Под прицелом

Один капучино без корицы, одно шоколадное пирожное, один ванильный пудинг и двойной эспрессо – еще утром Артур и предположить не мог, что все это окажется на его костюме за тысячу фунтов. Молоденькая официантка, бормоча побледневшими губами извинения, протянула ему ворох салфеток и присела, чтобы убрать разбившуюся посуду. Напротив Артура застыл в нелепой позе черноволосый парень – виновник недавнего инцидента со стулом, слишком длинной ногой и полным подносом. Рубашка противно прилипла к телу, явно не пережив знакомства с двумя чашками кофе. Артур впервые порадовался, что в этом кафе – единственном сколько-нибудь приличном заведении рядом с его работой – не считают нужным наливать в кружки крутой кипяток. Наверное, чтобы клиенты не жаловались на обожженное небо. – Тебе придется одолжить мне свою куртку, – сказал Артур, искоса глядя на своего обидчика. – Я не могу расхаживать в заляпанном пирожными и кофе костюме. Парень молча переминался с ноги на ногу и поглядывал на дверь, словно придумывая пути к отступлению. Ходячее недоразумение – от пухлых, обиженно поджатых губ и совершенно невиноватого взгляда до оттопыренных ушей и длинных музыкальных пальцев. – Ты оглох? Эй, не вздумай сбежать, – Артур дернулся вперед и схватил парня за запястье, задев ногой охнувшую официантку. – Да что ж это такое! – Может, вам стоит попросить у поваров фартук? Он как раз закроет, – витиеватое движение рукой в районе артуровской груди, – все. Парень улыбнулся и помог официантке встать. Перед ней он рассыпался в извинениях и даже поднял пару мелких осколков до того, как девушка вернулась с метлой. И, конечно же, порезался. Артур наблюдал за ним, уже отпустив его запястье, – еще не хватало держать за руку каждого встречного идиота – а потом молча протянул оставшиеся салфетки. На него даже злиться не получалось. Есть такой тип людей, который в своей природной неуклюжести даже пару метров пройти не в состоянии. Бесполезные создания. В первый же день в новой должности Артур уволил двоих только за то, что они не могли справиться с кофейным аппаратом. Политика управления не терпит рассеянности и невнимательности, любой из этих недотеп мог совершенно случайно сболтнуть лишнего за той же чашечкой кофе с друзьями. Не в интересах Артура разбрасываться любой информацией о делах собственной фирмы. – Мерлин, – сказал парень и протянул здоровую руку. – Что? – переспросил Артур, рассеянно глядя на длинный палец с неглубоким порезом, который совсем недавно побывал во рту у этого недоразумения. – Ты так на меня смотришь, что я решил – хочешь познакомиться. Так вот, меня зовут Мерлин. – Мерлин, – Артур посмаковал это имя на языке. Необычное, но очень подходит своему обладателю. – Отлично, Мерлин, переведем наше знакомство на более близкий уровень – снимай куртку. За что любил Артур лондонское лето – за его универсальность. На улицах можно встретить как крепких раскрасневшихся ребят в футболках – таким всегда жарко; так и кутающихся в длинные вязаные кофты девчонок, выходящих из расположенной неподалеку от дома Артура библиотеки. Мерлин больше походил на вторых – было в нем что-то женственное, может, в плавных движениях или полных губах (дались Артуру эти губы!), но самое главное – он был одет, словно вот-вот ожидал понижения температуры воздуха до нуля. Под курткой обнаружился свитер, вытянутый в локтях, заношенный и явно любимый. Мерлин зябко поежился, когда дверь на улицу открылась, разбавляя крепкий аромат кофе известным лондонским смогом, и с грустью покосился на одевающегося Артура. Куртка тому оказалась мала, но смогла скрыть отвратительные следы кофе и пирожных. Артур мстительно отметил, что подкладка пачкается в креме. Жирном, шоколадном, масляном креме. – Подождешь меня в холле, – сказал Артур, внимательно следя за потоком машин и выискивая лазейку, чтобы перейти дорогу. – Я переоденусь и пошлю кого-нибудь вынести твою куртку. Не думай, что я буду делать это сам. Палец сильно беспокоит? – Уже прошел, – буркнул Мерлин. – И ты не будешь предъявлять мне счет за испорченный костюм? – Ты так хочешь потратить на меня все свои сбережения? На твоем месте любой молчал бы и тщательно уводил разговор от темы костюма, а ты сам напрашиваешься. – У меня есть деньги! – Конечно. У тебя есть деньги на учебу, обеды в фастфуде и пару визитов в кино с девчонками. Но поверь, тебе никаких накоплений не хватит, чтобы покрыть стоимость моего