The Line (Границы)

Это было похоже на сон, но Калеб знал: это видение, хотя и несколько иное. Он пошевелился во сне, даже подсознательно пытаясь удержать неуловимые образы, которые ощущало его тело. Сначала он почувствовал жар. Его ослепительная сила поразила экстрасенса, обжигая кожу, едва не вынуждая закричать от боли. Калеб тяжело сглотнул, собираясь с духом для других ощущений, которые мог уловить краем сознания. Страх и любопытство боролись за контроль над его эмоциями. Как обычно, ненасытное любопытство одержало верх. От жара горящего дерева, горького вкуса гари во рту, незабываемого запаха опалённой плоти на глаза навернулись слёзы. Калеб чуть не оглох от шипения чего-то живого и голодного, что увеличивалось в размерах, безжалостно пожирая всё, с чем соприкасалось. Он закашлялся — лёгкие сжались от недостатка кислорода. И, как всегда, картинка пришла последней. Яркие и резкие образы пронзили его сознание с сюрреалистической отчётливостью. Он был в доме, в небольшой комнате, где в кроватке спал ребёнок. Калеб услышал женский крик и поднял глаза. И увидел женщину, которая была словно ангел, угодивший в силки из паучьего шёлка, или белая прозрачная бабочка, приколотая к потолку. Они встретились взглядом: её тонкие черты лица исказились от боли, рот открылся в безмолвном крике. Загипнотизированный, Калеб наблюдал, как кровь медленно капала из глубокого разреза в её белом платье. Он широко раскрытыми глазами смотрел, как багровые капли упали и раскололись, словно жидкий рубин, на лбу маленького ребёнка. Сэма. Калеб сделал шаг вперёд, даже понимая, что не может изменить прошлое, но внезапно весь потолок оказался в огне. Ребёнок заплакал, и прежде чем Калеб успел закричать и проснуться, он увидел перед собой шестнадцатилетнего Сэма, вокруг которого вспыхнуло пламя. — Нет! — крикнул Ривз, открывая глаза. — Сэмми, — выдохнул он, проводя рукой по волосам, расстроенный тем, что его психическое сознание путешествовало без разрешения. Охотник пытался решить: стоит ли ему проверить Сэма или ждать неизбежного. Прежде чем он успел обдумать варианты, тишину квартиры разорвал крик ужаса. По голым рукам и груди Калеба побежали мурашки от дикой паники. Он сел в кровати, потирая уставшие глаза. Остаточные чувства страха и боли угрожали поставить его на колени перед фарфоровым Богом, но несколько глубоких вдохов успокоили расшатанные нервы. Сэм снова закричал, и Калеб услышал, как с глухим стуком открылась дверь спальни Мака, и Джон поспешил по деревянному полу, проходя мимо комнаты Калеба к комнате мальчиков. Ривз откинул одеяло, свесил ноги с кровати и понадеялся, что сможет встать. К тому времени, как он добрался до гостевой комнаты, его глаза уже привыкли к темноте. Он мог разглядеть знакомую высокую фигуру Винчестера. Джон замер возле двери, рука повисла у дверной ручки. Когда Калеб вышел из своей комнаты, Джон поднял голову, и младший охотник скорее почувствовал, чем увидел, тревогу на его лице. — Кошмар, — тихо сказал Калеб. — Здесь ничего нет. В этом он был уверен. Он ощущал в комнате только мальчиков, и хотя страх и боль остались, не было никакого острого чувства опасности. По крайней мере, не физической. — Ты уверен? — Вопрос был задан шёпотом, но Калеб заметил облегчение в глубоком, загрубевшем от сна голосе Джона. — Да. Калеб ждал, войдёт Джон или нет, уже зная, что ничего не произойдёт. Он видел это и раньше. Ничто не пугало Джона Винчестера, кроме того, что лежало за этой дверью. — Хочешь кофе? Джон принял спасательный круг, как утопающий. — Только если он ирландский. Калеб фыркнул. — А какой ещё может быть в три часа утра? --- В конце концов, в три часа утра большинство нормальных людей мирно спали в своих тёплых постелях. К сожалению, в Винчестерах было очень мало нормального, и у Дина Винчестера сна не было ни в одном глазу. Его