Primus inter pares

Слэш
NC-17
В процессе
1065
автор
Размер:
99 страниц, 10 частей
Описание:
Конец пятого года обучения. Гарри переживает из-за случившегося в Министерстве и его поведение меняется. Том узнает, что с Поттером что-то не то и решает забрать его к себе. AU касательно событий после 5 курса.
Примечания автора:
1. Гарри - обычный подросток и я никогда не поверю в то, что он так легко пережил смерть Сириуса. Поэтому здесь это событие имеет ключевую роль. И да, соответственно поэтому ООС.
2. Том - не полностью безумен, но у него имеются вспышки гнева и агрессии, что постепенно меняется. Поэтому, тоже ООС.
3. Много психологии и психоанализа.
4. Для тех, кто читал работу еще в 2019 году!
Очень рекомендую и сердечно прошу перечитать работу с первой главы. Даже если вам кажется, что вы все помните, поверьте, история изменилась. Это уже не просто переписанные главы, это уже немного другой ход истории и повествования. Так что, если вы любите эту историю, не пожалейте свое время и прочтите от начала. Спасибо!
5. Визуальное сопровождение: https://www.pinterest.com/olgagapon/primus-inter-pares/
6. Главы выходят один раз в неделю в пятницу, субботу или воскресенье.
7. Я должна предупредить, что это очень медленная работа. Очень медленная. Здесь не будет экшена и в каждой главе не будет разбиваться по пророчеству. Сюжет идет медленно и плавно, в своем ритме.
8. Благодарна всем, кто оставляет отзывы и ведет со мной диалог. Вы мотивируете, умиляете и растапливаете мое сердечко. Люблю Вас ♥
Тем, кто не любит оставлять комментарии иногда все же стоит туда заглядывать, поскольку время от времени я оставляю там послания для вас, если есть какие-то важные новости!

Primus inter pares - первый среди равных.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
1065 Нравится 165 Отзывы 480 В сборник Скачать

Глава 7

Настройки текста
Примечания:
Боже, я умерла, пока писала это. Столько эмоций, столько переживаний за этих парней, что ну их, серьезно.

В любом случае, глава получилась насыщенной. Одна большая вместо обещанных двух, но так уж вышло ♥

Обязательно делитесь, как вам новая глава. Какие чувства? Какие идеи? Какие мысли? Буду ждать вас в комментариях!

P.S. Да, могут быть ошибки и опечатки, все потому, что я устала и нет сил смотреть все это. Спасибо всем, кто воспользуется ПБ и поможет мне. Обещаю все взять во внимание и исправить. Завтра еще сама посмотрю главу, может что еще найду. А пока спасибо, что со мной и приятного прочтения ♥
Тому не спалось. Несмотря на открытые окна, в его комнатах было душно и даже легкой простыней накрываться не хотелось. На смену проливным дождям и хмурому небу, пришла жара и духота. Ее Том не выносил с детства. Влажный воздух не насыщал легкие и имел запах прелой травы, сырой земли, иногда гнили, что заставляло мужчину вздрагивать и отгонять от себя болезненные воспоминания детства. Этот запах, спертый воздух, что невозможно протолкнуть в легкие, напоминал ему карцер в детдоме — его комната номер два. Вздохнув, Том поднялся с кровати и посмотрел в зеркало. Еще одна причина, почему он не может спать. Проведя рукой по вьющимся от влажности волосам, он немного подергал себя за них, как будто убеждаясь в реальности происходящего, а после, накинув халат, вышел из комнат. В малую гостиную или библиотеку — не важно, лишь бы не продолжать эту пытку над собой и дальше, ведь ясно, что он не сможет уснуть. Не после того, что случилось.

