приняла душ, оделась и, закрутив волосы в объемный пучок на затылке, принялась ждать её возвращения, вертясь на крутящемся стуле и думая, думая, думая…

***

Прошло три недели с момента моего появления в городе. Я, несмотря ни на что, постепенно привыкала к нему: к его порядкам, расписанию, его окрестностям и коридорам. Не то что бы мне в нем начинало нравиться, просто, как-никак, я жила здесь и стала лучше ориентироваться как в его лабиринтах, так и в образе жизни и мыслей его обитателей. И, конечно, старалась вести себя как примерная горожанка, ничем не выдавая свой истинной позиции. С ребятами я очень сдружилась за этот, казалось бы, незначительный срок. И очень радовалась, что когда-то не замкнулась от обиды, а все-таки решила довериться им. Мы вместе проводили вечера и выходные либо в комнате отдыха, играя в разные настольные игры или просто разговаривая, либо в комнате у Мако, благо, ходить друг к другу не запрещалось, либо на улице. И еще Мако показала мне бассейн. Каждый раз, проходя мимо столика с шахматной доской или заходя в столовую, я невольно искала взглядом высокую фигуру Кунсайта и, не обнаружив её, облегченно выдыхала, позволяя своему сердцу снова биться ровно. В специально отведенные дни я исправно сдавала кровь на анализы, хоть и кривилась от отвращения, а в рабочие - поднималась с утра и шла в лабораторию осваивать азы методов исследования. Сегодня у моей начальницы был один из тех дней, про которые обычно говорят - «не мой». С самого утра она была дерганая и нервозная и постоянно куда-то убегала, предварительно подкидывая дополнительную работу то одному, то другому. Меня, слава Богу, этот тайфун пока обходил стороной. Но я всё равно старалась не поднимать головы, от греха подальше. Больше всего доставалось блондинке Кире, которая сидела через два стола от моего. Как я поняла, периодически наблюдая за отношениями между сотрудниками, она была правой рукой Мичиру, если можно так выразиться, и явно пользовалась у неё большим доверием, чем все остальные. Я сидела на своем рабочем месте и ставила крестики в графе по результатам опытов. Меня якобы обучили цифрам, однако, ровно на столько, чтобы знаний хватило только для заполнения журнала и ориентации в нумерации. Погрузившись с головой в работу, я едва не пропустила обед, а после, вернувшись на место, снова погрязла в своих пробирках, пытаясь тщательно разобраться, что к чему. Странно, откуда взялось такое усердие? Однако, что уж там. Я всё привыкла делать на совесть. Закончив, наконец, выставлять результаты по последнему опыту, я устало откинулась на спинку стула, прикрыв глаза, и сжала виски, чувствуя надвигающуюся головную боль. На кой черт тебе сдалась эта работа, Минако? Неужто решила начать продвигаться по служебной лестнице вверх? Я искренне усмехнулась своим мыслям. Смешно, конечно, но зато это помогает отвлечься и не думать постоянно о ситуации, в которой я оказалась. Сбоку послышался растерянный голос Мичиру. Я повернула голову. - Кира, что с тобой? Она склонилась к девушке, которая, словно тряпичная кукла, обмякла на стуле и была белее белого. Начальница схватила папку, лежавшую на столе, и принялась обмахивать ею ослабевшую блондинку. - Всё нормально, - еле слышно ответила та. – Сейчас пройдет. Душно просто стало. Я подобралась, кладя руки на подлокотники, и нахмурилась, наблюдая, что будет дальше. Мичиру, продолжая махать, расстегнула кнопки на халате девушки, а потом и несколько верхних пуговиц кофты, облегчая тем самым ей дыхание. - Как давно это у тебя началось? – спросила она, подозрительно поглядывая на свою сотрудницу, к которой потихоньку начала возвращаться краска на лицо. - Пару недель. Мичиру сощурилась, призадумавшись, а потом помогла девушке подняться и, взяв под локоть, повела в мою сторону. - Тебе нужно срочно обследоваться. Твои симптомы очень похожи на беременность. Кира ошеломленно ахнула, покачнувшись на ходу. Но начальница не дала ей опомниться, быстро таща за собой. В кармане халата Мичиру зазвонил телефон, она достала трубку и нажала на дисплей. - Да, - ответила она, останавливаясь прямо возле моего стола. Тут я заметила, что в лаборатории мы остались втроем. Я перевела взгляд на часы и ужаснулась. Задержалась почти на полчаса. - Как? - недовольно нахмурилась Мичиру. С каждым произнесенным словом на другом конце провода она мрачнела всё больше и больше. Под конец её лицо приняло самый пасмурный вид. – Ясно, уже иду. - Минако, хорошо, что ты задержалась, - заговорила она, выключая телефон и обращаясь теперь уже ко мне. – Мне придется поручить тебе кое-что, вместо Киры. Она протянула мне ту самую папку, которой приводила в чувство блондинку, и пояснила: - Сейчас спустишься вот на этом лифте на цокольный этаж, - она указала рукой в сторону дверей лифта, который находился прямо в помещении лаборатории и которым пользовалось только начальство, - и отдашь это человеку на пропускном пункте. Она отпустила Киру, которая