Сердце и башня Тони Старка

Весь оставшийся день Тони ходил довольный, как сытый кот, с красными щеками и затуманенными глазами. Естественно, так сильно рисковать в жизни он вряд ли ещё раз попробует, но о да, ему так понравилось, что губы горели сладким огнем ещё долго-долго. Никто из команды не знал, отчего это Энтони вот... Ну, вот такой, и, что лучшее для Старка, Стив был в таком же недоумении, что и все. Тони это устраивало. Тони вообще устраивало все, что происходило сегодня. Между тем, Фьюри с чего-то решил, что команде надо отдохнуть, и организовал им вечер, оплатив всю выпивку. На кой это надо было, если Мстители были на последней миссии уже очень давно, Тони даже не представлял, но пришел к выводу, что то, что творится в этой лысой башке, творится не просто так. Вечер так же предстал Старку как отличная возможность побыть с Капитаном и выпить. А выпить Тони ну очень любил, что уж говорить о сексуальном суперсолдате. Вечером Роджерс, стоя перед зеркалом в полный рост, расположенном на шкафу Стива, придирчиво рассматривал себя. Как девушка перед первым свиданием. Он порозовел и попытался отмести от себя эти мысли. Да, он шел ради Тони, но не только же! Надо просто повеселиться. Вздрогнув, Стив подошёл к старомодному, но хорошо работающему радиоприемнику и переключил станцию. Он часто слышал ту песню, она была веселой, и Тони часто настукивал ее ногтями, но Роджерсу было не по себе от припева. "Ещё один пылью стал"–было в этом что-то жуткое. Воспоминания о войне, смертях невинных людей и смерти лучшего друга-Баки. Если бы умер ещё кто-то, к кому он близок, он вряд ли бы перенес это и остался бы адекватным. На следующей радиостанции заиграла бойкая, современная песня, исполняемая красивым женским голосом. Он слышал ее, однажды, из очень странного места–из окна хирургического отделения больницы. Следом за песней раздался чуть усталый и приглушенный, видимо из-за медицинской маски, мужской баритон: –Beyonce, "Single Ladies". Ты за дурака меня держишь? Мне тут человеку опухоль вырезать, а ты меня так принижаешь, поставь другое. Стива это позабавило. Он слегка нервно хохотнул, на всякий случай помолился за здоровье пациента на операционном столе и пошел мимо. Одевшись, наконец, солдат причесал волосы, выключил радиоприемник, свет, вышел и закрыл за собой дверь. Энтони сегодня был придирчив к себе даже больше, чем обычно. Казалось бы, простой вечер, но наша королева должна была просто блистать. И уж так вышло, что зашли они одновременно, но с разных входов, застыли и уставились друг на друга со схожими мыслями. В голове Старка вертелась единственная мысль, что пока Стивен Роджерс существует, он красивее не станет ни-ког-да. Он просто горел от Стива, впрочем, что было часто. Тони никогда не привыкнет. А Стив... Стив снова почувствовал себя школьником, который влюблен в первый раз. Он превозносил Тони, как греческого бога, всемогущего, хитрого, умного и любящего слегка пошалить. Ну и, естественно, божественно красивого. И сейчас Стив был красным, готов был заикаться и глупо улыбаться и не мог по другому. По крайней мере, такие красота и восхищение творились только в головах двух мужчин. На деле же, лидеры Мстителей просто стояли напротив друг друга и пялились секунд 30, пока их не прервала Наташа своим чуть язвительным покашливанием. Она знала, она явно видела, как двое взрослых, солидных и знаменитых мужчин таскались друг за другом, влюбленные по уши, будучи уверены, что это невзаимно. Наташа могла бы все сказать или давно уже свести их, но она точно знала, что это само произойдет, и скорее всего скоро, и развлекалась, подкалывая и подстегивая обоих. Мужчины пришли в себя, и шестерка наконец-то села за стол, каждый взял выпивку и начали разговаривать, пока что по парам. Вечер только начинался.