POV Автор.
Вечером, уже после того, как полиция осмотрела место преступления, а служба уборки привела кабинет в порядок после самоубийства доктора, Анне Ковач, как временно исполняющей роль главного врача, предстояло разобрать коробки с бумагами, которыми был заставлен весь кабинет. После внезапной смерти доктора Клауса на девушку свалилась уйма бумажной волокиты, не говоря уже о работе с пациентами. Врачей в клинике, итак было не много, а сейчас некоторые уже подали на увольнение. Сидя за столом, она вздохнула, устало откинулась на кресле и, переплетя пальцы, положила руки на голову. На столе несколькими стопками лежали бумаги с личными записями доктора и всякие ежедневники, среди которых доктор Ковач заметила небольшой ключ. Женщина вытащила увесистый старый ключ из-под кучи бумаг и повертела в руках, оглядываясь и пытаясь предположить, как может выглядеть замок, что открывал бы этот ключ. На глаза попался старинный шкаф-секретер из темного дерева, верхняя часть которого представляла собой книжные полки с разнообразными бумагами, томами медицинских энциклопедий и несколькими кубками. Анна подошла ближе, чтобы получше все рассмотреть. Нижняя часть секретера включала в себя закрытую цилиндрическую ширму и два выдвижных ящика, ручки которых были сделаны в виде головы льва, держащего металлическое кольцо в пасти. К счастью, ширма открывалась без всякого ключа. Под перегородкой оказалось еще по два маленьких ящичка с двух сторон, а по середине было пространство, благодаря чему секретер отлично справлялся с ролью небольшого письменного стола. Подергав верхние ящички, Анна обнаружила разные чеки касающиеся расходов клиники, письма с благодарностями от пациентов и их родственников. Закрытыми оказались лишь нижние, и ключ отлично подходил. Врач сделала несколько оборотов в замке вплоть до щелчка и оба ящика открылись. С левой стороны девушка обнаружила небольшой револьвер, который был завернут в носовой платок. Она достала оружие, чтобы посмотреть поближе, но за дверью послышалось копошение, что заставило врача на секунду застыть и прислушаться к голосам и шагам. У Анны возникло странное ощущение, будто Доктор Клаус хранил какую-то тайну, за что и поплатился жизнью. Внутри второго ящика, казалось, не было ничего интересного, однако, вытаскивая бумаги, Анна заметила, что глубина ящика немного меньше его фактического размера. Девушка надавила на дно, и после тихого щелчка открылось потайное отделение. В глубине скрытого отсека лежала таблетница с лекарствами, письма, одно из которых было скомкано и расправлено, а также записная книжка, в которой были записаны расчеты дозировок разных веществ. В письме, что было когда-то скомкано, говорилось, что лекарство, которое изобрел доктор Клаус не прошло клинические испытания и нуждалось в доработке. Доктору не хватало доказательной базы эффективности и безопасности нового препарата.***
— Маркович! — Послышалось на другом конце провода. — Милена, ты должна вернуться. Мне кажется, доктор Клаус незаконно ставил эксперименты на пациентах. — О чем ты? — Я разбирала бумаги у него в кабинете и нашла в закрытом ящике странные письма и пистолет. На другом конце провода послышался шорох и взволнованное: «Разворачивай машину!» Детектив на полпути в город развернула полицейский автомобиль и направилась обратно в клинику, чтобы исследовать новые улики, связанные с делом о гибели старика Клауса.***
К тому моменту, как детектив вернулась в клинику, на улице уже стемнело, а пациенты разошлись по палатам. Милена решительно вошла в холл и, проигнорировав вопросы регистратора, направилась в нужный ей кабинет. Она была уверена, что за дверью кто-то был. В свете из щели под дверью взад и вперед ходила чья-то тень. Дернув несколько раз за заблокированную ручку, Милена постучалась и холодно оповестила о своем прибытии. — Доктор Ковач. Это детектив Маркович, мы встречались с вами сегодня. У меня остались кое-какие вопросы. Мы можем поговорить? Дверной замок щелкнул, но путь преградила бледная рука тихо подошедшего человека. — Анна. В смысле доктор Ковач, все в порядке? Помощь не нужна? — Нет, Лука. Спасибо. Возвращайся на дежурство. — Как скажете, — парень пристальным взглядом проводил детектива в кабинет. Женщины остались одни. Несколько секунд они вслушивались, как удаляются шаги лишних «ушей», после чего Анна молча указала на странную находку.***
