Комический вернисаж

Медленно, но верно, группа последовала за Евлампией Гавриловной. — Перед вами «Метаморфоза» — одна из первых работ Константина Железнова, начатая им спустя несколько месяцев после переезда в Медведково, — продекламировала экскурсовод чуть ли не на одном дыхании, указывая лазерным пятном на довольно-таки примечательную аэрографию: изображение на сто процентов навеяно стилистикой работ Гигера, а сюжет преображения назойливой навозной мухи в прекрасного белокурого юношу представлял собой то ли обращённый сюжет «Превращения» Кафки, то ли переработку изображения Вельзевула из «Словаря преисподней» де Планси. Самое поразительное, что юноша был похож на омоложённую версию блондина из группы: дерзкую, нахальную, напористую, целеустремлённую и невообразимо красивую. «Да что это за наваждение такое? — подумал неизвестный. — Мне везде мерещится этот светловолосый парень». Кстати, виновник раздражения стоял и самодовольно лыбился, вперив свои серые очи в произведение искусства. Засмотревшись на парня, мужчина, страдающий провалами памяти, не сразу сообразил, что в добавок к улыбке на размытом лице высокого незнакомца на короткое время чётко выделились глаза: родные, близкие и нежно любимые. Мужчина даже проморгался несколько раз, чтобы убедиться, что это не очередная галлюцинация. Он было потёр глаза руками, но образ растаял, оставив мучительное желание быть рядом, не отпускать владельца этих чарующих глаз и… жёстко его трахать. Последнее немного испугало неизвестного, а больше всего его испугало то, что его детородный орган стал наливаться во всю свою двадцати с половиной сантиметровую мощь. «Да что это со мной такое творится?!» — кажется, именно сейчас человек, неотличимый от голливудского актёра, готов был сдаться и бежать отсюда сломя голову. Он глубоко вздохнул, а затем медленно выдохнул — мимолётный приступ паники исчез, как и не бывало. «Я должен держать себя в руках! — приказал сам себе наш герой. — Я всегда контролирую себя!» — о, да, мужчина обладал на этот счёт непоколебимой уверенностью. Пока мужчина боролся со своими эмоциями, Евлампия Гавриловна закончила рассказ об аэрографии и герое, изображённом на ней, и проследовала к следующему экспонату. Новым шедевром мастера стал пин-ап: только здесь, вместо соблазнительной пышногрудой блондинки, был изображён… высокий блондин. Потерявший память наконец-то догадался, что это не у него проблемы, а у этого чёртова Железнова, который только их и рисует. Конечно, бесспорно, у художника был — или есть, мужчина так и не понял, жив автор всех этих картин или нет — вкус. Ну была же у Дали его Гала, а у Шагала — Белла, Рубенса, вон, подвигала творить вторая жена Елена. Так почему же и у гомосексуала Железнова не быть музе — красивому высокому блондинистому молодому человеку? Да вы только гляньте на эту незатейливую сценку: тут у парня широко распахнутые озорные глаза, раскрытый от удивления соблазнительный рот, лоснящееся от пота загорелое мускулистое тело, прижатое к капоту огромного чёрного Cadillac DeVille — этих монстров в США очень любили в 1970-х годах. Кажется, парень, моющий авто, не ожидал, что к нему сзади подкрадётся Железнов в образе классического техасского шерифа с зажатыми в уголке губ «Lucky Strike» — пачка торчит из нагрудного кармана — и смачно шлёпнет его по роскошному заду в рваных джинсах. Блюститель порядка при этом выглядел весьма довольным своей шалостью. — На этом плакате в аллегорической форме изображена сцена фактического соблазнения несовершеннолетнего Николая Белкина, ставшего в последствии любовью, нет — страстью, Константина Евгеньевича Железнова и его спутником жизни. Но не будем забегать вперёд, — словно бы одёрнула себя Евлампия Гавриловна. — На данном этапе «страдающий» из-за поступка Астахова Константин решает, что неопытный несовершеннолетний пацан, уже, конечно, не надоедливая мошка, постоянно провоцирующая своего классного руководителя, но и большего между учителем и учеником быть не может. Или как по этому поводу написано в дневниках самого Железнова: «Непедагогично!». Чем больше смотрел потерявший себя мужчина на эту незатейливую сценку, тем больше в нём зарождалась