только что вырвали из столь восхитительного сна, где Сирия Делакруа исполняла главную роль, и бросили в суровую реальность, где его младший брат кричал как сумасшедший. Инстинктивно Дин потянулся за ножом, что лежал под подушкой, ещё до того, как открыл глаза. Он приподнялся на кровати, быстро моргая и разыскивая источник угрозы, в то время как другая его рука искала беспокойную фигуру в кровати рядом с ним. Сэм снова закричал, и Дин понял, что происходит. Кошмар. И хотя Сэму уже много лет не снились кошмары, часть Дина испытывала облегчение от того, что поблизости не таилось какое-то материальное зло. Он вздохнул, сунул нож обратно под подушку и сел. — Сэмми, — Дин слегка встряхнул брата за плечо. — Сэм! — позвал он громче, решив вырвать брата из лап чудовища, чтобы они оба могли немного отдохнуть. Младший Винчестер пошевелился, вяло мотая головой из стороны в сторону. Дин сел и включил лампу рядом с кроватью. — Сэмми, — повторил он, потирая глаза и пытаясь избавиться от последних следов собственного глубокого сна. Сэм резко сел, дыша так, словно пробежал стометровку. — Дин? — Я здесь, — сказал Дин, размышляя, что вызвало этот последний ночной ужас. — Дин? — снова позвал Сэм, моргая и протягивая руку, как будто не слышал, что сказал брат. — Эй, ты не спишь? — Дин сжал запястье брата. — Ты со мной? Наконец подросток посмотрел на него. — Да, — он сглотнул, запустив свободную руку в мокрые от пота волосы. — Прости. — Не беспокойся об этом, — вздохнул Дин, положив руку на лоб брата. Он нахмурился, почувствовав жар, исходящий от кожи Сэма. — Ты уверен, что с тобой всё в порядке? Вечером, когда Дин вернулся в комнату, которую они делили, Сэм уже спал. Старший охотник закончил ужин и посмотрел часть старого вестерна с отцом и Калебом, прежде чем наконец лёг спать. Сэм был в порядке — немного тёплый, но не такой горячий, как сейчас. Дин вспомнил предыдущий эпизод, когда младшему брату было больно. — Как твой желудок? Сэм посмотрел на него, всё ещё выглядя немного ошеломлённым. — Был нормально, пока ты не упомянул об этом. — Подросток поморщился, когда боль вернулась, сигнализируя, что вызванная сном отсрочка закончилась. — Тебе плохо? Дину не пришлось ждать ответа: Сэм быстро сбросил одеяло и, спотыкаясь, поспешил к маленькой ванной в углу комнаты. — Отлично, — пробормотал Дин, услышав, как брата тошнит. Старший Винчестер поднялся, обошёл кровать и положил руку на закрытую дверь. — Сэмми? Ты в порядке? — Нет, — услышал он хриплый голос брата. — Я вхожу, — вздохнул Дин. Сэм не протестовал, когда старший брат намочил полотенце для рук и накинул ему на шею. Он сидел, свернувшись калачиком возле унитаза, избавляясь от скудных остатков вчерашнего обеда. После болезненного приступа сухой рвоты подросток наконец откинулся назад, снимая прохладную тряпку с шеи и вытирая рот. Дин опустился на колени рядом с ним. — Ты закончил? Сэм посмотрел на него остекленевшим взглядом. — Господи, надеюсь. Дин кивнул, мрачно улыбнулся и взял брата за руку. — Тогда давай вернём тебя в постель, Спящая красавица. Сэм не сопротивлялся, что нервировало, потому что мелкий был упрямым и не любил, когда с ним нянчились. И ещё более тревожным был тот факт, что он опирался на своего старшего брата всем весом. — Мне плохо, Дин. Дин почувствовал, как его сердце сжалось от сочувствия, его хватка немного усилилась. — Это научит тебя держаться подальше от плохих вещей, малыш. Сэм фыркнул. — Я не ел ничего плохого. — Я просто говорю: если ты думаешь, что сейчас тебе плохо, подожди, пока не столкнёшься с текилой. Сегодняшняя ситуация покажется прогулкой в парке. — Тогда я, пожалуй, пропущу похмелье. — Видишь, твои страдания не были напрасными. Нет шансов, что ты уступишь уговорам сверстников. Сэм посмотрел на него, когда они добрались до кровати, намереваясь сказать