Тень над полумесяцем

- И долго мы будем тут ждать? Минако сидела на пассажирском сидении моего автомобиля, скрестив руки на груди, и напряженно всматривалась в непроглядную темноту за окном. Было видно, что она очень устала за сегодняшний день, и даже если бы я сказал ей, что ее подруга находится в том самом доме, рядом с которым мы остановились, это едва ли прибавило ей сил. И уж тем более она не готова была тратить всю ночь на бесполезный шпионаж. Стоило мне сообщить ей о том, что мне известно место проживания Смокинга, как девчонка сама вытянула меня за руку на улицу, по пути бросив консьержу что-то по поводу ключей, и едва ли не насильно запихнула меня на водительское место. И только потом, устроившись сама и как следует пристегнувшись, додумалась спросить - откуда у меня вообще такие знакомства? Мне пришлось сказать ей, что мы вместе работали однажды, хотя это было не совсем верно. В тот раз моя работа заключалась как раз в том, чтобы не позволить больше Смокингу работать. Однако это положило начало чему-то вроде дружественных отношений между мной и грабителем, и, как оказалось, не напрасно. - Ну, вы же хотите поговорить с женихом подруги? – я откинулся на сидение, пытаясь удобнее устроить затекшую спину. Минако кивнула и больше не проронила ни слова. Когда в тусклой оранжевой лужице света, отбрасываемой фонарем, мелькнула фигура высокого, парадно одетого человека, я приказал девчонке никуда не уходить и выскользнул из машины. Задача предстояла не из легких – я уже пытался однажды бесшумно подкрасться к этому грабителю, и потерпел полное фиаско – слух у мерзавца оказался лучше, чем у кошки. Тогда, если память мне не изменяет, он наставил мне пару шишек, зато после угостил выпивкой – и это было чем-то вроде процедуры подписания мирного договора. Только вот произошло это более пяти лет назад, и с тех пор я неплохо натренировался в бесшумных передвижениях, поэтому парень заметил меня только тогда, когда я грубо ухватил его за воротник смокинга, давшего грабителю его прозвище. Он удивленно вскрикнул, прежде, чем начал извиваться и лягаться, чтобы освободить себя от моего захвата. В руках у него был небольшой сверток, значительно осложняющий ему оборону, однако он почему-то и не думал выпустить его. Я протащил отчаянно вырывающегося грабителя к машине и затолкал его на заднее сидение, после чего вернулся на свое место. Минако смотрела на меня с выражением полного ужаса на хорошеньком личике. - Вы понимаете, что только что похитили человека? - Ничего страшного, - фыркнул я, - ему полезно будет побывать на месте драгоценностей, которые он то и дело таскает. - Кунсайт? – Смокинг, очевидно, уже пришел в себя, потому что лицо его выражало полное спокойствие, лишь слегка приправленное удивлением. - Добрый вечер, Мамору. Как жизнь? Он усмехнулся и откинул с лица упавшую на глаза прядь черных волос. - Была весьма неплоха, до тех пор, пока один ненормальный псих не напал на меня у самого моего дома. Я проигнорировал то, что он назвал меня «психом» и повернулся к Минако. - Мисс Айно, позвольте представить вам мистера Мамору Джиба, более известного, как Смокинга – виртуозного грабителя, нагло эксплуатирующего образ Арсена Люпена*, а по совместительству – жениха вашей подруги Зайки. Девчонка тут же едва ли не перелезла на заднее сидение, оперевшись одной рукой на мое плечо, и наклонившись так сильно, что кончики ее длинных светлых волос щекотали мне запястья. - Пожалуйста, скажите мне, что знаете, где она находится! – умоляюще протянула она, обращаясь к Мамору. Судя по разочарованному стону, вырвавшемуся у нее спустя секунду, жених Зайки тоже не имел представления о ее местонахождении. - Я оставил ей карточку в букете, в которой показал, что буду ждать в ее квартире, но она так и не пришла. Я, стыдно сказать, просто решил, что она забыла о встрече – с ней такое часто бывало. Но когда она не появилась и на следующий день, я забеспокоился. Я уже третий день караулю выход из бара, но ее