with you through eternity

Чонин проснулся от плохого сновидения, вернее, он был уверен в этом. В сонном бреду ему виделись замершие в потемках силуэты пассажиров, отражение луны на раме окна и пристальные взгляды сизой тени на соседнем сидении, так бесстыдно ловившей каждый его вздох. Перед глазами маялись бесформенные контуры проносящегося леса, и Чонин задернул плотные занавески и растирая заспанные глаза до красноты. -Проснулся? - незнакомый голос застает врасплох. Глаза с трудом привыкают к темноте, но и без того понятно: некто, развернувшись на переднем сидении, не спускает с Чонина глаз. Незнакомец спрыгнул на пол, не дожидаясь ответа, преодолел дистанцию в несколько шагов и плюхнулся на соседнее сиденье, придвигаясь практически вплотную. От пристального взгляда, Чонину пришлось буквально вжаться в собственное кресло. У незнакомца лунный свет блеклым серебром путался в черных волосах, а взгляд был теплым и озорным, словно в карих глазах застыло вечное лето. Он выглядел одного с Чонином возраста, может годом старше, в несколько старомодной и слишком легкой, для зимнего времени, одежде. -Ой, извини, - заметив укоризненный хмурый взгляд, незнакомец виновато улыбнулся, отстраняясь на приемлемое расстояние, - с моей стороны это было грубо. Просто ты первый человек, которого я встретил здесь за столь долгое время. -А…- изумленно выдохнул Чонин. Но, не выдавая собственного недоумения, он медленно выровнялся на сидении и расправив плечи, задал самый интересующий его, на тот момент, вопрос: - А ты кто вообще такой? По-видимому, незнакомца это совсем не удивило, потому что отвечать он начал быстрее, чем Чонин успел полностью закончить предложение. -Моё имя Бэкхён, - представился парень, - И говоря ближе к делу, то в каком-то смысле, мы с тобой в «одной лодке», а вернее в одной очень большой проблеме. -В проблеме? – выдержав паузу, уточнил Чонин, на что ему утвердительно кивнули. Определенно, этот невесть откуда взявшийся парень не вызывал ни толики доверия, чего Чонин и не думал скрывать. -Мягко сказано, да, - на выдохе произнес Бэкхён и помрачнел, нервно одним движением руки зачесывая назад надоедливую челку. - Я попробую это объяснить, хорошо? А ты просто слушай. Ведь никто просто так не согласится помогать незнакомцу. Понимаю, в это будет трудно поверить, но времени у нас не так и много. Как бы сказать, все дело…в этом поезде. -В поезде, значит? – Чонин скептически изогнул бровь. В тот момент на глаза ему попались молчаливые пассажиры в конце салона, не подававшие признаков жизни еще с самого начала поездки, а сейчас одновременно оживившиеся. И почему-то все сразу стало на свои места. – Прекращай этот фарс, - грубо отозвался Чонин, и по его лицу было заметно, что шутки закончились. - Не знаю, чего вы с друзьями добиваетесь, но я не ценитель дешевых розыгрышей. Чонин всего за секунду проскользнул к узкому проходу, игнорируя любые попытки Бэкхёна снова втянуть его в разговор. Он упрямо направлялся прямиком до передних сидений, где, по его мнению, должны были находиться заговорщики этого странного парня. От злости кровь пульсировала в висках, и Чонину не терпелось высказать кому-то пару ласковых. Но на последнем шаге он замер, словно от удара током. Он запнулся, сердце пропустило удар и затихло, а потом застучало с невиданной скоростью. Чонин оступился, безостановочно продолжая шептать какие-то невнятные ругательства себе под нос и налетев спиной на соседнее кресло, едва не потерял равновесия. Взгляд его так и остался прикован к таинственным пассажирам, что двигались резко, как заведенные куклы и тревожились даже от незаметных вздохов. Их кожа светилась белым золотом. Лица словно кружевной вуалью сокрыты от посторонних глаз, а тела прозрачны, как утренняя мгла. -Что за черт? – Чонин не услышал собственных слов и даже не был уверен, что произнес их вслух. Он пулей вылетел в тамбур. Не то, чтобы он верил в духов, но то, что он видел «обычными людьми» точно не назовешь. -Ну, надо же, - раздался знакомый голос за спиной, - я думал подойти к этому постепенно, но кажется, тебе доставляет удовольствие в сердцах бросаться в гущу событий. Бэкхён стоял в проходе, в нескольких метрах от Чонина, и судя по всему, сложившаяся ситуация казалась ему очень забавной. Договорить он не успел. Чонин сорвался с места, цепляясь охладевшими пальцами за чужую рубашку, тем самым заставляя улыбку Бэкхёна исчезнуть. -Ты же тоже видел? Видел же? – не унимался Чонин. Его пальцы дрожали, и он не мог заставить себя ещё раз посмотреть вглубь вагона, – Что это всё значит? Это что, были призраки? Бэкхён нахмурился, явно не