Тень над полумесяцем

На следующий день у меня жутко разболелась голова. Я не мог понять, произошло ли это от того, что выпивка вчера была плохой идеей, или же оттого, что у меня оказалась неизученная еще форма аллергии на женские духи. Тем не менее, я терпеливо ожидал вечера, не отвлекаясь ни какие дела, и просто сидел в своем кресле, бесцеремонно положив ноги на стол и наблюдая сквозь полуопущенные ресницы за своим напарником. Зойсайт сидел на своем обычном месте, зарывшись в бумаги по самую рыжую макушку, и то и дело что-то перебирал, откладывал, вычеркивал. Ей – богу, подрастет немного – станет точной копией Джеда, разве что без маниакальной тяги к знаниям в глазах. И вообще - откуда у нас столько бумаг? Он их что, специально себе выписывает, чтобы потом было, чем занять рабочий день? - Зой… - он поднял голову и пристально на меня уставился, - что ты делаешь? Он вздохнул так, что верхние листы в стопке угрожающе зашевелились. - Готовлюсь к экзаменам, - значит, документы все-таки никак не связаны с нашей работой. Это успокаивает. - Все еще не бросил эту нелепую затею? Зой помотал головой и вернулся к своим бумагам. - Зачем тебе вообще нужна эта полицейская академия? Ты ведь был карманником. Что произошло? Он пожал плечами и отложил в сторону ручку, догадавшись, что увильнуть от ответа у него не выйдет. - Ничего не произошло. Я ведь тягал кошельки у зевак не потому, что мне это нравилось, а потому, что другого способа себя прокормить я не видел. А однажды просто – раз! – и увидел. И пришел к вам. Мне не было нужды спрашивать, почему именно ко мне. Пять лет назад, когда я начал работу частным детективом, лицо мое достаточно часто мелькало в газетах и на телевидении в связи с одним не самым приятным инцидентом, и само собой, доверие ко мне граждан было подорвано. Когда на пороге моего кабинета появился мальчишка, заявивший, что хочет стать моим напарником, я рассмеялся ему в лицо. Об этом и речи быть не могло – он был слишком молод, и слишком уж заметен для профессии, в которой умение слиться с толпой ценилось выше всего. В ответ на это он сердито заявил, что уж он-то точно может стать в толпе невидимкой, потому что именно так и зарабатывает себе на жизнь. Я подумал, и взял Зойсайта на работу. Он был честен и не стыдился своего прошлого – я надеялся когда-нибудь перенять у него эти качества. - А теперь хочешь уйти, - сказал я. - Я вернусь, - неуверенно пообещал Зойсайт, вновь потянувшись за ручкой, - вот стану настоящим полицейским – и буду вам помогать. - Ты мне и без полицейского жетона неплохо помогаешь, - заверил я его, однако Зойсайт только упрямо замотал головой. - Ладно, если так хочешь, сваливай, я хоть отдохну немного от твоей болтовни. - Не так уж много я и говорю, - насупился парень, и я подумал, что он, в принципе, прав. На людях он, конечно, мог тараторить без остановки, но, когда мы оставались в кабинете одни, Зойсайт вдруг становился молчаливым, словно какое-то чутье с самого начала ему подсказывало, что диалога со мной у него не выйдет. Странный он вообще был, мой напарник. О себе говорил мало, обо мне спрашивал еще меньше. Все то, что мы с ним знали друг о друге, происходило в течение пяти лет нашей совместной работы. Пока я предавался размышлениям, Зойсайт успел закончить свои записи, сложить бумаги стопкой на краю стола, и достать откуда-то из недр сейфа за своей спиной булочку с корицей. - Вы собираетесь сегодня вечером ехать в «Луч полумесяца»? – спросил он, откусывая от булочки сразу половину. - Да. - Зачем? - Нужно будет потолковать там с одним виртуозом спиртных напитков. - Зачем? - Потому что та информация, которую он даст мне, может еще пригодиться. - Зачем? - Зой! - Что? – Зойсайт недоуменно захлопал ресницами, - мне