уверенность, что он уже видел её, но там всё было по-другому: ночь, лес, машина и дерзкий юнец, неожиданно для себя превратившийся из охотника в жертву. Сцена вспыхнула перед внутренним взором и тут же рассыпалась на мириады пылинок, оставив в мужчине ощущение важности события. А ещё воспоминание, что там точно был немного нескладный светло-русый подросток, так похожий на молодого мужчину из его экскурсионной группы. Ещё одной загадкой стало больше. Что это: прогрессирующее безумие или же мужчине очень понравился его спутник, и воспалённое воображение всего лишь пытается вписать его в какие-то события из жизни нашего героя, о которых он позабыл из-за болезни? Мужчина решил не заморачиваться больше по этому поводу, а ждать, когда само придёт, но к блондину он обязательно подойдёт при первой же возможности и познакомится. Кстати, его самоуверенность абсолютно не обращала внимание на тот факт, что объект был с беременной девушкой, а то и женой. Просто человек без прошлого был уверен, да нет, просто знал, что белобрысый красавчик будет совершенно не против. Наш герой уже сделал пару шагов к своей «жертве», но на пути его неожиданно появился взрослый мужчина. Он в кои-то веки был без молодой спутницы. Мужчина был поджарый и явно не тянул на свой возраст. Молодой мужчина заворожённо смотрел на старшего спутника, он ощущал какие-то странные эмоции: что-то запретное, что-то притягательное, что-то безумное — одним словом от этого коктейля у любого поехала бы крыша. Хорошо, что у «голливудского актёра» она по всей видимости уже давно съехала. Однако старший мужчина стоял и совершенно не замечал, что его чуть ли не лапают взглядом. Он пристально смотрел в сторону предыдущего зала. Потерявшему память стало интересно, что привлекло внимание этого статного и властного главы прайда. Повернув голову в ту же сторону, наш герой сначала увидел мать подростка, которая всё ещё почему-то стояла там, рассматривая юношеские фотографии Железнова, а затем он увидел женщину, стоявшую в пол-оборота, в красивом чёрном будто бы траурном платье. На ней была чёрная же шляпка-таблетка, а её лицо скрывала вуаль. Дама производила впечатление своей горделивой осанкой и плавностью движений. В руках, облачённых в чёрные ажурные перчатки, она держала небольшой изысканный серый клатч. «Неудивительно, что мужик запал на неё, — подумал неизвестный. — Она умеет впечатлить…» Наш герой собрался было догонять блондина, но его взгляд буквально прилип к женщине в чёрном: когда она повернула свою голову в сторону отставших двух мужчин, непомнящий себя заметил, что у женщины нет лица… В прямом смысле… Хотя вуаль и прикрывала верхнюю половину, но у неё не было даже рта и носа — сплошное пятно телесного цвета. Лицо не было расплывчатым, как у его коллег по экскурсии — у тех оно изредка да проскакивало. У этой же женщины лицо отсутствовало, как таковое, даже нос не выделялся. Зрелище было пугающе зловещим. Человек с потерей памяти посмотрел на мать подростка — размытое пятно её лица сформировало достаточно миловидную женщину, смотрящую на молодого Константина Железнова с грустной улыбкой. Дальше мужчина посмотрел на мужчину рядом. Его лицо тоже сформировалось в жёсткое, властное, но тем не менее красивое для своего возраста. Лицо, а точнее то пятно, что было на его месте, женщины же вообще не хотело изменяться. Тридцатитрёхлетнему мужчине ничего не оставалось, как принять новую форму своего безумия. Он ещё раз попытался вернуться к группе, но в его дурной голове почему-то засела идиотская мысль: «Ты должен умолять её простить тебя. Ты должен!..». Эх, ещё бы он знал, кто она такая и за что он должен у неё просить прощения, он может быть так и сделал бы. Леди в чёрном грациозно развернулась и скрылась за поворотом. Мужчина почувствовал… потерю. Да, он сам не мог себе это объяснить, но он вдруг ощутил пустоту: бесконечную, затягивающую в своё чёрное чрево, а предательский комок подступил к горлу, но для мужчины, а тем более для него, непозволительно проявление подобных чувств, чем бы они не были вызваны. Мужчина развернулся, бросил лёгкий взгляд, на стоящего рядом мужчину и решительно двинулся за экскурсоводом, которая