Чьё-то несчастье 2-3: Your?

— приехали — за все время поездки я так и не заметила особых изменений в парне. Он продолжал сильней обычного сжимать руль, периодически постукивая по нему пальцами на светофорах, и сейчас также напряженно оповестил о завершении нашей поездки — видимо, до пятницы прощаемся — а говоришь так, словно на всю жизнь. Я пыталась его успокоить, периодически касаясь или поглаживая, но он лишь поглядывал на меня с натянутой улыбкой. — Насть, — я даже ответить парню ничем не успела, а меня уже перебили, потому что Катя с заднего сидения придвинулась к нам — может ты мне ключи отдашь, я пойду, мне там нужно… — последние слова почти шепотом на ухо мне сказала, потому я заметила ее улыбочку, которую она сдержать хотела — а вы тут пока попрощаетесь — сейчас она на нас обоих поглядывала, улыбаясь чуть открытей и вызывая некоторое непонимание. — держи… — я просто вдумываться даже не хотела, потому, вытащив связку из кармана, отдала в ее худощавую ручку ключи от своей квартиры. Катя сразу попрощалась с Глебом и достаточно быстро, даже для присущей ей медлительности, исчезла из машины, направившись прямиком в подъезд. — попрощаетесь? — первые секунды мы молчали, потому что как завороженные смотрели вслед подруге, а после Глеб отвлекся, заставив меня последовать его примеру — мы долго прощаемся что ли? Или мне не показалось, что это был намек? — не одному тебе, надо сказать, я тоже заметила странность, но чем ее объяснить, точно не знаю. Глеб еще и брови сводит, требуя от меня ответа. Будто я всегда в теме, блин. — не знаю — и вот несмотря на то, что я чувствую непонятность, я достаточно быстро ее отпускаю, расслабляясь и отреченно пожимая плечами — Я ее не просила, если ты об этом — после этого даже улыбаюсь, специально наклоняя голову к блондину. А ведь главное, что я не спешу прощаться и уходить, я просто сижу дальше. Видимо, подруга знала больше, чем мы оба… — ладно — он соглашается, забивая на ситуацию и откидываясь на сидение, вот только до сих пор напряженно! Но я молчу, не зная, как уже на него повлиять, да и что в принципе сейчас сказать — если что-то нужно будет, пиши, я буду всегда рядом с телефоном — он, видимо, тоже не знает. — зай! — да, специально. Я специально измученно и достаточно громко произнесла это привлекающее слово. Чтобы внимание обратил, чтобы замолчал, потому что тема эта уже раздражать начинает — перестань, пожалуйста, ничего у меня не случится, — ты просто посмотри, как я в этом уверена — ты отдыхай, а мы посидим у меня сегодня-завтра, потом на пары сходим, и ты уже приедешь — я пыталась доказать, что не успею ничего натворить? Что со мной за два дня ничего не случится? Не знаю уж, убедила ли я его, но Глеб замолчал, вроде даже расслабился относительно, громко выдохнув и глазами вокруг пробежавшись. Повисла тишина, которую стоило бы прервать, и, кажется, блондин не придумает причин, потому я завожу новую тему, о которой думаю уже несколько дней подряд, но все никак не могу найти момент. — я еще давно сказать хотела, все как-то ни к чему было, не вовремя… — я не понимаю, почему такие странные эмоции испытываю, почему переживаю, почему волнуюсь. Ничего страшного, вроде бы, даже нет. Может реакции его боюсь? Может ответа, может самой ситуации… — говори — парень сразу реагирует, поворачиваясь ко мне корпусом, и внимательно вслушивается, наблюдая. В чем моя проблема? — моя мама приглашает тебя к нам на ужин перед новым годом — что сложного было прямо сказать об этом несколько дней назад, когда предложение только поступило? Может я и правда боюсь знакомить Глеба с родителями ближе? Или боюсь его эмоций и ответа, ведь при первой встрече он сам сказал, что не самый хороший вариант для меня. Вдруг он будет против? Что делать тогда? — отлично, когда? — его быстрый ответ, который еще и искренней улыбкой сопровождается, заставляет слегка удивиться и задуматься, а не глюки ли это моей больной фантазии. Но взгляд спокойных глаз убеждает, что фразу он произнес именно так, как я ее и услышала, и сейчас ждет ответа. — я так понимаю, у нас только суббота остается свободной. Ты сможешь? — вроде с надеждой, а вроде и подвох в нем увидеть боюсь, зачем-то всматриваюсь. — конечно смогу. Что с меня? — парень продолжает улыбку тянуть, чуть приподнимая брови, я стараюсь расслабиться, потому что ничего тревожного по сути то и нет, раз он так легко реагирует и соглашается, но все равно что-то внутри ёкает. — ничего, только твое присутствие — перебороть себя приходится, чтобы тоже в ответ ему улыбнуться и в глаза посмотреть. — тогда вообще прекрасно — кивает, убеждая, а после с моим взглядом встречается — только давай договоримся, что переживать буду я, а ты будешь спокойна, хорошо? — парень берет меня за руку, что на коленке лежала и край куртки сжимала — Тебе не логично нервничать, а мне можно. — почему это? — звучало так, словно мне стало обидно, что мне что-то запрещают. Я даже брови нахмурила и губки надула, на что Глеб, кстати, сразу обратил внимание. — потому — он усмехается моему виду, придвигаясь ближе, наклоняя мою голову к себе, потому что руку уже на щечку переместил, а после целует, но касаясь только губами на несколько секунд — не засиживайтесь сегодня долго, ложитесь отдыхать, день активный был — проводит по скуле, отправляя пальцы к мои ушам и нежно поглаживая чувствительную кожу. — хорошо — я умиленно улыбаюсь, переводя взгляд с глаз на его губы, к которым тут же придвигаюсь и нежно целую, зеркально касаясь лица, чтобы ближе притянуть. Глеб, хоть и поплыл в улыбке на мгновение, быстро сообразил и стал отвечать, получая видимое удовольствие. Но все когда-то заканчивается… — напиши, когда доедешь — я раньше всегда просила его это делать — и когда выезжать завтра будете — ну да, чтобы я в курсе была, во сколько уедут — и когда… — всегда, я понял — не менее открыто усмехается, покачивая головой в стороны и затыкая меня очередным коротким прикосновением губ — буду писать всегда — я чуть смутилась, поплыв. Теперь мы сидели в тишине с улыбками и просто смотрели друг другу в глаза, в то время как парень поглаживал мое ушко. Приятное ощущение.

