Взаимная любовь.

— И здесь ничего нет! — разочарованно воскликнула девушка, бросая очередной увесистый том на пол библиотеки. Мадам Пинс предупреждающе посмотрела на гриффиндорку, на что та смогла лишь ответить кротким, извиняющимся взглядом. Гермиона Грейнджер уже целую неделю ходила в библиотеку, чтобы найти хоть что-то об этом кулоне, что висел у неё на шее. Ладно, хотя бы этот кулон, но об обрядах в чистокровных семьях тоже ничего не было сказано. Всё, что касалось подобной литературы, в основном описывало процесс бракосочетания, какие заклинания чаще всего употребляли древние маги — основоположники той или иной династии. И, конечно же, главным образом эти заклинания касались того, как зачать здорового первенца, чтобы магия всегда текла в крови и так далее. Понятное дело, тогда люди были очень озабочены продолжением своего рода, чтобы ни в коем случае не нарушить эту хрупкую цепь. Гермиона раздражённо фыркнула (хотя Паркинсоны наверняка запрещали такое поведение). Она никак не могла поверить, что здесь нет никакой подходящей литературы. Никакие «сто приворотных зелий за ваших детей» ей точно никак не смогли бы помочь в этой ситуации. Грейнджер устало потёрла виски. Вся эта ситуация казалась девушке совершенным абсурдом. Не может быть такого, что бы этот кулон был настолько важен. Будь это на самом деле такой невероятно мощный артефакт, в библиотеке точно было бы сказано об этом хоть слово! Но нет же, здесь только глупые традиции, которые (а в этом Гермиона была уверена) соблюдали до сих пор в каждой такой семье. Девушка снова посмотрела вниз, взяв в руки это украшение. Она всё силилась найти на нём хоть какие-то руны, или древние письмена, чтобы точно знать, что именно она должна найти. Но ничего подобного так и не было. Это было довольно милое украшение: небольшой серебряный кулон был сделан в форме капли с двумя кольцами у цепочки, внутри же украшения был ярко-синий сапфир, выгодно завершающий всю эту незатейливую композицию. — Что же в тебе такого особенного? — тихо прошептала Грейнджер, вертя в руке своё украшение. — Ты это мне говоришь? — Панки Паркинсон собственной персоной подошла к столу Гермионы и присела на удобный диванчик, который стоял напротив гриффиндорки. Гермиона посмотрела на девушку так, словно видела её впервые в жизни. Всю ту неделю, что Грейнджер проводила своё исследование в библиотеке, она не пересекалась ни с одним из слизеринцев, которые были замешаны во всех этих странных обстоятельствах, происходивших в последнее время. Возможно, Гермиона и сама избегала этих встреч, просто… нелегко было принять это как данность. Вот так вот раз — и вся жизнь перевернулась с ног на голову. И самым ужасным было то, что вернуть обратно былое уже не получится. Гермиона и сама себе не могла объяснить, почему так получилось. Да, возможно, с её стороны было бы более логично, наоборот, как можно больше времени проводить в компании этих слизеринцев. Возможно, им всё же что-то известно обо всём этом балагане, что происходил вокруг. Но это выглядело бы слишком странно! После того бала все вели себя так, словно ничего и не произошло. Малфой на следующее же утро превратился в такого же колючку, каким и был до этого. Даже не верится, что совсем недавно он ей помог. Хотя, возможно, всё это было к лучшему. — Послушай, — Паркинсон слегка потрясла Гермиону за рукав мантии, стараясь вывести девушку из её мыслей, — мы