Дину, какой он придурок, но тут мир накренился, жестоко отбросив его назад в глубины кошмара. Жар и пламя хлынули навстречу, словно намереваясь выжечь всю кожу с его костей. Прошлая боль была ничем по сравнению с нынешней: она пронеслась от ног, зарылась в его нервную систему, пока не остановилась в тайниках его разума, где взорвалась головокружительным набором разноцветных осколков, посылавших шипы пыток в мозг. Как будто издалека, Сэм услышал собственный крик, почувствовал, что ноги подкосились, и он чуть не упал, но Дин успел его поймать. Старший Винчестер быстро протянул руку, чтобы поддержать Сэма, когда подросток споткнулся и обхватил голову руками. Он опустил младшего брата на ковёр. — Сэм! Дин слышал, как участилось дыхание брата, и Сэм снова задрожал. — Боже, — младший Винчестер задохнулся, пытаясь плотнее прижаться к брату. — Дин! Именно эта мольба — как в детстве — чуть не сломала Дина. — Эй, Сэмми, поговори со мной. Что происходит? — Моя голова, — выдохнул Сэм, зажмурив глаза. — Больно, — выдавил он сквозь стиснутые зубы. Дин продолжал держать Сэма за плечи, пристально вглядываясь в его лицо, пытаясь придумать, как помочь. — Просто дыши, Сэмми. Успокойся. Пот выступил на лбу подростка, его кожа приобрела нездоровый серый оттенок. — Дин, — снова прошептал Сэм, — что-то… не так. Это было и так очевидно. Дин крепче обнял брата. — Ты можешь двигаться? Давай вернём тебя на кровать. Сэм напряжённо кивнул. Огонь медленно отступил, и он вздохнул с облегчением. Он открыл полные слез глаза и посмотрел на старшего брата. — Я… в порядке, — дрожащим голосом ответил Сэм. Дин не был уверен: старался ли брат утешить его или пытался убедить в этом себя, — но старший Винчестер кивнул в знак согласия, вовсе не убеждённый. Он обнял Сэма за талию и поднял их обоих с толстого ковра. — Конечно, — пробормотал Дин, осторожно помогая Сэму лечь на кровать. — Но должен сказать, чувак, если ты станешь ещё выше, я не буду ходить рядом с тобой. Я должен поддерживать репутацию старшего брата. Сэм попытался улыбнуться, но судорожно вздохнул, почти рыдая от боли. Он не заплачет. Что с того, что кто-то внутри его черепа пытался прорубить себе путь наружу обжигающе горячим ножом? Он был Винчестером, чёрт возьми! Ему тоже нужно было поддерживать свою репутацию. Когда Сэм хотел приподняться, Дин осторожно толкнул его обратно на кровать. — Просто держись. Я позову папу. — Нет, — Сэм протянул руку и схватил брата за запястье. — Теперь я в порядке. — Чувак, ты чуть не потерял сознание. — Дин хмуро посмотрел на Сэма, когда тот крепче сжал его руку. — И ты дерьмово выглядишь, Сэмми. — Старший охотник положил тыльную сторону ладони на лоб подростка и нахмурился ещё сильнее. — Ты горишь. Это нехорошо, братишка. Ты определённо не в порядке. — Пожалуйста, — Сэм знал, что поступает мелочно, используя щенячий взгляд, но всё равно это сделал. — Дай мне минутку. Папа уже и так думает… — Что? — спросил Дин, которому не понравилась эмоциональная боль, промелькнувшая в тёмно-карих глазах. — Что думает папа? Сэм облизал губы. Ему вдруг очень захотелось пить. — Что я слабый. Что я не могу позаботиться о себе. — Сэмми, это неправда. — Дин покачал головой. Где его брат берёт эти нелепые мысли? — Это из-за поездки в Джерси? Сэм кивнул. — Он думал, что я буду вам мешать. — Он беспокоился о тебе, вот и всё. — Дин вздохнул. — Если он и сомневался в ком-то, так это во мне. — Пожалуйста, — повторил Сэм. — Принеси мне тайленол и воды. Боль проходит, клянусь. — Мне это не нравится, Сэмми. — Дин уставился на брата, ненавидя неуверенность на лице Сэма почти так же сильно, как явную боль, отпечатавшуюся в его глазах. Может быть, ещё не было необходимости привлекать к этому их отца. — Пока я сделаю по-твоему. Но ты должен пообещать мне, что если тебе станет хуже, ты скажешь мне. Всё это