Ревнуешь, ангел?

Ангелам было не положено быть настолько довольными собой. Они должны были являть образец скромности и благонравия, однако Азирафаэля в данный момент буквально распирало от гордости за самого себя. Какой же он был молодец! Его опыт общения с людьми был значителен: он тысячи лет жил в их обществе, перенимая моду, вкусовые пристрастия, увлечения, манеру говорить и двигаться. Но до сего часа он никогда не пытался вести себя так, как они. То есть, быть более открытым и менее отстраненным. Не таким «чопорным», как однажды Кроули обозвал его манеру поведения. То, как вел себя с демоном мистер Мейси, вдохновило и одновременно расстроило ангела. Этот человек был похож на него, но при этом позволял себе то, что определенно точно делало демона счастливее. Он был открыт с ним — и Кроули поощрял это. Возможно, именно в этом был залог их дружбы. К несчастью, подобная открытость напрочь отсутствовала в отношениях демона и ангела. Но опыт свидетельствовал, что в этом мире не существовало ничего невозможного. Разве ангел не мог постараться стать лучше для того, кто рискнул вместе с ним всем? Отчасти Азирафаэлю даже нравилось временами быть не таким уж прилежным эмиссаром. Например, только что он позволил себе потрогать демона без острой на то необходимости. Просто оттого, что ему показалось, будто Кроули нуждался в этом. Или оттого, что он сам этого хотел. Боже, если подумать, с такими успехами они могли бы когда-нибудь даже обняться! Это была безумно запретная и притягательная идея. Осталось только иметь больше поводов для практики… По этой причине следующие два дня Азирафаэль с увлечением потратил на поиски нового места, где они с Кроули и мистером Мейси могли бы побывать. Глаза ангела разбегались от разнообразия проходящих в Лондоне мероприятий, однако одно привлекло его особенно — постановка «Гамлета» в Королевском театре. От одного названия пьесы Азирафаэля захватили приятные воспоминания. Боже, сколько же лет прошло! Кажется, он определился с местом — осталось только сообщить о своем выборе остальным. Пользуясь тем, что с утра в лавке было мало покупателей, ангел отошел от прилавка и как раз потянулся к телефонной трубке, чтобы позвонить Кроули, как вдруг колокольчик на входе забренчал. — Д-доброе утро! — несколько неуверенно окликнул его знакомый голос. — Мистер Азирафаэль? — Мистер Мейси! — ангел широко улыбнулся и вернулся от телефона в зал. — Какая удача, вы как раз мне и нужны. У меня есть потрясающая новость! Ангел пылал от нетерпения рассказать кому-нибудь о своей находке, но, как оказалось, он был не единственным, кто желал выговориться. Мистер Мейси взволнованно помотал головой. — У меня тоже есть новость, мистер Азирафаэль… Даже не знаю, как сказать, — он нервно потер свою пухлую шею. — Мне кажется, я влюбился в нашего общего друга. — Да? Как замечательно! В которого? — Эм… в Кроули? — неуверенно уточнил мужчина, словно задаваясь вопросом, а какие у них еще могли быть общие друзья. Азирафаэль резко почувствовал, что ему требуется сесть. Он откашлялся, ощущая, как улыбка безвозвратно сходит с его губ. Как… как это было возможно? Смертный полюбил демона! Ладно, дружба, но это… — Вы уверены, что ничего не путаете? — притихши переспросил он. — Д-да… мне самому казалось, что это чушь. Он же будто из другого мира! Но эта разница — она и привлекает меня, — мистер Мейси густо покраснел. — Я хотел просить у вас помощи, мистер Азирафаэль. Вы дружите с ним дольше, поэтому, пожалуйста, помогите мне устроить с ним свидание! Свидание? Ангел все же отыскал стул и сел за читательский столик. Его брови вскинулись и упрямо не желали опускаться, даже если это противоречило всем правилам этикета. Он был поражен. Впервые нечто вогнало его в настолько сильное смятение. А главное — он абсолютно не знал, что ему делать! Как бы в таком случае поступил хороший друг? Должно быть, он пожелал бы им счастья и постарался сделать все возможное, чтобы их союз длился вечно. Помогать — это же совершенно дружеский жест! Совершенно ангельский. …Но почему-то Азирафаэлю абсолютно не хотелось способствовать успеху мистера Мейси. Брови ангела нахмурились, и он опустил свой взгляд в пол. Неужели он был настолько плохим другом? Кроули был близок с этим человеком. Азирафаэль не имел права вставать между ними, верно? Он поднял глаза на мужчину. — Хорошо, мистер Мейси, я постараюсь сделать все, что в моих силах! — он растянул губы в притворной улыбке. Как это было ужасно. Мистер Мейси приготовился его слушать. — Для начала, — Азирафаэль с тихим вздохом поднялся со стула, — сводите его в Королевский театр. Я знаю об одной великолепной постановке, «Гамлет». Можете быть уверены, ему это понравится. Взяв с полки газету, ангел отдал ее мистеру Мейси на развороте с рекламой. — Спасибо большое! — мужчина счастливо заулыбался. Ангелу не приходилось сомневаться в его искренности к Кроули — при тщательном рассмотрении от этого человека буквально исходили волны любви. Мужчина с восторгом рассматривал рекламу спектакля, однако затем его что-то