Взаимная любовь.

Тёмный коридор. Вокруг было слишком мало света, чтобы что-то рассмотреть. Маленькая девочка шла по этому коридору. Её босые ножки тихо ступали по гладкому паркету. Неожиданно показалась комната, в которой горел свет. Судя по звукам, исходящим оттуда, кто-то оживлённо о чём-то спорил. Не сумев сдержать любопытства, девочка подошла прямо к самой двери и прислушалась. В руках у неё был большой плюшевый медведь, которого она прижала к себе ещё крепче. В комнате сидели два человека. Оба мужчины. Они сидели в креслах, которые были повёрнуты к горящему камину. Так что говорящих не было видно. Их было только слышно.  — Что ты собираешься делать, Джон? — произнес грубый мужской голос. Но несмотря на всю его грубость, в нём слышалось ещё и сочувствие. Казалось бы, два совершенно несовместимых качества.  — Я не знаю. Как такое могло случиться? Я не могу допустить, чтобы что-то случилось с моей дочерью. Я так люблю её, Люциус, — в голосе говорящего заиграли панические нотки. Мужчина был явно чем-то опечален или расстроен.  — Я тоже полюбил твою малышку как свою. Но рано или поздно они найдут её. И тогда мы будем бессильны, — в этих словах было столько боли, столько жалости, что девочка решила уйти. По всей видимости, это был слишком личный разговор, чтобы в нём участвовали посторонние лица. Но незамеченной маленькой гостье уйти не удалось. Мишка выскользнул из вспотевших ладошек и ударился об пол. Дверь слегка приоткрылась, и мужчины обернулись на этот незначительный, но всё-таки шум. Один из них был с длинными серебристыми волосами, а второй — с короткими пепельно-чёрными. Девочка прекрасно узнала этих людей. Это были Люциус Малфой и Джон Паркинсон.  — Гермиона, дорогая, что ты здесь делаешь? — мистер Паркинсон посмотрел на девочку в упор.  — Папа, я никак не могу уснуть. Мне снятся кошмары.  — Иди сюда, дорогая. Девочка подбежала к отцу и уютно устроилась у него на коленях. Её взгляд устремился в камин. Языки пламени жадно обхватывали поленья, полностью поглощая их. Довольствовались каждым кусочком своего лакомства, оставляя напоследок лишь угольки. Но внезапно пламя стало ярче, в комнате больше не было кислорода. Девочка попыталась закричать, но голос пропал. Всё исчезло, кроме мужчины, у которого она сидела на коленях… Гермиона проснулась вся мокрая. Она резко вскочила на кровати, пытаясь прийти в себя. Вся подушка, одеяло, простыни были влажными. Видно, что девушка сильно испугалась. Волосы прилипли к лицу, горло саднило, как будто она долго кричала. Только вот это был не просто сон. Не обычный кошмар. Это было так похоже на реальность. Это было воспоминание. Как дежавю. Девушка уже видела этот сон раньше. Или это всё-таки был не сон? Грейнджер быстро слезла с кровати и высушила её заклинаниями. Теперь всё стало по-прежнему. Завтрак только через два часа, но уснуть девушка уже не сможет. Так что Гермиона решила сходить в душ. Может, хоть это поможет забыться на время. Прохладные струи воды приятно охладили кожу. Голова перестала болеть, и девушке стало действительно хорошо. Плохой сон начал медленно уходить со всеми воспоминаниями, оставляя Гермиону наедине с собой. Выключив кран, Грейнджер отправилась обратно к себе в комнату. Но в комнате явно что-то изменилось. На кровати девушки лежало письмо. Аккуратно сложенный листок пергамента содержал всего одну фразу. «Сегодня после обеда в библиотеке». «И это всё?!» — подумала про себя Гермиона. Нет ни подписи, ни инициалов. Ну и зачем мне туда нужно идти? Просто место встречи. Может, это кто-то решил подшутить? Но кому это нужно, да и кто осмелится шутить со старостой школы. Отложив ненужный листок пергамента, Гермиона пообещала себе подумать над этим предложением. Взяв учебник по нумерологии, девушка села на свою кровать и решила с пользой провести оставшееся до завтрака время. И, конечно, это время могла занимать только учёба. *** Драко проснулся не в самом лучшем расположении духа. Сильно болела голова, под глазами красовались синие круги. И всё из-за того, что он не спал полночи! Спасибо грязнокровке Грейнджер! Так уметь выводить человека из себя. Тут определённо нужен талант. Поэтому Драко вчера не сдержался и совершенно случайно разгромил полкомнаты. А потом полночи всё это восстанавливал, так как спать на щепках не очень-то и хотелось! Ещё юноше не давало покоя письмо его отца. Чтобы он, Драко Люциус Малфой, присматривал за какими-то грязнокровками?! Такого не было и не будет! Это уже чересчур! Даже для всего того, что вообще может произойти в жизни. Драко повернулся на другой бок. Вставать всё ещё не хотелось. Да и собственно зачем? Время ещё рано, и что делать, чем себя занять? Вместе с друзьями младший Малфой в последнее время чувствовал себя не совсем уверенно. Они готовятся к свадьбе, у них и своих забот хватает. Сейчас этим голубкам точно не до него. Но всё-таки в глубине чувствовалась зависть. Нет, он не желал им зла, но и себя считал достойным хоть какой-то крохи любви. Почему всё должно быть так беспорядочно и несправедливо? Эти два слова преследуют его, наверно, с самого рождения. Драко повернул голову и посмотрел в окно. Солнце недавно встало, его окружало светло-голубое небо в обрамлении пушистых облачков. Солнце оставляло за собой золотистый луч на поверхности воды озера. Это было