молчаливое страдание — дерьмо. Стоицизм тебе не идёт. Сэм не смог удержаться от смеха. — И это говорит король «Я в порядке». — Да, ну, это ведь я. — Ты такой лицемер. — Это прерогатива старшего брата. Делай так, как я говорю, а не так, как я делаю. — Я думал, это родительский кодекс. — Ну... — Дин махнул рукой в воздухе, ничего не говоря. Но Сэм знал, о чём он думает. О чём они оба думали. Дин был больше родителем Сэма, чем их отец. — Обещаю, — тихо сказал Сэм, и хотя он всё ещё выглядел измождённым, Дин кивнул и вышел из комнаты. Он всё ещё бормотал что-то себе под нос о том, какой он крутой, когда вошёл на кухню. От яркого света чересчур белой комнаты он заморгал и испуганно дернулся, услышав голос отца. — Чёрт возьми, папа, ты хочешь устроить мне сердечный приступ? — Для одной ночи с Дина было достаточно потрясений. Он, прищурившись, посмотрел на двух мужчин, сидевших на противоположных концах кухонного стола. Между ними стояли кофейник и бутылка виски. — И какого чёрта вы тут делаете? — Трудно уснуть в ужасе Эмитивилля, — пожал плечами Калеб, указывая на свою голову. — Особенно когда сидишь в первом ряду. — Опять шпионишь, Ривз? — Дин зевнул, не обращая внимания на вопросительный взгляд отца. Он подошёл к раковине и наполнил стакан водой, прежде чем повернуться к Калебу. — Так тебе и надо. Держи свой ум в своём собственном дворе. — Третий шкаф справа, — ответил Калеб прежде, чем Дин успел задать вопрос. Дин зарычал, а его друг ухмыльнулся поверх кофейной чашки. — Отвали, Калеб. — Что? — невинно спросил тот. — Ты знаешь что. — Дин схватил тайленол и направился к двери. — Сэмми в порядке? — спросил Джон, прежде чем его сын успел выскользнуть из кухни. Дин повернулся, избегая встречаться с ним взглядом. — Просто кошмар. — И всё? — спросил Калеб и за свою непрошеную заботу заработал патентованный раздражённый взгляд Винчестера. — Да, — натянуто ответил Дин. Он наблюдал, как Ривз нахмурился, и у него возникло ощущение, что его читают без разрешения — о чём они уже не раз говорили. — Клянусь Богом, Дэмиен... Он не договорил, когда Калеб вдруг скривился от боли и чуть не уронил кружку с горячим кофе. Экстрасенс со стуком поставил её на стол, отчего тёмное варево расплескалось по деревянной поверхности, и поднёс обе руки ко лбу. — Чёрт побери! — Калеб? — настороженно спросил Джон, переводя взгляд с Ривза на Дина. — У нас гости, — выдавил экстрасенс сквозь зубы за несколько секунд до звонка. — Что? — Джон встал, отодвинув стул. — Кто? Лицо Калеба немного расслабилось, но всё ещё сохраняло тень боли, когда он ущипнул себя за переносицу. — Я был нараспашку, когда эта сука… — Кто?! — снова спросил Джон, его мышцы напряглись, готовясь к худшему. В дверь позвонили ещё раз, и он задумался над тем, какой уважающий себя монстр сообщил бы о своём прибытии перед нападением. — Ведьма Хьюза, — рявкнул Калеб, поднимаясь на ноги. Он посмотрел на Дина, который смущённо переводил взгляд с друга на отца. — С ней Дюран. — Что происходит? — спросил Дин. — Иди и позаботься о своём брате, — приказал Джон, наблюдая, как его старший сын ощетинился. — Сначала скажи мне, что происходит. — Дин поставил на стол стакан воды и посмотрел на отца. — Ты не сказал, что произошло между тобой и Дюраном ранее. Сэмми намекнул, что не всё было так кошерно между вами двумя. Чего он хотел? Будут неприятности? По какой-то причине он заподозрил, что Дюран не просто навестил его в этот безбожно ранний час. Как обычно, его острый ум собирал воедино кусочки, и получалась очень уродливая картина. В конце концов, совпадений было слишком много. Хьюз как будто знал, что происходит и что они все не спят. Но это не имело смысла. Потому что Дюран Хьюз был медиумом, а не провидцем и не экстрасенсом. Но Калеб упомянул Сирию… — Ты можешь сказать, почему они здесь? — обеспокоенно попросил