правда интересно! - Занимайся своими бумажками. Он скривился, как школьник, которого заставили выполнять домашнее задание, но послушно схватил со стола одну из брошюр и принялся читать ее, доедая остатки булочки. Я понаблюдал за тем, как он готовится к экзаменам, до пяти часов, а после оставил его наедине с бумагами, и отправился в бар. Костюм, который я с утра так тщательно выгладил, разумеется, успел вновь помяться за день, но охрана все равно пропустила меня внутрь без всяких вопросов. Минако я нашел у самой сцены, она разговаривала с высоким зеленоглазым мужчиной, у которого в руках находились какие-то счета. Разговор у них шел на повышенных тонах, и из того, что я услышал, я понял – несмотря на внешнее благополучие, бар переживает не самые лучшие времена. - Добрый вечер, - поприветствовал я обоих, стараясь как можно меньше смотреть на девчонку. - Мистер Кунсайт, - она невозмутимо указала на своего собеседника, - это Мотоки, наш бухгалтер. - И, судя по всему, - усмехнулся я, - он принес вам не самые лучшие вести? - Так и есть, - парень оказался на удивление добродушно настроен, - однако же, ничего непоправимого не произошло. Нам всего-то и требуется, что… - Больше денег! А где я их тебе возьму, спрашивается? - Ну, Минако, решение есть всегда… - произнес Мотоки, заговорщицки понизив голос. - Нет, - отрезала она, - это – не решение. А теперь, ты не мог бы оставить меня с мистером Кунсайтом? Мотоки торопливо распрощался с нами, а я вопросительно посмотрел на Минако: - Сами расскажете, или мне нужно подождать еще одного грабителя, который раскроет ваши карты? - Да нечего тут рассказывать, - выдохнула девчонка, - я по уши в долгах, а теперь еще и Зайка пропала… Мотоки уговаривает меня продать клуб. - Ему? – спросил я. В голову ко мне начали закрадываться подозрения. - Нет, что вы! Он же бухгалтер, где он найдет деньги для покупки бара? Кому-нибудь постороннему, тому, кто предложит лучшую цену. - И почему же вы не рассматриваете такой вариант? Выражение ее лица ясно дало мне понять, что я задал глупый, по ее мнению, вопрос. - Я ведь говорила вам вчера! Я всю жизнь мечтала владеть каким-нибудь баром, куда люди могли бы приходить, чтобы расслабиться и, может быть, убежать от внешнего мира… Ах, ну да. Она говорила вчера. Только вот я едва ли замечал тогда, произносила ли она вообще что-то. - Где Нефрит? – спросил я только для того, чтобы переменить тему – полицейский и без того был виден на своем рабочем месте. Он стоял, упершись в барную стойку, и беззастенчиво флиртовал с той высокой официанткой, которую я видел в тот день, когда впервые явился в "Луче". Девчонка почти улеглась на противоположную сторону стойки и постоянно хихикала над фразами Нефрита, накручивая на палец длинную вьющуюся прядь каштановых волос. - Эй, бармен, не нальешь ли мне чего за счет заведения? – крикнул я, приближаясь к нему. На лице у него отразилось все, что он думает о невоспитанных покупателях, и он начал поворачиваться с грозным видом, чтобы осадить наглеца. Пока не увидел, кто перед ним. - А, это ты, - синие глаза его насмешливо прищурились, - надо же, узнал. А в прошлый раз делал вид, что мы не знакомы. - Надо поговорить, Неф. Официантка тут же упорхнула вглубь зала, бросив на бармена последний соблазнительный взгляд, и на ее место встала заметно побледневшая Минако. Она, кажется, сильно волновалась по поводу предстоящего разговора – от того, куда заведет нас разговор с Нефритом, зависела судьба ее подруги. - Решил сменить место работы? - я скривил губы в презрительной усмешке, прекрасно понимая, что такой стиль общения наиболее подходит для Нефрита. - Ты же знаешь, - парировал он, - я не могу устоять перед дорогим алкоголем в запыленных бутылках… В этот момент прямо