Мой дом - это ты

Ужасно болит голова. Ломит спину. Голоса... почему он их не слышит? Чарльз попытался открыть глаза, зрение возвращалось очень медленно, поэтому пока он мог видеть только странный голубой блеск. Вокруг были одни окна? Где он, черт возьми? Мозг сразу стал вбрасывать моменты из вчерашнего? дня: вот он отправил Хэнка в здание, помог подняться девочке, успокоил пару проходящих мимо людей, потом попытался достучаться до сознания Эрика, залез в сознание Хэнка, попытался снять шлем, после того, как ничего не получилось, хотел было залезть в сознание девушки, но вот незадача, она была в настолько сильном гневе, что Чарльзу стало так больно, что он потерялся, а дальше только отдаленные крики, а затем вообще темнота... Он попытался подняться, как делал это каждое утро, качая пресс (в смысле пытался сесть в кровати и переползти на кресло). Он аккуратно поставил руку сбоку от себя, а затем неосознанно поднял ногу. -Какого хрена? Ноги послушались его, он мог шевелить каждым пальцем, совершенно не прилагая усилий. Это сон? Или он умер? Это бы объяснило свет и странную обстановку, или не совсем. - Чарльз, ты проснулся. Знакомый голос человека, которого слышать не хотелось больше всего, особенно после вчерашнего. Ну вот. Теперь это было похоже на ад (если подумать хорошо, то рай). -Да, я заметил. Он окинул взглядом сидящего неподалеку Эрика. Выглядел он почти обычно, за исключением, разве что, его прикида, что совершенно не соответствовал его стилю (уж слишком оранжевый) и ошейника, и что-то подсказывало Чарльзу, что это не для ролевых игр. - Что происходит? Где мы? - Мы в тюрьме, если ты еще не понял. Или ты думал, что я просто пригласил тебя на чай, а ты отрубился? -Эрик издал короткий смешок. Все это было бы похоже на шутку, не очень удачную, но все же шутку. Сейчас Хэнк выпрыгнет с шариками и скажет ему, что сегодня первое апреля. - Подожди, я похоже неправильно услышал, где мы? - В тюрьме, Чарльз. Или ты думаешь, я ношу ошейник как украшение? У тебя, кстати, такой же. Это место предназначено для мутантов. Ошейник подавляет, а точнее, полностью нейтрализует наши способности, иначе я давно бы снял эту штуку и пошел домой. - Но как? Почему я здесь? Чарльз начал паниковать. Он не должен находиться здесь! Он не преступник, он ничего плохого не сделал, наоборот, пытался остановить убивающую людей девушку! - А, значит мое присутствие здесь, ты принимаешь как должное. Славно. Если вкратце, то похоже люди только и ждали, когда мы окажемся на месте происшествий, чтобы повесить на нас вину. Мутант, который способен узаконить мутантов в обществе, и мутант, который способен развязать войну. Что может быть лучше поимки двух самых влиятельных сверхлюдей? - Не называй меня так, прошу. -Чарльз скорчил гримасу отвращения. - То есть, нам ничего не сказали, просто завернули и швырнули сюда? Откровенно говоря сил не верить не было, как и сопротивляться. Оставалось только смириться, проснуться и поговорить с начальством. У него все-таки связи как никак, его должны выслушать. - Так точно. Спокойный голос Эрика бесил, просто выводил из себя! Они заперты в чертовой камере не понятно насколько и без какой-либо на то причины, а этот идиот, из-за которого они здесь и оказались, просто принимает это как нечто обычное и нормальное. - Ну ты и балван! Если бы не ты, я бы сейчас был в школе! И девушка была бы сейчас там! И я бы не оказался в этой камере с человеком, которого не хочу видеть! - Ты сейчас не в том положении, чтобы угрожать мне. Это бессмысленно. Я точно так же как ты не хотел этого, и если бы ты не помешал, я бы просто помог ей убить ее мать и увез бы оттуда. Возьми себя в руки и перестань на меня орать. Как бы тебе не хотелось в это верить, но я не причина всех твоих проблем. Эрик выглядел совершенно холодным, он не реагировал на резкие слова, сказанные в его сторону Чарльзом. Он