Джон Калеба. — Мне трудно вытолкать её из головы. — Возможно, именно этого и хотел Дюран. — Она не слишком изящна. — Это было преуменьшение года. На самом деле у него было ощущение, словно Сирия прорубала себе путь в его разум с помощью топора. — Почему бы тебе самому не открыть эту чёртову дверь и не спросить их? Не давая отцу шанса, Дин вышел в гостиную, подлетел к входной двери и открыл её сам. — Доброе утро, юный Винчестер. — Дюран улыбнулся и имел наглость протянуть Дину коробку с пирожными. — Я принёс завтрак. — Какого чёрта ты здесь делаешь? — прорычал Джон, не отставая от сына. — Что? Не хочешь пригласить брата? — Дюран нахмурился, когда ни один из Винчестеров не произнёс ни слова. — Хорошо, что я не вампир, — сказал он, театрально перешагивая через порог. — Где твой дешёвый сувенир с Марди-Гра? — спросил Калеб, пытаясь скрыть гримасу боли. Он указал подбородком в сторону входа. — Я чувствую запах её дешёвых духов. Дюран окинул взглядом молодого охотника, и Калеб пожалел, что не надел футболку. — Калеб, ты ранишь чувства Сирии. — Отзови её, Дюран, или я засуну твою голову в тиски. — сказал Джон, подходя к другому мужчине. Дюран рассмеялся. — О, с тобой не весело, Джон. — Он оглянулся через плечо. — Сирия, убери свои коготки, дорогая. Калеб большой плакса. Женщина вошла в комнату так плавно, словно шла по красной ковровой дорожке. Она улыбнулась трем мужчинам, когда Хьюз помог ей снять пальто. Несмотря на ситуацию, Дин не мог не заметить, что чёрное платье, которое Сэм описал ему ранее, было именно таким же сексуальным, как он себе и представлял. В любое другое время он мог бы пофлиртовать или, по крайней мере, сделать комплимент, но сейчас у него были другие заботы. — Спрошу ещё раз, — резко сказал Джон, — что ты здесь делаешь, Хьюз? Другой охотник повесил пальто Сирии на вешалку у двери, демонстративно положив пирожные на стойку рядом, прежде чем повернуться лицом к своей аудитории. — Я пришёл, чтобы уладить детали нашей охоты. Думаю, чем скорее мы начнём, тем лучше. Я знаю, что мистер Клайн очень хочет вернуть сына. И для этого ритуала время крайне важно. Новолуние через два дня, а духи, которые находятся здесь в течение длительного периода времени, могут быть, мягко говоря, раздражительными. Джон и Калеб настороженно переглянулись. — Я уже сказал, что не собираюсь участвовать в этом. — А я всё ещё верю в силу убеждения. — Дюран махнул рукой между ними. — А как насчёт верности Братства? Один за всех и все за одного. — Это мушкетёры, осёл. — Калеб закатил глаза. — Ты видишь, как мы скачем на лошадях с мечами наголо? Дюран усмехнулся. — Нет, но, должен сказать, этот образ возбуждает. Джон протянул руку, чтобы удержать Калеба от нападения. — Некромантия не является частью кодекса, Хьюз. На самом деле, это идёт против правил. — Ох, да ладно, — отмахнулся Дюран, шагая дальше в комнату. — Тёмная магия всё время используется среди нас, и ты это знаешь, Джон. Не все наши братья так чисты. — Его взгляд упал на Калеба. — Демонические существа были в наших рядах в течение многих лет. — Кто-то определённо должен был проводить более избирательную политику, — заговорил Дин, его зелёные глаза пригвоздили Хьюза к месту. — Где был швейцар, когда вы входили? Мужчина улыбнулся в ответ, не обращая внимания на подколку, и подошёл ближе к Дину. — Должен сказать, Дин, ты очень вырос с тех пор, как я видел тебя в последний раз. — Он оглядел парня с головы до ног, задержав взгляд на серебряном кольце на правой руке Дина. — Я вижу, ты официально присоединился к нам. — Дюран придвинулся ближе. — Ты уже создал себе репутацию. Возможно, ты захочешь помочь в этом предприятии, раз вы с Калебом вернулись раньше срока. Уверен, из нас получится интересная команда. Калеб метнулся так быстро, что Джон даже не заметил его движения. Ривз протиснулся между