тут же облокотилась о стол, едва держась на ногах, и ткнула что-то на своем браслете. - Как только закончишь, не задерживайся, сразу поднимайся обратно. Система выпустит тебя. Я, всё еще прибывая в легком недоумении после её просьбы, взяла документы. Какое интересно окончание рабочего дня… - Мина, пожалуйста, быстрее, - поторопила начальница. - Это очень важно, - твердо произнесла она, и тут я словно проснулась, отойдя от первоначального ступора. Быстро подбежав к кабине, я ткнула на кнопку, и когда створки отъехали, я заскочила в лифт и нажала на первый уровень, ошеломленно сглатывая. Ни черта себе! Похоже, фортуна свалилась мне на голову, придавив меня всем своим везучим весом. Я взволнованно выдохнула, понимая, какая удача сейчас находится в моих руках, и, рывком открыв папку, судорожно начала пролистывать бумаги, отстранено считая удары сердца. Знай Мичиру, что я умею читать, вряд ли бы дала мне в руки столь ценные документы. Скорее, сама бы раздвоилась. Я сказала спасибо бедной Кире за то, что она очень вовремя решила упасть в обморок, и Ятену, который заставил меня изображать из себя неуча. А еще стечению обстоятельств и своей копошливости. Всё это в совокупности дало мне уникальный шанс. Итак, что мы имеем? Почти все листы занимали данные о крови. Все показатели, все анализы, проведенные в лаборатории. В целом, ничего интересного, что могло бы меня зацепить. Ведь что удивительного? Наш отдел, по сути, и занимается анализами, выдавая данные по ним. Но что-то всё равно не давало мне покоя. Цифра на дисплее лифта показала единицу. Я быстро захлопнула папку и, когда дверь открылась, постаралась изобразить самое равнодушное выражение лица. Первым, что я увидела перед собой, был длинный коридор с тусклым освещением, который заканчивался раздвижной дверью. Рядом с дверью стоял стол и стул, видимо предназначенный для охраны, но который в данный момент был пуст. Я потихоньку двинулась вперед, озираясь по сторонам, чувствуя себя очень не комфортно. На пути попадались закрытые двери, назначения помещений которых было совершенно неясным. Странное место, если еще и учесть, что запах здесь был мне очень знаком, но я никак не могла его вспомнить. Проходя мимо одной из дверей, я вдруг поняла, что она открыта. Я резко затормозила возле самого проема и осторожно заглянула внутрь и… …не поверила своим глазам. Это был гараж. Самый настоящий. Здесь стояло десятка два машин. Начиная от грузовиков, заканчивая внедорожниками. Все автомобили были с большими, мощными колесами и высокой посадкой. Сразу было понятно, что предназначались они для езды по бездорожью. Я в шоке хлопала глазами. Зачем они нужны в единственном обитаемом месте на земле? Куда ездить? Однако грязь на кузовах некоторых из них давала ясно понять, что пользуются ими достаточно часто. Что всё это значит? Я явно не должна была это увидеть, не зря Мичиру настаивала, чтобы я немедленно возвращалась. - Кто ты какая? От громкого голоса я резко подскочила на месте, отворачиваясь от увиденного, и уставилась на человека в темно-зеленой форме, который широкими шагами спешил в мою сторону. Чтобы совсем не растеряться, я сразу начала судорожно тараторить, даже не дождавшись, пока он подойдет, и не давая ему вставить и слова. - Меня послала Мичиру, передать вам это, – я взмахнула перед его носом папкой, - она сказала, что нужно спуститься на первый этаж, а потом пройти через пропускной пункт. Но так как там никого не оказалось, - я не глядя указала рукой на пустующий стол, - то я решила пойти поискать… - Где Кира? – довольно грубо оборвал он меня. - Ей стало плохо, а в лаборатории больше никого не осталось. А начальнице нужно было срочно куда-то идти, поэтому она поручила мне это задание вместо Киры. Я замолчала и посмотрела на охранника самым простодушным взглядом. В голове я все еще пыталась придумать веские аргументы, которые бы заставили его поверить мне. Он подозрительно щурился, видимо, пытаясь отыскать в моих действиях состав преступления, но так и не найдя здесь никакого подвоха, всё-таки выдохнул и проворчал: - Ладно, давай сюда бумаги и поднимайся обратно. Я протянула ему папку, он взял её и, достаточно бесцеремонно развернув меня за плечо, подтолкнул в спину. - Всё, иди. Я скрипнула зубами и зашагала в сторону лифта. Мой надзиратель следовал за мной по пятам, следя, чтобы я нигде не подсмотрела ничего лишнего. Я покорно нажала кнопку вызова и, когда дверь открылась, зашла внутрь и даже не взглянула напоследок назад. Лифт тронулся, а я прислонилась к стене, переводя дух. Только сейчас понимая, что колени дрожат. Ох-ре-неть! Что я вообще только что увидела? И какие из этого можно сделать выводы? Я возбужденно начала заламывать пальцы на руках, строя догадки одна нелепее другой. И когда двери отворились, я в крайней стадии возбуждения пулей вылетела наружу и, минуя вход в лабораторию, понеслась в единственном направлении, которое казалось мне верным. К Ятену.