все пытаемся найти ответы на наши вопросы. Вместе мы сможем найти их быстрее. — Грейнджер непонимающе посмотрела на сокурсницу, словно та только что сказала непростительное. — А что, если и искать-то нечего? — девушка кивком головы указала на всю ту кипу книг, что лежала рядом с ней. — Может, всё это неправда! Откуда нам знать, что всё это на самом деле? И вообще, почему я должна вам доверять? — Гермиона так сильно увлеклась своей речью, что и не заметила, как успела вскочить на ноги и перейти с шёпота на настоящий крик. — Юная леди, — строго сказала мадам Пинс, выглядывая из-за своего стола, — не могли бы вы вести себя потише? Вы, в конце концов, в библиотеке! — Гермиона тут же села на своё место, озираясь по сторонам. Девушка очень сильно надеялась, что никто, кроме библиотекаря, не видел этой сцены. — Я не думаю, что мои родители стали бы врать, — серьёзно сказала Панси, когда Гермиона немного успокоилась и уже пришла в себя. — Только сама подумай, зачем им всё это? Какой толк в том, чтобы врать тебе о твоём происхождении, обо всём том, что здесь происходит. Думаешь, они шутки шутят? — девушка строго посмотрела на Грейнджер, на что та лишь пристыженно опустила голову и отрицательно покачала головой. Возможно, Паркинсон и была права, но тогда оказывалось, что вокруг лишь ложь, и теперь никто не сможет раскрыть правду. Что же на самом деле здесь творилось? Почему никто об этом раньше не говорил? Если всё это так секретно, то должен тогда ей хоть кто-то до конца объяснить, носителем какой такой тайны она стала против своей воли. — Поэтому, если ты моя сестра, — Гермиона вопросительно вскинула бровь, глядя на слизеринку, — да, — пристыженно сказала Панси, — и у меня есть доля сомнений. Подумай сама: всю жизнь я жила, даже не подозревая о том, что у меня есть сестра. А потом, спустя столько лет, выясняется, что всё то, что мы знали раньше, оказывается лишь ложью, а о правде никто и говорить не хочет. Да, я всё ещё верю, что ты не моя сестра и что мы с тобой вовсе не родственники. Но все факты сводятся лишь к этому. И я хочу понять, кому я могу доверять, а кому нет. И была бы тебе очень признательна, если бы ты всё же согласилась мне помочь. Никому не станет легче, если всё это так и останется тайной. Мы должны выяснить хотя бы то, что это за штука у тебя на шее и правда ли ты являешься моей сестрой, — девушка устало откинулась на спинку диванчика и прикрыла глаза. Казалось, все эти слова дались ей очень нелегко. И Гермиона это прекрасно понимала. Ничего она не желала так сильно, как понять, что же здесь происходит. Ей прекрасно были знакомы эти чувства. Неизведанное пугало, а все эти тайны и интриги ещё больше заставляли сомневаться в том, что раньше казалось непреложной истиной. — Я тебе понимаю, — спустя время ответила Гермиона, с сочувствием глядя на девушку, — но если мы хотим что-то выяснить, то нужно отправляться в родовое поместье и поискать там. — Грейнджер придвинулась поближе к Панси, практически перегибаясь через стол. — Я уже целую неделю пытаюсь здесь что-то найти, но ни одной зацепки, ни одного ритуала, который мог бы объяснить нам то, что происходит. Только глупые книжки о странных обычаях, — Гермиона кивком головы указала на книгу на полу, которую бросила туда полчаса назад. — Ты права, — сказала Панси, наконец-то открывая глаза. — Но подумай сама! Если эта штука и в самом деле настолько важна, то