Дином и Хьюзом, схватил медиума за горло и прижал его к стене. — Я вырежу твоё чёртово сердце, Хьюз. Ты меня понял? Дюран выглядел не обеспокоенным, а очень удивлённым. Он рассмеялся или, по крайней мере, попытался рассмеяться, несмотря на то, что ему перекрыли кислород. — Что? Я просто был дружелюбным, — он ахнул, когда Калеб сжал крепче его шею. — Ты забыл, что я экстрасенс? — прорычал Калеб. — Я могу читать твои грёбаные мысли, больной ублюдок. — Я ничего не мог с собой поделать, — прошептал Дюран. — Он напоминает мне тебя в этом возрасте. Калеб задрожал от ярости, его руки инстинктивно сжались на шее мужчины. Он чувствовал, как кровь его врага течёт по сонной артерии, почти ощущал лёгкий страх, который медленно поднимался в душе Дюрана. Охотник наклонился к медиуму, почти касаясь губами его уха. — Подойдёшь к нему — и я без колебаний убью тебя, в Братстве ты или нет. — Калеб! — рявкнул Джон. — Отпусти его. Младший охотник неохотно сделал то, что сказал Винчестер, ещё раз сильно толкнув Хьюза в стену. Но тот факт, что он держался между Дюраном и Дином, не остался незамеченным для Винчестеров. — Чувак, прекрати эту телохранительскую рутину, — пробормотал Дин, как только Калеб подошёл достаточно близко, чтобы ему не пришлось повышать голос. Ривз посмотрел на него через плечо, но ничего не сказал. Дин не двигался: что-то в том взгляде, который Дюран бросил на него перед тем, как вмешался Калеб, удержало его от продолжения спора. Джон ткнул пальцем в Дюрана, его собственные защитные инстинкты были на пределе. Хьюз стоял слегка сгорбившись, пытаясь отдышаться. — Убирайся, Хьюз, пока я не забыл, что ты носишь это кольцо, — Джон указал на дверь. — Сейчас же! Наконец Дюран выпрямился, разгладил складки на рубашке и взял себя в руки. — Я не уйду, пока мы не закончим наши дела, — сказал он, потирая горло. — Ты действительно настолько глуп? — спросил Калеб. — Мы не собираемся тебе помогать. — Если только помощь не состоит в том, чтобы найти тебе дорогу в неглубокую могилу, — холодно добавил Дин. Он не часто сталкивался с Дюраном, но видел и слышал достаточно, чтобы понять: Сэм был прав, он не был другом. — Ах, но вы даже не слышали, что я готов дать вам взамен. — Нас не интересуют твои деньги, — ответил Джон. — Я думаю, ты знаешь меня достаточно хорошо, чтобы понять это. — Я знаю, что тебя интересует. — Серьёзно сказал Дюран, веселье исчезло из его глаз, сменившись хмурым взглядом, который испортил его красивые черты. — То, что вас обоих волнует. — Его взгляд упал на Калеба, прежде чем переключиться на Дина. — А тебе, юный Дин, должно быть особенно интересно то, что я могу предложить. — Оставь его в покое, — зарычал Калеб. — Почему? — рявкнул Дюран с ноткой гнева в голосе. — Ну же, Калеб, кажется, ты понимаешь всё о младших братьях и желании сохранить их в безопасности. На карту поставлено очень многое. — О чём ты говоришь? — спросил Дин, выходя из-за Калеба. Волосы на его затылке встали дыбом, когда в него впились холодные глаза медиума. — Я говорю о твоём младшем брате, Дин. О Сэмми. Мне очень жаль, но он в большой опасности. Дин окинул взглядом комнату в поисках источника угрозы, которую мог упустить. Его рука судорожно сжала пузырёк с тайленолом, который он всё ещё сжимал в кулаке, и он оглянулся в сторону коридора. — Где ведьма? — внезапно зарычал Калеб, и Дин снова посмотрел на него. Джон тоже повернул голову, ища Сирию, которая, очевидно, исчезла во время отвлекающего манёвра, устроенного Дюраном. — Сэм, — испуганно сказал Дин, поворачиваясь. Ноги быстро несли его к младшему брату ещё до того, как он успел подумать о движении. За спиной послышались шаги отца. Но всё внимание Дина было сосредоточено на Сэмми и на том, чтобы добраться до него вовремя. Раздражающий тихий голос насмехался над ним, жестоко упрекая, что он уже опоздал.