Приют забытых душ

— Я уже заметил, — постепенно приходя в себя, ответил Майер. — А позвольте Вас спросить, что Вы-то тут делаете в одиночестве? — А я не один, — слегка ухмыльнулся мужчина, беря писателя под локоть. — Тут, в котельной, мой напарник работает. Я ему помогал, когда услышал шум в коридоре и решил глянуть, кто там бормочет. «Господи, я бормотал! — мысленно застонал Холлуэй, входя в огромное помещение, почти полностью занимаемое множеством непонятных агрегатов, соединённых между собой разнообразными трубами. — Я бормотал! Неужели я тоже схожу с ума, как эта чёртова старуха? Нет, это невозможно! Этого просто не может быть!» — Синьор, Вы хорошо себя чувствуете? Может, Вам присесть здесь где-нибудь? — ещё раз участливо осведомился рабочий, неправильно истолковав колебание писателя. — Вон Вы какой измученный. Видать, давно тут бродите… — Кто там, Карло? — послышался откуда-то старческий голос. — Никак старого Чарли нашёл? Из-за переплетённых в один тугой узел труб, выглянул пожилой человек в такой же рабочей одежде, что и у неведомого спасителя заплутавшего Майера. Старик громко захихикал, но почти сразу же смех перешёл в утробный кашель, заставивший развеселившегося старикана согнуться почти пополам. — Типун тебе на язык, Винченце, скажешь тоже! — Карло перекрестился, с испугом оглянувшись назад. — Не шути такими вещами, беду накликаешь! «Итальянцы? — пронеслось в голове писателя. — Их-то каким ветром занесло в этот городок?» — Чёртов кашель, — пробормотал, разгибаясь, старик. — Так кого ты там нашёл, Карло? По здешним коридорам уже давно никто, кроме нас с тобой не бродит… — Это правда, синьор, откуда Вы взялись и кто Вы такой? — с подозрением в голосе спросил Винченце. Писателю не оставалось ничего иного, как представиться и объяснить причину своего пребывания в подвале. Рабочие молча выслушали короткий рассказ мужчины. Майер машинально отметил, что на их лицах проступил явный страх, как только они услышали об увиденном на мониторах управляющего. Когда же Холлуэй упомянул, что шёл за кем-то, находящимся впереди, оба итальянца побледнели и перекрестились. — Синьор, тут уже давно никого не было, Вам просто привиделось что-то, — неуверенно проговорил Винченце, как только писатель окончил свой рассказ. — Я уже почти закончил ремонт и, если Вы немного подождёте, то мы с Карло выведем Вас отсюда. Майер кивнул, соглашаясь. Ему совсем не хотелось вновь оказаться в подвальных коридорах одному. Многочисленные сумрачные переходы, оставшиеся за дверью, пугали мужчину до нервной дрожи. Он уже не был уверен в том, что шёл за человеком, созданным из крови и плоти. Присев на старый стул, принесённый откуда-то молодым итальянцем, Холлуэй погрузился в размышления. Рабочие, скрывшиеся в недрах многочисленных агрегатов, о чём-то негромко переговаривались, позвякивая инструментами. — А кто такой Чарли? — неожиданно спросил писатель, вспомнив упомянутое стариком имя. В котельной наступила гулкая тишина. Майер вдруг испугался, что итальянцы ему привиделись, и на самом деле здесь никого нет, однако почти сразу его страх развеял голос пожилого Винченце. — Чарли Мак-Кинли. Он работал здесь крысоловом, а заодно и подвальным смотрителем. Он был необщительным человеком, и эта работа вполне устраивала его. Кинли оборудовал здесь, в подвале, неплохое жилище и почти не выбирался наружу. Все продукты для Чарли приносил управляющий, Николя Вуазье. « Мак-Кинли. Явно ирландец, — непроизвольно подумал Холлуэй. — Николя Вуазье... Так вот какая у консьержа фамилия! Неужели он француз? Прямо интернациональная команда какая-то…» — Чарли любил бродить по здешним коридорам, проверяя, всё ли в порядке, — тем временем продолжил свой рассказ, скрывшийся за трубами