***

Я правда старалась держать себя в узде, когда пружинящим шагом влетела в столовую. Сразу просканировав нужный столик на наличие блондинистой макушки, я облегченно выдохнула и направилась в нужном мне направлении. Нетерпеливо сев на стул с вытянутой, как струна, спиной, я вцепилась горящим взглядом в парня, который, едва посмотрев на меня, застыл с недонесенной до рта вилкой. - Где остальные? – с ходу спросила я, наблюдая за тем, как, спустя мгновение, его рука снова начала двигаться. Он прожевал порцию своего ужина, пристально глядя мне в глаза, и только потом ответил: - Мако с Нефритом выясняют отношения, - проговорил он ровным тоном, - Зой уже ушел. Я заёрзала на стуле, громко постукивая пальцами по столешнице. Он скептически покосился на мою обезумевшую руку и, снова запустив вилку в тарелку, спросил: - Что случилось? Твой маниакальный блеск в глазах меня настораживает. Меня буквально раздирало от эмоций. Слова рвались наружу быстрее воздуха, и поэтому я чуть ли не задыхалась, когда начала лихорадочно изливать поток информации. - Ятен, ты не поверишь, что я только что увидела в лаборатории, точнее не в ней самой, а внизу. Я спускалась на лифте… - Стоп! – резко осадил он меня, выставив руку вперед, осознав, что это действительно серьезно. И, понизив тон, предупреждающе произнес: – Не здесь. Недалеко от нас за столом сидели белые халаты, и, кажется, мой возбужденный тон привлек их внимание. Я хотела было возмутиться и уже открыла рот, но он, видя моё сопротивление, подался вперед и в довольно резкой форме отрезал, чеканя каждое слово. - Не. Здесь! Его красноречивый взгляд пресек все мои попытки. Я насупилась и, скрестив руки на груди, откинулась на спинку стула. Ятен продолжил ужинать. - Не смотри на меня волком. Лучше возьми, съешь что-нибудь, - после долгих пары минут усмехнулся он, глядя на крайнюю степень моей взвинченности. И как бы между прочим добавил: - В любом случае, что бы это ни было, оно подождет, - и, кинув быстрый взгляд в сторону, понизил голос до тихого шепота, - а вот слишком резкие действия могут вызвать ненужные подозрения. Я фыркнула, но всё же поднялась и направилась к раздаточной. Несмотря на моё состояние, есть всё равно хотелось. Плюнув на поднос первую попавшуюся тарелку с блинчиками, я вернулась и принялась быстро поглощать ароматную пищу, мысленно кляня парня всеми известными мне выражениями. Как он может быть таким собранным и спокойным, когда меня буквально распирает изнутри! Я закидывала крупные куски в рот и глотала их, практически не пережевывая. - Если ты сейчас подавишься и умрешь, твоя ценная информации так и не дойдет до моих ушей, - усмехаясь, спокойно заметил Ятен, указывая на меня кончиком своей вилки. Я взбеленилась. Выдержки и так едва хватало, чтобы не проорать то, чем мне так не терпелось поделиться, на всю столовую, а он еще и смеялся. - Если ты такое совершенно бесчувственное дерево, то я не виновата, что у меня не отмерли все нервные окончания! – прошипела я, зло сверкая глазами. - Ты, наверное, хотела сказать мозги? – услужливо подправил он. - По-моему, именно они отвечают за самоконтроль и способность разумно мыслить. Я зло просверлила его взглядом, на что он только тихонько посмеялся, и отмахнулась: - Неважно! – я гордо запихала в рот последний, самый большой кусок блина, и, прожевав его, добавила: - Хотя, судя по тебе, ты лишен и того, и другого. Блин! Случайно выдала свои подозрения. Хотя на данный момент я была настолько взвинчена и рассержена, что даже не придала этому значения. - Ладно, пошли, - наконец-то сдался он, отодвигая почти пустую тарелку и поднимаясь из-за стола, - а то и правда разопрет, не дай Бог. Я раздула ноздри от беспомощной ярости и встала вслед за ним. Не знаю, куда меня несло, но я начинала злиться не на шутку. Он взбесил меня своей напускной веселостью и тем, что, как мне показалось, не проникся проблемой сразу. Мы шли по коридору. Сначала, молча пыхтя, я следовала за ним, в известном только ему направлении, но в какой-то момент выдержка моя всё-таки лопнула, и, обогнав своего спутника, я быстро пошла впереди. Ятен только фыркнул. - Не боишься пропустить нужный поворот? – колко поддел он, однако постарался не отставать от вновь заданного мной темпа. Я сжала кулаки и, проигнорировав его слова, прибавила шаг. Мы завернули за угол и теперь шли по жилому сектору, соседнему с моим. Я не знала, куда направлялся Ятен до этого, но раз он хочет поговорить тет-а-тет, лучшего места, чем моя комната, я придумать не могла. Мимо нас прошел парень, который остановился у одной из комнат и, взмахнув браслетом, зашел внутрь. - Слушай, давай заканчивай свой забег, - сзади я услышала уже не такой беззаботный, чуть запыхавшийся голос. – Я не скакун и не подписывался на гонки. Ну всё! Точка кипения достигнута! Я резко обернулась и увидела, что он остановился. Сжав зубы, я сделала два шага в его