озаботило. — Скажите, мистер Азирафаэль, а у вас нет какого-нибудь телефона или адреса Кроули? Если я не смогу ему сообщить о встрече, то, боюсь, свидание не состоится. — О, разумеется! — ангел с извинениями покачал головой и, подойдя к своему столу, написал номер демона на бумаге. — Вот, держите. Мистер Мейси дрожащими пальцами забрал листок, после чего горячо пожал ангелу руку, а затем радостно покинул книжную лавку, едва ли не подпрыгивая. Азирафаэль замер посреди читального зала. Это был один из тех редких случаев, когда он не был до конца уверен в том, что поступил правильно. После разговора с мистером Мейси у ангела начало все сыпаться из рук. Он опрокинул несколько книг с полки, рассыпал деньги и отдавил в общей сложности четыре ноги трем разным покупателям. Этот день, что начинался так хорошо, за секунду превратился для Азирафаэля в кошмар. Он несколько раз ловил себя на мысли позвонить Кроули, но постоянно отговаривал себя от этого. Он не должен был вмешиваться. Это было не его дело, к тому же, это было не свойственно его натуре — что-то портить. Время шло, стрелки часов пересекли отметку в три часа дня, и у жителей Лондона закончился обеденный перерыв. Город тихо и буднично загудел, как вдруг его спокойствие нарушил звук резко припарковавшейся возле лавки машины. Сердце ангела подскочило и провалилось куда-то в пятки, трепеща от волнения. Кроули почти что пинком распахнул дверь в его магазин. Входной колокольчик сделал сальто на своей петле. Покупатели в недоумении уставились на демона. Что бы могло так разозлить его? — Ты!.. — падший со свирепым видом смотрел на Азирафаэля. — Ты дал ему мой номер! Ты в своем уме?! Он подлетел к ангелу как черная буря. — Тише, пожалуйста, — шепотом взмолился Азирафаэль, испуганно оглядываясь на покупателей. — Нас могут услышать и неправильно понять!.. — Да мне насрать! — демон рывком впихнул ангела за полки, в тот закуток, который он отводил под свое рабочее место. — Какого черта?! — Успокойся, прошу тебя, Кроули, я все могу объяснить!.. — Азирафаэль повис на цыпочках в крепкой хватке демона. Его жилетка жалобно заскрипела по швам. Кроули застыл, ожидая ответа, но не торопясь избавляться от гнева. Ангел вдохнул побольше воздуха. — Дело в том, что мистер Мейси заходил ко мне сегодня около полудня и признался в том, что он, кхм, как бы сказать… Что он влюблен в тебя. Выражение лица демона изменилось. Он высоко поднял брови, а затем недоверчиво сощурился. Ангелу было трудно понять его эмоции. Он округлил глаза, не пытаясь скрыть свой шок. — Да, именно! Сперва мне показалось, что это довольно неожиданная, но, в целом, хорошая новость, однако теперь мне так не кажется… — Да это ни хрена не хорошо! Демон отпустил ангела и потер рот, что-то судорожно обдумывая в своей голове. Азирафаэль пристыженно поправил бабочку. Он подошел к Кроули и виновато свел брови. — Я очень прошу меня простить. Мистер Мейси застал меня врасплох. Он был переполнен любовью, и в тот момент я не смог ему отказать... Ангел хотел протянуть руку и вновь коснуться плеча демона, но почему-то не решился. Кроули поднял на него неожиданно цепкий взгляд. — А почему ты передумал? — изумление и злость в его голосе сменились вящим любопытством. Азирафаэль на мгновение замешкался. — Потому что это противоестественно: демон и человек не могут быть вместе! Вам обоим будет некомфортно, к тому же он разобьет тебе сердце своей смертью! Это же были такие очевидные вещи! — Ну да… — Кроули усмехнулся. — А, может быть, тобой движут какие-то другие причины? Мгновенно переключившись, падший надвинулся на Азирафаэля. Его желтые глаза гипнотизировали и жгли даже сквозь темные стекла очков. Ангел попятился. — Не понимаю, о чем ты… — Хах. Не могу поверить, что опускаюсь с тобой до шантажа, но я обещаю, что брошу всю эту затею, если ты признаешься, — демон навис над ангелом напряженный, как перед финальным броском. — Если скажешь мне это наконец. — Скажу что? — Что мы пара, Азирафаэль! Что я твой — и поэтому не могу быть с кем-то другим! Скажи это! — Но это же ложь! Ты абсолютно свободен и не принадлежишь мне, Кроули! — Аргх!.. Демон с рыком отшатнулся от ангела и направился к выходу из магазина. Нет, не уходи! Сердце Азирафаэля сжалось и заполошно забилось в груди, словно пытаясь вырваться наружу. Прежде он никогда не предпринимал попыток остановить Кроули, но сейчас пошел за ним не в силах противостоять этому порыву. — Пожалуйста, Кроули, одумайся, это неправильно! Я прошу тебя как друг, не делай этого! Демон развернулся в дверях. Все покупатели магазина застыли, наблюдая за разворачивающейся сценой с невольным интересом. Ангел тяжело дышал, глядя на Кроули. Тот хмыкнул и тоскливо скривил губы. — Мне жаль, Азирафаэль, но я не считаю тебя своим другом уже около двух тысяч лет. Дверь закрылась за демоном. Все взгляды зрителей обратились на ангела. Азирафаэль улыбнулся, стараясь не терять хотя бы видимости своего прирожденного позитивного настроя. Однако ему еще никогда не было так горько внутри. Что... что все это значило?