Ghostbuster 2.0

Глава 27. POV Смешанный. В прошлой серии. POV Автор.       Мать рассказала сыну СВОЮ историю, ведь женщина тоже в какой-то мере стала жертвой гнилых действий семьи её падчерицы.       Бранислав и Агата попадают в ловушку и становятся заложниками, смогут ли похитители добиться своего? И насколько удачно могут сложиться обстоятельства для возмездия?

***

POV Автор

      Бран приходил в себя постепенно. Ворочаясь, пытался сообразить, где находится и грозит ли ему опасность. Голову разрывало на части изнутри, слишком много за последние дни его били по голове.       Медленно моргая, он поднял голову, но из-за тяжести она тут же запрокинулась назад. От падения на спину парня спасла веревка, которой он был привязан к стулу.         На улице все еще было беспокойно. Ветер свистел в оконных рамах, завывал в коридоре. Деревянные перегородки и половицы гнулись под собственным весом, поскрипывая, как старое кресло. Сильный дождь взял перерыв.       — Наконец-то ты очнулся. — Лука в нетерпении вскочил с подоконника и поскрипев кожаными перчатками на руках, положил ладонь на плечо Агаты. Она сидела на полу, то и дело хватая ртом воздух. Медбрат впрыснул в горло лекарство от астмы, и Агги, откашлявшись, глубоко вздохнула.       Бран посмотрел на нее, спутанную по рукам и ногам веревкой, привязанную к старой батарее. На распухшей скуле образовалась ссадина. Агги совсем не реагировала на него, вместо этого она медленно моргала, смотря куда-то сквозь брата.       — А я уже хотел с девчонкой позабавиться. Она давно меня испытывает. Еле сдерживаюсь. — заявил ублюдок, проводя лезвием ножа по щеке девушки, оставляя еле заметную царапину.       От парня веяло жаркой злобой, от которой зудело все тело. Он дрожал от нетерпения прикончить кого-нибудь, упирая нож в щеку сестры. Бран обливался потом, а напряженная атмосфера сгущалась все больше, что ее уже можно было черпать ложкой.       «Не трогай ее!» – хотел выкрикнуть Бран, но липкая лента не давала сказать ничего членораздельного. Кроме отчаянного мычания ничего не получилось, поэтому парень дернулся в путах с такой силой, что затрещали доски, а веревки сильнее впились в запястья. Внезапный прилив смелости заставил его, активно сопротивляться, чем явно напряг похитителей.       — Сын, почему ты всегда против меня? — С наигранной лаской женщина взъерошила парню волосы и отвернулась к старому сундуку, стоявшему перед каминной трубой, испещренной небольшими трещинами, из которых слышался еле заметный треск.       Ключ вошел в замок, защелка легко открылась, крышка откинулась на скрипучих петлях и с глухим звоном ударилась о ржавый баллон с наклейкой в виде огонька.       Сундук битком был набит аккурат уложенными флаконами и бутылочками. Выдвинув ящик, она достала оттуда бутылек из коричневого стекла и, набрав желтоватую жидкость в шприц, пальцем постучала по пластику, чтобы убрать пузырьки с воздухом.       — Держи его! — Скомандовала Злата и не церемонясь, поставила укол сыну.       — Когда девочка пропала, я была удовлетворена, — женщина говорила негромко и ласково. — Но, твой отец рассказал мне, кто она, и от осознания того, что у него есть намерения, воссоединить ее родными, самое настоящее зло поселилось в моей душе. Каждый день смотря на нее, я снова жаждала возмездия.        Мачеха с максимальным презрением взглянула на Агату, и лицо ее приняло гримасу омерзения. Сняв скотч с лица сына, она продолжила:       — Я знаю, что твой отец где-то оставил доказательство, которое никогда не должно увидеть свет. Вы были близки, и ты наверняка в курсе, куда он спрятал бумаги?       Злость и негодование стало медленно клокотать в горле, Бран не мог поверить, неужели весь этот сюр с переодеванием был только для того, чтобы не дать Агате воссоединиться с настоящими родителями?       Он вспомнил, как отец сказал ему, что знает правду, которую откроет Агате только после ее совершеннолетия, но свои 18 лет девушка встретила, когда отца уже не было в живых. Было ли это случайностью?       — Ты теряешь время, я ничего не знаю.       — Зато я знаю, — тихо пробурчала девушка, глядя в пол.       Все устремили удивленный взгляд на Агату.       — Что ты сказала? — Лука шагнул в сторону девушки и поднял ее голову за подбородок.       — Я скажу, где документы, а взамен…       — Взамен попросишь отпустить своего любимого братца? — Насмешливо перебил ее Лука.       — Мне плевать, что ты с ним сделаешь, мне важна только МОЯ жизнь. И мне не нужны никакие документы, и тем более семья, которую я даже не знаю, я просто хочу жить спокойной жизнью, одна, чтобы забыть весь этот ужас. Поэтому я скажу, где документы в обмен на СВОЮ жизнь.       Брана терзал стыд. Ему сделалось дурно. Он не желал сестре зла. Пытаясь сохранять невозмутимость, парень чувствовал, как щеки налились румянцем, он боялся посмотреть на девушку и столкнуться с разочарованием во взгляде.       — Ничего себе, Бран, оказалось твоя младшая сестра не такая нюня, в отличии от тебя. — Лука воодушевился безразличием Агаты и со всей дури ударил связанного парня под дых.       — Что ж, как-только Лука привезет документы, я подумаю над твоим предложением. Так, где они!?       — На кладбище, под надгробием моей могилы, то есть могилы Мары.        — Вот видишь, Бран, все оказалось не так сложно, она сама нам все рассказала. Лука, ступай! В такую непогоду никто не обратит на тебя внимания. Если повезет, то к рассвету мы закончим со всем. — Дала указание Злата своему сообщнику и победно ухмыльнулась.        Медбрат поравнялся с лицом Агаты и пристально глядя ей в глаза прошипел:       — Если ты врешь, я вернусь и придушу тебя вот этими самыми руками, — он поскрипел перчатками и быстро покинул комнату. Вскоре и в коридоре стихли его тяжелые шаги.       — Ну, а пока мы ждем бумаги, может ты расскажешь, что на самом деле произошло? — Агата обратила взгляд исподлобья на мачеху, отчего последней на миг стало не по себе. — Я хочу узнать, что на самом деле произошло в тот день.       Агата не сводила глаз с мачехи, перебирая в памяти все обрывки воспоминаний, все что случилось в тот вечер. Раз за разом возвращаясь к человеку в маске волка и служанке.       — Все вышло так забавно, — рассеянно начала мачеха. — Я хотела оглушить самого младшего твоего брата камнем и утопить в озере – якобы он сам упал и утонул. «Трагический несчастный случай под запуск фейерверков.» И хотя многое мне потом и сыграло на руку, кое-что все-таки пошло не так.       Этот мелкий засранец испугался и заорал, я зажала ему рот рукой и потащила к берегу, где так удачно потухли жаровни. Но там ты и друг твоего папаши заметили меня. Пришлось действовать по ситуации. — С притворным сожалением вздыхает она, осторожно подбирая слова.       О таких страшных событиях Злата говорила так спокойно. Агата не могла поверить, как можно быть настолько бездушной.       — Вы убедили их, что мое похищение подстроил друг отца? — С трудом сдерживая волнение, спросила девушка, сжимая пальцы рук в кулак.       — Они сами себя в этом убедили. Увидели все факты места преступления и придумали себе легенду. Детектив, который вел дело, попался, конечно, тот еще заносчивый идиот.       Уголок ее губ странно изогнулся, отчего улыбка стала похожей на презрительную ухмылку.       — Мадам сразу поняла, кто вы такая.       — Ах, эта Мадам. Я помню эту старуху, которая вечно ставила мне палки в колеса. Надеюсь, она уже померла. После случившегося она пришла на кухню, стала обвинять меня. Я лишь состроила из себя жертву, которая старалась спасти мальчишку, и от меня отстали, — закатывая глаза, трясла головой мачеха.        — Неужели брат ничего не сказал им?       — Твой брат всю ночь проплакал, а потом и вовсе перестал разговаривать. Видимо психологическая травма. Но это было мне на руку. Не пришлось впопыхах исчезать. Еще некоторое время я проработала в доме. Каждый день я видела, как убивается твоя семья, как рушится семейное счастье. Для меня ты была уже мертва, а для финального аккорда мне нужна была еще одна смерть, этой старой грымзы, твоей бабушки, которая лишила меня семейного счастья.       