костюма. – А еще рубашки и компенсации за моральный ущерб. Может, хватит кичиться своим богатством? От тебя так и разит самодовольством. – Я имею на это право. – Индюк тоже имеет право, и с ним тоже бесполезно спорить. Артур проскочил в опасной близости от бампера черного кэба, дернул на себя зазевавшегося Мерлина, практически вытаскивая из-под колес, и направился к большому зданию – классической современной коробке из стекла и бетона, которых понастроили в Лондоне не так давно – одинаковых, практичных и безликих. Войдя внутрь сквозь послушно раздвинувшиеся двери, Артур усадил Мерлина на белый кожаный диванчик, сунул ему в руки яркий, аляповатый журнал (кажется, женский) и наказал ждать. Наверное, получилось это довольно убедительно, потому что Мерлин молча кивнул и уткнулся в изображение модели в нижнем белье и колонку советов, как завлечь понравившегося парня и отвадить от него всех соперниц. Лифт уносил Артура на восьмой этаж, где его ждал посетитель с важными новостями, услышав которые, он разом забыл об испачканном костюме, испорченном с утра настроении и ждущем внизу Мерлине. *** Выходя из офиса липовой компании брата, Моргана накинула легкий шарф на голову и огляделась в поисках машины. Она пошла на рискованный шаг, приехав к Артуру и подробно рассказав ему все, что удалось узнать. Это должен был сделать отец, но его вот уже месяц не было в городе. И хорошо, если он еще жив. Все разладилось около полугода назад, когда Артур сорвал операцию, в которой Утер видел смысл его карьеры, и рассекретил себя перед человеком, известным под именем Килгарра. С тех пор Артура перевели на денежные махинации и работу под прикрытием в офисе – сложно придумать что-то более скучное и неподходящее его деятельной, непоседливой натуре. Моргана всегда оставалась немного в стороне – участия в операциях не принимала, но предпочитала быть в курсе событий. Сегодня утром она обнаружила на столе плотный белый конверт без единой надписи, в котором лежал тонкий, больше похожий на кальку, лист бумаги. Артуру грозила смертельная опасность. Утер не вышел из тени в назначенный Килгаррой срок, и теперь расплачиваться за давние ошибки отца придется сыну. Один бог знает, что уже успел предпринять мстительный старик! Моргана понятия не имела, что они не поделили с Утером, этой информации не было даже в самых засекреченных архивах английской разведки, к которым ей удалось получить доступ, благодаря связям отца. В короткой записке было всего три слова: «Он нанял киллера». Моргана собрала всю информацию о Килгарре, его окружении и контактах, которую смогла найти, и отправилась к Артуру. Разговор вышел не из легких. Самоуверенного и слишком привыкшего к независимости брата Моргана едва не стукнула стоящим на столе дыроколом. Неужели так сложно прислушаться к ее словам? Опасность была реальна, слишком реальна, чтобы пустить все на самотек. Артур посмеялся над ней, назвал паникершей и предложил чай. Но Моргана выросла рядом с этим упрямым ослом и точно знала, как его можно убедить, а в чем припугнуть посильнее, чтобы до него, наконец-то, дошла вся серьезность ситуации. Моргана поправила шарф, но тонкая материя затрепетала на ветру и выскользнула из пальцев. Пролетев пару метров, шарф зацепился за урну. Моргана слишком сильно дернула его на себя, не удержала равновесия, оступилась и упала бы, если бы не схватилась за стоящий рядом столб. А потом грязно выругалась и для верности топнула ногой. – Вам помочь? – раздался рядом участливый голос. Моргана быстро обернулась, коря себя за слишком явное проявление эмоций. Наверное, по ее лицу можно было читать лучше, чем по огромному рекламному щиту над головой. Рядом с ней стоял парень в сером свитере, рукава которого были натянуты на кисти рук так, что даже пальцы из-под них не выглядывали. – Нет. Просто задумалась и едва не потеряла шарф, – Моргана тепло улыбнулась ему, украдкой рассматривая. – А я подумал, что вы можете быть одной из тех девушек, которые забывают свое имя и адрес и ходят по улицам, как призраки. Тут неподалеку больница, в которой большое психиатрическое отделение, и от них иногда сбегают пациенты. Я это знаю, потому что там работает мой дядя, и, вообще-то, я не должен вам это говорить. Глупое начало знакомства. Он смущенно хмыкнул и поежился от порыва ветра. Моргана немного расслабилась. Обычный парень, наверняка, решил познакомиться, не впервой. Немного неумело и неуклюже, но