we are not friends

В комнате Чимина по-прежнему тихо. Он беззаботно дует пухлые алые губы, перебирая пальцами измятый кусок застиранного одеяла и видя сон, наверняка усыпанный сладкой ватой и плюшевыми пони, пока Хосок подбирает свои вещи с пола, даже не стараясь быть тише. Ханбина, с которым они потерялись в разгар вечеринки, все еще нет, и, решив не задерживаться, Хо возвращается в свою комнату. Он едва уходит от очередного столкновения в коридоре, когда парнишка, который слишком хрупким кажется и на голову ниже, выходит из знаменитой комнаты 408, тихо извиняется, и, очень неумело пытаясь скрыть свой интерес к неожиданной обнаженке, садится на диван, потупив немного сонный взгляд. Хо все еще без футболки, что делает его путешествие к другу совершенно бессмысленным. А за дверью той самой 408-й доносится громкое бормотание и споры, но Хосок не старается вникнуть, а просто к себе заходит, делая еще пару шагов, и хлопает дверью. Дальше по расписанию. Душ, легкий перекус, которого недостаточно, и просмотр фильмов на ноутбуке, который, взвесив все «за» и «против», Хосок приобрел на днях. «Не понимаю, как ты без него живешь вообще!» Это обвинение он слышал от Чимина так часто, что просто сдался. На острове в чудо-машине не было никакой необходимости, так как каждый день был расписан по минутам. На развлечения, вроде этого, элементарно не было времени. И даже если оно появлялось, то Хо предпочитал тратить его на прогулки или встречу с друзьями. Его не интересовала другая реальность, когда своя вполне красочная и увлекательная. Такие вот приоритеты. А на случай важного домашнего задания он всегда мог посетить местную библиотеку. Без понятия, как вообще сделать выбор и какой фильм включить, Хосок заходит на первый подобранный поисковиком сайт и пробегается по жанрам, чувствуя, как ноутбук накаляется и греет живот, на котором лежит. Студент возится в постели, первым делом смотря какую-то комедию про заключенных, а после, отставив компьютер на стул рядом, включает выскочивший в рекомендациях фильм «Люди в черном», который так удачно оказывается в нескольких частях. А Хо сам мысленно посылает сигналы Чимину, чтобы тот скорее проснулся, и они сходили и, наконец, нормально пообедали, хотя время уже подходит к ужину. Желудок не понимает, почему все еще пуст, и тихо жалобно поскуливает. Фильмы оказывается довольно увлекательными, так что Хосок не засыпает, как предвидел, а быстро переключает с части на часть, только дотянувшись до пачки с овсяным печеньем. Неожиданный стук в дверь заставляет парня вздрогнуть и, отрывая взгляд от экрана и не ставя на паузу, подорваться с места. — Открыто! Хо не успевает дернуть за ручку двери, как та едва ли не встречается с его лбом. Но вместо голодного и сонного Чимина первогодка видит двух незнакомцев. Один из них широко улыбается, на что Хо просто не может не ответить собственной улыбкой, а второй позади смотрит наоборот немного враждебно, да и вообще отчужденно выглядит, будто совсем не хочет быть там, где есть. — Слышали, что у нас новый сосед. Так что забежали знакомиться. Не против? Хосоку нужно немного времени, чтобы догадаться, что это за ребята, когда они просто заходят внутрь и вольно осматриваются. Он озадаченно почесывает шею, но против незапланированного визита ничего не имеет, припоминая про себя рассказы Ханбина об этой обособленной волчьей стае, которые, кажется, расходятся с реальностью. — Ты ведь Хосок? Говорит снова улыбчивый гость, подергивая красивыми запястьями, на одном из которых болтаются несколько тонких подвесок, похожих на самодельные. Угрюмый же, поджав тонкие губы, тянется к рамке с той самой фотографией, что сделал Чимин перед отплытием с острова, но не успевает даже коснуться, как его разворачивают лицом к Хосоку, принуждая к участию в беседе. — Я Тэхен, а