настолько прекрасно, что Драко не мог не смотреть. И единственное, с чем это было сравнимо, Малфой не видел никогда в жизни. Чувство чего-то недостающего не оставляло ни на секунду. И с каждым днём оно становилось всё сильнее и сильнее. Становилось просто невыносимо. Как будто это где-то здесь, совсем рядом. Протянешь руку и сможешь прикоснуться, прижать к себе и больше никогда не отпускать. Юный лорд полностью уверен, что речь о живом человеке. Но не мог же Драко что-то забыть настолько важное и необходимое?! Теперь Малфой ждал встречи со своим отцом, ведь им явно есть что обсудить. Поэтому в ближайшее время Драко непременно должен попасть в Малфой-Мэнор. Письмами общаться небезопасно в такое время. Ведь война с таким тёмным противником, как Волан-де-Морт, может нанести ещё более значительный урон, чем он есть сейчас. Так что в этом случае будет необходима личная встреча. Ведь вопросов накопилось хоть отбавляй, а времени на их решение становится всё меньше и меньше… Драко резко вскочил с постели. Желание спать пропало абсолютно. Поэтому с твёрдым намерением устроить «небольшую» семейную встречу, юный лорд направился в душ. По его мнению это можно назвать весьма неплохим началом нового дня. ***  — Панси, скажи мне, что мы тут делаем?! — Блейз уже в сотый раз задавал этот вопрос, чем начал уже действовать на нервы. Слизеринцы три минуты назад вошли в библиотеку и сели за один из дальних столиков. Панси начала оглядываться, явно пытаясь кого-то найти. Драко неплохо относился к книгам, но предпочитал читать их в своей комнате и в одиночестве. Здесь его многое раздражало. Все собираются в одном месте, независимо от статуса, личности или хотя бы того же положения в кругу общения. Всех приравнивают к одному, пытаются заставить плясать под одну дудку. К тому же, Драко просто не любил слишком большие скопления людей. Так уж он был устроен. Причём весь сегодняшний день принёс и так немало проблем. Хотя такими уж сильными проблемами это не назовёшь. Всё те же скучные уроки, занудные учителя и никакой новой информации. Зато было нечто и положительное во всем этом недоразумении жизни. За завтраком Драко получил письмо из дома, в котором говорится, что им нужно увидеться. Только вот что насторожило юного лорда. Встреча будет состояться не в их родовом поместье, а в поместье семьи Паркинсонов. Малфой попытался выведать что-то у Панси, но та лишь категорично покачала головкой, говоря тем самым, что она совершенно ничего не понимает в этой ситуации. Тем не менее Панс уже за завтраком начала кого-то активно искать в Большом зале. И вот теперь, после всего этого, Драко притащился в эту чёртову библиотеку, потому что его сюда, считайте, что притащили. Панси захотела пройтись одна, Блейз не захотел, Драко встал посередине. И когда он перестанет их мирить, ведь это выходит боком для него же самого! Неожиданно Паркинсон поднялась со своего места и пошла вдоль стеллажей. Блейз слегка напрягся и пытался кого-то увидеть. Драко проследил за взглядом Забини, и у него от изумления челюсть сама собой упала на пол. Панси пошла к столу гриффиндорцев. И не к кому-то, а к Золотому трио. Все выглядели несколько удивлёнными. Все, не считая Грейнджер. У той был вид, словно она только что проснулась. Ведь спутанные волосы, полузакрытые глаза и явное непонимание происходящего явно могли наводить на такие мысли. Малфой быстро вернул свою челюсть на место, в отличие от Забини, который тоже пребывал в своеобразном шоке. *** Солнце ярко светило, заставляя глаза закрываться от яркого света. Маленькая девочка сидела на качелях в саду и явно кого-то ждала. Это был такой восхитительный сад, просто волшебный. Здесь было так уютно, непередаваемо хорошо, что просто хотелось забыться. Уйти от всего на свете, забрать вечность…  — Гермиона… — сзади послышался чей-то голос, и девочка быстро обернулась. Позади стоял мальчик, примерно одного с ней возраста. У него была очень милая для малыша внешность: светлые волосы обрамляли симпатичное личико, серые глаза были как никогда приветливы, а ротик растянулся в лучезарной улыбке.  — Что ты здесь делаешь? — спросила девочка. У неё был такой прекрасный голос, похожий на перезвон колокольчиков.  — Я искал тебя, а это твоё любимое место, — мальчик подошёл ближе и, взявшись за основание качелей, начал их слегка раскачивать.  — Ты же знаешь, что скоро должно произойти, — в голосе девочки слышались едва сдерживаемые слёзы.  — Да, но когда мы вырастем, я найду тебя, слышишь?.. Гермиона, Гермиона! Гермиона резко вскочила, потому что кто-то тряс её за плечо. Она уже хотела было попросить Гарри или Рона дать ей поспать, но это были не они. Это была Панси Паркинсон. Грейнджер так и застыла на месте. Она прекрасно помнила о встрече, но не восприняла её серьёзно, поэтому пришла в библиотеку просто по привычке. Неужели её написала заносчивая слизеринка, которая решила просто поиздеваться?! А ещё и этот сон. Гермиона поняла, кто эта девочка. Это же она. Но как такое возможно?! Не успела Грейнджер сообразить что к чему, как новый вопрос выбил её из колеи:  — Мы можем поговорить? Гермиона даже не представляла, что ответить. Неожиданно она почувствовала на себе чей-то взгляд. Повернувшись, девушка встретилась с такими знакомыми глазами, цвета ртути. Именно эти глаза она видела сейчас во сне.