довольно мило, и не его вина, что сейчас она в этом не заинтересована и уже вообразила в его лице киллера Килгарры. – Я не разочарую тебя, если скажу, что совершенно нормальна и ниоткуда не сбегала? – Нет, – парень рассмеялся. – Я рад, что не придется вести вас обратно в больницу и встречаться с дядей. – У тебя с ним такие сложные отношения? – Нормальные. Но он снова начнет спрашивать, почему я не на занятиях. – Прогуливаешь? – Отменили. Моргана улыбнулась ему, уже почти жалея, что это знакомство так и закончится на шумной улице под звуки проезжающих машин. Одна из них – большой черный джип – лихо припарковалась на освободившемся месте и разразилась громким сигналом. Гавейн никогда не отличался особой деликатностью. – Это за мной, – Моргана указала в сторону машины. – Прости. – Да, я просто поговорить. Жду своего, – он неопределенно махнул рукой и рассмеялся, – скажем, приятеля и немного заскучал. У него оказалась задорная и очень обаятельная улыбка, которую Моргана постаралась как можно скорее забыть. Она проследила, как парень вошел обратно в здание, уселся на диванчик для посетителей и задумчиво принялся разглядывать проходящих мимо стеклянных дверей людей. Он даже не спросил ее имени и не сказал своего. Если бы голова Морганы не была занята Артуром и киллером, то это показалось бы ей как минимум странным. – И что ты в нем нашла? – Гавейн нажал на газ и быстро нашел лазейку в потоке машин. – Ты следил за мной? – Моргана откинулась на спинку сидения и устало прикрыла глаза. – Наблюдал. Это ж моя первая обязанность – не спускать с тебя глаз. – Тогда ничего. Забудь. Теперь осталось самой залечь на дно. Кто знает, на кого следующего Килгарра обратит внимание, если не сможет достать Артура? Или если убьет его. От последнего предположения разболелась голова. – Я не прощу отцу, если с Артуром что-нибудь случится, – прошептала Моргана. Гавейн сочувственно покосился на нее и молча прибавил газу. Ни он, ни Моргана не заметили человека на противоположной стороне улицы, внимательно наблюдавшего за ними. *** Из окна почти не было видно города, настоящего Лондона с его невысокими домиками и духом книжной старины, от которой почти уже ничего не осталось. Свечки-небоскребы приравняли его к любому другому современному мегаполису, где количество этажей – знак первенства и верх престижа. Артур любил свой город, пусть даже такой противоречивый. Он поднимался иногда на последний этаж и смотрел на крыши домов и линии дорог с высоты, кажется, уже давно превысившей высоту птичьего полета. Там он ощущал себя свободным и как никогда настоящим лондонцем. А сейчас окна и крыши стали для него запретной территорией, как и улицы Лондона и даже собственная квартира – не нужно давать снайперу лишнего шанса прикончить его, как разлинованную мишень в тире. Артур отнял руки от лица, глубоко вздохнул и решительно поднялся на ноги. Больше он не мог позволить себе ни минуты слабости. Джинсы и чистая рубашка нашлись в шкафу, как и куртка, и небольшая спортивная сумка, в которую давно было собрано все необходимое. На крайний случай, который обычно бывает только в самых худших прогнозах ребят из отдела планирования. Придется потом отправить Моргане шикарный букет роз и окончательно перевести в ее подчинение Гавейна – заслужила. Секретарша проводила Артура вежливой улыбкой и поинтересовалась, ждать ли его сегодня. Ждать. И завтра ждать, и сообщать клиентам, что он просто занят в своем кабинете. А вовсе не самовольно удаляется с рабочего места. Впрочем, он давно подумывал об увольнении. В холле около лифта кто-то окликнул его, а потом схватил за запястье. Инстинкты трех лет обучения в школе боевых искусств дали о себе знать, а нервы и так были ни к черту. Захват получился быстрый и очень качественный. Смутно знакомый худой паренек всхлипнул и обиженно засопел, задергавшись и вздрагивая от боли в суставах. Со всех сторон к ним обратились удивленные взгляды. – Черт! Надо было убить тебя еще в кафе! – Артур досадливо фыркнул и выпустил руку Мерлина, успокаивающе кивнул охране. – Что с тобой? Переживаешь, что заставил меня здесь торчать полтора часа? – Мерлин поморщился и потер плечо. – Потому что если я пойду домой без куртки, то простужусь, а я ненавижу простужаться. И мне нужно ходить на занятия. – Вот, – Артур порылся в карманах и вытащил ворох мятых купюр. – Возьми такси, закажи личного водителя, найми себе вагон метро – мне плевать, только не