Polaroid

Диего хочет провалится под землю от стыда. Укутанное в одеяло, как гусеница в кокон, Ваня, действительно, выглядит плохо (это еще мягко сказано). Красные слезящиеся глаза, нездоровые румяные щеки, блестящий от пота лоб, тихий-тихий голос: — Ты так долго. Нет ни капли упрека. Только констатация факта. Диего хочет извинится, но решает оставить все слова на потом. Он подхватывает на руки шатающуюся, словно на ветру, фигуру в одеяле и несет её обратно в их спальню. В другой день Ваня бы возразила, — сейчас у неё не было сил. Только желание прижаться к Диего и уснуть. Он вспоминает все, что делала мама в тех случаях, когда он простывал, и приступает к лечению. Измеряет температуру (38,2), натягивает на вялую и не сопротивляющуюся Ваню колючий свитер, укутывает до подбородка и погладив по спутанным прядям волос, произнес нарочито спокойным тоном: — Не вставай с кровати, я в аптеку. — Но сейчас два часа ночи, — сквозь кашель пытается произнести Ваня. Этот звук всполохом режет сердце Диего. Какой-же он все-таки козел! Ваня звонила ему, когда он был на работе и попросила прийти пораньше. Он ведь по голосу еще понял, что с ней что-то не так, но отмахнулся от интуиции, как от надоедливой мухи и продолжил работать над делом. — Есть круглосуточные! — Он добавляет стали в голос, чтобы Ваня не перечила. Диего знает, что во время болезни Ваня становится капризной до охоты быть с ним. И все это может закончится тем, что она просто расплачется и будет умолять его никуда не уходить. Поэтому надо было пресечь все на корню. — Я быстро, а ты пока подремай! Он накидывает на себя ту же кожанку, в которой и пришел (хотя мог бы и что-то потеплее, поскольку ночью стало куда прохладнее) — у него нет ни времени, ни желания переодеваться. (Диего едва ли не в панике от Ваниного состояния, чтобы думать о своем состоянии.) В машине он звонит Юдоре — своему напарнику — и говорит, что не выйдет два дня: Ваня заболела. Юдора усмехается про себя, а в слух произносит, что нет проблем, она сообщит капитану — все равно пока в деле нет новых сдвигов. Без благодарностей и прощаний он скидывает номер Юдоры, и набирает номер сестры. Эллисон отвечает после четвертого гудка, сонная и немного раздраженная: — Диего, что случилось? Диего бросается взгляд на приборную панель, где есть часы, и чувствует себя виновато уже перед Эллисон. С другой стороны, он бы не стал её беспокоить так поздно, если бы это не было важно. — Чем ты лечишь Клэр, когда она простывает? — Ты заболел? — Сонные нотки в голосе сестры сменились материнским беспокойством. — Нет, Элли, Ваня. Пожалуйста, скажи какие лекарства нужны. Эллисон на короткое мгновение умолкает: если Диего обращается к ней по старому прозвищу из детства, значит, он очень взволновал (если не напуган). — Какие у Вани симптомы? — Температура 38,2, кашель, насморк, — Диего, вдруг, понимает, что сделал лишь беглый осмотр, не спросив саму Ваню о её самочувствии. А что если у неё голова болит или тело ломит? Словно прочитав мысли брата, Эллисон строго выговорила: — Ты же не врач, а коп! Конечно, при такой температуре у неё будет ломить тело и болеть голова. Тебе надо купить жаропонижающие средство. Лучше порошковое, чтобы заваривать. Диего ставит сестру на громкую связь. Одной рукой он ведет машину, другой достает свой блокнот с ручкой и записывает мудреные названия лекарств, которые ему надиктовывает Эллисон. — Купи лимоны, заливай их кипятком, пусть Ваня пьет больше жидкости. И, Диего, — Эллисон как-то странно хихикает. — Ты умеешь готовить? — А что? — Куриный суп. — Куриный суп? — Недоуменно переспрашивает Диего. — Да, куриный суп. Его готовят больным, он легкий, питательный и легкоусвояемый. Ване понадобятся силы. — Эллисон протяжно зевает, Диего извиняется перед сестрой, что разбудил её. — А, ничего, у нас тут уже почти шесть утра. Мне все равно надо завтрак для Клэр готовить. — Поцелуй её от меня, и передавай «привет» Лютеру! Эллисон угукает и разъединяет звонок. Додж Чардер — гордость Диего (и тихая ревность Вани) — мягко вильнув свернул вправо и притормозил ровно под неоновой вывеской круглосуточной аптеки. Диего берет блокнот со списком лекарств и спешит во внутрь аптеки. Провизор — милая старушка в больших очках — помогает Диего с его списком и через несколько минут с чеком и покупками он возвращается в машину, вопреки своим внутренним убеждениям, не соблюдая правила дорожного движения, мчится на большой скорости домой, срезая через дворы и пролетая под красный свет светофора. *** Когда он входит в квартиру, Ваня не спит и встречает его сильным приступом кашля. Диего снимает обувь, бросает куртку куда-то на пол, промахиваясь мимо вешалки и схватив пакет с лекарством, идет на звук в спальню. В немом взгляде Вани читается вопрос: Куда так много? — Все надо! — Отрезает Диего. Он последовательно следует всем вложенным инструкциям и заставляет Ваню принять из его рук дымящуюся от кипятка кружку. Пока Ваня дует на лекарство, Диего вытаскивает из платяного шкафа старый шарф. Он знаком показывает Ване подождать минутку, чтобы он смог натереть согревающей мазью её шею и закутать в шарф. — Вот так, — повязывает он шарф неровным узлом. Ваня благодарно шмыгает и Диего, не удержавшись, легонько целует девушку в кончик носа. — А теперь спать! *** Диего ворочается всю ночь, пытаясь устроится на кровати. Ваня — жаркая печка — закутанная в свитер, пижаму и ватное одеяло, заняла собой большую часть матраца. И Диего не хотел ей мешать отдыхать — сон Ване куда нужнее, чем ему. *** Он просыпается раньше Вани, чтобы успеть сходить в продуктовый магазин за ингредиентами для куриного супа (рецепт вычитал в интернете). Вернувшись, Диего заглядывает в комнату и встречает утроенную Ванину улыбку. Ей явно лучше, чем вчера, но она все еще слаба. Поэтому вручив ей все таблетки, лекарства и сиропы, Диего откланивается, оставляя Ваню наедине с телевизором, а сам идет на кухню, готовить суп. Он никогда не готовил, этим всегда занималась Ваня. Даже все романтические ужины, что он ей устраивал — это была еда на вынос, приготовленная другими людьми. И Диего начал понимать, над чем вчера смеялась Эллисон, когда ему пришлось искать разделочную доску целых десять минут - он профан в готовке. Сверяясь со скриншотами в телефоне, Диего очищает картошку, шинкует ломтиками морковь, поглядывая на кастрюлю с кипящей водой, пытаясь злым взглядом заставить курицу вариться быстрее. Он плачет на дольками лука и случайно режет ножом по пальцу, когда мелко рубит зелень. Он пыхтит, пытаясь выверить приемлемое количество соли для супа, и всерьез раздумывает позвонить Эллисон, чтобы спросить: сколько соломинок спагетти нужно для супа. В итоге, он кидает в кастрюлю одну третью часть пачки (и это оказывается самое верное решение). Взяв с полки любимую Ванину тарелку (с диснеевскими котятами), Диего налил немного супа (на проверку) и, с колотящимися от волнения сердцем, понес блюдо самому страшному критику. *** Ваня настороженно оглядывает содержимое ложки и с недоверием проглатывает суп. Диего нервно следит за её движениями и разочарованно вздыхает, когда Ваня сморщивается. — Извини, я закажу из ресторана, — сникает Диего. Мгновение и Ваня разражается смехом. — Я пошутила, суп отменный, — и в доказательство своих слов, Ваня забирает из рук Диего тарелку, чтобы доесть бульон. *** — Знаешь что? — Сонная Ваня прижимается к плечу Диего, когда они сытые и разомлевшие лежали на диване под пледом и смотрели старый детектив Боггарта. — М? — Диего ласково поправляет прядку, упавшую на лоб Вани. — Теперь будешь готовить ты. Диего усмехается. — Что-то еще? — Мне нравится болеть, ты проводишь со мной время… — Я учту твои пожелания. Мы будем проводить больше времени вместе. И я буду готовить для тебя каждый свой свободный вечер. — Диего целует Ваню в макушку и возвращается к просмотру фильма. — Обещаю.