Винченце. — Мак-Кинли знал здесь каждый закуток, каждое помещение. Он ориентировался в огромном подвале, словно крыса. Но однажды он просто исчез. Пропажу обнаружили не сразу. Вуазье привык, что Чарли следит за всем, что находится в подвале, и за котлом, в том числе тоже. Обычно нас вызывали лишь тогда, когда подвальный смотритель обнаруживал какие-то неполадки, сообщая о них управляющему. Так вот, в тот раз одна из труб прохудилась и развалилась, выпуская горячий пар в подвал. Когда пар поднялся по лестнице и выбрался в холл, вызвали нас, чтобы проверить, в чём дело. Именно тогда и обнаружилось, что Мак-Кинли пропал, а продукты, принесённые управляющим, благополучно стухли, так никем и не тронутые… — И его не нашли? — удивлённо переспросил Майер. — А никто и не искал особо, — тут же ответил невидимый собеседник. — Ни у кого не было охоты болтаться по тёмному подвалу. Здесь ведь настоящий лабиринт из коридоров, переходов и прочих помещений. Кроме Чарли так никто и не знал, что вообще находится внизу. — Как это? Странно всё это, — вновь удивился Холлуэй. — А как же трубы, они ведь наверняка тянутся по всему подвалу, питая этот огромный дом? Водопроводчик-то должен был знать все здешние переходы! Неужели его не позвали, чтобы возобновить поиски пропавшего человека? — А всем, похоже, плевать было на этого отшельника, он ведь одинокий был и нелюдимый. Родни нет, друзей нет, кому он нужен-то? Да и трубы уже давно вывели на первый этаж, — невесело ухмыльнулся Карло. — Вывели прямо отсюда, из котельной, и встроили в стены. Так что водопроводчик сюда и не спускается теперь... Неужто не обращали внимания на выступы? — Точно. А я всё думал, что за странная конструкция стен, — пробормотал озадаченный писатель. Он смутно припомнил удивление, испытанное в первый день пребывания в этом доме. Тогда Майер действительно обратил мимолётное внимание на непонятные угловатые выступы, сопровождавшие его почти повсюду. Оказывается, внутри встроены трубы… — Но как же... Не может быть, чтобы в таком огромном подвале не было ничего, кроме прачечной и котельной! — воскликнул, чуть поразмыслив, писатель. — Неужели здесь нет никаких складских помещений, кладовок и прочего? Ни за что не поверю, что такое огромное пространство пропадает зря! — Уж поверьте, — хмыкнул появившийся из-за переплетения труб Карло. — Слишком велик риск пропасть в этом лабиринте. После исчезновения Чарли всё, что раньше хранилось в подвале, перенесли на первый этаж, разместив в многочисленных служебных помещениях. Раньше ведь первый этаж занимал персонал, обслуживающий дом. Это теперь остались лишь приходящие… — Почему? — не унимался с расспросами Холлуэй. — Что-то ты разболтался, Карло. Синьору писателю вовсе не интересно знать о том, кто и как обслуживает дом, в котором он живёт, — проворчал Винченце, появившийся вслед за напарником из глубины котельной. — Нет, нет, нет, мне очень даже интересно, поверьте! — Майер даже закивал головой, пытаясь доказать свои слова. — А как же многочисленные лампочки? Ведь должен же тут быть электрик? Только не говорите мне, что освещение в подвале не перегорает со времен второй мировой! — Перегорает, конечно, куда же без этого, — нехотя ответил Винченце. — Однако освещение есть только в этом крыле. Электрик сюда спускается вместе с управляющим. Старый Николя всегда сопровождает рабочих в подвале. — А вы? — тут же задал очередной вопрос Холлуэй. — С вами его нет. — А мы вдвоём, — поморщившись, ответил старик. — Да и работаем тут давно, знаем это крыло досконально. Идёмте, синьор Холлуэй, мы свою работу сделали, пора выбираться наверх. — Да, да, конечно! — Майер вскочил со стула и шагнул вслед за итальянцами, испугавшись, что рабочие вполне могут оставить его здесь одного.