— Теперь все стало еще запутаннее. Возможно, Клаус специально подделал результаты анализов и поставил неверный диагноз, чтобы поставить на девочке свои опыты? — Предположила Милена. — Тогда я не понимаю, если изначально она была здорова, получается он самолично довел девочку до психического расстройства? — Обхватив себя руками, Анна быстро ходила от стола до двери. — А потом старался вылечить ее своим препаратом, чтобы доказать эффективность и безопасность? — Ты можешь не мельтешить? Сядь и успокойся! — Детектив задумалась, уставившись в большое окно. Ночь вступала в свои права. Тьма окутывала задний дворик клиники. Казалось, будто сама смерть таилась в темных углах, шелесте листьев безлунной ночью и в отражении зеркала в полной темноте, в которую в ту же секунду вглядывалась проснувшаяся Агата.***
Утро, да и весь последующий день был будто один сплошной кошмар. Мрачное небо расстелилось над городом. Дождя не было, но все время присутствовало ощущение, что вот-вот небеса разверзнутся и начнется всемирный потоп. Вода в море была неспокойна. Волны яростно бились о камни, то и дело норовя вырваться за пределы берега. Сердитая пенистая вода беспорядочно выплескивалась на проезжую часть, стараясь окатить каждую проезжающую машину. Дима всю ночь не мог себя успокоить. Да и сама Агата начала сомневаться в себе. Конечно, когда все вокруг твердят, что небо на самом деле зеленое, начинаешь копаться и искать изъяны в себе. Сев на кровати, парень в сотый раз погрузился в размышления. Громкое тиканье напольных часов из коридора погружали его все больше в состояние дремоты. Он неосознанно начал качаться из стороны в сторону в такт тиканью. Все события, факты и догадки смешались в одну липкую массу, которая засасывала его все больше, не давая возможности спастись. У него были доказательства, но не было дальнейшего плана их использования. А Майя еще как-то обмолвилась, что возможно этих доказательств будет недостаточно, чтобы обвинить семью Агаты в клевете. Диме казалось, что тиканье становится с каждым разом все громче и громче, заставляя охотника все больше поддаваться панике. Да и в доме, не считая размеренного хода часов, было слишком тихо. Обычно из комнаты старушки доносились приглушенные голоса актеров из старого телевизора или тихие мелодии из радиоприемника. Но в этот раз он был один в доме. Это подтвердил и продолжительный неприятный трезвон старого телефонного аппарата в коридоре. Такого, какой стоял еще у его бабушки дома, с проводной трубкой и дисковым номеронабирателем. Через пару минут звонивший, по-видимому, уже отчаялся дозвониться, и телефон смолк. — Так, воспринимай все как квест. У нас есть несколько головоломок, одну из которых мы еще не смогли решить, и потому не можем пойти дальше. Осталось понять, что именно нам нужно решить? Охотник несколько раз пересмотрел отснятый материал в надежде найти хоть какую-то зацепку или хотя бы что-то, что могло бы подтолкнуть его мысли в правильную сторону. Осталась последняя запись. — Ну конечно! Надгробие на кладбище мы же так и не смогли открыть! Дима быстро собрался и, выходя из дома, позвонил Майе, чтобы пригласить ее снова исследовать надгробный камень. С ней ему почему-то было спокойнее. Будто она понимала его и преследовала ту же цель. — Алло, — раздался тихий голос в трубке. — Не отвлекаю? Я собираюсь снова посетить городское кладбище. — Прости, сегодня, боюсь, не получится. Много дел в