там нет… - Между прочим, мы тоже нашли это твое послание, - недовольно пробурчал я, потому что рука Минако сильно сдавливала мне плечо, а сказать ей о том, что она делает мне больно, не позволяла гордость, - ты, кстати, в курсе, что оставил в квартире своей невесты элемент от своего костюма? - Моя маска! – воскликнул Мамору, - она у тебя? - Да, - кивнул я, - но ты получишь ее только после того, как ответишь на все вопросы. Мисс Айно, сядьте уже! Минако нервно хихикнула, извинилась, села на свое место, и тут же принялась с невозмутимым видом расправлять складочки на своем плаще – прямо образцовая леди! Однако волнение, которое сквозило в каждом ее движении, скрыть было невозможно. Я вдруг понял, что сейчас, несмотря на свою взрослую прическу и макияж, она больше всего напоминает мне ту испуганную девочку, которая пришла в мой кабинет несколько дней назад. Мне стало жаль ее – она, как и я, надеялась, что, отыскав жениха Зайки, мы разгадаем хотя бы половину загадки. Я тяжело вздохнул и повернулся к Мамору. - Почему ты не хотел, чтобы Зайка работала в «Луче полумесяца»? Это выглядит как-то… подозрительно. Он удивленно всплеснул руками. - Ты шутишь? Единственное, что подозрительно – так это делишки, которые творятся в этом баре. Ты в курсе, что там процветает подпольная торговля крадеными драгоценностями? А то, кто знает, может, и чего похуже… - Это неправда! – злобно выкрикнула Минако, сжав кулаки на своих коленях. Мамору пригляделся к ней внимательнее, сощурив глаза и явно пытаясь отыскать что-то в своей памяти: - Айно… Минако Айно? Вот почему твое имя казалось мне знакомым! Ты ведь владелица «Луча»! - Что? – настал мой черед удивляться. Я повернулся к девчонке, надеясь на то, что она опровергнет предположение Мамору. Однако она только смотрела на меня таким взглядом, каким обычно смотрят на охотников затравленные оленята, и, кажется, собиралась разрыдаться. Только вот меня ее слезы отчего-то вовсе не трогали. - «Луч Полумесяца» принадлежит тебе? – рыкнул я, возможно, грубее, чем мне хотелось. Минако замешкалась на мгновение, а потом кивнула. - Да, я выкупила клуб у старого хозяина, когда мои выступления начали приносить выгоду. И в моем клубе, - она сердито глянула на Мамору, - никакие темные делишки не проворачиваются! - Если ты и впрямь так думаешь, - насупился грабитель, - то ты либо слишком наивна, либо глупа, либо слепая, как крот! Мне пришлось резко схватить Минако за руки, что было весьма проблематично в таком тесном пространстве, потому что она вдруг бросилась на Мамору с явным намерением его поколотить. - Успокойтесь, вы оба! – я усадил брыкающуюся девчонку обратно на сидение, а про себя подумал, что мне тоже было бы не лишним успокоиться. Кажется, тем недопитым бутылкам, которые остались у меня с того вечера, как Минако впервые появилась на пороге моего кабинета, сегодня найдется применение. Я был ужасно зол на нее сейчас, во многом потому, что в голове у меня постоянно звучал ее голос, спрашивающий: «вам редко приходится общаться с искренними людьми, так, мистер Кунсайт?» Да, девочка. Как оказалось, я вовсе с такими людьми не сталкивался. Даже ангелочки с прехорошенькими голубыми глазками – и у тех есть что-то, что им необходимо от меня скрыть. - Почему ты не сказала мне об этом раньше? – спросил я у Минако, недовольно отметив, что в мой голос закрались обиженные нотки. Она фыркнула, вновь отвернувшись к окну – я мог видеть в отражении ее поджатые губы. - А что бы это поменяло? - Это поменяло бы все! – я всплеснул руками, - Неужели ты не понимаешь, что Зайку могли похитить с целью выкупа? А ведь я даже не рассматривал такую версию. Возможно, ты заведомо повела расследование по ложному пути! С ума сойти можно, говорю, как бывалый полицейский. А ведь я думал, что сумел избавиться от этой дурной привычки! Напряженные до этого плечи Минако потихоньку опустились, и когда она вновь заговорила, голос ее звучал растерянно: - Я не подумала об этом… С заднего сидения послышалось