этот, — он тычет пальцем в грудь своего спутника, что руку в приветственном жесте поднимает. — А это Юнги. Мы живем за стенкой. Это неожиданное знакомство разбавляют тихие голоса героев с экрана, и Тэ, сам подчиняясь любопытству, заглядывает в него. — Я вроде как в курсе, — признается Хо, отряхивая руки от крошки рассыпчатого печенья. — Привет. Юнги гнет бровь и тихо хмыкает, продолжая настойчиво молчать, пока Тэхена за футболку на себя не тянет и к уху, пробитому аккуратным пирсингом, не приближается губами. Слишком близко для необходимого в такой ситуации расстояния. — Может не стоит? — Не трогай меня, животное, — шипит сквозь зубы Тэхен, который все еще злится на своего парня за ночную оплошность и нарушение золотого правила. Хорошенько отметелив его днем в комнате, сейчас пихает локтем в бок и снова улыбается мало что понимающему Хосоку. — Мы хотели пригласить тебя поужинать. Не против? Хо почему-то неловко, и есть некоторое желание отказаться, но желудок решает иначе, громко отвечая вместо глупого хозяина. — Вот и отлично. Поедим лапши? Тут недалеко. Юнги предложение не нравится, но, в качестве провинившегося, соглашается на все. Как и Хосок, сразу вспоминая про мертвоспящего Чимина. — Мы хотели перекусить с другом. Он еще спит, так что я пойду его толкну. — С другом? — переспрашивают гости, быстро переглянувшись. Но Хо, уже захлопнув ноутбук, шагает в сторону комнаты Пака и врывается без стука, а Тэ и Юнги, немного опешив, так и стоят посреди чужой комнаты, провожая парня взглядами. — Этого в планах не было, — бормочет Тэхен, убирая руку Юнги со своей талии. — План изначально хуе… тупой был, — успевает поправить себя Юнги и, смирившись, топает наружу. Хоби бесцеремонно проникает в комнату и подсаживается к все еще спящему Паку. Он зажимает пальцами его нос, пока тот не начинает ерзать на месте, открывая рот пошире, нуждаясь в большем количестве кислорода. Он, словно испуганный зверек, подскакивает на месте, будто на него нападают, и машет рукой, отбиваясь от несуществующей угрозы. — Ты чего? — возмущается он, снова прячась под одеяло и понимая, как же сладок был его сон. — Сколько можно спать? Я есть хочу. Но Чимин не сдается и начинает ногами друга с постели сталкивать, требуя тишины и покоя. Последняя веселая ночка не прошла бесследно. — Иди и ешь. Оставь меня. — Те парни из соседней комнаты пригласили. Не хочу идти с ними один, — пытается уговорить Хо, на самом деле зная, как Чимин хочет с теми познакомиться. Причины этого страшного интереса он не уточнял. — Приятного вам аппетита. Нависает короткая молчаливая пауза, после которой Чимин откидывает одеяло прямо на друга и, отрывая голову от смятой в ком подушки, гладит спутанные волосы, в которых застрял мусор от вчерашних конфетти. — Соседней комнаты? Хосок кивает, вытаскивая бумажки из темных мягких локонов Чимина, что торчат во все стороны. — Когда? — Они ждут снаружи. Пак телепортируется из постели в ванную, тихо матерясь. Ему хватает пары минут, чтобы привести себя в порядок и избавиться от ужасного запаха изо рта. И возвращается в тот момент, когда нетерпеливый Тэхен заглядывает в комнату. — Ну так что, мы идем? Снова эта его квадратная подозрительная улыбка. Он переводит взгляд на немного сконфуженного Чимина и машет ему, взглядом с головы до пят пробегаясь. — Добрый вечер. — Да, идем, — отзывается Хосок, подбирая с пола кошелек Чимина и ему его передавая, а тот даже не успевает порассуждать, почему ребята вообще позвали их куда-то и почему так чертовски внезапно. Он оставляет размышления на потом, а сейчас скромно представляется, все еще сонно топая позади старших, но быстро осознает, что этих двоих он точно встречал ранее. На первом этаже, в комнате коменданта тихо играет классическая музыка, а в окошке показывается тот самый дежурный, с которым