Приют забытых душ

Створки лифта стремительно закрывались, из полутьмы шахты повеяло сырым холодом. Майер успел ухватиться за сходящиеся края дверей и удержался от падения в тускло освещённую бездну. С силой оттолкнувшись от створок, писатель отпрянул назад, делая несколько мелких шагов. Двери лифта с грохотом сошлись, но за секунду до этого перепуганному Холлуэю послышался тихий стон, раздавшийся где-то внизу, а следом за ним хриплый шёпот: — Помогите… Мне холодно и страшно… Молодой человек развернулся, пытаясь рассмотреть того, кто чуть не столкнул его в сырую и холодную пропасть. Мистер Бяка так и сидел на своём прежнем месте, а в одном из коридоров стояла Марта, теребя край чёрного платьица. Тёмные банты, вплетённые в волосы малышки, висели унылыми огрызками, грозя сползти с растрёпанных хвостов и затеряться где-нибудь в переходах огромного дома. — Марта? Зачем ты меня толкнула? Девочка скривила рот в злобной ухмылке и не ответила, с каким-то болезненно-пугающим интересом разглядывая писателя. — Что с тобой, малышка? — спросил Майер, ловя себя на мысли о том, что эта девочка вовсе не похожа на знакомую ему Марту. Словно бы перед мужчиной стоял двойник, лишь отдалённо напоминающий оригинал. — Я тебе не малышка! — со злостью выкрикнула Конти, выплёвывая каждое слово. — Кто ты такой? Я не знаю тебя! Убирайся отсюда! — Марта? — Холлуэй приподнял руки, стараясь успокоить девочку. — Уймись! Смотри, вон сидит твой медведь. Ты опять его забыла на скамейке… — Это не мой медведь! — тихим, пугающим голосом ответила малышка. — Я ненавижу этого медведя, он предал меня, как и все остальные! Если бы я могла, то разорвала бы его на части, понял? Майер чувствовал, что начинает сходить с ума. Эта странная злобная фурия пугала его всё больше. Куда подевалась та милая, весёлая девочка, сопровождавшая молодого человека в последние дни? Почему Марта вдруг стала такой злой? Чем он обидел малышку? Конти вдруг утробно хихикнула, глядя на испуганное лицо писателя. Мужчина вздрогнул, вспоминая, что именно этот смех он слышал сегодня ночью. Именно этот голос пел эти ужасные считалочки, заставляя молодого человека действовать по указке. — Ты заглядывал в тетрадь старухи, да? — спросила Марта, склонив голову к левому плечу. — Ты всё прочитал? — Нет, не всё… — машинально отозвался Холлуэй. — Ну, так иди и читай! Только так ты узнаешь, насколько мерзкой была эта старая ведьма! Девочка развернулась на месте и побежала куда-то, исчезая за поворотом. Мистер Бяка так и остался сидеть на скамье, глядя на Майера равнодушными чёрными бусинками глаз. Постояв немного, писатель в недоумении пожал плечами и направился к лестнице, намереваясь подняться к себе в квартиру и продолжить чтение.

***

— Марта? На лестничной площадке пятого этажа стояла маленькая девочка в светло-голубом платье. К груди она судорожно прижимала большого белого медведя. В огромных синих глазах малышки застыл испуг. — Что ты тут делаешь? Откуда? Как ты сюда попала? — Холлуэй засыпал сжавшуюся от страха девочку вопросами. Писатель всё оглядывался назад, словно кого-то ожидал там увидеть. — Когда ты успела переодеться? А мистер Бяка… Он же только что сидел там, внизу, перед твоей квартирой! — Тебе показалось, — несмело ответила Марта, делая шаг назад и упираясь спиной в закрытую дверь холла. — Ты читал тетрадь? Что там? Можно я тоже почитаю? — Но утром ты не хотела этого, — с удивлением произнёс Майер, пытаясь осмыслить происходящее. — Зачем ты толкнула меня недавно? Неужели ты не видела, что за открытыми дверьми нет лифта? Ты хотела, чтобы я упал в шахту? — Я не толкала тебя, — сказала малышка с искренним недоумением в голосе. — Я вообще не подхожу к лифту близко, я его боюсь. — Почему? — Не помню…