маячь перед глазами. Я спешу. – Эй, у тебя моя любимая куртка! Это называется кражей личного имущества. – Считай ее компенсацией за испорченный костюм. Дальше все случилось очень быстро. Артур двинулся к выходу, Мерлин последовал за ним. А в следующее мгновение уже дергал его на себя с перекосившимся от страха лицом. Руку обожгла боль, а по коже вниз побежала струйка крови, достигла кончиков пальцев и закапала на пол. Артур, не мешкая не секунды, сунул Мерлину сумку, схватил его за свитер здоровой рукой и вытолкал на улицу сквозь разлетевшиеся на осколки стеклянные двери. До машины нужно было пройти пятнадцать шагов. Если повезет, то в толпе киллер стрелять не осмелится (благослови бог обеденные перерывы!), опасаясь попасть в случайного прохожего. Если только у него нет цели прикончить Артура Пендрагона любой ценой. Пригибаясь около припаркованных автомобилей и таща за собой Мерлина, Артур, наконец, добрался до черного Порше, зашипел от боли и вытащил раненой рукой ключи из заднего кармана джинсов. Но открывать дверь не стал. – Ты думаешь, он нас видит? Прямо сейчас? – почему-то шепотом спросил Мерлин. – Нет. Стреляли с крыши здания напротив, специально караулили меня у выхода. Мерлин поставил сумку на асфальт и осторожно дотронулся до руки Артура. – Дай посмотреть, – он слегка надавил на края раны и, когда Артур попытался отдернуться, пояснил: – Я студент-медик, я знаю что делаю. – Тебе хотя бы труп уже показывали на твоем первом курсе? – Третьем, – буркнул Мерлин. – Показывали. Но я не хочу смотреть на твой труп прямо сейчас. – Рана пустяковая, заживет. – Конечно, если руку не отрежут, – Мерлин деловито раскрыл сумку, порылся в ней, не удивляясь ни припрятанному пистолету, ни пачкам денег, нашел чистую белую футболку и разодрал ее на широкие полосы. – Кстати, стреляли не из здания напротив. Скорее всего, из одного из припаркованных автомобилей. И это была не винтовка, если не ошибаюсь, обычный пистолет, – задумчиво заметил Мерлин, перевязывая рану. – Ну, я сужу по траектории, с которой пуля вошла в руку и характеру ранения. Нам как раз читают курс судебной медицины. Вдалеке послышался вой полицейских сирен, и Артур беззвучно выругался, открывая дверь машины. Он проскользнул на водительское место и кивнул Мерлину на сидение рядом. Тот мог позволить себе выпрямиться в полный рост и обойти машину, вряд ли киллер будет стрелять в случайного мальчишку. Артур вырулил со стоянки, проследил, чтобы за ним не увязалось слежки, и направился к городским окраинам, подальше от центра, туда, где – он на это надеялся – его будет сложно найти. – За что тебя хотели убить? – спросил Мерлин, отлипнув от окна. Вот уже минут двадцать он почти прижимался к нему носом и разглядывал соседние машины. Теперь он чем-то удовлетворился и решил, что настало самое подходящее время для расспросов и откровений. – Не важно, – сквозь зубы процедил Артур. – Еще как важно! Я нахожусь с тобой в одной машине. Может, ты похитил меня и теперь держишь в заложниках? И если ты плохой парень, то я должен завершить работу неудачливого убийцы из этических соображений. Ты, конечно, тот еще осел и вообще настоящая задница, но кроме этих двух фактов, я о тебе ничего не знаю. – И поэтому ты раздражаешь меня своей глупой болтовней, когда я в любой момент могу выкинуть тебя на дорогу, прямо под колеса проезжающих мимо машин? – Артур осклабился, стараясь выглядеть как можно более злобно. Мерлин его забавлял. Спас ему жизнь, перевязал рану, действовал быстро и хладнокровно, а теперь болтал полную чушь и снова улыбался. Артур отвел взгляд от губ Мерлина в зеркале заднего вида и поправил его так, чтобы кроме машин ничего не было видно. – И ты не думаешь, что в машину успели установить жучок? – внезапно посерьезнев, спросил Мерлин. – Не думаю. Это не моя машина, ее пригнали к офису за пятнадцать минут до того, как я спустился. – Продумано. – Еще бы. Моргана знала толк в конспирации, а Гавейн и вовсе на этом собаку съел. Поэтому с ними все должно быть в порядке, и никак иначе. Пусть это непрофессионально, но надежда, даже больше – уверенность, придавала сил. Артур резко крутанул руль, свернул на неприметную проселочную дорогу и еще с полчаса кружил по пригороду Лондона. Убедившись, что за ними никто не следит (и следить не собирался, добавил Мерлин), направился на восток, согласно адресу, наспех нацарапанному на клочке бумажки с фирменным логотипом его компании.