***

Пока общественность перемывала косточки Темному Лорду, Дамблдору и Поттеру, в правящих кругах магической Британии проходили неизменимые процессы. Как и было обещано, многим Пожирателям Смерти было возвращено имущество и статус, несмотря на их прошлую деятельность. Те, кто уже успели пройти процедуру осмотра в больнице Св. Мунго, а также обратился с соответственной просьбой о возвращении имущества и статуса в Министерство Магии, быстро покинули мэнор Малфоев и возвратились в свои имения, где нужно было наводить порядок и возвращать былую славу дома. Пока часть его людей была занята возвращением в реальный мир и бытовыми проблемами, иная часть Пожирателей проходила необходимое лечение. Им также была положена полная амнистия и возвращение к прежней жизни, только при условии, что консилиум врачей утвердит их состояние, как здоровое и не отходящее от нормы. Занимаясь переговорами с Министром, Дамблдором и еще несколькими десятками магов, Том и не пытался вникнуть в жизнь своих последователей. Да, он следил, чтобы в общем условия перемирия соблюдались, но дальше этого не заходил, потому что дел было и так по горло. Самые доверенные люди, которые умело пользовались своими связями, были допущены до переговоров. Конечно, ошивался там и Поттер. Именно, ошивался, потому что парень предпочитал никуда не вмешиваться, не высказываться ни за какие идеи, чьей бы стороной они не были озвучены, и все походило на то, что Темный Лорд просто носится с парнем за спиной, лишний раз доказывая, что символ борьбы светлой стороны с ним и в его власти. Несколько раз Том даже порывался оставить Поттера в мэноре, чтобы не мешал. Тот больше не выглядел больным и нуждавшимся в помощи и Волдеморт не боялся оставлять его одного на длительное время. Но его идеи о том, что парень может остаться и провести время для себя, всегда удостаивались отказа и Гарри тащился за ним. И если поначалу Темный Лорд думал, что это из-за политики, чтобы знать и быть уверенным, что он никуда не свернет с намеченного курса, то теперь, когда он заметил откровенную скуку Поттера, он не понимал, зачем парню просиживать там штаны. Несколько дней они жили в ритме «белка в колесе», а после наступило немного спокойствия. В пятницу должно было состояться подписание договора о перемирии с Министром Магии, и новые правила существования начинали бы действовать на законном уровне. В следующее было решено провести прием в поместье Малфоев, а когда будет подписан ряд мирных договоров, большой праздник пройдет в Министерстве Магии. Но это все были планы, а реальность вносила свои коррективы. Был четверг, первый день отдыха после сумасшедших трех дней, когда они толком не спали и не отдыхали. Ленивое утро встретило Тома первым за последние недели солнцем и небольшой прохладой. Темпус показывал девять часов утра, что было неимоверно поздно для Темного Лорда, но вообще допустимо, с учетом всего происходящего. Поттер еще спал, о чем мужчина узнал от домовиков, поэтому было решено прогуляться в саду. Когда число его последователей, проживавших вместе с ним в одном доме, уменьшилось, дышать стало более свободно, больше не было беготни или шума, что положительно влияло и на самого Тома. В последнее время, а вообще, после того, как Поттер появился в личном пространстве Лорда, его ни разу не побеспокоили вспышки ярости или непредвиденной магии. Казалось, все приходило в норму и успокаивалось. Том присел на скамейку, что находилась в глубине сада и открывала прекрасный вид на цветы, за которыми Нарцисса ухаживала даже больше, чем за самим домом. То тут, то там пролетали бабочки и пчелы, слышалось пение птиц из глубины сада, и мужчине казалось, что сейчас более идеального момента не существует. Скинув ботинки, Том опустил ноги в прохладную траву, на которой все еще сохранилась утренняя роса. Улыбнувшись, он прикрыл глаза, глубоко дыша. Еще несколько минут и он бы погрузился в медитативный транс, но послышались шуршащие шаги и Том открыл глаза. — Доброе утро. Прости, не хотел тебя беспокоить, — смущенно улыбнулся Гарри, подходя к нему. — Я увидел, как ты шел сюда и решил присоединиться. Прости, если не вовремя. — Гарри, если бы я не хотел никого видеть, я бы скрылся в другом месте. Эльф сказал, что ты еще спишь, а так как и у меня это утро началось позднее обычного, я решил дождаться тебя на завтрак и немного отдохнуть в парке. Все в порядке, я рад, что ты пришел ко мне, — улыбнулся Темный Лорд. Настроение было прекрасным, обстановка тоже и такая компания совсем не раздражала мужчину, а наоборот казалась наиболее правильной. Есть события, пережив которые, нельзя не проникнуться симпатией друг