Хосок и Чимин так и не решились познакомиться поближе. Однако Юнги, неожиданно останавливаясь, протягивает через проем руку для рукопожатия, а на лице появляется что-то похожее на улыбку. — Хорошей смены, хен. Мы перекусить. Захватить тебе лапши? — Я бы съел чаджанмен, спасибо. Юнги только кивает мужчине и, дождавшись, пока Тэхен тоже перекинется с ним парой непринужденных фраз, оба выходят на улицу. Младшим ничего не остается, кроме как тоже поздороваться, однако ничего пугающего в коменданте не замечают и покидают душные стены общаги по примеру своих сонбэ. Лапшичная всего в пяти минутах ходьбы, и компания, как бы комично не выглядело со стороны, идет в ее сторону в безобразной тишине. Каждый думает о чем-то своем. Хосок придумывает, чего и сколько порций он хочет съесть, стараясь игнорировать обнаруженное на рукаве багровое пятно, оставленное соусом или вином, а Чимин слишком уж внимательно наблюдает за вперед идущими, которые в словах не нуждаются, чтобы друг с другом пофлиртовать. Рассказ Ханбина об их неоднозначных отношениях прочно сидит в голове Пака, который теперь во всем находит другой особенный смысл, а в груди в вихрь закручиваются сгустки легкой зависти. В отличие от Хосока, у Чимина никогда не было отношений и уж тем-более нет сексуального опыта, так что даже друг в его глазах кажется гораздо старше, и это при том, что они ровесники. Первым безмолвие рушит Хосок, который неожиданно вспоминает, что шагает рядом с возможными толстосумами. — Я слышал, что вы при деньгах. А почему живете в общаге? Все из его новых знакомых в университете не имеют за плечами состоятельных родителей или трещащих по швам кошельков, потому-то и любопытствует, не задумываясь о такте. Юнги морщит нос, собираясь возразить, но Тэхен опережает его своим бархатным смешком, находя в этой бесцеремонности нечто обаятельное. — Прямой, как рельса, — бормочет куда-то в сторону смущенный Чимин. — Здесь весело, — жмет плечами Тэ, подмигивая Мину, который на это лишь вздыхает, быстро моргая и воротя нос на клишированный ответ. — И больше свободы. Это что-то между строк, что понятно только старшим. Так подмечает Чимин, находит это каким-то увлекательным и достаточно личным, из-за чего возникает желание защитить эту их историю от любопытного Хосока. Но Пак-романтик не успевает сменить тему, как это делает Тэхен, теперь уже не собираясь замолкать. Он быстро находит тему для разговора, а точнее приводит план узнать Хосока поближе в исполнение. Спрашивает парней о выбранном факультете, любимых исполнителях, фильмах и обо всем, что только приходит в голову, когда они уже сидят за круглым столиком уютной кафешки в ожидании заказанной еды. Только вот компромат собирается больше на Чимина, который оказывается более разносторонним в плане интересов и вкусы которого Тэхену оказываются очень даже близки. А ответы Хосока односложные, потому что ничем, кроме книг, спорта и рыбалки тот не увлекается. Так что на большинство вопросов он просто жмет плечами, и только тема книг не обходит его стороной. Тут, неожиданно для себя самого, в игру вступает Юнги, оказываясь с Хо на одной только еще набирающей высоту волне. В итоге, он даже советует рыбаку немного интересного на свой взгляд чтива, но медленно сбавляет темп, когда ловит на себе недоумевающий взгляд Кима. — Я засыпаю, стоит мне прочесть пару страниц чего-нибудь, — бормочет Чимин, ловко цепляя палочками почерневшую от грибного соуса лапшу. Тэхен ему поддакивает, похищая у Юнги половину яичного желтка, который тот на дух не переносит. Вторую Мин сам убирает в тарелку парня, тут же продолжая наворачивать все еще горячий рамен. А Чимин с этих жестов еле заметно ухмыляется, быстро отводя взгляд, скрытый лисьим прищуром. Первым трапезу заканчивает Тэхен и, проведя кончиком языка по ровным зубам в