никакой литературы по этому поводу нам найти не удастся. Её давным-давно уже либо сожгли, либо перепрятали в более надёжное место. — Но почему? — удивлённо спросила Гермиона. Если эта тайна настолько важна, то что-то точно должно было сохраниться. Должны же быть хоть какие-то сведения или документы об этом кулоне или о том, кто его создал, какая вообще в нём содержится магия и, самое главное, для чего он предназначен. — Да потому! — сказала Панси, чуть повысив голос. — Если Тот-Кого-Нельзя-Называть на самом деле охотится за тобой из-за этой штуки, — девушка указала на кулон на шее Гермионы, — тогда всё сходится. Поверь, я сама бы рада была поверить, что вся эта история не что иное, как просто глупая выдумка. Но зачем моим родителям врать о таком? Мы обязательно во всём разберёмся, только нам придётся работать с тобой вместе. Думаю, ты не меньше меня хочешь узнать об этом правду. Только вот где нам искать, я ума не приложу. Можно, конечно, проверить и библиотеку, но найдём ли мы там что… — Гермиона всё это время внимательно слушала Паркинсон. На самом деле, эта идея не казалась Гермионе такой уж плохой. Возможно, если бы Панси удалось уже что-то найти, она бы точно не пошла просить у неё помощи. Но раз так, значит, ситуация и в самом деле неразрешима. Они говорят об одном и том же вот уже сколько времени. Пора что-то решать. Но с чего же им стоит начать? Не успела Гермиона спросить о том, что девушка уже смогла узнать, как где-то неподалёку раздался знакомый полушёпот. — Герми, ты здесь? — Рон ходил меж стеллажей в библиотеке, пытаясь разыскать свою подругу. Девушки испуганно переглянулись между собой. Мало им было тех проблем, что свалились на них в последнее время, так теперь ещё появятся и новые вопросы. Их и так до бала видели слишком часто вместе. А Гермиона до ужаса осточертело врать своим друзьям о том, что же происходит на самом деле. — Уизли, — зло сказала Панси, вставая со своего места и хватая свои вещи. Гермиона предостерегающе посмотрела на слизеринку. Она никому не позволит оскорблять своих лучших друзей! Но Паркинсон этого даже не заметила. Так и не посмотрев на Грейнджер, девушка быстрым шагом направилась к выходу из библиотеки. Не успела девушка перевести дух после этого разговора, как за стеллажами показались Гарри и Рон. — Вот ты где! — облегчённо прошептал Рон, садясь рядом с девушкой. Гарри же сел напротив них. — Герми, с тобой всё хорошо? — озадаченно спросил Поттер, глядя в усталое лицо подруги. Он нежно коснулся её руки, чтобы та на него хотя бы посмотрела, на что Гермиона улыбнулась лишь уголками губ. И в этот же самый миг девушка решила для себя, что она больше не может скрывать эту тайну от своих друзей. Больше не было сил держать всё это внутри себя. Ну и что, что Малфой и Забини тоже замешаны в этом? Они всё знают. А Гермионе даже не с кем поделиться своими переживаниями, не у кого спросить совета. Всегда они всё рассказывали друг другу, а сейчас… А сейчас она уже несколько недель подряд нормально не разговаривала со своими друзьями. То библиотека, то бал, то вся эта неподъёмная информация, которая свалилась ей на голову. Резко вскинув голову, она уверенно посмотрела в глаза своих друзей. — Пойдёмте со мной, — тихо прошептала Гермиона, хватая свои вещи и вставая из-за стола. Даже не обернувшись, она зашагала к выходу из библиотеки, полностью уверенная, что друзья последуют за ней.