стоял, в этом тюремном костюме (что, кстати, был ему очень к лицу), с чуть отросшими волосами, легкой щетиной, красивыми холодно-серыми глазами и даже, черт возьми, небольшой усмешкой. Спокойный взгляд был отвернут чуть в сторону, как бы намекая, что разговор ему не интересен. - Как же мне не повезло с соседом. "Как не повезло и с выбором моего сердца, если тебе интересно, железа кусок". Он потянулся, чувствуя, как затекли пальцы ног и мышцы в целом. Попытался встать, и когда это не получилось, решил, что лучше пока посидеть. - А... почему я собственно, в смысле мои ноги, они- - Двигаются? В тюрьме нет удобных склонов для колясок, так что твое кресло пришлось оставить на входе. Они вообще собирались просто положить тебя сюда, а дальше ты как бы сам, но я рассказал, что у Хэнка есть шприцы, при использовании которых ты можешь ходить. Они проверили их и разрешили взять. Я поставил тебе одну дозу, как только мы попали в камеру. - Спасибо? -Чарльз кинул благодарный взгляд в сторону Эрика, который все так же продолжал гипнотизировать стену. - Не стоит, если бы я этого не сделал, пришлось бы таскать тебя по лестнице туда сюда, а ты тяжелый. Эрик сделал такой обыденный тон, будто это происходит с ним постоянно и совершенно его не волнует, но Чарльз слишком хорошо его знал и был очень благодарен. Но в тоже время чертовски обижен! Ведь коляска ему нужна именно по вине Эрика, и хотя он давно его простил, все равно порой это всплывало в его сознании. Сейчас он сидит на полу камеры, а в школе, должно быть, просто ужас что творится. - А что с Хэнком? Чарльз с надеждой посмотрел на Эрика, сейчас он единственный, кто мог помочь профессуру хотя бы немножко понять, что произошло. -Надеюсь, ты не думаешь, что меня как-то вводили в курс дела, но... я узнал кое-что. Хэнк и Рейвен были пойманы на месте, но сюда их не привезли, это просто было бессмысленно и видимо изначально не входило в их планы. Им надели браслеты на ноги, так же понижающие способности, но при этом еще и следящие за их местоположением. Насколько мне известно, их отпустили в школу. Таким же браслетом обзавелся и мой сын, хотя его даже не было с нами вчера. - Мне жаль. Чарльз знал, как непросто Эрику говорить об этом. Несмотря ни на что, бесчувственной машиной Леншерр он не был, особенно к людям, которые были ему дороги. А Пьетро действительно был взят без причин, как в общем-то и все остальные. Он хотел узнать, не известно ли что-нибудь о судьбе той девушки, но решил, что продолжать этот разговор смысла нет, да и не хотелось. На данный момент чувства к Эрику у него метались от "Я попал сюда из-за тебя, поэтому пошел ты нахер" до "спасибо, что позаботился обо мне, на самом деле я рад, что делю камеру именно с тобой". Делать было откровенно говоря нечего, потому он решил осмотреть место, где сейчас был заперт. Как он успел заметить ранее, стены были стеклянные, а то есть совершенно прозрачные, не был прозрачным только туалет, и на этом спасибо. Камера не отличалась размерами (он не был строителем, но мог сказать, что примерно три с половиной метра в ширину и четыре в длину, потолки тоже не были высокими, но и он не был двухметровым баскетболистом, хотя кто бы вообще стал слушать его жалобы по этому поводу). Встав и подойдя к "стене", он обнаружил, что находятся они на третьем этаже, и действительно, лестницы были настолько узкими, что по ним едва ли можно ходить, как бы он тут перемещался с коляской, одному богу известно. Примерно в трех метрах с обоих сторон были расположены такие же, как и их с Эриком, камеры, а дальше, уже от них, еще и еще. Нижние этажи так же были густо заселенными. Чарльз подумал, что хорошо, что хотя бы пол не был прозрачным, спать было бы еще более не комфортно. Кстати, об его спальном месте: ни одной кровати на все это помещение не было, как не было ни стола, ни шкафчика (правда складывать туда