Я растолкла таблетки в порошок и подсыпала ей в чай. А когда та уснула, я задушила ее подушкой. Ваш семейный врач диагностировал, что сердце старушки в момент остановилось, ведь она была уже довольно старая и сильно переживала, и никто даже подумать не мог, что произошло убийство. А после, накопив деньги, я под предлогом плохих воспоминаний, уволилась, и с тех самых пор горничная София исчезла с лица земли.       Пустые глаза блестели, как стекляшки – ни сочувствия, ни жалости.       Взяв револьвер со стола, и, уткнув его в висок Агаты, мачеха упивалась властью. Она считала себя неуязвимой в этот момент. Считала себя победительницей в этой односторонней войне.       — Не тронь ее! — прорычал Бран.       — Чтобы упечь тебя в психушку, твой горячо любимый братец украл у доктора Клауса заметки о тестировании препаратов. А дабы не придавать огласке свои ненаучные методы лечения, старик согласился мне помочь. Как бонус, я дала ему разрешение провести несколько экспериментов над тобой.       Юноша не мог понять, было ли все происходившее с ним божьим проведением, но в тот же момент, охваченный то ли страхом, то ли гневом, Бран пнул половицы с такой силой, что один из мешков со строительной смесью, лежавших у каминной трубы, упал и, порвавшись, выпустил в воздух серую пыль.       — Посмотри, что ты наделал! — Завопила женщина и дала пощечину сыну, разгоняя рукой пыль вокруг себя.  

***

      Тяжелые тучи закрывали звезды. Тропинка виляла в зарослях, полускрытая ветвями, корявые корни торчали из земли, плети кустов цеплялись за ветровку. В кромешной тьме путь освещал только тусклый свет фонаря в телефоне. К ботинкам липла грязь, и Диме приходилось двигаться осторожно, чтобы не споткнуться.       Сквозь лесной сумрак отчаяние тянуло его словно на поводке, заставляя сердце колотиться так сильно, что едва не проламывало ребра. Наконец фонарь осветил грунтовую тропу, усыпанную пожухлыми листьями и упавшими ветвями, по которым струились потоки воды.       Внезапно звук леса прервала трель телефона. На экране высветилось имя «Майя».       — Алло?       — Дми…гд…ы?       — Что? Ты прерываешься, я тебя не понимаю! — Дима пытался разобрать кваканье в трубке.       — Не…..и в ….м! ….жди… ….я.       — Майя, я тебя не слышу! — Голос эхом разлетался по лесу.       — Зл….и ес.. г…..ая! Не ходи…..м! Я …вы..под..у!       — Сраная сеть!       Не прошло и минуты, как звонок снова оборвался.       Оглядев служебный подъезд, Охотник понял, что ему придется идти через главный вход, потому как аллея и лужайки с цветочными бордюрами по обе стороны превратились в топи, а проход через заброшенный сад был заблокирован. Полусгнившая кладка каменой изгороди обвалилась из-за многих лет без присмотра и бушующей непогоды.       Подойдя к главному входу, Дима, взялся ладонями за мокрые прутья и несколько раз с силой дернул их, но все было тщетно, ворота оказались наглухо закрыты.       Осмотревшись вокруг, стало понятно, что самым лучшим и быстрым способом будет просто перелезть через ограду. В тот момент парню было плевать на риск быть пойманным полицией, нутро подсказывало, что на кону жизни людей.       На адреналине Охотник, резво взобрался на самый верх ограждения, и уже перебрасывал ногу на другую сторону, чтобы спрыгнуть, как раздался сильный взрыв.       От неожиданности он потерял равновесие и, зацепившись ногой об острую пику, свалился на спину. От удара потемнело в глазах, а в груди сперло дыхание, все вокруг на секунду превратилось в смазанную кляксу, а после, вспышка боли пронзила ногу. Охотник оглядел разорванную штанину, через которую проглядывал глубокий порез.       — Сука! Что ж все через жопу то!?       Нервно сглотнув и смахнув грязной рукой капли с лица, превозмогая боль, парень встал и огляделся. Огонь, вырывающийся через выбитые взрывом глазницы окон, из-за сильного ветра стремительно начал охватывать всю старую часть дома, находившуюся в лесах для реставрации фасадов.         