Секретное досье

- Почему вы не хотите ничего об этом рассказать? – Чонин спросил уже на кухне. – Где вы были? Или это секрет? - Это не секрет, - Чунмён пожал плечами. – Я был в Багдаде, Синджаре и Мосуле. Мы готовили документальный фильм, - он пожал плечами. – Ничего интересного, таких фильмов в интернете сотни, если не тысячи. Каждый уважающий себя журналист считал своим долгом… - Сколько вам было лет? – перебил Чонин. - Двадцать два, - Чунмён поморщился. – И я перепугался как школьник. - Вы же не псих, - Чонин кивнул. – Это нормальная реакция. - Ты считаешь? – с усмешкой спросил Чунмён, словно мнение Чонина имело для него какое-то особенное значение. Кёнсу и Минсок говорили то же самое. Бэкхён каждый раз повторял, что ему и ранения не потребовалось, чтобы понять, что документальные фильмы о войне – это точно не их стезя. Но Чунмён всё равно стыдился этого ранения, стыдился своего страха и не любил рассказывать о том, как лежал в госпитале уже здесь, в Сеуле, а к нему вереницей шли журналисты с разных каналов. - Моё мнение ничего не значит для вас, - Чонин всё правильно понимал. – Но я всё же скажу, что это нормально… Нормально бояться смерти. - Спасибо, - Чунмён улыбнулся. – Может, теперь мы сменим тему? - А почему такая надпись? - Секс – это маленькая смерть, - Чунмён пожал плечами. – Разве нет? – Чунмён поправил браслет часов на запястье. - Никогда не думал об этом, - Чонин отложил вилку. – А почему вы занялись боксом? Это как-то связано.. с ранением? - Чонин, - Чунмён облизал губы. – Вся моя жизнь так или иначе связана с ранением. Но я был бы тебе признателен, если бы ты не напоминал мне об этом каждую секунду. А боксом я начал заниматься буквально пару лет назад. Просто так… - Просто? - А почему нет? – Чунмён пожал плечами. – А у тебя есть причина, чтобы танцевать голым? - Я не танцую голым, - Чонин закатил глаза. – Вы же меня видели. - Я видел один раз, я же не знаю, что ты делаешь, когда меня там нет, - Чунмён усмехнулся. – К тому же, вывеска вашего заведения крайне однозначна: «Женский и мужской стриптиз». Так что ничего не знаю, что вижу, то и пою. - Вас так нервирует моя работа? - Она меня не нервирует, - Чунмён задумался. – Я просто не считаю стриптиз работой. И вообще… Ты же должен смотреть телевизор. - Я не люблю, - Чонин покачал головой. – Телевизор у меня дома, чтобы играть в приставку, - он улыбнулся. – Хотя последние дни у меня времени не было. - У меня в голове не укладывается, что это вообще возможно, - признался Чунмён. – Я привык к тому, что стриптизёршам нужна помощь. Что у них нет документов, нет денег, чтобы вернуться домой. Что они обмануты, запуганы… Понимаешь? Я не могу уложить в голове, что стриптизёрша может сойти со сцены, переодеться в добротные вещи и пойти домой играть в приставку. - Почему вы всё время называете меня в женском роде? - Потому что… Не знаю, - Чунмён пожал плечами. – Просто так, наверное, - он и правда не задумывался, почему именно это слово прижилось у него для описания работы Чонина. - Вообще-то мне неприятно, - Чонин посмотрел Чунмёну в глаза. – Правда, я думаю, вам на это плевать. - Я постараюсь, - Чунмён не был уверен, что получится. – Просто мои друзья тоже так говорят… Они хоть и ратуют за твою кандидатуру руками и ногами, но не пошутить не могут. - А вы познакомите меня с ними? - С Кёнсу ты уже знаком, по-моему, - Чунмён хмыкнул. - Вы тогда вчетвером были, когда вы меня спасли, - Чонин улыбнулся. – Вы часто встречаетесь? - Не очень, работы много, - Чунмён в очередной раз поймал себя на мысли, как чертовски устал. Может, действительно стоило бы задуматься об отпуске? Чунмён мог бы съездить и один, он уже давно вышел из того возраста, когда для путешествий нужна была компания. – Но