сторону, наступая, и, выставив вперед руку, ткнула его пальцем в грудь. Мимо пробежала девушка в синем халате и мазнула по нам подозрительным взглядом. - Действительно! – зашипела я. – Ты просто бесчувственная задница, которая плевать хотела на других. Я тут пытаюсь тебе рассказать о чертовщине, которую мне посчастливилось узнать. Между прочим, я наткнулась на одно очень интересное местечко, которое добавляет сразу массу новых вопросов, и я не знаю, как… Он закатил глаза и вдруг отрывисто шагнул ко мне, оказываясь вплотную. Я мгновенно замолчала, онемев от неожиданности, но в следующий миг, оробев от его стремительно изменившегося взгляда, попятилась назад, пока не почувствовала, как позвоночник уперся в пластиковую панель. Ятен вторил моим движениям, и, когда его руки врезались в стену по обе стороны от моей головы, я поняла, что он закрыл мне все пути к отступлению. Какого… - Тебе не кажется, что в последнее время привычка тыкать мне пальцем в грудь становится систематической? – разозлившись, процедил он сквозь зубы. Ну что, Минако, рада? Добилась своего? Смотри, он наконец реагирует. Как ты и хотела… Я ошарашено захлопала глазами, пытаясь сказать что-то вразумительное. Но почему-то на ум не шло ничего, кроме очередной попытки достучаться до него. - Ятен, ну выслушай меня уже! - заорала я на весь коридор, не замечая людей проходящих мимо. Я была дико наэлектризована и едва не метала искры от обуревающих меня эмоций, но этот крик, кажется, стал моей ошибкой. - Извини, но ты просто вынуждаешь меня… - обозлено выговорил он и оттолкнулся от стены. Всё произошедшее дальше было слишком молниеносно, поэтому подробности превратились для меня в размытую кляксу из образов и ощущений. Единственное, что мелькнуло перед глазами, это взмах руки Ятена возле моего правого уха, щелчок, а потом неясное движение в сторону и смена интерьера. Я снова стояла неподвижно. Блондин крепко держал меня за руку, выше локтя, и прожигал тяжелым взглядом. Мы оказались в комнате, практически во всем похожей на мою собственную. Шкаф в углу, стол, кресло, дверь в ванную и большая кровать, застеленная темно-зеленым покрывалом… И тут меня переклинило. Не знаю, что именно послужило причиной диких мыслей на тот момент. Может стресс, а может перенапряжение, но я всерьез подумала, что он хочет «заткнуть мне рот» весьма недвусмысленным способом. Идиотизм, конечно. Если бы я хоть на минутку задумалась, а возможно ли вообще такое в принципе, то, почти наверняка, повела бы себя иначе. Но я не думала, а действовала. И поэтому потеряла контроль над мыслями… - Ты… - мои глаза поползли на лоб, и я, задыхаясь от возмущения, с силой пихнула его руками в грудь, отталкивая от себя. Он пошатнулся, отставив ногу назад, но устоял. Я метнулась в сторону двери, но он быстро среагировал: успел перехватить мою руку, дернул и припечатал меня к себе спиной, обхватив за талию. - Ах ты сволочь! Только попробуй! – взревела я, начав брыкаться и колотить его по боку свободной рукой. - Угомонись! – рявкнул он, пытаясь отклониться от ударов, но я только сильнее сопротивлялась. На помощь мне пришел гнев, и поэтому я чувствовала небывалый прилив силы. Я пихала его локтями по ребрам и с хрустом отдавливала ноги, с упоением слушая сдавленные выдохи в область моей макушки. Он крепко держал меня, чуть ли не душа в своих объятиях, и пытался поймать мои руки, которые грозили основательно его изувечить. А я остервенело стучала кулаками по всему, то чего только могла достать. Однако, после нескольких уверток, тычков и отчаянных попыток, он все же изловчился и скрутил их сзади. Но я продолжала вырываться и тем самым сама загнала себя в ловушку: чтобы я, наконец, перестала дергаться, ему ничего не оставалось, кроме как вдавить меня в стену и прижать своим телом, блокируя любые движения. - Не смей! – заорала я во всю глотку. Мною уже двигало простое желание визжать от переизбытка эмоций. Не берусь сказать, помнила ли я вообще изначальную причину, почему разозлилась. Та невысказанная энергия, которую я держала в себе от самых дверей лаборатории, фонтаном ударила вверх, и эта потасовка буквально раскрыла перед ней все двери. Я вошла в состоянии аффекта… Пытаясь заглушить мои вопли, Ятен зажал мне рот ладонью. Я тут же укусила его за большой палец. Он грубо выругался, отдернув руку, а потом навалился еще сильнее, расплющивая меня по холодным стеновым панелям. Я ощущала его загнанное дыхание на своем затылке. Да! Он нравился мне, и что скрывать, я думала о нем, как о мужчине. Но то, что происходило, было далеко от моих фантазий. Расстроившись еще больше от очередной мысли, я снова задергалась, стараясь не зареветь от бессильной ярости, как вдруг его рычащий голос врезался мне в самое ухо. - Ты, блядь, совсем спятила, думать обо мне такое?! Я замерла, опешив от грубости и ярости, плескавшихся в его голосе. - Считаешь, что я могу просто взять и изнасиловать