было бы нечего в любом случае). В итоге, не обнаружив ничего примечательного, а если еще точнее, то не обнаружив ничего, он решил осмотреть уборную. И если в их "спальне-гостиной-кабинете" можно было хотя бы развернуться, то туалет представлял собой комнату два на два, причем это была и душевая и санузел, и раковина одновременно. Все это было настолько абсурдным, что с его губ слетел нервный смешок. "Как, черт возьми, мы должны жить здесь?". То, что это крохотное помещение еще и надо было делить с Эриком, а-ка бывшим другом/ почти, а вроде никогда не бывшим, врагом/ бывшем, а может и не совсем бывшем, объектом его симпатии, так же не могло его радовать. Они же совсем разругаются, а этого Ксавье хотел меньше всего, жаль его никто не спрашивал. Отвлекшись на рассматривание своих нынешних хором, Чарльз пропустил момент, когда объявляли о скором обеде. - Ты чего там застрял, Чарльз? Нам нужно выходить. -Голос Эрика не выражал ничего. Слишком обыденный, слишком спокойный. - Куда? -Искренне удивился ничего не понимающий профессор. - Обедать. Хотя я, конечно, не уверен, что ты будешь это есть. Вряд ли тут подают лобстеров. -Леншерр посмотрел на него с улыбкой, ожидая видимо реакции типа "Да ну тебя", ее он и получил. Обстановка слегка разрядилась. Только Эрик подошел к двери, как она отъехала в сторону, а перед глазами открылся вид, который и так было видно до этого. Пройдя по узкому коридору до лестницы, Эрик остановился и выжидающе посмотрел на Чарльза. - Ну и чего ты встал? - Я... тебе нужна помощь? -Он спросил это без какой-либо усмешки, но эти слова почему-то очень задели Чарльза. - Я что, так сильно похож на овоща, что ты, даже видя меня на ногах, думаешь, что я не смогу преодолеть чертову лестницу?! Чарльз ненавидел выглядеть слабым, ненавидел чувствовать себя таковым, ненавидел представать в глазах людей неспособным справиться с самыми простыми вещами. Он не хотел выглядеть жалким, особенно перед Эриком. Поняв, что эта тема никуда, кроме драки, не приведет, Эрик просто отвернулся и пошел дальше. Он даже не стал дожидаться, пока спустится Чарльз, просто быстро преодолел все пролеты и испарился в толпе. Спустившись, не такой уже и юный, профессор осмотрел пространство: огромный зал с кучей столов, которые ко всему прочему были чистыми, с такой же кучей людей и охраны, был полностью лишен окон. Бетонные стены и такой же бетонный пол не особо сочетались с понятием комфортного места для принятия пищи у Чарльза, но делать было нечего. Он сразу заметил, где собирается самая большая куча людей, и понял, что еду нужно получать там. Как ни странно здесь было что-то очень похожее на очередь, никто не дрался, не кричал, но все же привилегии для людей, чей вес мышц начинался от 100 кг были. Отстояв очередь и уже потеряв весь аппетит из-за аромата и вида пищи, с грустным выражением лица Чарльз пошел за единственный свободный столик. Тюрьма никогда не ассоциировалась у Чарльза с дружелюбной атмосферой, так что друзей он тут заводить не собирался, как и не собирался заводить врагов, но они и сами похоже быстро нашлись. - Вы только посмотрите, кто здесь сидит! Сам Чарльз Ксавье! Как твои успехи с налаживанием контактов? Смотрю у тебя отлично получается! -Какой-то здоровяк с кучкой подобных ему встал напротив сидящего со своим обедом Чарльза, рассмеявшись во весь голос, после чего ему завторили и все остальные. После того, как, видимо, новые мысли дошли до его мозга он продолжил: -Чтобы ты не питал иллюзий на счет себя и твоего пребывания здесь, ты тут не в почете, и это еще мягко сказано, тебе лучше не попадаться мне на глаза, иначе я- - Иначе ты что? Задавишь меня своим интеллектом? Я попал сюда совершенно без причины, а вот ты и все вы, думаю отлично заслужили свое положение, так что прошу вас отойти и дать мне насладиться столь прекрасным обедом в компании единственного образованного