к другу. Это была их история, полномасштабно их ситуация. Сначала маленькими осторожными шагами они пытались отойти от статуса смертельных врагов, а теперь осваивались с новым чувством, новым местом и новым человеком под боком. Невозможно было ненавидеть или испытывать любые негативные эмоции к парню, с которым они за столь малое количество времени, успели пережить столь много. Том не помнил человека с которым бы испытывал хоть несколько схожие чувства. Его одолевало тепло, будто свернувшийся на груди урчащий котенок, желание заботиться и защищать. Реддла разрывало от мысли, что с Гарри может что-то случиться, а его не будет рядом. Он просыпался ночами прислушиваясь к тишине комнат, чтобы определить не нужна ли его поддержка. Он глазами искал парня, когда тот скрывался где-то в помещении или долгое время не издавал звуков. Он наблюдал за ним. Он познавал его. Он смотрел на него. Нормальным ли было такое поведение для Волдеморта? Нет. Определенно нет. Но вот правильным ли? Абсолютное да. Они всегда отходили от привычных понятий нормы, не стоило и сейчас думать об этом. Естественно, что происходящее сейчас более удивляло людей, и которые знали Тома, и которые только слышали страшные истории о нем. Но за столько лет пора было уже привыкнуть, что отношения Темного Лорда и Мальчика-Который-Выжил нечто настолько особенное и непредвиденное, что искать в этом закономерности паршивое дело. — Прогуляемся? — спросил Том, поднимаясь со скамейки и обуваясь. — С удовольствием. Гарри даже не стал спрашивать, куда они идут. За время, проведенное в одном доме с Волдемортом и Пожирателями, Поттер уже так привык, что чувствовал себя здесь как дома и этот человек обретал для него статус близкого, а от близких у Гарри не были ни секретов, ни скрытых негативных чувств. Он доверял Тому. Странно это было, болезненно в некотором роде, но парень действительно видел сейчас в Темном Лорде родного для себя человека. Он все еще старался не думать, что скажут об этом другие, какая реакция будет у его друзей, если они узнают, что между Гарри и Волдемортом не просто перемирие, скрепленное договором, а нечто совершенно иное — глубокое, пронизывающее до кончиков нервов, яркое, как первые краски весны, сильное, до цветных пятен перед глазами. — Том, помнишь, несколько дней назад, когда я рассказывал о своем детстве, то ты пообещал, что тоже откроешь страницы своей биографии. — Лицо Темного Лорда помрачнело. — Прости, наверное, сейчас не время, просто мне хочется узнать тебя ближе, если уж мы более не враги. — На самом деле не лучший разговор для столь спокойного утра, — усмехнулся Волдеморт. Страницы его детской истории были столь неприятны, что возвращаться туда совершенно не хотелось. — Прости. Давай поговорим о чем-то другом. Если ты не готов, я не буду настаивать, — улыбнулся Гарри, пытаясь как-то сгладить напряжение, возникшее вокруг. Запала тишина. Они продвигались все дальше вглубь сада и вокруг уже было все меньше ухоженных растений. Было видно, что в эту часть сада заходят редко. Поттер уже думал, что они так и будут идти в тишине, когда Том внезапно свернул с тропинки и прошел куда-то вглубь зарослей. Гарри думал, что они вышли за границу владений Малфоев, но впереди показались развалины старого дома, а за ним — пустошь. Картина, открывшаяся глазам парня, вызывала столь печальные чувства, что хотелось то ли убежать отсюда подальше, то ли всплакнуть, чтобы избавиться от тяжести в груди. Несмотря на теплую и солнечную погоду это место, казалось, собрало в себя всю тень и грусть. — Мне пришлось пройти через ад, чтобы получить то, что я имею сейчас. Том глубоко вздохнул и еще ближе подошел к дому, к границе, где зеленая трава соединялась с выжженной черной. Казалось, за этой границей время остановилось. — Это старое поместье Малфоев. — Будто почувствовав вопрос Поттера, начал Темный Лорд. — Да, тот дом, в котором мы проживаем сейчас, не был семейным домом Малфоев все время. Его обжил Абраксас Малфой, отец Люциуса. До того времени дом использовался в качестве гостевого. Именно там проходили любые званые ужины и приемы, кабинеты главы Рода и жилье остальных слуг. В доме Малфоев в то время работали не только домовики, но и простые маги, которые не могли найти себе работу. Помогали, ухаживали, вели хозяйство. А вот этот дом, — Волдеморт махнул рукой в сторону полуразрушенного строения, — был хозяйским. Именно здесь проживали члены семьи или близкие друзья главы. — А что с ним случилось? — спросил Гарри, подходя ближе. — Когда мы с Абраксасом учились в Хогвартсе, на третьем курсе началась Вторая Мировая Война. Неизвестно как и почему, но маглам