очередное презрительное фырканье. - Разумеется, не подумала… - Хватит, Мамору, - оборвал я его, - Скажи мне, девочка, ты и в самом деле ничего не слышала о том, что творится в твоем клубе? Некоторое время она молчала, затем неуверенно кивнула. - Слышала. Ничего конкретного, конечно, но ходили слухи, что в «Луче полумесяца» есть некто, связанный с преступным миром. Я даже обратилась в полицию с просьбой прислать своего человека в бар, чтобы он проверил все… - И они прислали тебе Нефрита, - закончил я, вспомнил обаятельного бармена за стойкой, - Поэтому ты не обратилась в полицию по поводу исчезновения Зайки – полиция и так в курсе! - Да, только… Они так ничего толком и не сделали, чтобы найти ее, поэтому я пошла к вам. Я откинул голову на спинку сидения, внезапно почувствовав, что она стала будто отлитой из чугуна. Постаравшись заново взглянуть на эту историю с другой точки зрения, и полностью в этом провалившись, я спросил: - Нефрит что-нибудь рассказывал тебе? - Он должен сказать мне обо всех своих наблюдениях завтра. - Вот и славно. Завтра мы расспросим у нашего друга-полицейского обо всем, что он знает – может, он увидел хоть что-то путное. Смокинг… - Да? – отозвался Мамору, который, кажется, даже успел задремать. - Ты свободен. Если Зайка как-то свяжется с тобой – немедленно сообщи нам. Грабитель что-то пробурчал о ненормальных детективах и их чокнутых помощницах, однако пообещал оказывать содействие в расследовании. Когда он ушел, я покосился на руки Минако, все еще сжимающие ткань плаща – они мелко дрожали. - Я отвезу тебя домой, девочка… - Нет, - неожиданно уверенным тоном произнесла она, - куда угодно, только не в мой дом. Там слишком пусто и страшно. А где живете вы? - Я? – честно говоря, я опешил. Женщины в моем доме не появлялись… достаточно давно, если подумать. - Вы. Мне нужно еще кое-что сказать вам, но я предпочла бы сделать это после того, как выпью кружку горячего кофе. Иначе еще немного – и я расплачусь, как ребенок. Я так и не придумал, что можно было ответить ей на это. В первое мгновение мне захотелось найти любое, самое нелепое оправдание, лишь бы отговорить ее от этой затеи, но, взглянув на нее еще раз, я понял, что она сейчас просто не услышит никаких оправданий – слишком устала, слишком измотана, слишком встревожена. Я почувствовал себя настоящим чудовищем. Надо же было довести девчонку до такого состояния! Пути к отступлению не было. Я завел мотор, про себя взмолившись, чтобы в моей квартире с порядком все было не так плохо, как мне помнилось. Дом, в котором я снимал жилье, находился на самой окраине города, в тихом и непримечательном районе, где соседи никогда не интересуются твоей жизнью, а по ночам тебя не будит вой полицейской сирены. Квартирка у меня была маленькая, и весьма потрепанная, но мне большего было и не нужно – чаще всего я находился дома, когда спал, или пил. - Ого, здесь так… пусто, - пробормотала Минако, осторожно ступая в полутемную гостиную, пока я с проклятиями нашаривал на стене выключатель. Ее тоненькая фигурка темным силуэтом вырисовывалась на фоне окна, и я невольно замер, когда она уверенным движением скинула с себя плащ. На долю секунды мне захотелось, чтобы под плащом на ней ничего не было. Я поспешно отругал себя за столь неподобающие мысли, и щелкнул, наконец, выключатель. Минако стояла посреди комнаты, щурясь от яркого света, и конечно, она была одета – в черную тонкую рубашку и красную узкую юбку до колена. Сейчас она выглядела взрослее, чем когда-либо, хотя я бы предпочел, чтобы на ней было какое-нибудь цветастое девчоночье платье. Так мне легче было бы сохранять дистанцию. Пригласив ее располагаться, где она пожелает, я отправился на кухню, чтобы налить ей кофе, а себе – стакан виски. Мне хотелось только одного – чтобы девчонка поскорее рассказала все, что хотела, и ушла. Ее присутствие в моей квартире делало меня странно рассеянным. Вернувшись с напитками, я обнаружил Минако, которая с ногами забралась на мой