уже вела всех в другой зал. Кстати, мужчине показалось, что этот холёный мужик смотрел на уходящую даму с грустью, а может это всего лишь игра воображения из-за не до конца сформированного образа. Наш герой лишь мельком глянул на стену, около которой до этого стояла его экскурсионная группа. Из множества рисунков и небольших картинок из деревенской жизни или же городских пейзажей выделялось довольно большое полотно, на котором был изображён всё тот же вездесущий блондин в образе королевского шута: дурацкая шапочка с множеством бубенчиков, ботинки с загнутыми носами и набедренная разноцветная повязка нисколько не портили красавчика, а, наоборот, подчёркивали ту весёлость и жизнерадостность, с которой смотрел он на зрителей. А ещё в руке он держал погремушку явно фаллической формы, но ненавязчиво скрытой среди бубенчиков и всяких ленточек, что были к ней прикреплены. А классический грим паяца так и вовсе заставлял смотреть не только на атлетические тело, но и на смазливую, но всё же мужественную, мордашку. Также выделялась небольшая картинка размером с лист A4, на которой в стиле рождественских открыток XIX века был изображён милый щеночек с лицом… Угадайте, кого? Правильно, белокурого парня с других картин. Щеночек стоял на задних лапках и просил сосиску, которую в руках держал… ну разумеется, Железнов — этакий мальчиш-плохиш в коротеньких штанишках. А ещё здесь была явно диссонирующая со всеми остальными картинами акварель, изображающая блондина в подземелье, связанного по рукам и ногам. И здесь он не был, как обычно, красивым, хотя нет, его красоту нисколько не умаляли ни бледность, ни страдальческий вид. Лицо — какое-то осунувшееся, а раскаивающееся выражение застыло, словно восковая маска. «Интересно, за что он его так? — подумал человек с потерей памяти. Что-то внутри шевельнулось и сообщило, что парень это заслужил. Хотелось бы понять за что. А ещё лучше, откуда он-то это знает. — Ладно, надо догонять группу, а то я так всё интересное пропущу.» Наш герой и не заметил, что ему стало интересно — конечно же, его интересовало не творчество, к нему он был, как бы помягче сказать, холоден, но вот жизнь этого странного художника Константина Евгеньевича Железнова отчего-то была манящей и завораживающей. Да и знакомство с красивым блондином по-прежнему стояло на повестке дня. Без промедления мужчина направился к группе, но Евлампия Гавриловна повела её уже в другой зал, пропуская всех вперёд и недовольно поглядывая на носящихся туда-сюда малышей. Эта экспозиция вновь удостоилась лишь мимолётного взгляда. Она, кажется, была посвящена службе в армии. Вон его парадная форма с лейтенантскими погонами. Множество зарисовок из армейского житья-бытья, выполненных простым карандашом или шариковой ручкой. Хотя нет, среди вороха листочков было и полотно. На нём два статных кабальеро на грациозных лошадях. Один из них, тот, который Железнов, чинно восседал в седле ослепительно белой, положив руку на эфес шпаги. Вторым идальго был Белкин, кажется, Евлампия Гавриловна называла такую фамилию. Так вот, этот Белкин стоял возле своей вороной кобылы. Вид его был не менее бравым. Он держал в руке штандарт с двумя геральдическими львами, вальяжно разлёгшимися один над другим, а на его шее красовался орден Золотого руна на золотой цепи. В общем, уверен, что Веласкес или Эль Греко оценили бы картину по достоинству. Мужчина задержал свой взгляд не более чем на десять секунд и ускорил шаг, присоединяясь к остальным. Его быстрый шаг остановил вновь раздавшийся голос: — Костя, живи, прошу тебя, живи… Я без тебя умру… — это был тот же надрывный голос, который мужчина слышал в первый раз. Казалось, что тот, кто это кричал в его голове, находится на грани истерики. Нашему герою пришлось сделать над собой усилие — его сердце сжалось от невесть откуда взявшейся жалости к обладателю голоса. Жалости и… брезгливости. Вот это да! Но потерявший память твёрдо знал, что для мужчины, в какой бы он ни был сложной ситуации, недостойно вот так вот истерить. И не важно, что это всего лишь голос, порождённый его же подсознанием, ну, или что там вызывает глюки?.. Решительной походкой мужчина подошёл к своей группе.