удалось найти этот дом. Видимо в лесах вокруг скрывались военные и немецкие бомбы попали не только туда, но и на поместье. Нам так и не удалось узнать, что именно тогда случилось, но известие очень подкосило как и Абраксаса, так и меня. Мы были хорошими друзьями в Хогвартсе и я был знаком с его родителями, чтобы понимать, как их смерть ужасна. Поэтому Малфои уже поколениями противники маглов. — Но уничтожать других людей потому что одна семья пострадала — это ужасно. — Пострадала не одна семья. И пострадают все, если сейчас не перекрыть путь, которые ведет к объединению двух миров. Как-то я тебе объясню в чем заключается моя основная политика, но не сейчас. — И что было дальше? — Видишь, что между территориями есть своеобразная граница? Это Магия. Ее след, ее знак, ее вечная скорбь о произошедшем. Если бы мы обошли эту местность с другой стороны, ты бы увидел, что от дома практически ничего не осталось и то, что мы видим сейчас, всего лишь фасад, который чудом сохранился. Дом был уничтожен практически полностью. Родители Абраксаса погибли. Но вырвавшаяся наружу магия не позволила даже найти их тела. — Это как? — недоуменно спросил Гарри. — В семейных замках, поместьях, просто домах, всегда есть два места силы. Создавая семью оба партнера проливают на камень свою кровь, тем самым свидетельствуя, что они заключают союз перед магией. Та в ответ дарует процветание и силу этой семье. Чем больше поколений и волшебников вводится в семью, тем сильнее становится ее сила, а камень — проводник этой силы. Его часто поэтому называют родовым. Когда происходит катастрофа, то гоблины забирают этот камень в хранилища и снова отдают только тогда, когда появляется наследник данной семьи. Второе по важности место — библиотека. Знания для магического мира — это все. Это главное оружие и главные свидетельство наличия магии. Да, Гарри, не то, что ты можешь создать заклинания, а именно книги, свитки, бумаги, записи. Без них, без этих формул, невозможно колдовать. Только очень сильные волшебники древности, а их было тогда очень мало и все они были колоссально сильны, могли колдовать без формул и принципов. Сейчас так могут только дети, потому что их сила стихийна. Но для удачного использования любой маг нуждается в формулах, правилах, знаниях. Библиотека — это главное сокровище каждой семьи и чем более редкие книги имеются, тем более процветающей является семья. Она также изымается гоблинами в случаях опасности. Кроме мест силы, есть еще и обстоятельства, которые влияют на магию. Главное условия — дети. Поэтому все волшебники так заботятся о своих наследниках. Да, они их очень любят, но они также одна из наиболее ценных вещей для магического мира. В них заключена вся дальнейшая сила семьи, поэтому в их рост и развитие вкладывают столько сил. От того, сколь силен ребенок, зависит процветает ли род или нет, соблюдаются ли ритуалы, довольна ли магия тем, что видит. Когда умерли Малфои, родовой камень треснул, а библиотека покоилась под завалами. Сверх этого, мать Абраксаса была беременна вторым ребенком. Это означало лишь одно — полное уничтожение рода. Поэтому пустошь, что ты видишь вокруг, действие не бомб, а магии, которая вырвалась на свободу и поставила извечное клеймо на этом месте. — Но Малфои ведь не потеряли свою силу? Они и сейчас чистокровная семья с немалой историей. Или я чего-то не понимаю? — спросил Гарри, которого эта история поразила очень сильно. Теперь понятно, почему Драко постоянно задевал их. Семейная травма, рана, что передается поколениями. И этот дом, как постоянное напоминание о катастрофе. Они просто еще не пережили ее, не отпустили. — Чистокровность не означает силу рода, — усмехнулся Том, чем вызвал еще больший шок у Поттера. — Но я думал, что ты так поддерживаешь идею чистоты крови именно потому, что эти маги чем-то лучше. — Да, они действительно лучше. Потому что они знают древние традиции, которые были придуманы не просто так. Маглорожденные изменяют всю структуру нашего мира. Они приносят сюда свои ценности и идеалы, некоторые из которых идут в разрез с древними понятиями. Этот мир, наш мир, устроен по иному принципу, но они не могут это понять. Они цепляются за свои взгляды, за то, что они изучили в мире маглов и задействуют это здесь. Они позволяют своим родителям и другим родственникам приходить к нам, жить с нами, совершенно не соблюдая закона о Секретности, не понимая опасности, что может последовать. Они не могут использовать родовую магию и запрещают ее. Они плохо контролируют кровные ритуалы и вводят на них запрет. У них меньший потенциал и они угнетают тех, у кого он больше. Они говорят о прогрессе и