9.
3 сентября 2019 г., 09:16
— Ну и как это было во второй раз?
— Ммм... — промурлыкала я. Голова пока еще не начала соображать, и я все также парила где-то в розовых облаках.
— Кла-арк! — зовет она меня, и я смеюсь.
— Спасибо, Лекса, — благодарю я, за что получаю мягкий поцелуй в губы.
Бывшая лежит рядом со мной и, одной рукой обхватывая мою грудь, шумно выдыхает, теребя пальцем сосок. Я отрывисто дышу, сердце еще не пришло в обычный ритм, но уже начинает отбивать перебои...
— Не могу насытиться тобой, Кларк, — произносит она низким голосом, и я понимаю, что эта девушка ненасытна в плане секса.
Я опускаю свою руку на ее выпуклость, задевая пальчиками выглядывающие наружу малые губы и клитор: хочу, чтобы она потеряла контроль. Хочу, чтобы ее спокойная маска спала с лица, хочу заставить ее стонать по мне, хочу оказаться там своим лицом, где она была у меня.
Я потрясена, что после нескольких часов близости нуждаюсь в ней сильнее, чем когда-либо. В этот момент и приходит осознание, что я влюбилась по уши, что я хочу прожить с ней всю свою жизнь, а не с кем-то другим. Это не из-за секса, это из-за проведенного времени рядом. Она заботиться обо мне все время: обогревает, кормит, хотя сама не ест, и я не раз слышала, как урчит её желудок... Да, она жестокая и холодная, но я вижу в ней свет. Возможно, он появляется, когда я рядом?
Лекса целует меня, моя рука застыла там, в ее горячей влажности. Это так приятно – держать в руке самое драгоценное место человека! Конечно, многие могут сказать, что это сердце. Я согласна, но сейчас моя голова забита похотью и страстью, которые я испытываю к этой женщине.
Я по своей неопытности спускаюсь вниз безо всяких прелюдий. Хотя, как я понимаю, при влажности вульвы они и не нужны.
— Кларк, ты уверена? — она понимает меня с полуслова, и я киваю. Встаю в стойку на колени с выпученным задом и утыкаюсь взглядом в ее промежность.
Боже... Она так прекрасна! А ее мокрые складки переливаются при лунном свете так, что кажется, будто миллион алмазов сверкают там.
Если вы видели море в лунном свете, вы бы меня поняли. Этот блеск очень похож.
Мои пальцы обеих рук интуитивно натягивают большие губы, чтобы гладкие слизистые складки разгладились, а чувствительная точка была в большем доступе для меня. Клитор даже слегка приподнимается со своим домиком под моими действиями.
Я первый раз исследую вульву воочию, и мне все больше это нравится.
— Кларк... — мое исследование похоже затянулось. — Теперь... просто обхвати его губами, — подсказывает она мне, чем напоминает, зачем я там нахожусь.
Как только я обхватываю клитор губами, Лекса кряхтит, и ее руки спускаются мне на волосы. Слегка сжимаю губы, чувствуя кисло-сладкий привкус. Приятно. Она уже кончает?.. Я ничего не понимаю в этом, но интуиция, о которой я не подозревала, заставляет меня двигать языком вдоль ее плоти.
— Черт! Да, вот так, Кларк, — стонет Лекса, и я продолжаю.
Ее бедра покачиваются мне навстречу, а я, чередуя мягкие поглаживания языком с погружением клитора в себя, посматриваю на девушку. Она лежит с закрытыми глазами, словно в экстазе. Выпирающие ребра медленно поднимаются и опускаются. Я сосредотачиваюсь на куннилингусе, двигаясь по клитору немного быстрее.
— Я... Я уже близко, Кларк... — предупреждает она меня со стоном. — Если ты... ты не хочешь, чтобы я... Можешь продолжить пальцами...
Мне нравится, как она теряет из-за меня контроль, и я не останавливаюсь. Я хочу попробовать ее, вкусить, как и она меня.
Лекса напрягается со страстью в голосе и безостановочно повторяет мое имя... Я чувствую рывок ее таза, и теплая жидкость омывает мой подбородок, губы. Я отодвигаюсь и слизываю языком. Это не так уж противно.
Поднимаюсь и ложусь рядом, прижимая ее к себе, ожидая, когда она придет в себя. Она кладет мне голову на плечо, и я обнимаю ее. Я сама нахожусь в какой-то эйфории, в каком-то непонятном блаженстве.