поисках затаившихся кусочков еды, руки перед собой складывает. Лицо его теряет прежнюю беззаботность, да и улыбка уже не так ослепляет. Хосок бы обязательно оценил это спонтанное, как и все здесь происходящее, изменение, если бы не был так увлечен обнаруженным чудом кулинарии. — Парни, вы ведь с Хыксандо? И лишь этот вопрос заставляет младших сосредоточиться и поднять лохматые головы. Юнги же продолжает размешивать палочками мутный бульон, цепляя оставшиеся ниточки лапши. Хосок смотрит пристально, пока соображает что к чему. — Так вот где я вас видел. На экскурсии, да? Тэ низко кивает, подчерпывая подбородком воздух, и обнажает зубы в улыбке. Чимин со своими мыслями, пусть не сразу, но догоняет, и вообще приборы из рук убирает. — Точно ведь! — тянет он на выдохе, немного пораженный. Может и нет здесь ничего удивительного, ведь он еще тогда предполагал, что сможет пересечься с кем-то из гостей острова в будущем, которое наступило и как-то уж очень быстро. — Помню же, что уже видел вас где-то. Ничего себе. — Так вот оно что, — невзначай бросает Хо и закидывает ногу на ногу, шурша мешковатыми штанами и руками за лодыжку придерживая. Эта неоднозначная реакция заставляет отвлечься даже Юнги. Он поднимает на парня вопросительный взгляд, требуя пояснений. — Почему вдруг решили пригласить нас? — уверенно спрашивает Хосок, болтая ногой, на самом деле таким жестом избавляясь от напряжения. — А что такого? — Вы же не особо с кем-то общаетесь, нет? Он скорее спрашивает, чем утверждает, потому что все, что он о парнях знает — слухи, необоснованные и до этого не имеющие для Хосока никакого значения. Даже сейчас его это не особо волнует. Может, ровно столько же, сколько то, пойдет ли завтра дождь или не забудет ли он по пути домой купить закусок на вечер. Чимин уже даже не пытается скрыть смущения от прямолинейности друга. И, если признаться, именно подобного качества ему не хватает. Подобной уверенности и абсолютно во всем. — А вы много про нас слышали, да? — с усмешкой интересуется Тэхен, сжимая сухие пряди волос на своем затылке, путая те еще сильнее. И с таким выражением лица, словно все это действительно что-то необычное. — Мы что, звезды какие-то… — Юнги бурчит себе под нос, но без обиды или какого-то упрека, потому что на правду не обижаются. Он все еще не в восторге от того, что согласился на спонтанную затею своего парня. — Да, у нас довольно узкий круг общения, — наконец соглашается Тэхен, конечно же имея ввиду исключительно друзей. — Но что, если нам просто захотелось? Это плохо? Кажется, будто атмосфера немного меняется, незнакомое и ожидаемое напряжение нарастает, но Хосок внезапно меняется в лице и поражает своей самой широкой улыбкой, разбавляя почти созревшую между всеми неловкость, не имея причин и дальше копаться в подобной ерунде. — Хах, с чего бы. Это отлично! Тэхен в оба глаза смотрит на первогодку и с такой его беззаботности издает что-то похожее на кошачье фырканье. Да и сама ситуация такая незначительная, если на то пошло. И не так уж важна истинная причина их встречи по имени Чонгук, который сейчас наверняка тоже неплохо проводит время дома со своей семьей и совершенно ничего не подозревает. Тэхен считает своим долгом позаботиться о том, чтобы очередная влюбленность младшего окончательно не растворила его рыхлое от преследующих неудач сердце. Просто Тэ будет готов и рядом на случай, если нужно будет сказать дорогому другу «стоп». Разговор студентов снова уплывает в далекие дали, к теме университета и мелких увлечений, к обсуждению которых присоединяется и Хосок. За разговорами улетает еще порция закусок и лапши, а официант только и успевает забирать пустые тарелки. Когда за окном уже темнеет, а пустующее недавно заведение забивается под завязку, им приносят чек. Тэхен ловко хватает его, даже не