девчонку. Потому что… Потому что… Почему?! Он рывком развернул меня к себе лицом, и я встретилась с его взглядом. В нем багровело море негодования и беспомощной уязвимости. И мне стало не по себе. Весь мой пыл словно разом залило ледяной водой, оставляя только шипящий пар и горячую кожу. Что происходит? Из-за чего он так злиться? - Почему, черт возьми, ты так подумала? – он буквально пронизывал всю мою суть своим внимательным ищущим взглядом. Пытаясь понять, осознать. – Что с тобой происходит? А правда. Что? Может, постоянные мысли о нем толкнули меня в такое русло. А может, на самом деле я хотела, чтобы это произошло. Или, вообще, я испугалась. Потому что невольно вспомнила про Кунсайта и его обещания, когда увидела перед собой чужую кровать… Туман в голове начал медленно рассеиваться, и в сознание, наконец, крупными хлопьями повалили картинки с эпизодами только что произошедших событий, молниеносно сменяя одна другую. Мне стало дурно от собственного состояния. От неуравновешенности и волн психоза, которые не давали мне спокойно жить. Я мысленно застонала, едва не оседая по стене. Но Ятен держал крепко, и это осталось незамеченным. Кажется, я всё неправильно расценила… Господи, помоги! Я попыталась что-то сказать, но на деле только промычала что-то нечленораздельное. Он снова зашипел: - Мы ведь, кажется, с тобой неплохо поладили, - во взгляде сплошной упрек. - Какая муха тебя укусила? Опять! Я сжалась, испуганно втянув шею в плечи. Он стоял, плотно прижимая меня к стене. А я судорожно искала хоть какое-то более-менее вразумительное объяснение своему поступку. Во мне не осталось и намека на недавнюю истерию. Напротив, теперь я смотрелась жалко и затравленно. - Ятен, я… я… Он буравил меня взглядом, долго и мучительно, а потом резко отпустил, отчего ноги тут же подкосились, и я чуть было не упала, потеряв опору. Вид у меня был растрепанный. У него тоже. Он отошел на несколько шагов, отвернулся и, засунув руки в карманы, молча замер. Я смотрела на его спину, и в мою голову проникало осознание того, как сильно я его обидела своей выходкой. Я зажала ладошкой рот, чтобы не заскулить, и с каждым мгновением медленно холодела от ужаса, что возможно это наш последний разговор. Мои глаза расширялись, как в замедленной съемке, а сердце перешло в галоп, сотрясаясь от рьяного ритма. Что ты сделала, дура? Что ты натворила! - Ятен, Господи, Ятен… прости меня… - сбивчиво заговорила я, отняв ладошку ото рта. Угрожающе надвигающиеся слезы душили, но я и не пыталась их остановить, потому что даже не замечала. - Замолчи! – бесцеремонно осадил он меня, и сердце мучительно сжалось. - Надо быть полной идиоткой, чтобы орать о своих подозрениях на весь коридор. Везде есть уши, и не забывай, что далеко не все разделяют наши взгляды. Я стояла, боясь шевельнуться. Страх потери был настолько сильный, что мне казалось, если сейчас он прогонит меня за дверь, то я замертво упаду на холодные плиты коридора и больше не смогу подняться. - Я лишь хотел, чтобы ты не привлекла лишнее внимание, поэтому и впихнул тебя в свою комнату, возле которой ты очень удачно тормознула, - он повернулся и посмотрел на меня с усмешкой. – Как думаешь, совпадение? В его голосе не было и намека на теплоту, лишь холодная ирония. И мне дико захотелось зареветь уже в голос, от бессилия и сломленности. Сосущее чувство вины расползалось, заглатывая своими щупальцами каждый миллиметр моего рассудка. Я смотрела на него не отрывая глаз и стойко ждала. Наконец, он выдохнул и сложил руки на груди. - Говори, что ты хотела мне рассказать, - произнес довольно прохладно и принялся смотреть на меня тяжелым, ожидающим взглядом. Я сглотнула, кое-как выпрямилась, механически поправила волосы и отдернула майку. Ятен скептически следил за моими манипуляциями. Затем, чтобы хоть немного почувствовать уверенность, я оторвалась от стены и, сделав несколько шагов в сторону, присела на стул. Ну и что ты медлишь? Так рвалась говорить, а теперь словно язык проглотила… И я заговорила. Начиная рассказ с того момента, как Кире стало плохо, и до того, как нашла его самого в столовой за ужином. На протяжении всего повествования я старалась не смотреть на Ятена. Боялась колючего взгляда, а еще больше боялась, что в нем появится отвращение. Но это было зря. Он и не думал обращать на меня внимание. Когда я закончила и принялась смиренно ждать его реакции. В какой-то момент мне даже показалось, что он забыл о случившемся инциденте. А то и вообще о моем существовании. Он принялся мерить шагами небольшую площадь комнаты, теребя пальцы рук. На лице появилась озабоченность и нездоровый румянец. - Теперь ты понимаешь? - заговорила я умоляющим голосом. - Я не могла молчать. Я перенервничала и… Он остановился и посмотрел в мою сторону, словно бы видел впервые. А потом словно нахохлился, тяжело выдохнул и посмотрел прямо в глаза. - Да? – язвительно отозвался. – И