принимая такого отношения к себе, и почти насильно, но осторожно, отцепил от себя чужие руки. -Тебе бы успокоиться для начала, – посоветовал он, устраиваясь на ближайшем кресле и, жестом приглашая Чонина сесть рядом. Только тот и с места не сдвинулся, всё так же дышал сбито и прерывисто, не в состоянии унять быстро бьющееся от страха сердце. Бэкхён вздохнул, заверяя, - ты боишься их, а они даже не знают, что мы здесь. Его голос звучал спокойно, но Чонин уловил в нем некие нотки жалости, или же грусти. В какой-то момент даже дышать в этом месте становится тяжело, и даже лунный свет не спасает от мрака, охватившего это место. Кажется, будто каждый темный закоулок этого места пронизан чем-то опасным. Если бы Чонин знал, что его возвращение в Сеул обернется такой катастрофой, в жизни бы не сел на этот распроклятый поезд и отключил бы мобильный ещё по дороге на вечеринку. -Ну, так что, теперь то веришь мне? Или, все еще думаешь, что я пытаюсь тебя напугать? – наконец, спрашивает парень, глядя на собеседника снизу вверх. Он горько усмехается, когда Чонин переводит на него взгляд, испуганный и немного затуманенный, словно он всё ещё не преодолел грань между сном и реальностью. -Говоришь, все дело в поезде?- в голосе Чонина слышится хрипотца, и, в целом, заметно, что слова даются ему с трудом. Бэкхён кратко кивает на вопрос, - Когда следующая остановка? – с надеждой в голосе спрашивает он. -Кто знает, - Бэкхён медленно пожимает плечами, раскинув руки, - этот поезд никогда не доходит до конечной остановки, и, если честно, мне не очень-то хочется знать, куда он ведёт. Чонин удивленно моргает, словно только что пропустил все слова Бэкхёна мимо ушей. На него он больше не смотрит. Впрочем, вообще сложно понять на чем сосредоточено его внимание. Несколько минут он просто бездумно пялится в темноту, а уголки его губ подрагивают. -Давно ты здесь? - Чонин нарушает тишину первым, но скорее не потому что ему интересно, а для того чтобы немного отвлечься и успокоиться от потока мыслей охвативших его. -Достаточно. Наверное, намного дольше, чем могу представить, ведь время здесь течет по-другому. Неожиданно Чонин меняется в лице. Словно что-то вспоминает. Он тянется к мобильному телефону, где неоновые цифры всё так же показывают три часа ночи. Время, когда поезд оставил лесную станцию позади. Его пальцы сильнее сжимают металлический корпус. -Как отсюда выбраться? – полным серьезности голосом спрашивает он, и, наконец-то, обращает на своего собеседника внимание. В ответ Бэкхён давиться усмешкой, словно его спросили о чем-то до безумия глупом. -Если бы знал способ, меня бы уже здесь не было, так? Чонин хмурится, поджимает губы и молча соглашается, кивает, но скорее подтверждая собственные мысли, а не слова собеседника. -Тогда… ты говорил, что тебе нужна моя помощь, - тянет он, и замечает, как возбужденно заблестели глаза Бэкхёна. -Бинго! – торжественно произносит парень, щелкнув пальцами в воздухе. – Я, правда, не знаю точного способа, как выбраться отсюда. Но единственный выход только двери, которые впустили тебя внутрь. Слова срабатывают, как невидимый сигнал. Уже в следующую секунду со стороны тамбура слышится шум. Чонин изо всех сил тянет механическую дверь, но она даже не думает поддаваться. Он предпринимает ещё несколько попыток, прикладывая как можно больше силы, но так и не добившись никаких результатов, он оборачивается к Бэкхёну. Тот стоит позади и смотрит на него с откровенным сочувствием. -Не поддаются, – сквозь зубы шипит Чонин и стирает выступивший на лбу пот. -И не поддадутся, - отвечает ему Бэкхён, которому исход этой затеи был очевиден изначально, - открыть можно только из кабины машиниста. Чонин удивленно хлопает глазами. И всего-то? Он бросает на Бэкхёна недоверчивый взгляд. Если всё так просто, тогда почему Бэкхён не сделал этого уже давно? Но только он открывает рот, чтобы задать интересующий его вопрос, как поезд неожиданно дергается и начинает ехать рывками, словно вот-вот затормозит. Чонина одолевает плохое предчувствие, и он бросает на своего спутника удивленный взгляд. -Обходчик... – Бэкхён бледнеет на глазах и шепот его словно в бреду. Он несдержанно тянет Чонина за собой, и голос у него непривычно резкий: - Вниз, быстро. Бэкхён отталкивает к сидениям, и Чонин послушно прячется, потому что не знает, чем именно вызвано это странное поведение, и ему, ко всему прочему, совсем не хочется знать кого Бэкхён называет «Обходчиком». Тишина трескается, подобно тонкому льду, когда на другом конце коридора до сумасшествия громко скрипят петли дверей и темнота кольцами щупалец обвивает стены. Воздух