интересуясь стоимостью их плотного ужина. — Старшие сегодня угощают, — объясняется он тут же, выуживая из кармана кредитку, а следом и мобильный с здоровой трещиной на защитном стекле. Юнги цокает языком и опускает голову, понимая, к чему все идет. В ту же секунду Тэхен разворачивается и вытягивает руку, захватывая в кадр каждого за столом. — Малы… Юнги, смотри в кадр, — едва не сорвавшись на уменьшительно ласкательное, просит Тэхен, не имея претензий к расслабленным и готовым к съемке младшим. Мин лишь рукой машет и игнорирует банальную просьбу, протягивая руку к жвачке, что подали вместе с чеком. Искусственный щелчок затвора, следом еще парочка. Тэ поворачивается обратно и на пару минут уходит в себя и твиттер, чтобы поделиться приятным моментом, успевая подметить, что их новые знакомые действительно симпатичные ребята. Нажимая на кнопку «отправить», в уме подсчитывает, сколько нужно ждать до звонка ошеломленного Чонгука, который наверняка высоко оценит такое обновление. Счет оплачен, только приготовленная лапша для коменданта у Юнги под рукой, но он внезапно протягивает теплый пакет Чимину. — Вы же сейчас в общагу? Передайте хену в комендантской. Младшие переглядываются, вспоминая тот короткий диалог в холле, и молча кивают, не думая сопротивляться. Тэхен с Юнги переговариваются на счет такси, когда компания покидает лапшичную, а Чимин задумчиво вертит пакет, пока не слышит из уст Тэхена, который быстро отходит в сторону, отвечая на звонок, знакомое имя. — А ты быстро, Гук-а. Понравилось? Погоди, погоди… Тэ смеется, а продолжение все труднее расслышать, но даже этого небольшого отрывка Чимину достаточно, чтобы дернуть головой с легким подозрением. Он по привычке слишком сильно уходит в себя, не слыша даже того, о чем болтают остальные прямо возле него. — У нас еще дела, — считает нужным объясниться Юнги и пятится в сторону Тэхена. — Увидимся. Он салютует в прощальном жесте. Тэхен машет следом, выкрикивая «отлично посидели», после чего оба скрываются за поворотом, и то, только потому что Юнги тянет за футболку второго, уж очень увлеченного разговором по телефону. Чимин молчит еще пару секунд, после чего громко выдыхает и вручает Хосоку пакет с чаджанменом. — Эй! — Ничего не знаю. Мин с ехидной ухмылкой жмет плечами и водит ладонью по набитому вкусной едой животу, осознавая, что неплохо так заправился. Он ликует до тех пор, пока друг не напоминает о том, что кто-то, пребывая под впечатлением от нового знакомства, совсем забыл про сеульский акцент, из-за чего между ними завязывается шуточная перепалка. Они идут уже знакомой дорогой, торопясь лишь потому, что лапша может разбухнуть, а ведь она — шанс наладить вполне нужные связи. — Оказывается, у меня есть сосед. Хосок вспоминает об удивительной встрече с Чонгуком и улыбается, сам того не замечая. — Правда? — немного безразлично переспрашивает Пак, пока снова не слышит имя популярного студента. Чимин слишком мнительный, ему стоит реже читать красочные романтические новеллы и переносить все в эту реальность, где уж точно не все население планеты хотя бы бисексуально, но эта ситуация кажется ему немного подозрительной. Живя с Ханбином в одной комнате, он узнал гораздо больше о нашумевшей компании, но, по какой-то причине, ничему, кроме особенных отношений Тэхена и Юнги, подтверждений до сих пор не находит. — Он врезался в меня утром. И знаешь, Ханбин много чего наболтал нам, но Чонгук выглядел довольно дружелюбно. Сказал, что скоро заселится. Он говорит об этом так просто и невзначай, хотя иначе и быть не должно. Ведь лишь для Чимина это похоже на завязку выдуманной истории. — Но у него же. — заикается Чимин, тут же проглатывая остаток предложения. «У него своя квартира». Хосок поднимается по крутым ступенькам крыльца общежития и тормозит, когда друг резко замолкает. Тот