мы стараемся, чтобы почаще. - А вы давно дружите? - Давно, - Чунмён кивнул. – Сколько я себя помню. - Тогда понятно, - Чонин кивнул. – Просто вы выглядели очень странно тогда, когда я впервые вас увидел. Такие разные. Я сначала думал, что доктор вообще никакой не доктор, а просто недавно пришёл из армии… - А на Минсока обычно думают, что он инструктор по фитнессу, - засмеялся Чунмён. - А он нет? – Чонин удивился так искренне, что сразу же стало ясно, он думал точно так же. – А кто же тогда? - Профессор математики, преподаёт в университете Сонгюнгван, слыхал про такой? - Правда? – Чонин даже рот приоткрыл от изумления. – Ни за что бы не догадался, - он растерянно переложил вилку с места на место. – Я даже не думал, что такое бывает в жизни. Чтобы профессора математики как культуристы… И журналисты с военными ранениями. Как это вообще возможно? - Я тоже не думал, что в стриптизёрши идут по велению души, но ты меня переубедил, - Чунмён засмеялся снова. – Ладно, мне пора ехать. Ещё вернуться придётся, переодеться к приёму… Вот кому вообще в голову пришло устраивать приём в будний день, когда завтра снова на работу. - А что мне делать? – Чонин поднялся и принялся убирать со стола. – На работу я пока не могу идти, - он поправил на себе майку. - А домой не хочу, там нечего делать. - Тут тоже нечего, - Чунмён вздохнул. Ещё не хватало думать о том, куда пристроить Чонина. Вообще, тому уже было восемнадцать, а значит, он мог сам о себе позаботиться. И придумать, чем себя развлечь. Поговорив с собой подобным образом и твёрдо решив, что занятия Чонина не его проблема, Чунмён всё же ляпнул: - Можешь оставаться здесь. Он надеялся, что Чонин смутится, скажет, что лучше он погуляет где-нибудь, а придёт к вечеру, но Чонин только кивнул: - С удовольствием. Чунмёну осталось только приложить руку к лицу. Впрочем, кроме себя ему винить было некого. Никто его за язык не тянул, а ещё ему давно пора было понять, что от тараканов было избавиться проще, чем от Чонина. Юный наглец и нахал решил любой ценой влезть в жизнь Чунмёна и поставить там всё с ног на голову, и Чунмён всё ещё ничего не мог ему противопоставить. - Ладно, - Чунмён поднялся из-за стола. – Мне нужно ехать, опаздывать два дня подряд неприлично, даже будучи большим начальником. - Хорошо, а я буду вас ждать, - Чонин топтался в коридоре, пока Чунмён собирал вещи и раскладывал их по карманам кожаной куртки. Сигареты, зажигалка, телефон, ключи от квартиры и мотоцикла. – Ничего не забыли? - Вроде нет, - Чунмён торопливо перебрал в памяти всё, что ему могло понадобиться. - А я думаю, что забыли, - Чонин подошёл почти вплотную, положил ладони Чунмёну на щёки, чтобы тот не смог отвернуться, и поцеловал. Очень хорошо поцеловал, жадно, жарко, очень сладко. И Чунмён позволил себе несколько секунд слабости, когда ответил на этот поцелуй и даже перехватил инициативу. В конце концов, из них двоих именно он был опытным и умудрённым жизнью мужчиной. Чонину по-прежнему отводилась роль стриптизёрши, пусть и вполне приличной и даже довольной жизнью. - Ладно, всё, - Чунмён наконец оторвался от пухлых губ Чонина и глубоко вздохнул. Его организм, который вообще никак не отреагировал на заигрывания Чонина в клубе, сейчас просто с ума сходил. Лохматый, очень домашний с виду Чонин, в просторной футболке и непременно босиком, что-то такое сделал с мозгами Чунмёна, и ему вдруг чертовски сильно захотелось остаться дома. Просто закрыть дверь, сбросить куртку прямо у порога и утащить Чонина в спальню, чтобы там наглядно показать, что с ним так было нельзя. - Я буду ждать, - повторил Чонин таким тоном, что Чунмён сразу же догадался: он всё понял. Он заметил, какой эффект произвёл, и теперь собирался его закрепить. Было бы крайне