***

— Что?! — в который раз переспросил Рон, поражённо глядя на Гермиону. Друзья находились в комнате для старост, в которой теперь жила Гермиона. Вот уже несколько часов они не выходили отсюда. Гермиона, собравшись с силами, выложила всё, как на духу. Даже про тайную силу кулона, что висел у неё на шее. По крайней мере, она рассказала то, что сама смогла понять. — Невероятно, — выдохнул Гарри, присаживаясь в небольшое кресло у окна. — Но если всё это так, то почему они не сказали тебе об этом раньше? Намного безопаснее находиться в защищённом поместье, чем на виду у Волан-де-Морта. — Сама не знаю, — пожала плечами девушка. — Возможно, всё дело в том, что сейчас мои воспоминания начали снова возвращаться ко мне. Поэтому теперь это для меня опасно. До этого же я ничего не помнила, поэтому мне ничего не угрожало. — Вполне логично, — согласился Гарри, задумчиво потирая подбородок. — Но раз в твоих руках такая сила, то, значит, ты способна противостоять злу, зачем прятаться? — Ах, Гарри, если бы я знала об этом, — устало сказала девушка, присаживаясь на кровать. Как человек вообще может столько всего вынести? Все эти тайны, непонятные поступки, кулоны, магия и всё прочее. Почему всё так случилось? Она жила совершенно нормальной, обычной жизнью, а теперь всё завертелось и встало с ног на голову. Хотелось просто забыть всё это, как страшный сон. — Не переживай, Герми, — Гарри подсел к подруге и успокаивающе погладил её по плечам. — Мы обязательно выясним, что же такого в этом кулоне и почему тебя обманывали столько лет. Гермиона легла Гарри на плечо, крепко обнимая его. Ну и почему она не сделала этого раньше? Насколько всё сразу стало проще, как только она рассказала своим друзьям. Теперь девушка точно знала, что она не одна и ей будет с кем поговорить. У неё есть те, кто точно не оставит её в трудную минуту. Те, которые помогут ей во всём этом разобраться. — Или лгут сейчас, — тихо произнёс Рон, присаживаясь рядом с друзьями. — Всё ещё не могу поверить в это, — он погладил девушку по голове, стараясь отвлечь её от переживаний. — Но самое отвратительное — это то, что ты помолвлена с Малфоем, — Рон состроил ужасную мину, как будто только что съел Берти Боттс с самым отвратительным вкусом на свете. Девушка на это лишь тихо рассмеялась. Да, это определённо то, чего ей так давно не хватало. Этого простого, доброго, дружеского общения. Когда не надо кем-то притворяться, когда ты чувствуешь себя как никогда спокойно и уютно с теми людьми, которых по праву можно считать лучшими друзьями. — А тебя только это и волнует, — рассмеялась Гермиона, шутливо пихнув Рона в бок. — Есть момент, — весело улыбнулся юноша. — Только вот мне не даёт покоя этот бал, — серьёзно сказал Гарри, когда друзья перестали смеяться. Он прижал Гермиону ещё крепче к себе, словно не видел её несколько лет подряд. Девушка на это действие только покраснела, но тут же успокоилась. В этих объятиях ей было очень хорошо и комфортно. Особенно, когда Рон взял её за руку, она почувствовала себя так уютно и хорошо, словно дома. Но, вспомнив, что и дома теперь у неё фактически нет, девушка снова погрустнела, однако постаралась этого не показать Рону и Гарри. — Да, я тоже об этом думала, — согласно кивнула Гермиона. Если её столько лет прятали, то зачем тогда вообще устроили этот бал? А если для них это было так необходимо, то зачем тогда позвали её? Как-то странно всё это… — Постойте, — Рон вскочил со своего места и нервно зашагал по комнате. — Мне кажется, что где-то я слышал о таких балах. — На несколько минут в комнате воцарилась полная тишина. Только Рон то и дело ходил туда-сюда по комнате, пытаясь вспомнить что-то важное. Гермиона и не знала, что сказать. Если сейчас они смогут понять, зачем же был устроен этот бал, то хоть что-то уже встанет на своё место. Разобраться хоть в чём-то — это было бы просто замечательно. Только вот стоит ли говорить об этом Паси? Грейнджер не думала, что девушка очень обрадуется тому, что эта тайна стала известна Гарри и Рону. Да и по правде говоря, Гермиона ей сама пока что ещё не доверяла. Возможно, ввиду всех этих обстоятельств, всё изменится, но уж точно не сейчас. — Вспомнил! — Рон подсел к друзьям, счастливо улыбаясь. — Я же