поэтому вдруг подумала, что я решил заткнуть тебя таким… хм… своеобразным способом? Мой рассказ все же немного утихомирил его. Да! Он всё еще был зол, но уже не так, как прежде. Я не успела даже ничего придумать, чтобы хоть как-то оправдаться, но он не дал мне и шанса сказать хоть слово, продолжая отчитывать. - Более того, ты очень красноречиво показала своим поступком, что совершенно мне не доверяешь. Не знаю, что именно в этой фразе меня задело, но я мгновенно разозлилась, впившись пальцами в пластиковые подлокотники стула. - Знаешь, Ятен. Не пойми меня неправильно, но ты несправедлив. - Неужели? – он фыркнул, вопросительно приподняв бровь, и скрестил руки на груди. Я пропустила его колкость мимо ушей, решив, что не поведусь на провокацию, и снова заговорила: - Я научилась тебе верить. И более того, мне стало легче от этого умения… - Тогда в чем проблема, Мина? – он подался в мою сторону, перебивая и недоуменно разводя руками. - Только что произошла непонятная мне хренотень! И я совершенно теряюсь в догадках. Что могло толкнуть тебя на подобные мысли? Объясни! Я набрала в лёгкие воздух, чтобы сказать ему всё, что думаю, но вдруг осознала, что именно я собираюсь говорить. И щеки начали стремительно краснеть, а откуда-то изнутри поднялась волна неловкости и смущения. Я принялась машинально заламывать перед собой пальцы, пытаясь подобрать подходящие формулировки, потом поднялась, сделала несколько отрывистых шагов и остановилась. Это оказалось непросто… Я раздраженно выдохнула через нос и упрямо сжала губы. - Ты, наверное, забыл, что это чертово место припасло для девушек весьма определенное будущее, с достаточно чёткими обязанностями. Сказала, глядя в пол. Мне было дико неловко, но посмотреть на него, чтобы понять, что он думает о моих словах, всё же пришлось. Ятен словно вознамерился просверлить во мне сочную дыру своим подозрительным взглядом. И этот прищур, словно бечевка, хлестанул меня по лицу. Я буквально взбеленилась от злости на его непонимание. Конечно, куда уж там! Он мужчина. Ему плевать на всякие там сантименты. Мне в общем-то тоже, я не романтичная натура, но предел есть всему. - Да твою ж мать! – заорала я. - Неужели ты не понимаешь? Я должна отдаться черт-знает-кому, на благо черт-знает-чего. Для меня это как-то… непросто. Он хмурился все больше, а я продолжала разгораться. - Я схожу с ума от напряжения, любая мысль о насилии превращает меня в параноика. Каждую минуту я жду, что эта чёртова Сецуна огласит мне имя партнера, - я буквально выплюнула это слово, будто это была ядовитая змея, копошащаяся у меня во рту, - и укажет на дверь в отдельную комнатку, где я должна буду заниматься сексом с человеком, которого совершенно не знаю. Я не ханжа и не фригидная сука, и если бы всё это действительно было на благо создания нового общества, где семья в приоритете, то я бы стерпела. Но всё это такая фальшь! Это просто опыты, по-другому я не могу назвать всё, что здесь происходит. Я уязвлено замолчала, глядя на него почти враждебно и машинально сжав руки в кулаки. Мне было страшно и мерзко одновременно. Я снова сорвалась. Но, в общем-то, на этот раз стало плевать. Он сам натравил. Холодность и ирония Ятена, как мне показалось, куда-то исчезли, и теперь он стоял с каким-то растерянным взглядом, опустив руки по бокам. Я угрюмо смотрела на него, ожидая реакции. Он вдруг выдохнул и, запустив пятерню в волосы, провел рукой, откидывая назад длинную челку. - Я думал, у тебя еще есть время… - неуверенно проговорил он, не глядя. - О чем ты? – буркнула я, не совсем понимая ход его мыслей. Он мрачно поднял на меня глаза, а потом поспешно опустил их снова, отворачиваясь и отходя в сторону. - Обычно новички живут здесь около года, прежде чем им находят партнера. Тебе же, по всей видимости, не дали и месяца. Я хмуро усмехнулась, уже почти не удивляясь, что здесь ко мне особое отношение. - Госпожа наставница оповестила об этом уже на второй день моего прибытия. Он загадочно меня оглядел. Как-то по-новому. Впервые в открытую оценивая. И поэтому его слова в следующий момент заставили выступить на моих щеках бледный румянец. - Ну… почти неудивительно. Я пару раз бестолково хлопнула глазами, пытаясь понять, правильно ли расценила интонацию в его голосе. Одобрение? И в душе сразу растеклась теплая волна радости: это значит, что я привлекательна и в его глазах тоже. До сих пор. - Возьму на себя смелость счесть это за комплимент, - не совсем смело предположила я и замерла, выжидая, что он ответит. - Считай. Сказал, и я почувствовала, как сразу же после этого напряжение между нами неожиданно рассеялось. Мои плечи расслабленно опустились. Он выдохнул, сдавая позиции, и решительным тоном произнес: - Извини. Я был слишком резок. Я кивнула, и он снова заговорил: - Раз уж мы подняли эту тему, что ты собираешься делать, когда окажешься напрямую перед долгом? Поняв, о чем речь, я