глупо сейчас упасть в руки Чунмёна, когда можно было измучить его. Невероятно! Не попрощавшись, Чунмён выскочил за дверь и впервые за многие годы не стал ждать лифта. Вместо этого он, как школьник, рванул вниз по лестнице, перепрыгивая на бегу через две ступеньки. Внутри всё полыхало, как лесной пожар в Канаде, выгорали целые гектары земли, целые куски его обычного спокойствия и чуть напускного равнодушия. Это взвинченное состояние не покидало его всю дорогу и сохранилось даже тогда, когда он вошёл в свой привычный офис. Дахён словно и не уходила: в приёмной всё было в порядке, а она готовила кофе. - Привет. И на мою долю сделай, пожалуйста. - Конечно, - она кивнула, а потом обернулась, посмотрела внимательнее: - Что-то случилось, босс? Вы как будто… - Как будто что? – Чунмён пытался попасть ключом в замок на двери своего кабинета, но руки странно дрожали и не слушались. - Вы нервничаете? - Пожалуй, - Чунмён прислушался к себе и вынужденно согласился. – Но я сразу говорю, ничего плохого не случилось. Пока, по крайней мере. - То есть, всё может быть? - Как обычно, - наконец дверь поддалась, и Чунмён вздохнул с облегчением. – Не переживай, чашка твоего кофе, сигарета – и я буду в порядке. - Хорошо, - Дахён поставила чашку с кофе на блюдце. – Не пускать к вам пока никого? - Да вроде никто и не рвётся. Но если кто вдруг решит с утра проявить трудовой героизм, пусть заходят. Нельзя же упускать такой шанс, - Чунмён говорил и сам себя слушал с удивлением. Он вёл себя, словно был пьян. Нет, не пьян, но под градусом. Когда ноги и руки ещё держали, а в голове уже произошли необратимые изменения. В своём кабинете Чунмён первым делом посмотрел на шкаф, в котором точно был коньяк, а ещё бутылка бренди и даже текила, которую от случая к случаю они с Бэкхёном распивали, как герои фильмов Тарантино. Наверное, коньяк сейчас был бы кстати, но Чунмён решил, что пока с него достаточно. Он уселся в кресло, привычно крутанулся вокруг своей оси, а когда перед его глазами снова оказалась дверь, он заметил рядом с ней Бэкхёна. Очень странного Бэкхёна. Как будто расстроенного или… Напуганного. - Что с тобой? – Чунмён опустил приветствия и предисловия. - Мён, надо поговорить, - пробормотал Бэкхён. – Я ещё тогда хотел, когда мы собирались… Но потом мы отвлеклись, и я не стал портить вечер. А потом всё прекратилось, и я решил, что мне показалось, а теперь вот снова… Когда Бэкхён нервничал, он начинал говорить так, словно выстреливал каждое слово из пулемёта. По началу Чунмён даже разбирать эти слова не успевал, но потом привык и в глубине души всегда жалел экзаменаторов, которые уж точно не всегда могли угнаться за скоростью взволнованной Бэкхёновой мысли. - Садись и говори, - наверное, Чунмёну именно это и было нужно, чтобы прийти в себя, а вовсе не сигареты и кофе. Они дружили слишком давно, и теперь Чунмён воспринимал эмоции Бэкхёна как свои собственные. - Мне кажется, что за мной следят, - выпалил Бэкхён. - Кажется? - Я не уверен, - Бэкхён помолчал немного. – Слушай, можно мне выпить? - Конечно, - Чунмён кивнул на свой шкаф. – Сам или налить тебе? - Сам, - Бэкхён спешно поднялся. Коньяка он налил в снифтер столько, что Чунмёну хватило бы на четыре раза. Но Чунмён решил, что сейчас не стоило осуждать бытовое пьянство, потому как Бэкхён не мог успокоиться никак иначе. - Так, давай по порядку. Ты давно это заметил? - Не очень, - Бэкхён пристроился на край стола Чунмёна. – Наверное, за пару недель до того, как мы все вместе в ресторан пошли. - И ты молчал пару недель? - Я же говорю, я не был уверен. Я и сейчас не уверен. Может, у меня паранойя развилась, посттравматический шок, я не знаю там. - С чего бы вдруг? - Я не знаю, - Бэкхён пожал плечами. – Может, это из-за того… - он никогда прямо не говорил о месте, где они были, о том, что случилось. - А не поздновато ли? - Чунмён инстинктивно потёр рукой низ живота, где изящные чёрные буквы скрывали старый шрам. - Надо у Кёнсу спросить, он врач, он лучше знает. - Он хирург, а не психиатр, - Чунмён вздохнул. – Ладно, положим, ты не уверен. Но что тебя смущает, ты же не просто так решил, что тебя пасут? Что-то же ты заметил или почувствовал? - Сначала у меня просто появилось ощущение взгляда в спину. Как будто кто-то пристально смотрел мне в затылок… Я, естественно, начал оглядываться, дёргаться, но не заметил никого подозрительного. Вообще ничего не заметил, - Бэкхён помолчал. – А ещё, знаешь, это было не такое постоянное ощущение, а временное. Вернее, вспышками. Не знаю, как объяснить. - Я понял, - Чунмён кивнул. – Что дальше? - Дальше мне стало казаться, что я постоянно встречаю одних и тех же людей. Причём они попадались мне в самых разных местах: в тренажёрном зале возле дома, в гипермаркете в центре, на заправке за городом… - Бэкхён сделал хороший глоток коньяка. – У меня хорошая память на лица, поэтому… - Я думаю, это возможно, - Чунмён кивнул. - Незадолго до нашей встречи всё прекратилось, поэтому я решил не рассказывать. Может, мне от стресса так показалось, - Бэкхён дёрнул плечом. – Но сейчас опять… И я понятия не имею, что делать. - Можно обратиться в полицию, гипотетически, - Чунмён достал сигареты. – Правда, считаю, что наши аргументы их не впечатлят. - Взгляд в спину к делу не приложишь, - согласился Бэкхён. – А охрану нанимать… - А с чем это может быть связано? – Чунмён посмотрел на Бэкхёна. – Ты в последнее время ничего не затевал этакого? - Журналистских расследований, ты имеешь виду? - Именно. Подпольные бордели, мафия, наркотики, торговля оружием… - Ты как будто не знаешь, что за такие темы никто следить и в затылок смотреть не станет. Раз – и нет человека, - Бэкхён передёрнул плечами. – Но это если бы я что-то делал. А так у меня в работе самое мутное – это твои материалы. - Слушай, а может, в них дело? – Чунмён напрягся. - А почему следят за мной, а не за тобой, к примеру? Ты же их таскаешь с собой денно и нощно, а я так… рядом постоял. - Я допускаю, что они думают, что бумаги у тебя. Или что ты с ними работаешь, - Чунмён помолчал, посмотрел, как столбик пепла упал в пепельницу, а потом продолжил: - У меня есть мысль, что это как-то связано с китайским послом. - Как? Мы его ещё и в глаза не видели толком. - Не с этим, с предыдущим, - Чунмён закусил губу. – Мы же тогда держали связь через тебя. И я не исключаю, что это кому-то не нравилось. - И ты думаешь, они не хотят допустить возобновления этих связей? - А ты бы хотел на их месте? – Чунмён потушил окурок. – Ты сам подумай. Если мы пробьёмся к новому послу, а тот окажется не полным идиотом… - Случится переворот. - Именно. А я уверен, что людей, заинтересованных в сохранении нынешнего режима, тоже хватает. И у многих из них есть свои возможности, - Чунмён покрутил в пальцах зажигалку, а потом аккуратно поставил её на ребро. – Сегодня на приёме нам нужно прыгнуть выше головы, но пробиться к нему. - Как? - Бэкхён, я не знаю, - Чунмён вздохнул. - Я вообще не представляю, как это сделать так, чтобы у нас всё получилось. Как можно планировать что-либо, когда ты ничего о человеке не знаешь? – Чунмён запустил руку в волосы. – Я сейчас позвоню Тао ещё раз, может, он мне что-то подкинет. Но я ничего не обещаю. - Они всё равно сразу же узнают, что мы были на приёме, - Бэкхён залпом допил коньяк. – Может, мне вообще не ходить, а ты один… - А где риск, что меня не пасут? – Чунмён пожал плечами. – Я же не искал за собой хвост, а так… Может, за мной тоже ходят. - И что нам делать? - Я подумаю, Бэк.