быстро в себя приходит и осознает, что в собственных выдумках теряется, что это просто случайность, да и звонок Тэхену мог значить что угодно. Пак тихо посмеивается с собственной глупости, машет аккуратной ладонью перед своим носом и толкает друга к двери, за которой их поджидает ситуация поэкстремальнее. *** Чонгук, после пары выпитых бокалов полусладкого и вечера откровений с братом, чувствует в конечностях приятную усталость и наперед знает, что отключится в ту же секунду, как голова коснется подушки. Но он продолжает стоять в коридоре, найдя опору у ближайшей стенки, пока Джин обувается и любуется собственным отражением в зеркале. Младший не успевает попрощаться, как на мобильный, спрятанный в кармане растянутых штанов, прилетает ненавязчивое уведомление. — Я ушел. Джин не успевает открыть дверь, как за его спиной раздается внезапный писк. Он даже вздрагивает от неожиданности, тут же разворачиваясь и наблюдая, как пальцы младшего брата скользят по экрану телефона туда-сюда. — Ты что, в лотерее выиграл? — требует объяснений он и ближе подходит, в телефон заглядывая. На весь экран чья-то загорелая мордашка, украшенная красивой широкой улыбкой. Много времени не требуется, чтобы понять, кого с таким любопытством и слюной у рта разглядывает Чонгук. — Тот парень? Младший лишь мычит в ответ, а Джину остается только как-то по-отечески улыбнуться и по волнистым волосам брата ладонью провести, прежде чем все же отправиться домой. — Не засиживайся допоздна. Как только старший переступает порог, а дверной замок громко щелкает, Чонгук тут же ищет номер Тэхена и словно голодный зверь грызет собственный палец, считая раздражающие гудки. Долго ждать не приходится, и смех друга вместо приветствия сообщает о полной предсказуемости младшего. — Что за херня? Где вы? Это ведь Хосок, да? Тэ не может перестать смеяться, но все же удовлетворяет едкое любопытство коротким рассказом, огорчая тем, что эта пропущенная Гуком вечеринка уже закончилась. — Я без понятия, что со мной… Я заверещал, как школьница, когда увидел фото. Знаешь, рядом с ним вы становитесь такими неприметными. — Эй! Ты настолько вкрашился в него? Это ведь клиника, Чонгук. — А может все-таки любовь с первого взгляда? — Воу-воу, притормози, принцесса. Не делай поспешных выводов. Но Чонгука мнение друга не особо интересует, особенно под влиянием момента. Он с трудом отмахивается от идеи поехать в общежитие прямо сейчас. — О чем вы говорили? Черт, это нечестно, Тэ. Ты должен был позвонить. Чонгук жалуется несмотря на собственную занятость, но он уверен, что нашел бы способ сбежать с семейных посиделок пораньше. — Спокойствие, Гук-а. Мы просто разведали обстановку. У тебя еще будет время узнать его поближе. А так, приятный малый этот Хосок. Чонгук улыбается так, будто это его самого только что похвалили, погладив по головке. Он почему-то и сам уверен, что в этот раз точно не ошибся, хотя этому нет никаких адекватных подтверждений. — А как у тебя дела? Как родители? Но у Чонгука совершенно другой настрой, чтобы говорить на посторонние темы. Он отмахивается дежурным, но все же честным «отлично» и передает привет Юнги, бормочущему что-то в трубку, после чего роняет себя на кажущуюся сейчас слишком мягкой постель. У него в голове целый приключенческий фильм и тонна благодарностей судьбе, которая определенно в этом водовороте замешана. Не то, чтобы Хосок полностью подходил под нужный Гуку типаж. Просто он что-то новое, к чему парня ненормально тянет, стирая любые противоречащие предпочтения. Чонгук решает не медлить с переездом и прямо с утра начать паковать свои вещи. Он, продолжая улыбаться и не стесняясь собственного разыгравшегося воображения, проваливается в крепкий сон, планируя приблизить наступление завтрашнего дня и предстать перед Хосок в своем лучшем виде.