модернизации, не понимая, что этот мир живет законами магии. Они угнетают оборотней, вампиров, фейри и других существ, потому что не знают, как с ними быть, боятся их возможностей и силы. Они запрещают всё, что выходит за рамки их возможностей и представлений о «нормальности». Том сделал в воздухе кавычки и перевел дыхание. Было видно, что эта тема шипами раздирала его душу. Для мужчины так важно было то, о чем он сейчас говорит, что не мог контролировать себя. Том размахивал руками, говорил экспрессивно и эмоционально, как не позволял себе уже давно. Он чувствовал, как во время монолога, у него сбивается дыхание, как поднимается давление и выступает пот. Он чувствовал такое возбуждение, что казалось кровь кипит внутри. — Маги-некроманты, провидцы, эмпаты, анимаги, интуиты, шаманы, друиды, змееусты, медиумы, стихийники, артефакторы, руннологи, боевые маги и целители, псионики, алхимики, искатели — представителей этих видов магии практически отсутствуют на территории Британии! — Том повысил голос. — Не говоря уже о магических существах. Да, на территории Британии маги, что имеют специальные возможности очень редкое явление, а большинство из них попросту прячутся или избегают людей, скрывая свои силы, только по причине того, что боятся, ведь это запрещается. Само их существование стоит под запретом. Иногда им нужно использовать темные, кровные или другие ритуалы, потому что их потенциал может быть огромным. Ещё несколько веков назад ситуация была не такой ужасной, но сейчас наша страна умирает, просто умирает… — казалось, в голосе Тома звучит отчаяние и ему больно от самой этой мысли. — Люди, которые с самого начала живут в магическом мире, чьи предки создавали этот мир, те, кто хранят древние законы и должны быть в почете, сейчас вынуждены подчиняться совершенно немыслимым законам! Аристократы, чистокровные, носители древних традиций сейчас самая притесненная и незащищенная часть населения, не считая магических существ, которые вообще не имеют никаких прав и законов. Это нормально? Почему мы должны позволять людям, которые ничего не знают о магическом мире изменять наши законы? Почему этот мир должен крутиться вокруг их желаний, а не они должны подстраиваться под законы Магии? Ты можешь сказать, что есть исключения, например, твои друзья. И да, они есть, но это один из тысячи. Гарри, один из тысячи маглорожденных готов отбросить магловские понятия и изучить этот мир. И когда Дамблдор пробует доказать, что всё идет хорошо, что нет классового разрыва, то я хочу сказать — к черту всё это! — Том в запале взмахнул рукой, тем самым подняв волну ветра, которая затрясла траву, и даже самому Гарри стало прохладно. — Не мы должны подстраиваться под маглов, а они вникать в суть этого мира. Разница в силе? Да, но мы все не можем обладать равным потенциалом, но, например, ребенок, рожденный от союза маглорожденного и чистокровного, будет иметь огромный потенциал, и ты, и я тому огромное подтверждение. Нужно просто знать и уметь использовать эти знания! — Том… — Гарри постарался говорить тихо и спокойно, понимая, в сколь взвинченном состоянии находится сейчас маг. Успокоить разбушевавшийся гром было первостепенной задачей. — Том, пожалуйста, тише. — Парень набрался смелости и обхватил предплечья мужчины, концентрируя внимания того на себе. — Я понимаю, что тебя волнует эта тема. Все, что ты сказал, звучит действительно ужасно и очень важно. Это не вопрос пяти минут и одного разговора. Это глубже, Том. Глубже, масштабнее. Об этом стоит говорить, обещаю мы поговорим об этом. — Ты понимаешь, какую мысль я хотел тебе донести? — глубоко дыша и смотря прямо в глаза Поттера, спросил Реддл. — Да, Том, да. И я принимаю это. Слышишь? Принимаю. Но давай обсудим это позже. Пожалуйста. — Хорошо. Хорошо, — вздохнул Темный Лорд. — Пока этого достаточно. — Спасибо. — Гарри отпустил мужчину и отошел от него на шаг, не зная, как вести себя дальше. Разговор выдался совсем не таким, как он ожидал. — Это и многие другие события утвердили меня в моих взглядах и политике. Когда ты с детства живешь в нищете и непринятии себя, как личности, то понимаешь эту боль. И когда ты проникаешь в сообщество этих людей, с виду аристократов, чья гордость не позволяет опуститься им ниже какого-то уровня, то не можешь остаться безучастным. Но я понял это лишь потому, что пережил. Не знаю, много ли нас таких, кто сможет это понять. В голосе его послышалась грусть и не говоря больше ничего, мужчина двинулся в сторону мэнора. Гарри еще раз посмотрел на печальное место, которым было старое поместье, мысленно послал волну сочувствия и пошел следом за Томом. Домой шли молча.