***

Эта противная старуха из тёмного мира постоянно скребётся там, за закрытыми шторами. Вероятно, она мечтает выбраться в наш мир, но я не дам ей этого сделать. Голоса сказали, что пока я не открываю шторы и не вижу своего отражения, она ничего не может сделать. Голоса утверждают, что мне нечего бояться. Эта тварь надёжно заперта за стеклом. Но я боюсь. Она скребётся. Этот звук разносится по пустой квартире, словно гром небесный. Я никак не могу к нему привыкнуть, хоть он и стал моим постоянным спутником. Я слышу это тихое шебуршение даже днём, когда, казалось бы, за окнами светит солнце, и тьме там нет места. Злобная тварь скребётся, не уставая ни на миг, и хихикает. Я ужасно боюсь её. Начинаю подумывать о том, чтобы попросить Николя заколотить все окна. Останавливает только одно: Николя решит, что я сошла с ума. Хотя, какое мне до этого дело? Голоса успокаивают меня, помогают справиться со страхом. Подумать только, когда-то я боялась их появления. Тихий шёпот пугал меня, заставляя произносить глупые молитвы, вовсе не спасающие от страха. А потом чуть слышные шепотки переросли в голоса. Они становились всё громче и понятнее. Голоса успокаивали меня, подсказывали, что делать. Если я что-то теряла, они всегда знали, где находится эта вещь, и направляли меня туда. Я научилась доверять этим голосам, а они стали рассказывать мне забавные истории из жизни соседей. Вскоре я уже знала об окружающих меня людях очень много такого, что они предпочли бы скрыть ото всех. Подумать только, пара из квартиры в коридоре А занимается извращённым сексом! Они даже завели огромную собаку для этого. Правда, держат кобеля дома и никому не показывают. Я сначала немного сомневалась, но голоса убедили меня, что это правда. В конце концов, как можно сомневаться в словах тех, кто знает, где лежит та или иная давно пропавшая вещь? Если голоса безошибочно указывают на потерянные предметы, то есть ли причина сомневаться в том, что они говорят о других жильцах? Марта, эта милая, как я думала, малышка… Она, оказывается, украдкой подсматривает за извращенцами сквозь замочную скважину. Эта мерзкая девчонка знает очень много, но пока что молчит. Не хочу иметь с ней ничего общего. Маленькая развращённая сучка, подглядывающая за ненормальными грязными потрахушками! А Николя? Он ведь тоже не идеален, как мне казалось. Это ведь он убил предыдущего управляющего, чтобы занять его место. Об этом мне тоже рассказали голоса. Они становятся моими единственными верными друзьями. Больше никому нельзя доверять. Голоса рассказали мне, что наш новый управляющий, наш Николя, частенько берёт ключи и забирается в квартиры уехавших на выходные жильцов. Там этот мерзкий старик предаётся своим извращённым забавам, бегая голым по комнатам и занимаясь рукоблудством в чужих спальнях. Теперь, благодаря своим новым друзьям, я знаю всё о жильцах, населяющих этот дом. Удивительно, насколько испорченные здесь подобрались люди. Одни воруют в магазинах, другие убивают в парках животных, третьи предаются сексуальным извращениям, четвёртые занимаются людоедством… Я в ужасе от всего, что узнала. Теперь мне даже не хочется выходить из квартиры без лишней необходимости. Дома лучше. Дома есть стены, укрывающие и оберегающие меня. Дома есть голоса, предостерегающие и помогающие. Но дома есть и окна, сквозь которые пытается проникнуть эта ужасная тварь. Хотя, окна есть везде, а дома они занавешены плотными шторами. Да, несомненно, дома намного лучше!