здесь человека . - А ну встань, мелкий засранец. Я видел, что ты ходишь. Да и будь ты калекой, я бы не побрезгал заткнуть твой дохера умный рот. Видимо поняв, что Чарльз вставать и не собирается, здоровяк подошел и поднял такого маленького сейчас профессора, уже замахнувшись и готовясь раскрасить ему скулу, но он был остановлен голосом со спины. - Отпусти его, Дэйв. У него просто выдался сложный день. -Эрик стоял со своей порцией позади всех и выглядел, хотя в прочем это было заметно только Чарльзу, слегка взволнованным. - О-о, старый друг, какими судьбами? -Дэйв отпустил профессора, заставив того плюхнуться на место. Он улыбнулся и посмотрел на новопришедшего. - Да так, одно дело сорвалось. - Ладно, бывай. Не буду трогать этого придурка, только из-за уважения к тебе. Тут Дэйв и его компания ушли, оставив двух мутантов наедине. Эрик посмотрел на Чарльза взглядом "Ну ты и дурак, кто бы собирал тебя по кусочкам потом?", затем сел напротив, расставляя свои "продукты" в одному ему понятном пазле. Чарльз ответил ему взглядом "Я делаю, что хочу, а ты тут был не нужен". - Если ты ждешь благодарности, то не дождешься. -В эти слова он вложил всю злость и обиду, что сейчас были в нем, пусть изначально они направлены на Эрика даже не были. Просто он был напуган и унижен и опускаться еще дальше не собирался. Сразу после этого он встал и ушел, так и не попробовав свою кашу. *** Вернувшись в камеру Чарльз хотел только одного - чтобы это все оказалось идиотским сном. Это место всеми силами пыталось поиздеваться над ним. Сначала эта история с коляской, теперь еще и сцена в столовой, когда он не отхватил только благодаря Эрику. Несмотря на то, что он пытался отрицать это у себя в голове, он чувствовал себя жалким. Он совершенно один, все его недолюбливают, он живет в блядском аквариуме, а кормят его едой, похожей на сраный рыбий корм! В добавок ко всему, его компанией еще и является Эрик, чье уважение и дружба стоят у него чуть ли не на первом месте в жизни. Как он вообще должен чувствовать себя нормально, когда Эрик ведет себя, как его нянька. - Твою мать! -После бессмысленного махания руками и ногами в пространстве, он опустился на пол и обнял свои колени , чуть успокоившись. Но надолго расслабиться не получилось. В камеру вернулся Эрик. Как только дверь за ним закрылась, он встал напротив Чарльза и сердито на того посмотрел. - Не могу понять, что в этот раз я сделал не так. Ведешь себя как капризный ребенок, который жаждит внимания. - Это ты ведешь себя так, будто я ребенок, не способный за себя постоять! - В подтверждение своих слов, Чарльз встал и выпрямился, продолжая активно жестикулировать и повышать голос. -Ты мне не нянька, Эрик! - Знаю, я твой друг. -Леншерр уверенно посмотрел на профессора. - Когда-то им был! Ты вообще знаешь, что я чувствовал, когда ты бросил меня?! Ты забрал Рейвен с собой, мало того, что сам ушел, так еще и забрал мою сестру! А для чего?! Чтобы в итоге ваши пути разошлись? Ты ушел и оставил меня инвалидом! Бросил меня на пляже, глазом не моргнул, пока я беспомощно стонал от боли! А потом что? Ты вообще вспоминал обо мне? Ну так, не в контексте занозы в заднице, мешающей тебе устраивать геноцид, а в контексте друга, коем ты себя сейчас называешь? А роняя на меня стадион, ты так обо мне заботился что ли? Вот и я думаю, что нет. Так что засунь свою заботу куда подальше и оставь меня в покое! Ты мне не нужен! -Голос Чарльза ломался, казалось, еще чуть-чуть и из глаз потекут слезы. Потому что прятать боль за ненавистью сложно, потому что он не зол на Эрика, он обижен. - Прекрати истерить. Ты думаешь, мне нечем было заняться все это время? Не все мы сидим в прекрасных замках и гуляем с детьми. Не все могут прийти в твою школу, назвать себя твоим учеником или учителем школы, не все этого хотят, понимаешь?! Я не просиживал штаны, боясь выглянуть на улицу. Я