***

После событий в саду, они не разговаривали до следующего дня. Эта, выбранная с самого начала тактика, возможно, не была правильной, но позволяла каждому справиться со своими эмоциями и мыслями, чтобы не срываться на другом. Гарри понимал, что этим они просто не желают сильно надавить друг на друга, но пока это работало, а значит, имело место быть. Подумать было о чем. Сказанное Томом как-то отлично соединилось для Поттера с новыми представлениями о мире. Он и так более не воспринимал его всецело позитивно и допускал, что в прошлом допущено множество ошибок. Не было бы ошибок — не появился бы Темный Лорд. Так что, те мысли, озвученные Томом, стали лишь общей частью пазла. Гарри понимал важность того, что ему открыли сегодня, принимал такой взгляд на мир и происходящее в нем. И все же, внутри него была часть того Поттера, который жил с маглами и просто бы умер там, если бы не попал в магический мир. Он всем своим нутром понимал, что дети, которые обладают волшебными силами, не могут жить в том мире, им необходимо попасть в среду, где есть такие же, как они. Поэтому, он все же не мог проникнуться идеей Тома до конца. Следующий раз они встретились за завтраком уже в пятницу. Это был важный день, когда обе вражеские стороны должны были заключить перемирие, официально начиная новую страницу истории. Гарри с утра немного потряхивало. Не только от важности происходящего и потому, что и ему придется подписывать все это, но и от внутренней тревоги, что поселилась в нем с самого утра. Стоило парню только подняться с кровати, как он запнулся о тапочки, расплескал воду в ванной и уронил мыло, когда принимал душ. Его постоянно потряхивало и было немного прохладно, не смотря на теплую погоду даже утром. После того, как они с Томом утвердились в мысли, что Гарри обладает задатками провидца, которые следует развивать, чтобы использовать силы максимально полно, он внимательно следил за внутренними ощущениями, ведь обычно именно они были предвестниками чего-то важного. Единственное, чего он сегодня боялся, это исполнения того видения, которые посетило его во время разговора с Дамблдором. Подписание должно было проходить в Министерстве, на глазах у прессы и нескольких людей. Гарри не нравилась эта идея, но пойти против он не мог, понимая важность события и необходимость делать это на глазах общественности. Кто знает, что последует за радикально настроенными жителями, если им вдруг покажется, что тайное подписание договора — фикция или того похуже. — Доброе утро, — поздоровался Гарри, проходя в малую гостиную, где его уже ждал Лорд. В его позе и движениях парень уловил неимоверную силу. Он сейчас был похож не на того мужчину, что увлеченно занимался бумагами или книгами, а на властного, сильного и авторитетного мага, который знает себе цену. За таким хотелось следовать. Такой он подкупал еще больше. Чувствовалось, что подай ему руку и он проведет тебя куда угодно, сквозь все препятствия в лучший мир. Гарри аж задохнулся. — Здравствуй. Готов отправляться? — поднялся с кресла Реддл, расправив руками складки на мантии. Поттер все еще заворожено смотрел на него. — Да… — медленно ответил он. — Тогда пойдем, — ухмылка осветила лицо Лорда. — Я прошу тебя, будь осторожней, ладно? — попросил парень, подходя к камину. Волдеморт лишь нахмурил брови. — Просто к слову. Будь осторожен. А потом камин перенес их в Атриум, где уже собралось большинство магов. Гарри видел Министра Магии — Руфуса Скримджера, который нервно перебирал пальцы на руках, хотя его поза и казалась уверенной. Возле министра стоял Дамблдор, осматривая собравшихся из-под очков-полумесяцев. Директор выглядел спокойным, будто не происходит ничего необычного. А в первых рядах, возле камер и журналистов, стояли его друзья и семья Уизли, что заставило Поттера задохнуться. Он даже немного сбился с шага и Тому пришлось легко поддержать его за спину. Хорошо, что камеры не могли этого зафиксировать, совсем не хотелось эпатировать общественность, особенно сейчас. Друзья также увидели его, выходящего следом за Волдемортом из камина, и готовы были бросится вперед, но остановились. Гарри заметил слезы в глазах девушек и миссис Уизли, Рон лишь глубоко дышал, наверное, пытаясь сдержать эмоции, а остальные Уизли улыбались, когда увидели его. Гарри улыбнулся в ответ, показывая, что все хорошо и переключил внимание на старших магов. Поприветствовав друг друга рукопожатием (что вызвало у Гарри неуместную улыбку, которую пришлось прятать), маги преступили к огромному свитку с договором. Зачитав все условия и согласившись с написанным, все четверо поставили свои подписи и магические отпечатки (Тому пришлось обучить этому Поттера за несколько дней). Казалось, на время подписание замер даже воздух. Напряжение витавшее в воздухе было такой силы, что хотелось отфыркнуться, как от пыли и смыть его с себя. Когда последняя подпись угасла и по одной копии свитка появились в руках подписавших их, послышались первые неуверенные аплодисменты, а потом атриум взорвался от шума магов. Все. Точка поставлена. Пути назад нет. Теперь только мирное решение всех конфликтов. Война, длившаяся более шестнадцати лет, сегодня подошла к концу.