под моими ногами раздалось жалобное мяуканье, и мне пришлось прервать с Нефритом зрительный контакт. У моих ног снова терлась черная кошка Зайки – то и дело пробегая вдоль стойки, она периодически пыталась точить когти о дорогое темное дерево бара. Ненавязчиво – насмешливая манера разговора была безвозвратно утеряна, и мне пришлось сразу перейти к сути: - Что ты узнал? Нефрит неопределенно пожал плечами, хотя видно было, что его так и распирает желание сказать что-то очень важное. - В последнее время здесь слишком много представителей правопорядка – это первое. Милая совладелица клуба, которая всегда веселила меня, пропала – это второе. Ее подруга хочет найти ее, но обращается для этого к неправильным людям – это… - Хватит, - дрожащим голосом перебила его Минако. Нефрит тут же оценил степень ее взвинченности и продолжил уже более деловитым тоном. - Периодически здесь и впрямь ошиваются подозрительные личности, но они не приводят меня ни к чему. Сидят, выпивают коктейли, наслаждаются выступлениями, а потом, стоит мне на минуту отлучиться – они исчезают. Ни один из них, после этого, обычно не возвращается. Сдается мне, кто-то из сотрудников бара подрабатывает на стороне тем, что сбывает с рук редкие краденые драгоценности и мелкие предметы искусства – коллекционеры готовы выложить любые деньги за то, чтобы пополнить свои частные музеи редкими экспонатами. Где-то в баре, очевидно, есть комната, в которой преступники хранят заказы очередного коллекционера, и в подходящий момент заводят клиента туда, чтобы совершить сделку. Вот только почему они всегда ухитряются сделать это в мое отсутствие? - Может, тебя раскрыли? – предположил я. Нефрит покачал головой. - Едва ли. Я перевел взгляд на Минако. У нее был такой вид, словно ей только что сообщили о смерти любимой бабушки – в ней словно разом исчезли все краски. Она сидела на барном стуле, поджав ноги, и была абсолютно серой, несмотря на яркий оранжевый цвет платья. - У тебя есть подозрения о том, кто может быть преступником? – я понял, что хочу найти разгадку исчезновения Зайки как можно скорее, хотя бы для того, чтобы Минако снова начала улыбаться – она была куда красивее с улыбкой. Нефрит поманил меня к себе пальцем и произнес почти шепотом: - Рей Хино. - Почему она? – удивился я. - Ее отец – известный политик, и он вовсе не из тех политиков, чья биография чиста и бела, как снег. Дипломат Хино – частный коллекционер, и лет десять назад у полиции было к нему очень много вопросов по поводу одной небольшой картины из его музея, оригинал которой похитили за несколько дней до появления нового экспоната у Хино. Кроме того, Рей, насколько я успел заметить, была в натянутых отношениях с Зайкой. - С чего ты взял? - О, они пару раз очень громко друг с другом говорили, прямо напротив моей стойки, и, насколько я узнал от Мако, такое происходило достаточно часто. Кроме того… Закончить ему не удалось, потому что в зале вдруг раздался резкий хлопок, а сразу вслед за ним – испуганный крик Минако. Я машинально схватил девчонку за руку и дернул ее, опуская на пол. Пуля, попавшая в стойку, выбила фонтанчик щепок прямо рядом с тем местом, где секунду назад находилось плечо Минако. - За стойку! Живо! – крикнул я, толкая ее в нужном направлении, и пытаясь одновременно понять, откуда раздался выстрел, - Неф, у тебя есть оружие? - Есть! – вторая пуля угодила в одну из бутылок за спиной Нефрита, и в воздухе тут же разлился терпкий, режущий аромат спирта. Полицейский открыл ответный огонь, никуда толком не целясь, и пространство рядом с баром очень скоро заволокло дымом. Затащив девчонку за стойку, я схватил ее пальцами за подбородок и резко повернул ее лицо к себе. Глаза у нее были расширены от страха, и она явно не