искал дом для мутантов, я помогал им его обрести. Дом, Чарльз, это не обязательно огромная крепость и куча детей. Иногда дом - это жизнь без страха, стабильная работа, муж или жена, сын или дочь. Не ставь себя и свои желания выше других, не сравнивай всех с собой. Не нравится моя забота - да пожалуйста! Я никогда не желал тебе ничего плохого, никогда не хотел причинять боль! Но что я по-твоему должен был сделать на пляже? Стать твоей нянькой, коей ты сейчас меня величаешь? Ну уж спасибо! Мутантов убивали, пока ты сидел со своим прекрасным видом на сад. Сейчас ситуация стала лучше, мир изменился, веришь или нет, но я даже больше не собираюсь начинать войну с людьми. Я многое понял, многое осознал. Но и сидеть играть в куклы я тоже не хочу, я хочу справедливости, Чарльз. Я извинялся много раз за свои поступки, совершенные в прошлом, но за заботу к тебе я извиняться уж точно не собираюсь! Так что лучше ты возьми и засунь свою гордость себе в зад, потому что в моих глазах ты никогда не был и не будешь слабым и ничтожным. - Кажется, не у одного Чарльза нервы начинали сдавать. Только что холодный и спокойной Эрик был на грани, если бы не ошейник, то весь металл в радиусе десяти метров парил бы в воздухе. Пару секунд он просто смотрел профессору в глаза, тяжело дыша. Затем махнул рукой, развернулся и уже тише сказал: - Разговор окончен. *** Давно он не проводил время так тупо. Часами смотреть в стену стало его единственным занятием. Время уже близилось ко сну и объявили о скором выключении света. - Я в душ. -Непонятно зачем предупредил вставший Эрик. - Ты хочешь, чтобы я присоединился? - Едко ответил Чарльз, а затем добавил: - Мне насрать. Вскоре послышался звук падающих на кафель капель. Точно так же еще совсем недавно были слышны голоса в его голове, такой же шум, иногда сбивающийся с ритма и переходящий в какофонию звуков. Злиться на Эрика было сложно, злиться долго - занимало кучу его сил, с другой стороны тратить их сейчас было особо некуда. Но если он перестанет вести себя с Леншерром так паршиво, то он начнет вести себя с ним как обычно, что возможно было даже хуже для его репутации в глазах бывшего друга. Он опять станет замечать какие же все-таки у того красивые глаза, какие сильные и при этом легкие руки, тонкие пальцы, начнет замечать как меняются эмоции Эрика, как приподнимаются его брови, как невольно приоткрывается его рот, когда он думает. Нельзя. Нельзя позволять себе снова влюбляться, нельзя позволять розовым очкам появляться перед глазами, нельзя привязываться. Есть только один способ, как этот процесс остановить, ну или замедлить - продолжать доказывать себе, что он зол, подыгрывать мозгу, верить в то, что он говорит: во все оскорбления, предъявы, осуждения. От мыслей его отвлекло отключение света, кажется, он пропал везде. В подтверждение этому из ванной послышался стон разочарования и красноречивое: - Ну твою же! Минуты через две Эрик с недовольным выражением лица вышел из ванной. Мокрые волосы лежали на голове так хаотично, что создавалось впечатление, что сами они не смогли бы так лечь, нужна была помощь сумасшедшего. Пара капель упала на холодный пол, заставляя Чарльза развиснуть и перестать откровенно пялиться. Начинать разговор никто не решался, каждый знал, что это начнется с ссоры, а закончится перепалкой. Не самое приятное снотворное. Чарльз просто лег на то место, где только что сидел, и сразу понял, что ночь будет не из легких, если не из самых сложных в его жизни. Мягким пол точно не был, лежать было неприятно, а там, где была голова, вообще больно. Было ощущение, что бетон давит на череп. Ко всему этому пол был холодным, даже на том месте, где Чарльз сидел часами. Укрываться так же было нечем, ни одной несчастной тряпки на все помещение. Он уже понял, что либо умрет от холода, либо на следующее утро проснется с ангиной, отлично, сейчас он