становится холоднее, чем в морозное утро. --Не смотри, – шепчут ему, но Чонин не реагирует и продолжает таращиться на дальние стены. В ушах звон, а перед глазами фейерверками вспыхивают жёлтые пятна. Воздух пропитывается терпковатым запахом смолы, а на стенах, словно небрежным мазком акварели, пятном расползается тень, что кажется темнее ночи. Эта бесформенная тень никак не может принадлежать человеку. До Чонина не дозваться, как не пытайся, и Бэкхён сдается. Раздраженно ругнувшись, он ладонью закрывает ему глаза. Этот жест немного приводит Чонина в сознание, и он рефлекторно хватается за тонкую кисть, его останавливают слова: -Доверишься мне, и с тобой ничего не случится. Чонин кивает, затаив дыхание и опускает руку. В жилах кровь стынет, когда слишком отчетливо слышится чье-то гортанное дыхание, а неровные, почти хромые шаги эхом разносятся по салону. Чонин благодарен, что ему не приходится это видеть. Он сидит, не двигаясь, до самого конца: пока шаги не стихают в соседнем вагоне, а из воздуха не исчезает едкий запах смолы. Бэкхён выдыхает с облегчением и громко смеется, опустив руки, плюхается на пол рядом с Чонином. -Если бы вовремя не сработали мои инстинкты, нам бы пришлось не сладко. -Это же…был не человек? -Эй, не делай такое лицо. Со временем ко всему привыкнешь. – Бэкхён игриво толкает его в плечо, но Чонин до сих пор помнит нездоровую бледность на лице парня. Ему совсем не хочется задерживаться здесь надолго, и уж тем более привыкать к такой дьявольщине. Он в жизни своей не верил в призраков, а в детстве даже над леденящими кровь страшилками смеялся в голос. Кажется, самое время расплачиваться за свои скептические взгляды на все мистическое. Чонин краем глаза замечает, как его новый знакомый сжимает предплечье левой руки и огорченно хмурится. -Ты ранен? Бэкхён понимает вопрос не сразу, одаривая Чонина вопросительным взглядом, и отвечает только когда замечает, как с опасением во взгляде таращатся на его руку. -А, это… – и одергивает длинный рукав, - пустяк. Не обращай внимания. Он, как ни в чем не бывало, подхватывается на ноги и разминает затекшие конечности. -Что это была за тварь? Чонин всё еще смотрит на пустующее в конце коридора место, и чувствует, как учащается его сердцебиение от одной только мысли, что это чудовище может неожиданно вернуться. -Точно не знаю, - в ответ Бэкхён пожимает плечами, - Обходчик появляется после каждой остановки, и это, наверное, только пятый раз, когда мне довелось лично его увидеть. Одно ясно, в отличие от призраков, для людей контактировать с этим существом опасно. Чонин прерывает его на полуслове. -Подожди, ты только что сказал в пятый раз. Значит, пять остановок? Бэкхён кивает, но, похоже, не совсем понимает, к чему клонит Чонин. -Тогда почему ты так и не выбрался? -Так ты еще и не понял? Для тех, кто попал сюда, следующей остановки не существует, - от его прямолинейного взгляда у Чонина мурашки по коже. – Но, если мои предположения верны, нарушив расписание незапланированной остановкой, у нас будет шанс выбраться отсюда. И хоть своими силами нам двери и не открыть, я также забыл упомянуть, что Обходчик всегда появляется из кабины машиниста. -С чего ты взял, что это сработает? У Чонина до сих пор в голове не укладывает, что все, что его окружает – реальное. О таком обычно пишут в книгах или снимают в фильмах, - не всегда со счастливым концом, - и от этой мысли еще больше неспокойно. - У меня уже была возможность в этом убедиться, правда, неудачная. Просто, как и в твоем случае, когда я попал на поезд, здесь уже был один человек, который многое знал об этом месте, - объяснил Бэкхён, и горько ухмыльнулся, словно вспомнил что-то неприятное, – Наверное, он просто задержался здесь слишком надолго. -Где он сейчас? – спрашивает Чонин, и словно тисками вырывает Бэкхёна из воспоминаний. Тот дергается, словно от пощечины и привычный блеск меркнет в его глазах. -Здесь его больше нет, - отвечает он кратко. Чонин понимает, что лучше ему не знать продолжения этой истории, поэтому решает больше не касаться этой темы. –Думаю, до следующего появления Обходчика у нас еще много времени, а тебе, я уверен, есть о чем подумать, - Бэкхён мешкается в проходе какое-то время, топчется на месте, словно не знает, куда девать руки, но в его голосе снова звучит прежняя оживленность, – Если понадоблюсь, я буду неподалеку, здесь сложно разминутся. Чонин заторможено кивает, хотя эта идея ему кажется не самой лучшей. Но, по-видимому, у самого Бэкхёна куда больше причин собраться с мыслями наедине. Ведь теперь ему предстоит надолго забыть каково это, делить стены с одиночеством.