бюро, нужно заполнить много разных бумажек. Бюрократия, чтоб её! — Ладно, удачного дня тогда. — Дима! — Мм? В трубке повисло молчание. — Ты точно уверен, что она не притворяется? — Знаешь, я на 95% уверен, что ей действительно нужна моя помощь. Она просто ничего не помнит, в этом её беда. — Ты же позвонишь, если что-то найдешь? — Обязательно. В небе прогремел гром. По мере того, как Дмитрий приближался к месту назначения, ветер начинал набирать обороты. Периодически парню приходилось прикрывать лицо руками, чтобы кладбищенский песок не попал ему в глаза. Вот уже в конце дорожки показался надгробный ансамбль, состоящий из двух скульптур. Но в этот раз, кое-что было иначе. Из-за плеча сидящей спиной девушки выглядывал кусочек белой бумаги, развеваемый порывами ветра. Парень обошел памятник и обнаружил на коленях статуи букет белых калл. Этот цветок еще иногда называют белокрыльником. Знакомая Димы как-то рассказывала ему, что, когда каллы начали выращивать в Европе, люди заметили, что они зацветают накануне Пасхи. Благодаря периоду цветения, белому оттенку и бутону в форме трубы, который символизирует триумф, каллы стали означать чистоту, воскрешение и вечную жизнь. Появилась традиция приносить их на похороны как символ бессмертия. Так они сыскали славу ритуальных цветов. В голове крутился один вопрос: «Кто мог их оставить?». Парень огляделся. Среди обычных туристов, забредших сюда из интереса, и местных жителей, приводивших в порядок могилы своих родственников, его взгляд зацепился за одну странную фигуру, направляющуюся в сторону выхода. Это явно была женщина. Ее фигурка утопала в бледно-желтом пальто в тонкую черную клетку, а на голове была желтая шляпа в тон, среднего размера с загнутыми к низу полями и невысокой верхней частью, обернутой тонкой черной лентой. Такую манеру одеваться и держаться прямо Дима точно не спутает. Это должна быть Мадам Эн. Решив поговорить с женщиной чуть позже, он принялся вновь исследовать надгробие, предварительно запустив камеру. — Ребят, то, что я сейчас делаю может показаться странным, но возможно то, что спрятано здесь, станет основным доказательством тех ужасных событий, которые произошли с Агатой. И это явно не совпадение. Посмотрите, лицо скульптуры очень похоже на ее лицо. Спрашиваете, почему я уверен, что там что-то есть? Слушайте! Простучав ступени с самого верха, Дима продемонстрировал, что звук одной все же отличался, а значит в ней есть пустоты. Охотнику предстояло найти, как функционирует механизм, который открывает полость. Вспомнив свой последний неудачный опыт со свечами у подножия памятника, парень заключил: — Это может значить либо, что механизм заклинило, либо логика открытия несколько иная. Присев перед памятником, Дима обратил внимание на руки скульптуры. Между четками, которые обвивали кисти, просматривался знакомый браслет. А последний в свою очередь имел щели с двух сторон располагающиеся вокруг запястья. Дима обхватил ладонью часть с браслетом и попробовал провернуть его. Под ногами раздался какой-то странный звук, похожий на трение камня о камень. Провернув еще раз, охотник заметил, что это поворачиваются свечи. Сейчас символы на них стояли в обратной последовательности, не в той, которая встречалась ему в доме. — Если логика открытия та же, что и старого камина в доме, то по идее это должно работать так… Парень выставил символы луны и солнца на свечах в правильной последовательности и раздался щелчок. Выражение его лица тут же изменилось. Видно было, что он на несколько секунд оторопел. Мраморная плита нижней ступени немного приоткрылась. Внутри действительно что-то было. Дима еще раз огляделся и, протянув руку в темное углубление, достал старый тубус. — Ребят, я сейчас испытываю невероятный адреналин. Если честно, была некоторая вероятность, что тут ничего нет. Но нам сегодня везет. Уйдем в укромное местечко, чтобы посмотреть, что мы обнаружили.