Поднявшись по выщербленным ступеням к парадному входу, он поочередно прижимался лицом к узким стеклам по обе стороны двери, и пытался обнаружить хоть какие-то признаки жизни внутри.       Натянув рукав, Дима разбил кулаком стекло. Просунув руку, попытался изнутри добраться до замка, но рука оказалась слишком крупной, потому парень принял решение выбить дверь. Несколько ударов плечом, и он уже ввалился в коридор.       — Здесь кто-нибудь есть? — Впервые эта фраза приобрела для него совсем другое значение.       Наконец в глубине коридора, из старой части здания, раздался грохот и какое-то копошение. Дмитрий устремился на звук, сквозь едкий черный дым.       Очутившись в гостиной, охваченной огнем, парень заметил, что старый камин, который днем ранее спас его от обнаружения, выплевывал на пыльный ковер искры, а на месте двери в подвал зияла дыра.       Заглянув внутрь, он увидел, как Варвара, шатаясь и глубоко дыша, укрывшись какой-то старой тряпкой, пытается подняться по лестнице и выбраться из западни.       Встретились взглядами со спасителем, несколько секунд она стояла, ошеломленно уставившись, словно увидела призрак. Из головы сочилась кровь, на руках и ногах были ожоги и ссадины.       В какой-то момент за спиной Варвары раздалось странное шипение и треск. Парень успел разглядеть, как позади газовый баллон, упавший на пол, воспламенился, и раздался еще один взрыв.                    В ушах стоял звон. Пытаясь сфокусировать зрение, Дима сощурил глаза. Девушка медленно начала оседать на то, то осталось от лестницы ведущей в подвал. В животе у нее торчал небольшой железный прут, а под опаленной рубашкой разплывалось кровавое пятно.       Парень шумно выдохнул, надувая щеки, взъерошил волосы. Напряжение покинуло тело, и он сдулся, как воздушный шарик, на секунду растерявшись от увиденного. Девушка беззвучно открывала рот, хватая воздух. В ее помутненных от шока глазах догорала немая мольба.       Сквозь огненную завесу, на стенах отразились спасительные синие и красные огоньки. Это вселило надежду.       Как можно быстрее подобравшись к ней, Дима легко постучал по щекам, стараясь привести Варвару в чувство и прошептал на ухо:       — Все будет хорошо, ты только не отключайся, слышишь?       В ответ девушка лишь слабо кивнула и простонала от боли, когда тот поднял ее на руки.       Вынеся раненную на крыльцо, Дмитрий стал свидетелем, как полицейская машина протаранила ворота и, буксуя на гравии, остановилась неподалеку. Позади подъехал небольшой микроавтобус скорой помощи. Опытные врачи забрали пострадавшую на носилки, но, прежде чем закрылась дверь скорой, Дмитрий слышал, как истошно девушка кричала от боли.         Из водительской двери полицейской машины торопливо вышла Майя, и подбежала к парню.       Девушка была в черном бомбере с шевроном на руке и в берете с кокардой. Она беспокойно осмотрела парня и, отцепив от ремня рацию, что-то скомандовала подчиненным.       — Ты..что ты тут делаешь? — обескураженно посмотрел на девушку Дима.       — Потом объясню.       — Милена! — Позвал девушку один из молодых парней в такой же форме.       — Сейчас…— Бросила знакомая и продолжила разговор с Димой. — Пожарники на подъезде, они не могут проехать из-за дерева, упавшего на дорогу. Им нужна пара минут.       — Агата должна быть еще в доме, — Дима хотел было ринуться обратно в дом, но крепкая хватка полицейской остановила его.       — Мы займемся этим сами. Мои парни ее вызволят!       В сердце парня кольнула немая обида, от того, что все это время он не знал, кем на самом деле была его подруга, он следовал за ней вслепую.       Охотник грубо сбросил руку девушки и, не обращая внимания на глубокую рану в ноге, направился обратно в горящий дом.       — Куда ты?! Один ты ее не спасёшь! — Слышались позади отдаляющиеся выкрики Милены.       — Черта с два! Я дал ей слово! Агата, где ты?! – Пытался докричаться Дима. В ответ раздалось лишь угасающее эхо пистолетного выстрела.       Милена в панике схватилась одной рукой за голову, а второй включила рацию и оповестила всех, что в доме еще один гражданский.