яростно прошипела: - Перегрызу глотку ублюдку! - Зная, что его тоже вынудили? – добил Ятен, кидая обезоруживающий аргумент. Я замерла. Образ будущего партнера настолько сильно завязался с Кунсайтом, что я уже практически привыкла к мысли, что это однозначно будет он. Брошенная им фраза о том, что он всегда получает желаемое, только сильнее подтверждала мои страхи. Но что, если вдруг мне выбрали обычного мальчишку, который находится в таком же капкане, как и я? Вдруг он уже кого-то любит, но патриотично разделяет идею о продолжении рода. Или не разделяет, но будет вынужден подчиниться. Я глубоко задумалась, как вдруг вопрос сорвался прежде, чем я смогла себя сдержать. - Ты уже был с кем-то? – и, замерев на мгновение от ужаса, выпалила скороговоркой: - Я не хотела спрашивать! - Однако спросила, - иронично улыбнулся он, а потом махнул рукой. – Да ладно тебе, не парься, – он подошел к кровати и плюхнулся на дальнюю её сторону, подложив под спину подушку и облокотившись о неё, – это было даже смешно однажды. Он похлопал ладонью по покрывалу рядом с собой, приглашая меня присоединиться. Я замялась, стоя возле противоположной стены. - Давай уже, Мина! Пора бы понять, что я тебе не враг. Я решилась. Подошла. Присела сначала на край, а потом забралась с ногами и заняла вторую половину, копируя позу Ятена. Он довольно усмехнулся. - Ну вот видишь, ничего страшного не случилось, - и вернулся к своему рассказу. - В первый раз девчонка была совершенно невменяемая. Она настолько боялась, что как только мы остались вдвоем, забилась в угол и дрожала, как в лихорадке. - О, Боже! - Ты почти угадала. После того, как я каким-то чудом смог убедить её, что и пальцем к ней не прикоснусь, она, видимо, возвела меня в ранг божества. - Ты ничего не сделал? - удивилась я. - Ты опять думаешь обо мне, как о злодее? – сердито упрекнул он, покосившись на меня. – Естественно, я ничего не сделал. Мы всю ночь продрыхли, а после выслушивали поучительную лекцию о половых отношениях, приправленную красочным дидактическим материалом и наисерьезнейшей интонацией. Моё лицо вытянулось. Я представила живописный урок, на котором у двоих молодых людей уличили пробелы в знаниях о основах соития. А если еще добавить сюда строгое лицо преподавателя… Я прыснула. - Каким-то магическим образом они узнали, что ничего не было, - продолжил он, - и сочли это за элементарное незнание, неумение и неизвестно что еще. - Неужели им даже в голову не пришло, что вы просто-напросто проигнорировали их указания? - Боюсь, что как раз пришло, - он покачал головой, припоминая что-то, и усмехнулся. – После они подсунули мне поистине изощренную девицу, - он многозначительно на меня посмотрел, отчего щеки залил румянец. Он рассказывал всё это с такой легкостью, и я в очередной раз убедилась, что для ребят это было привычно. Они жили в этом мире, и им приходилось мириться с его порядками. Тема, которая у меня вызывала неловкость, для них была совершенно заурядной. И я не имела права их за это осуждать. - Как я понимаю, второй раз был удачнее? - Тебе и правда это интересно? – скосил он взгляд, на что я колюче зыркнула. Он хохотнул и ответил с тонким намеком: - Я планировал повторить предыдущий опыт, но моя партнерша была настроена решительно. Я вспыхнула, мысленно давая себе задание: учиться спокойно реагировать на пикантные темы. - Ну и куда подевалась стойкость? – ехидно поддела, скрывая смущение за сарказмом. Он развел руками: - Отключилась вместе с мозгом. Я фыркнула, отвернувшись. - Мог бы и сдержаться. - Мог бы, но она очень ловко взяла инициативу в свои руки, - парировал он, делая вид, что целиком и полностью ни при чем. Я закатила глаза, качая головой. - Ты самая обычная мужская особь. Действительно! Мужик есть мужик. Его логика работает немного иначе, в отличие от женской. В противном случае он бы наверняка задумался о неких последствиях после своей «мозговой отключи». - Даже не знаю, как это расценить. Я повернулась и укоризненно на него посмотрела: - Как упрек! Мне не ясно твое равнодушие! Ведь вполне вероятно, что у тебя уже есть ребенок. Теперь пришла его очередь возводить глаза к потолку. - Господи, ну не тупи, Мина. Я, как ты очень удачно выразилась, мужская особь, - выделил он, - и именно от меня, в первую очередь, зависит, забеременеет девушка или нет. Я тупо уставилась на его лицо, на котором от такого непонимания постепенно тоже начала появляться неловкость. Он нахмурился. - Ты просто прикидываешься или… - Хватит меня оскорблять, - огрызнулась я. – Я тебя не понимаю. Он вдруг приподнял бровь и одарил меня неверящим взглядом. - Ты девственница? Я залилась румянцем, резко отворачиваясь и пряча глаза. - О, чёрт! Извини, - быстро заизвинялся Ятен. - Мне не следовало обсуждать это с тобой. - Если ты думаешь, что выражение «прерванный половой акт» введет меня в замешательство, то ошибаешься. Меня интересует другое: почему