— Ну, и как? — шепчу я со смешком.
— Я приятно удивлена. Ты делаешь это лучше, чем кто бы то ни был.
Я краснею, а она посмеивается, затем ее лицо становится серьезным. Я не могу прочитать, о чем она думает.
— Я... Кларк, я...
— Ты что? Что, Лекса? — мягко помогаю я ей, и понимаю, что она пытается решиться на что-то.
— Я... я люблю тебя!
В моих легких заканчивается воздух, во рту все пересыхает – я никогда не думала, что услышу эти слова от нее. И сразу замечаю испуганный взгляд маленького, загнанного в угол зверька. Она говорит это впервые, и чтобы еще больше не напугать ее, я не делаю акцент на ее словах, а тихо добавляю:
— Я люблю тебя, Лекса. И я хочу, чтобы ты была моей первой... — так мои слова приобретают немного другой смысл, что я не просто вежливо ответила признанием на признание, как делают это многие, а подкрепила доказательством. — И я хочу, чтобы это случилось сегодня, сейчас.
Иногда в момент «апокалипсиса» люди признаются в своих чувствах, делают предложение руки и сердца, потому что думают, что не доживут, и пытаются сделать все, чтобы успеть. Возможно, и со мной также было, но я знала, что никогда об этом не пожалею. Да, я рада до сих пор, что это была она, а не мой муж. Думаю, с ним было бы больнее...
Сколько раз за нашу жизнь Лекса сказала слова «Я тебя люблю», можно было пересчитать по пальцам: в том доме, во время урагана, на нашей свадьбе, когда мне перенесли в полость матки готовый эмбрион и в день появления на свет нашей дочери. Четыре раза за девять лет: семь из которых наша совместная жизнь в браке. Чаще всего она отвечала: «я тоже»...
Я касаюсь губами ее губ, не давая ей ответить или опровергнуть мои слова. Я видела ее удивление, и она могла отказаться, но я не даю ей сделать этого.
Поцелуй с Лексой каждый раз разный. Он как наркотик, которого никогда не бывает достаточно. Она мурлыкает от удовольствия, мягко касаясь моего языка. Ее руки сжимаются за моей спиной, и мы соприкасаемся обнаженными телами. Ее губы движутся вниз, по моей скуле и перемещаются на шею. Я вновь теряю контроль над собой...
С моих губ срывается непроизвольный стон, и она целует меня в шею. Я закрываю глаза, это слишком приятно. Может быть, Октавия ошиблась, и не будет так больно с любимым человеком.
Лекса рычит, когда обхватывает мои соски губами, а руками – грудь. Наше дыхание одновременно учащается и сбивается. Я всегда буду так сильно ее хотеть?
Одной рукой я прижимаю ее голову к себе, а пальцем второй вывожу символ бесконечности на ее спине.
Спустя несколько минут я приподнимаю ее голову и шепчу:
— Лекса... сделай меня женщиной. Сделай меня СВОЕЙ женщиной.
Замечая пульсирующую вену у нее на шее повыше ключицы, целую туда, чувствуя, как ее тело дергается и напрягается, когда я приподнимаю бедра и обхватываю ее талию, оставляя мокрый отпечаток на коже ее живота от своей сочащейся промежности. Так приятно чувствовать ее голое тело. Ее кожа давно поблескивает от пота.
Лекса стонет, чувствуя мою влажность на себе.
— Я очень хочу тебя трахнуть, Кларк. Больше всего на свете, поверь мне. Я хотела этого с того момента, как увидела тебя... Ты уверена, что ты готова? Полностью готова?
— Да, — отвечаю коротко я, продолжая плавиться от ее речей. — И больше не спрашивай меня об этом, иначе я тебя убью.
Мы смеемся вместе, до того момента пока Лекса не укладывает руку на мою скрытую губами вульву.
Она медленно целует меня, лаская языком. Наши губы так подходят друг другу, что кажется, созданы для этого. Лекса целует меня в уголок рта, потом в нос и снова в губы. Она сверхнежна со мной.
— Сначала будет больно, так что скажи, если захочешь, чтобы я остановилась. Хорошо?
— Хорошо, — я сглатываю слюни, а внутри меня все трясется от страха.
Лекса целует меня и я чувствую, как пальцы надавливают на мой вход. Вздрагиваю... Чувство странное... Я закрываю глаза и слышу собственный стон...