***

— Пообщайся с друзьями, — шепнул на ухо Том, когда маги немного разбрелись по зданию. Кто пошел на работу, а кто остался на небольшой фуршет. — Спасибо, — одними губами ответил Гарри и поспешил к родным. Первой к нему навстречу бросилась Гермиона и так крепко сжала в объятиях, что дышать стало нечем. Но, по правде говоря, это были самые нужные объятия. Девушка плакала у него на груди и била спину кулаками, бормоча что-то о сумасшедшем друге, который заставил ее волноваться и из-за которого у нее теперь есть седые волосы. Она говорила о том, что никогда не простит его и о том, что любит, а он вдыхал запах ее волос и думал, что именно сейчас, именно в этот момент война для него закончилась. Когда они оба подошли к семье Уизли, Гарри опустил голову. Ему было стыдно за свою выходку тогда, возле дома Дурслей. — Простите, пожалуйста, — сказал он. — Глупый ребенок, — сквозь слезы сказала Молли, а потом притянула его в очередные крепкие объятия. — Мы давно тебя простили. Не было конца слезам, улыбкам, смеху и объятиям. В какой-то момент Гарри и сам смахнул слезы с глаз. Он улыбался и смеялся так ярко, его эмоции и магия так сияли, что Том, смотря на него, казалось, ослепнет. Но что есть слепота, когда внутри так больно? Его чуть не скрутило в бараний рог, такую невыносимую боль он почувствовал, смотря на эту картину. Семья. У Поттера была семья из которой он хотел забрать его. Было ли это правильно? Может стоит оставить Гарри? Тот теперь не навредит ему, связанный первым из договоров. Но мысль о том, чтобы отпустить парня делала еще хуже. И Реддл вдруг с ужасом осознал, что хотел того же. Хотел, чтобы Гарри так улыбался при виде него, чтобы радостью искрилось во все стороны, чтобы чувства настолько сильные, что без особой магии можно их почувствовать, чтобы света так много, что исцелять им можно. Том вдруг понял, что ревнует. Собственнически, как-то по звериному, с желанием оградить от мира и чтобы принадлежало только ему, только для него. Будучи поглощенным собственными чувствами и размышлениями, Волдеморт не увидел опасности, притаившейся за спиной. Вернул его в реальность громкий окрик Гарри и теплое тело, что прижалось к его спине. Том резко оглянулся, подхватывая руками оседающего на землю Поттера, и вглядываясь в его глаза, пытаясь понять, что случилось. — Я же просил… — парень закашлял, — быть осторожным. — Гарри, что случилось? — подбежали к ним Дамблдор и несколько других магов. — Когда же ты… начнешь воспринимать в серьез… мои ведения…

***

Им выделили одну из тайных комнат в министерстве. Колдомедик, пришедший через три минуты после случившегося, провел полную диагностику и вытащил кинжал, из спины парня. В помещении присутствовали только сам Гарри, бледневший с каждой секундой, Темный Лорд, который метался по комнатке хуже разъяренного льва и Дамблдор, присутствие которого одобрил Волдеморт. Колдомедик то приходил, то уходил для проверки чего-то, а состояние Поттера вызывало все больше опасений. — Дело обстоит плохо. — Вернувшись, мужчина средних лет поправил очки и присел на свободное кресло. Рассерженные глаза Реддла не мигая смотрели на колдомедика, обещая ему все возможные муки ада, если тот не продолжит. Сглотнув, мужчина все же пояснил ситуацию. — Мистер Поттер теряет много крови. Мне удалось справиться с его раной, но на клинок был нанесен яд, очень редкий, противоядие от которого у нас нет. Он не позволяет создать в организме мистера Поттера новые эритроциты и даже кроветворное, которое я дал ему, не помогает. Яд нейтрализует его действие. — Создать противоядие? — Невозможно за столь короткое время. У мистера Поттера максимум полчаса, после этого его органы начнут отказывать один за другим. — Послушайте сюда, — уже не сдерживаясь начал Том. — Вероятность того, что он умрет, ниже, чем вероятность того, что я убью вас, если вы сейчас же не скажете, что мы можем сделать ради его спасения. В этой комнате два сильнейших мага, вы думаете мы не справимся? — П-простите, — сжимаясь от страха, ответил мужчина. — Я впервые с таким сталкиваюсь и приведенный мною способ может быть очень рискованным и возможно вообще неосуществимый. — Залепетал колдомедик. Волдеморт щелчком пальцев уничтожил висевшую на стене картину, снимая собственное напряжение. — Пожалуйста, расскажите нам. Каждая минута дорога. — Если мне удастся отделить кровь мистера Поттера от яда в ней, всё может получится. Но на это нет времени, даже если здесь будет работать команда колдомедиков. Поэтому мое предложение заключается в том, чтобы убрать кровь мистера Поттера и дать в его организм новую. Только понимаете, это должна быть либо его кровь, либо с высокой совместимостью. — Это проблема… — пробормотал Дамблдор. Том не слушал их. Ему нужно было спасти Гарри. Без Поттера все происходящее не имело смысла. — Том, что ты делаешь? — спросил директор, когда заметил, что мужчина снимает с себя мантию, оставаясь только в рубашке и брюках, и трансфигурируя еще одну кровать возле Гарри. — Не глупите, Дамблдор. Во мне течет его кровь. Если этот способ имеет шанс сработать, давайте сделаем это. — Увидев, что директор не понимает его, Волдеморт закатил глаза. — Ритуал воскрешения. Я использовал его кровь. Теперь понимаете? — А вы уверенны, что это безопасно? — надломленным голосом спросил колдомедик. — Да. Делайте, как я говорю. Все будет хорошо. Но все не могло быть хорошо, когда дело касалось Гарри Поттера. Стоило только начать необходимые манипуляции, как Том почувствовал, что сознание ускользает от него. Он даже перепугался и запаниковал, но было поздно. Тело не слушалось, язык и губы тоже. В какой-то момент он потерял сознание. Очнулся Том все в той же комнате. Дамблдор сидел на стуле и внимательно наблюдал за ним. Было неуютно и немного холодно. Реддл попытался сесть и первое, что заметил, человеческую ладонь, что опиралась об кровать. Распахнув глаза, Том посмотрел на свои руки, даже пальцами пошевелил, а потом перевел взгляд на торс и ноги. Человеческие. Без когтей и странного цвета. — Это еще не все, — сказал Дамблдор и поставил перед мужчиной зеркало. С отражения на него смотрел молодой мужчина лет тридцати-тридцати пяти, с вьющимися темными волосами и глазами темными, будто бордовыми. — Невозможно, — пробормотал Том, смотря на свое отражение. Он не помнил себя таким… давно. Такой его внешность была годы, десятилетия назад, будто в прошлой жизни. — Когда мы начали проводить ритуал, ты потерял сознание. Мы уже хотели прекратить, но состояние Гарри начало стабилизироваться, хотя вокруг происходили странные вещи. Вы не только кровью слились, но и силой. С твоим телом начали происходит изменения, поэтому я не позволит прекратить происходящее и мы закончили только полчаса назад, когда больше ничего не происходило. Было видно, что Том не знал, что ответить. Ситуация была столь странной, что у него просто не находилось слов. Он был обескуражен происходящим, обеззаружен, разбит и собран… Он не понимал, что произошло и не знал, как реагировать на изменения. С соседней кровати послышалась возня, а потом громкий вздох и тихое: «Вау». Том резко перевел взгляд на Поттера, пытаясь понять, все ли с ним в порядке, и наткнулся на удивленные зеленые глаза. — Я не совсем понимаю… — начал Гарри, поднимаясь на кровати. — Да, я тоже. С этим придется разобраться, — ответил Том, помогая парню сесть. — Позвольте мне помочь. Думаю, пришло время нам поговорить, — сказал Дамблдор, удобнее устраиваясь в кресле.