бы выбрал первый вариант. Он пролежал так, наверное, минут 10 или даже меньше, с каждой минутой переставая чувствовать новую конечность. Он всегда был очень чувствителен к температуре. Внутри появилось чувство волнения, всегда сопровождающее его при сильном холоде. Его жутко трясло, тело пробивало судорогами, а онемевшие пальцы не хотели слушаться. Он чувствовал, что покрывается гусиной кожей и ему не нужен был свет, чтобы понять, что на коже появляются синие пятнышки. - Эй, ты в порядке? - Обеспокоенный голос Эрика прервал мольбы Чарльза о скорейшей смерти. - В п-полном. - Трясущиеся губы не хотели с первого раза проговаривать слова. - У тебя зубы стучат так, что, мне кажется, слышно на первом этаже. - В-все н-нормально. Чарльз почувствовал себя неловко. Эрик совсем не звучал как человек, умирающий от холода, почему именно он опять выглядит жалким? Это судьба, наверное. После пары секунд тишины, прерываемой лишь стуком его зубов, он услышал звуки шуршания, которые в итоге превратились в шаги. А затем он почувствовал как кто-то лег рядом, хотя кто бы это мог быть, кроме Эрика. - Ч-что т-ты д-делаешь? - Пытаюсь сделать так, чтобы тебя перестало трясти. -Он попытался подвинуться еще ближе, но был остановлен непослушной рукой Чарльза. - Н-не с-стоит. - Только не говори, что мы опять возвращаемся к разговору о твоей гордости. Если тебе так будет легче, то мне тоже холодно, я тоже хочу тепла. А если ты закроешь тему своей самодостаточности, то нам двоим будет комфортнее. Если тебе просто противно, то поверь, ничего такого делать я не собирался. "Ничего такого делать я не собирался..." Не то, чтобы он на что-то надеялся, но эти слова почему-то задели. Казалось, они были сказаны не только к этому моменту, но и ко всей их жизни в целом. Но все же, это каким-то образом сработало. Чарльз убрал немеющую руку и позволил Леншерру пододвинуться. - Т-только п-попробуй м-меня п-приобнять или л-лечь вп-плотную. Странно, но его голове это было больше похоже на призыв к действию. - Без проблем. Эрик аккуратно пододвинулся к Чарльзу так, что бы это было не "вп-плотную", но так, чтобы тепло все же оставалось между ними. Одну руку он подложил себе под голову, а вторая осталась лежать вдоль его тела. Чарльз старался не дышать и не шевелится. Это было его несбыточной мечтой почти десять лет. Он много думал о том, что когда-нибудь сможет лежать рядом с Эриком, слушать его размеренное дыхание, улавливать его вздохи. Но он никогда не смел наедятся, что это произойдет. И вот он тут. На ледяном полу, со стучащими зубами, отталкивает человека, что так желанен и нужен. Жизнь вообще штука интересная. Интересно было и то, как там сейчас Хэнк и Рейвен, как там дети. Они, должно быть, сильно обеспокоены. Как там Мойра? Было интересно и как долго он здесь пробудет и что вообще собирается тут делать. Ссорится с Эриком отчаянно не хотелось, особенно когда он сейчас лежит рядом и делится своим теплом... Он не считал, но прошло где-то около получаса. Дыхание Эрика стало глубоким и медленным, тот уснул. Почему-то Чарльз улыбнулся этому. Сам же он чувствовал себя намного лучше, зубы перестали стучать, а пальцы наконец начали слушаться, он почти согрелся. На Леншерра не хотелось злиться, да и не получалось. Он снова делал вещи, заставляющие Чарльза вспоминать за что он так любит Эрика. Даже когда они ссорились, тот всегда старался помочь и ничего взамен не просил. Некоторое время Чарльз пытался противостоять своим желанием. Но потом все же решил, что в этот день заслужил хотя бы немного приятных иллюзий близости. Наконец, решив для себя, что это ничего не изменит, он аккуратно, стараясь своими действиями не разбудить Эрика, вжался спиной тому в грудь, сразу почувствовав спокойное биение сердца рядом, тогда как его собственное сейчас отплясывало канкан. Под мирное дыхание Эрика Чарльз быстро погрузился в сон.