понимала, что происходит, парализованная внезапностью начавшейся перестрелки. - Когда я скажу тебе «беги», направляйся сразу к выходу, не оборачивайся, - заорал я, пытаясь перекричать грохот от выстрелов Нефрита, - ты поняла? Она торопливо закивала головой, хотя я по-прежнему видел, что она находится в состоянии некой невменяемости. - Прикроешь нас? – обратился я к Нефриту, который продолжал палить в ту сторону, где, предположительно, засел противник. Он молча кивнул, не отрывая взгляда от противоположного конца бара. Когда невидимый стрелок вновь открыл стрельбу, я вытолкнул Минако по направлению в двери: - Беги! – и сам рванул следом, краем глаза заметив, как Нефрит пятится за нами, не прекращая стрелять. Девчонка неслась к выходу, ни на что не обращая внимания, и, выбежав на улицу, едва не проскочила мимо моей машины. Мне пришлось схватить ее за запястье и грубо втолкнуть на заднее сидение. Немного поразмыслив, я полез туда же. - Неф! - Понял, я поведу, - кивнул Нефрит, и уже через секунду оказался на водительском месте. Последний выстрел ударил в нескольких сантиметрах от заднего колеса машины, но Нефрит уже успел завести мотор, и машина рванула вперед. - Едем ко мне на работу, - скомандовал я, и только сейчас заметил, что продолжаю с силой сжимать руку Минако. На ее тонком, бледном запястье остались четкие следы моей хватки, но она даже не поморщилась, словно окаменевшая. Она оставалась такой отрешенной всю дорогу – послушно вылезла из машины, когда мы приехали, спокойно поднималась по лестнице, смотрела невидящим взглядом прямо перед собой, и совсем не обращала внимания на ругательства, которыми Нефрит с невероятной изощренностью обзывал стрелявшего в нас. Она была словно тряпичная кукла. Зайдя в мой кабинет, она так же равнодушно направилась прямиком к моему креслу, и уселась в него с ногами. Я тут же достал из шкафа бутылку дорогого виски, подаренную мне одним клиентом, и щедро плеснул янтарный напиток в три высоких стакана. Один я отдал Нефу, чтобы он, наконец, заткнулся, второй вложил в безвольные руки Минако, а третий оставил себе, с удовольствием сделав большой глоток. - Замечательно, - недовольно произнес Неф, - теперь моему прикрытию конец. Достал оружие посреди бара! - Да тебя никто и не видел толком. - Главное, что меня видел тот, кто стрелял. Да и ты хорош – Неф, Неф! Сдал меня, словно… - Ну, и как съездили? – раздался вдруг от двери радостный голос, и в кабинет, прячась за горой бумаг, вошел Зойсайт. Увидев нас троих, растрепанных, испуганных и тяжело дышащих, он остановился и едва слышно пискнул что-то. Глаза его неотрывно следили за Нефритом, который от неожиданности даже выплюнул только что пригубленный виски. - Ты? – рявкнул он Зойсайту, а затем повернулся ко мне, - что он здесь делает? На лице у него была написана такая ярость, что я даже испугался. - Это мой напарник, Зой… - О, я знаю, как его зовут! – издевательски протянул Неф, - я за этим мерзавцем три года гонялся, пока он честных граждан обворовывал! - И ни разу не поймал, заметьте! – гордо добавил Зой. После этого заявления, правда, ему пришлось спрятаться за стеллажом с книгами, потому что Нефрит, очевидно, решил все-таки довести начатую работу до конца – он кинулся на Зоя, забыв про зажатый в руке стакан, и я мысленно поблагодарил небеса за то, что все патроны Неф истратил на стрелка, иначе остался бы я без напарника. В итоге к началу вечера в моем кабинете полицейский гонялся за бывшим карманником, а хорошенькая певичка залпом опрокидывала один за другим стаканы с виски,приходя в себя после того, как нас пытались подстрелить в баре посреди дня. Мне оставалось только задаваться вопросом о том, как моя жизнь смогла за одну неделю превратиться в форменный сумасшедший дом.