знал, что где-то слышал об этом! — Уизли посмотрел на Гарри и Гермиону, словно знал что-то такое, о чём они даже и не догадывались. Хотя, по сути дела, именно так оно и было. — Родители рассказывали мне, — запыхавшись, начал Рон, — что у многих чистокровных семей, которые до сих пор чтут древние традиции, есть своеобразные обряды введения наследника в семью. Проводят специальные балы с зельями, заклинаниями и тому подобное. Если же наследник не проходит этот обряд во время своего совершеннолетия, тогда он просто-напросто может лишиться своих магических способностей, — договорил Рон, глядя на Гермиону. — Герми, я думаю, что именно такой обряд и провели Паркинсоны, — согласившись с другом, сказал Гарри. — Если они не врут, — поспешил вставить Рон. — Вспомни хорошенько, — Уизли взял девушку за руку, заставляя её посмотреть на него, — всё ли это так. Они приносили какие-нибудь заклинания или что-то в этом роде? Но с другой стороны, если за тобой и в самом деле охотятся, — на этих словах Гарри громко выдохнул, прижимая подругу ещё крепче к себе, — то тогда на балу должны были присутствовать только самые близкие члены семьи. Никого из посторонних. Иначе вся эта конспирация была бы ни к чему. Гермиона серьёзно задумалась над словами друзей. Возможно, именно так и обстояли дела. Все эти ванны и прочие вещи. Эльф всё время шептал над ней какие-то совершенно незнакомые для девушки заклинания. Но тогда она была слишком потрясена, чтобы хоть как-то вникнуть в суть происходящего. Но если Рон прав, тогда её официально приняли в род Паркинсон. Если это так, то Панси ей была и не нужна, чтобы пробраться в семейную библиотеку. Но поступить так Грейнджер не могла. Она была уверена, что для Панси это тоже важно. Их всех потрясли этим известием. И все они хотели знать правду. И, как ни прискорбно, они все имели на это право. Никто и не ожидал, что такое вообще возможно, поэтому придётся им всем вместе искать ответы на эти вопросы. Быть может, именно так им и удастся приблизиться к истине. — Возможно, всё так оно и было, — устало прошептала девушка. Она удобно устроилась в объятиях своих друзей и крепко заснула. Слишком много всего произошло за последнее время. Слишком много свалилось на её хрупкие плечи. И теперь, когда ей хватило смелости поделиться этим со своими друзьями, ей стало намного легче, словно она уже всё разгадала и не нужно было больше разбираться во всём том, что происходило вокруг. — Теперь мы вместе решим эту задачку, — сказал Гарри перед тем, как Гермиона провалилась в сон.

***

Эти несколько дней были лучшими за последнее время. Гермиона все эти дни провела в компании своих друзей. Она не думала ни о кулонах, ни о новой семье, ни о вредных слизеринцах, с которыми ей предстояло сотрудничать в ближайшее время. Выходные выдались на редкость солнечными для середины октября, поэтому друзья, недолго думая, направились в Хогсмид. Им всем необходимо было хоть немного побыть на свежем воздухе. Гермиона давно не проводила время настолько хорошо. Она даже отказалась заходить в «Три Метлы», попросив друзей захватить ей оттуда сливочного пива. Уж очень ей не хотелось снова сидеть в душном помещении. С наслаждением подставив лицо солнечному свету, девушка ждала возвращения своих друзей. — Надо же, какая встреча! — Гермиона резко обернулась, увидев того молодого человека, с которым она танцевала на балу. — А, это вы, — разочарованно протянула Грейнджер, сожалея, что всё-таки не пошла с Гарри и Роном. — Вижу, вы не очень рады нашей встрече, — незнакомец сделал несколько шагов на встречу девушке, но Гермиона отступила от него на несколько шагов. — Не вижу особых поводов для радости, — серьёзно сказала Гермиона, намереваясь пройти в паб мимо этого нахала. — Не так быстро, милая, — он схватил её за руку, разворачивая лицом к себе. — Кажется, в прошлый раз нас с тобой прервали… — Гермиона не знала, чем бы всё это закончилось. Она уже успела набрать в лёгкие как можно больше воздуха, чтобы закричать. Возможно, друзья смогли бы её услышать. Но этого, к счастью, не потребовалось. — Неужели ты не можешь держаться от неприятностей подальше хотя бы пару минут? К ним вразвалочку подошёл Малфой, с ненавистью глядя на другого молодого человека.