ты не затормозил. Он выразительно хмыкнул. - А вот это уже откровенная тупость! – упрямо скрестил руки на груди. - В чем же? – я последовала его примеру, и сделала то же самое. Он цокнул и закинул руки за голову, сцепив пальцы на затылке. - Не вижу ни одной причины отказываться от занятия, которое поможет расслабиться. Я вздохнула, качая головой. Поджала нижнюю губу, встала с кровати и отошла в сторону, останавливаясь возле стола. Ну что за цинизм! Хоть бы постеснялся… Хотя поживу здесь, может, и не так рассуждать начну… Он усмехнулся, с интересом наблюдая за моими действиями. - Я думала, что мы придерживаемся протеста как раз против таких связей, - бросила с иронией. - Да, придерживаемся, когда имеем дело с такими же, кто разделяет наши взгляды, - подтвердил он. - А вот когда человек настроен с точностью до наоборот, то в таком случае лучше уступить. Видишь ли, это правило пришло к нам с опытом. Толку будет мало, если за попытки к неповиновению нас будут кидать в карцер или, что вероятнее, просто убьют, дабы не сеять смуту среди остальных. Я посмотрела на него тяжелым взглядом и выдохнула, признавая своё поражение. В его словах была логика, против которой трудно было найти аргумент. Пресловутое подчинение, чтобы выжить, и выжидание, когда появится шанс. И снова внезапная мысль: а давно ли сам Ятен был на свидании? И если его сердце не свободно, то как он относиться к этому. Лично. Не опираясь на какие-то там правила и разум. Я зацепилась взором за правый угол стола, где на самом краю лежала книга. И встрепенулась, разом забыв о своей сердитости. Торопливо протянула руку, дотрагиваясь до твердой обложки. - У тебя есть книга! – восторженно, словно ребенок, воскликнула я, поворачиваясь к нему лицом. Он улыбнулся и, тоже поднявшись с кровати, подошел ко мне. - Могу одолжить, - предложил, пожимая плечами. Я, наверное, впервые за долгое время, широко улыбнулась, искренне радуясь этой маленькой мелочи. Хотя для меня это было чем-то большим. - Спасибо, - поблагодарила я его и взяла в руки сборник с собранием рассказов. - Не за что. Только постарайся пронести его так, чтобы никто не увидел. Ты же помнишь, что… - Помню, помню, - отмахнулась и, глядя ему в глаза, снова посерьезнела. – Слушай, Ятен, - я неловко кашлянула и, немного помедлив, робко дотронулась пальцами до его руки. Надеясь, что прикосновения помогут лучше передать мои чувства. – Давай забудем о том, что произошло. Это недоразумение. Я бы не хотела, чтобы из-за какой-то глупости между нами выросла стена отчужденности. Он перехватил мою ладонь. - Вполне закономерное желание, - улыбнулся и стиснул мои пальцы: - и взаимное. Мы стояли, держась за руку. Комната уже давно погружалась в сумерки, с каждой минутой всё вокруг приобретало глубокие приглушенные оттенки. И в этой молчаливой, полумрачной атмосфере я почему-то остро почувствовала двусмысленность ситуации. Не этого ли ты хотела, Минако? Тогда зачем устроила истерику совсем недавно? Могла ведь переключить ситуацию в совсем ином направлении… Ятен смотрел на меня настолько пронзительно, что откуда-то изнутри начала подниматься волна необъяснимой дрожи. Его взгляд подобно отравляющему газу заползал мне в душу и гипнотизировал. Незаметно, аккуратно, так, что я наверняка не понимала, что начинаю тонуть, что зараза расползается у меня под кожей, беря верх над моим разумом, над моими чувствами, над моим сознанием. И вот именно в этот момент я увидела в его глазах что-то такое, что принесло однозначное осознание: нет никакой другой девушки. Потому что невозможно смотреть ТАК, когда ты уже любишь… И это открытие словно вернуло меня в жизни. К её вкусу. Следующий вдох был будто новый. Что-то незримое изменилось. И если для окружающих это был обычный миг, то для меня он стал особенным: у меня появилась цель. Сценарий созрел у меня в голове настолько четко и молниеносно, что я не сдержалась и улыбнулась. Какой-то отчаянной, но в тоже время счастливой улыбкой. Ятен нахмурился, явно не понимая. - Боюсь даже предположить, какая бредовая идея только что посетила твою голову. И не надо… Я усмехнулась и наконец выпустила его руку. Прижимая другой рукой к себе книгу. - Просто рада, что мы смогли понять друг друга. - Да. Я снова улыбнулась. Теперь во мне словно прибавилось уверенности и решительности от того, что мне приоткрылась завеса. Важная и значимая. И я чувствовала, что теперь могу горы свернуть. Я нашла источник своей внутренней энергии, и он заполнял меня, переливаясь через края. Теперь я буду дорожить этим чувством и беречь его. Следующий мой шаг был назад. - До завтра, Ятен. Я медленно попятилась, не отрывая от него взгляд. - Спасибо за книгу, - он кивнул, засунув руки в карманы и провожая меня взглядом. – И за правду… …которую увидела в твоих глазах. Дверь за мной закрылась, а перед глазами все еще был его силуэт, застывший посередине комнаты с загадочным взглядом.