***

Вот, собственно, теперь Том и не мог уснуть. Разговор с директором выдался столь сложным и выматывающим, что отключится в умиротворенный сон было бы спасением. Реддл прошел возле комнат Поттера, прислушиваясь к звукам, но казалось, что парень спит, хотя мужчина в этом и сомневался. После произошедшего сегодня, после открытых тайн о крестражах, после понимания, что Гарри — еще один крестраж, уснуть было нереально. Возможно, было бы легче, если бы не реакция Поттера. Тот, после услышанного, сразу же замкнулся в себе, не произнося ни слова, но выражение его лица было столь угнетенным, будто он только что снова пережил крах мира. Тому тогда хотелось поддаться первому порыву, обнять парня, заверить, что ничего не изменилось, что все хорошо, просто теперь ему нужно быть более аккуратным, но он не сделал. Он не смог переступить себя и чувствовал, что Гарри отгородился от него. Глупо было бежать от своих чувств. Следовало лишь принять, что теперь Гарри Поттер занимал в жизни Волдеморта одно из наиболее важных мест. Чего стоит только его одна ревность. Ревновал он в этой жизни лишь дважды и второй раз сегодня. Хоть как для Тома это и было сложно, но кажется что-то теплое проросло у него внутри и готово раскрыться прекрасным бутоном, только позволить бы этому случится. Бежать от себя? Поздно. Можно было раньше, но не сейчас. Не после столь долгого проживания вместе, не после ужинов и завтраков, прогулок и разговоров, вопросов и ответов. Пути назад не было. Том прижался лбом к холодному стеклу окна в малой гостиной. Что делать? Пойти к Гарри и попытаться вывести того на разговор? Оставить все до утра и разобраться с этим завтра? Оставить Гарри в покое? Что делать с собой? Уничтожить зародившийся клубок чувств? Оставить все как есть? Но как не бояться раствориться в этом, исчезнуть в этих чувствах? Как доверить себя другому, чтобы он не уничтожил тебя, не стер с лица земли? И как жить дальше без этих чувств? Он услышал чужие шаги, но не обернулся. Возможно, так будет легче… Гарри остановился за его спиной и их глаза встретились в отражении стекла. Всматривались, искали что-то внутри, заглядывали друг другу в душу пытаясь найти ответы, находили общее, разбивались об это и снова, снова искали. Невыносимо хотелось тепла. Сейчас, здесь. Ощутить телом, душой, всем существом. Понять, что да, можно. Да, принимаю. Да, обещаю. Гарри сделал два шага вперед, разбивая расстояние между ними в мелкие осколки. Первое объятие, со спины, когда грудь прижимается к позвонку, когда дыхание в унисон, когда ближе, ближе, ближе — самое первое объятие и они выдыхают.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты