Ученик Убийцы

Я на бегу застёгивал рубашку. Сердце колотилось где-то в горле. Нужно заставить себя собраться. Соберись, Дэн. Не время для паники. — Я отвезу вас, сэр, — на пути возник Хьюго, который также второпях натягивал пиджак. — Это долго, Хью. И она чётко дала понять: я должен быть один, — я выхватил из кармана ключи от байка и кинулся в гараж. Быстрее, Дэн! Ещё быстрее, черт возьми. Проклятая Кларисса. А Джон так вообще последний идиот. Какого черта его туда понесло?! Одного! «Привет, щенок» — снова зазвучали в голове отрывки этого невыносимого телефонного разговора. «Твой дрессировщик истекает кровью. Можешь попробовать его спасти. У тебя пятнадцать минут». Я нервно глянул на часы. Вряд ли Кларисса простит опоздание или накинет мне пару минуточек. Но я ещё успевал. Успевал. Как ей удалось обвести его вокруг пальца? Почему он поехал один? Может, она выманила его мной? Но черт побери, даже я додумался заставить её включить камеру и показать мне Джона, перед тем как сухо выплюнул «Еду» и скинул звонок. Так какого хрена Джона понесло к ней на встречу? Сильно самоуверенный?! Я прибью его, как только спасу ему жизнь. Это был какой-то заброшенный склад или завод — не было времени разбираться. Джон лежал у стены, хрипло, отрывисто вдыхая. Кларисса и её ученица ждали меня. На меня смотрели два хищных взгляда и две пушки. Полная жопа. — Какого хрена? — тихо просипел Джон. — У меня тот же вопрос, — сухо кинул я ему, не убирая с прицела своего браунинга Клариссу. — О, ты не понимаешь, как твой хозяин тут оказался, верно, пёсик? Что ж, я просто позвонила ему и сказала… Ну, то же, что и тебе. Пришлось пустить в расход одного похожего на тебя кобелька, чтобы Джон повёлся. Но мне даже не нужно было сильно стараться. Прилетел сломя голову. Слишком испугался за своего щеночка. Повёл себя очень, очень опрометчиво. Ну и получил пару пуль. Видишь ли, мне нужно убить тебя. А для этого нужно было для начала убрать Уика. Пушку на пол, зверёныш, а сам на колени. Я покорно толкнул ей ствол по земле и опустился на колени, держа руки на затылке. Я не собирался рисковать. Пока что. Какого черта Клариссе вдруг приспичило убить нас обоих? Неужели заказ? Последнее время Империя много кому переходила дорогу. После смерти отца она немного ослабла, но за последний год я многим показал — не без помощи Джона, конечно — что в доме новый хозяин. И были те, кого это не устраивало. Я закручивал гайки зарвавшимся мафиози, а мистер Уик закручивал гайки мне. Тренировки становились всё жёстче. Требования всё строже. Джон всё суровее. То, на что ещё год назад он закрывал глаза, теперь не прощалось. Я понимал и принимал это. Я знал, почему Джон это делает. Знал, что должен быть благодарен за каждую усиленную тренировку, за каждый словесный разнос, за каждый крепкий подзатыльник и даже за каждый удар ремня. Благо, к розгам мы не возвращались. И я был благодарен. Тем более, что после того случая с Томпсонами, Джон больше никогда не позволял себе поставить под сомнение мои решения публично. Зато за закрытыми дверями я расплачивался за излишнюю вспыльчивость и неумение слушать по полной программе. Он до сих мог довести меня до слёз даже не применяя силу. А мне, между прочим, уже стукнуло девятнадцать и я иногда справлялся с тремя ребятами Хью за раз. Правда, и я научился объяснять свои взгляды и решения так, что всё чаще он занимал мою сторону, даже если изначально говорил, что это бред. В общем, дела шли хорошо. До сегодняшнего вечера. Чёртов Джон Уик. Гребаная Кларисса. — И ты просто застрелишь меня? — стараясь спрятать страх за дерзостью, поинтересовался я. — А что ты предлагаешь? — хмыкнула она с интересом. — В кошки-мышки поиграть? Она относилась ко мне предвзято. Насколько вообще хищник может быть предвзят к добыче. Я знал это. Ещё с первой встречи в Континентале. Почему-то я её зацепил. Я не особо понимал чем именно, но собирался этим воспользоваться. — Ну не знаю. Ты вроде как любишь всякие… Специфические развлечения… — я многозначительно покосился на кнут на её бедре. — Не заговаривай мне зубы! — она взвела курок. Очень хотелось зажмуриться, но я заставил себя даже взгляд не отвести. Очаровательно и дерзко улыбнулся. Да ладно тебе, Кларисса. Ты же хочешь поиграть. Я точно знаю. Я вижу. Хочу ли я — вот это реально вопрос. Но к сожалению, риторический. — Я просто не понимаю, почему это не пришло тебе в голову. Шанса поиздеваться над учеником Уика больше в жизни не выдастся. У меня был один чертов процент из ста, но я всё ещё краем глаза видел, как тяжело дышит Джон, а потому рискнул бы, даже если бы у меня была одна десятая процента. — Ты мазохист? «Больной на всю голову — это факт» — подумал я, но озвучивать этого не стал, просто немного нервно пожал плечами. Она хмыкнула и отдала свою пушку азиатке. Чёрт, на меня всё ещё направлено два ствола… Ладно, с этим потом разберёмся. Мне нужно было выдержать хотя бы один удар кнута — а лучше два — чтобы она потеряла бдительность. Главное, чтобы ей не пришло в голову меня связать. Нет, она не приблизится. Побоится. Она не знает, хорош ли я в рукопашном. Скорее всего меряет меня по Джону. А значит — не полезет. Тем более, что я явно не убегу. И я на мушке. Так что она просто как следует развлечется, а потом велит своей девчонке пристрелить меня. Кнут щёлкнул об пол. Она взвешивала его рукоятку в ладони, находя баланс. Я глубоко вдохнул. Я понимал, что это если и будет похоже на порку от Уика, то весьма отдаленно. Я понимал, что это будет больнее в неизмеримое количество раз. Но я должен был выдержать. Это был мой лучший шанс. Единственный шанс. Кнут разрезал воздух не то что со свистом — с визгом. Удар пришёлся на левое плечо и бок. Это была не боль, это было что-то, для чего-то ещё не придумали название. Терпи-терпи-терпи. Я шумно выдохнул сквозь зубы. — Какой хороший у Уика пёсик. Не скулит, — хмыкнула она. — А твоя сучка любит поскулить? — выпалил я. — Просто не то чтобы Уик мне это позволял. Кларисса хмыкнула. Азиатка нервно сжала и разжала пальцы на стволах. Хороший знак. Мой блеф работал. Второй удар лёг на правое плечо, захлестнул лопатку. Кларисса знала, что делает. Если хлыст травмировал мышцы, а скорее всего так и есть, стрелять будет сложно. В этот раз я сдержал крик с очень большим трудом. — Какой ты упрямый, — с лёгкими нотками заигрывания проворчала Кларисса. — Если бы за тебя не платили так много, я бы оставила тебя себе. У меня много игрушек, которые бы тебе понравились. Вот уж вряд ли. Значит, всё-таки заказ… Интересно, чей? Потом, это все потом. Соберись, Дэн. Сейчас нужно действовать очень быстро. И очень точно. Вложить все свои силы и возможности в несколько движений. Кнут снова направился ко мне с хищным шипением. Три-два-один… Резкий рывок. Схватить кнут левой как можно дальше от тонкого конца — охренеть от того, как он обжигает ладонь — накрутить его на предплечье, дернуть на себя. Правой в это время достать из-за пазухи маленький глок, присутствие которого она так удачно не заметила, выстрелить ей в грудь. Увернуться от двух пуль, выпущенных почти одновременно, стесать плечо о бетон и выстрелить снизу под углом в азиатку. Моя пуля насквозь прошила ей бедро, но она осталась стоять, только слегка присела на раненую ногу. Я видел, как она смотрела на распластанную по полу Клариссу. Как будто она сама перестала существовать. Как будто от неё осталась одна оболочка. Если я не довезу Джона до больницы, наверное, часть меня тоже умрет. Но только часть. Меня во мне всё-таки больше, чем его. И сейчас это было моим преимуществом. Мы выстрелили почти одновременно. Одна её пуля ушла в пол, вторая поцарапала мне бок. Моя прострелила ей второе бедро. Она пошатнулась. Этой секунды мне хватило, чтобы схватить хлыст и ударить ей по рукам. Она выронила обе пушки. — Госпоже стоило тренировать тебя тщательнее, — выплюнул я и выстрелил ещё раз, ей в голову. Проверил пульс. На всякий случай проверил пульс Клариссы. И кинулся к Джону. У него было прострелено плечо, пробито лёгкое и задета артерия на бедре. Я кое-как перевязал раны и взвалил его на себя. Почему он такой тяжёлый?! И почему я ни разу за все тренировки не носил ничего настолько тяжелого? К счастью, его машина была припаркована у самого входа. И не закрыта — я не мог тратить драгоценное время на поиск ключей или взлом. Я летел со скоростью света в единственную больницу во всём Бостоне, в которой бы меня приняли без вопросов. Благо, в три часа ночи машин на улицах немного. Все мои травмы решили мне напомнить, что они у меня есть. Рубашка противно липла к телу. И когда я увидел вывеску больницы, мне казалось, что до порога — тем более с ним вместе — я не дойду.