диван, и разглядывала корешки книг на стеллажах. - Я не стала говорить об этом при Мамору, - начала она, когда взяла из моих рук чашку, - судя по всему, Зайка ничего ему не сказала, и я не хотела бы, чтобы он услышал об этом.. так. - Услышал о чем? - У Зайки была весьма веская причина не уходить из клуба. Дело в том, что она владеет им вместе со мной. Я едва не поперхнулся, сделав глоток. Ну как можно быть такой глупой! Смутное желание, возникшее во мне по отношению к девчонке, тут же вновь сменилось злостью. - Мисс Айно! - Да знаю я! – грустно отмахнулась девчонка, - я уже поняла, что совершила ошибку, когда ничего вам не рассказала. Мы с Зайкой стали очень и очень неплохо зарабатывать, когда наши совместные номера получили отзыв у публики, но все равно... Мне одной никогда не хватило бы денег на покупку бара, а это всегда была моя мечта. Зайка согласилась помочь мне и разделить все наши расходы. И доходы, разумеется. - Я должен был догадаться, - она вопросительно подняла брови, - что вы не просто певица в «Луче». Я еще в квартире Зайки обратил внимание на то, как уверенно вы приняли решение забрать ее кошку в бар – едва ли любая певица может притащить на место своей работы домашнее животное. Минако печально улыбнулась. - Я стараюсь вести себя так же, как и остальные обитатели бара, чтобы сделать атмосферу приятнее. Но иногда во мне проскальзывают командирские нотки. Унадзуки в такие моменты говорит, что я «играю в мадам». - Кто? - Унадзуки. Она у нас официантка, сестра нашего бухгалтера Мотоки. Вы не видели ее, потому что в тот вечер, когда вы приходили, была смена Мако. Я отставил в сторону свой стакан и повернулся к ней. - Ты понимаешь, что из-за твоего молчания мы потеряли несколько дней, девочка? - она с виноватым видом кивнула, - это уже не игра. Твою подругу могли похитить для получения выкупа, ее могли даже убить, если кому-то потребовалось скрыть следы преступлений совершаемых в «Луче»… Минако резко дернулась, обернувшись, и мы едва не столкнулись носами. - Вы думаете? - Все может быть. Чашка в ее руках мелко затряслась, распространяя по квартире дребезжащий звон, и мне пришлось забрать ее у девчонки прежде, чем она обольет себе колени кипятком. - Господи, какая же я глупая, - глухим, надтреснутым голосом произнесла она, и спрятала лицо в ладонях, - я так испугалась за себя, что совсем не подумала о Зайке. Побоялась, что, если все узнают о том, что я тоже владею «Лучом», то и меня похитят. Я ужасная подруга! Ее голос перешел в рыдания, и мне пришлось слегка приобнять ее, утешая. Как вести себя с рыдающими женщинам, я решительно не знал. Все, с кем я общался до этого, либо не плакали вовсе, либо были слишком горды, чтобы делать это при посторонних. А у этой девчонки за те несколько дней, что мы знакомы, уже трижды глаза на мокром месте были – за что мне такие проблемы? Пока я жалел себя, Минако тихонечко плакала, уткнувшись носом мне в плечо, и рубашка у меня насквозь промокла от ее слез. - Простите, - прошептала она, когда перестала всхлипывать, - мне не стоило так расклеиваться, это так неловко. Девчонка подняла на меня глаза, и у меня сбилось дыхание. Она была слишком близко – ее нос был в миллиметре от моего подбородка, и мне стоило бы только опустить голову, чтобы поцеловать ее. А учитывая то, насколько беззащитной она сейчас выглядела, и как нуждалась в утешении, которое я, как последний мужлан, мог выразить только одним способом, - поцеловать ее хотелось безумно. Пришлось отодвинуться на другой конец дивана и как можно более ровным голосом произнести: - Я вызову вам такси. - Да, - спохватилась она и тут же принялась поправлять прическу, - спасибо вам большое за чай и…за то, что выслушали мою истерику. Я натянуто улыбнулся и не сказал ей больше ни слова до тех пор, пока не попрощался с ней у дверей машины. Когда я вернулся в квартиру, там все еще оставался запах ее духов. И единственное, о чем я мог думать – что за чертовщина со мной только что происходила?