***

Пятница. Дада. Сегодня уже пятница, сегодня мы отмечаем новый год в университете. С самого утра я в каких-то сборах. Нужно было привети себя в полнейший порядок, придумать что-то с прической, чтобы хоть немного нарядно было. Ну в общем то дел не мало. Сейчас я была почти готова и уже надевала платье. Глеб решил приехать ко мне пораньше, чтобы чем-то помочь, но, как я понимаю, он просто соскучился и хотел поскорее увидеться. Потому что в четверг они поздно вернулись, а я уже вырубилась после долгих прогулок с Катей. Эти два относительно свободных дня были глотком свежего воздуха, потому что мне стало куда легче. Ночь, когда Глеб предложил пораньше лечь спать, мы провели почти без сна… просто потому что посмотрели фильм ужасов в темноте и при достаточной громкости, после чего обеим было напряжно находиться без света… да и в тишине тоже. Поэтому мы много ржали со своего же страху и много болтали, вырубившись только под утро. Благо блондин об этом так и не узнал. Встали мы достаточно рано, если брать во внимание, когда именно мы уснули, вспомнили, что хотели поснимать красивые зимние улочки, людей, друг друга, природу и прочее. Потому практически всю среду мы провели на улицах города в поисках красивых кадров. Настроение было на высоте, эмоций положительных уйма, а еще приятная усталось, из-за которой я очень рано вырубилась вечером. Благодаря тому, что мне еще и ко второй паре, я выспалась и была полна сил, что даже после занятий согласилась продолжить прогулку и отправиться достаточно далеко ради двух маленьких «косплеев». Глеб оповещал о своих передвижениях, сопровождая все фотками, а иногда даже видосами, которые еще больше поднимали настроение. Сегодня он приехал ко мне около часа, хотя выезжать нам к шести… пояснил это тем, что готов помогать во всех сборах. Ну как я уже сказала, думаю, он просто соскучился, потому что после того, как я ему дверь открыла в домашней длиной футболке и с полотенцем на голове, он кинулся на меня с улыбкой и с поцелуями, от которых я не могла отбиться. Не знаю, по какой логике, но я захотела пойти в черном платье, которое есть у меня уже пару лет, а я так в нем никуда и не ходила, хотя оно мне нравится. Проблема в том, что оно достаточно необычное… само по себе обтягивающее и достаточно короткое, но сверху есть легкая пришитая накидка, которая на спине волной спускается к полу, а спереди лишь чуть ниже талии. До этого момента я не могла приписать его ни к одному мероприятию, на что сейчас решила забить, вновь впихавшись в понравившийся наряд. Так как Глеб был рядом, я решила узнать его мнение, позвав посмотреть на меня, а то вдруг он скажет, что это не очень празднично или слишком открыто… в общем, хотела посмотреть на реакцию и послушать мысли. Парень быстренько появился в дверях, закусив губу и став расматривать со всех сторон, когда я начала крутиться и пояснять, что к чему. Он лишь кивал и угукал, соглашаясь, что необычно, а после сказал, что ему тоже нравится. — вот только… один вопрос — блондин подошел ближе, слегка нахмурившись и начав поднимать накидку и всматриваться тщательней во все ее переплетения. Помню, как я сама в первый раз не могла понять, что тут к чему и как это носить. Но вот, что пытался сделать Глеб, я не понимала, потому просто поддавалась ему, когда крутил как куклу. Чуть позже его действия стали вызывать улыбку, потому как я смотрела на нас в зеркало и понимала, что со стороны это выглядело очень забавно, когда он встал на колени за моей спиной и полез под длинную накидку, проведя ладонями по моим ногам к короткой юбке — ааа там просто платье под ней что ли? Ну все тогда, я понял, как его снимать, я согласен. С довольной улыбкой парень вылез из-под части моего наряда, успев поцеловать в ногу, встав передо мной и обхватив за талию. Согласен он, блин. Понял, как снимать. Вот для чего это все было сделано и сказано? Сегодня у него тоже было отличное настроение, он больше не был таким напряженным, как в тот вечер. Он постоянно шутил, прикалывался, смеялся и улыбался. Мне казалось, что теперь у обоих все очень даже хорошо. Все было готово, платье для вальса я уже повесила возле выхода, чтобы точно не забыть его взять. Глеб предложил наедине повторить танец, после чего включил нужную мелодию и пригласил меня на вальс. Мы станцевали посреди гостинной, все было так мило, нежно и романтично, но на последних секундах нас прервал звонок на телефон парня, после чего он сказал мне собираться, мол скоро выдвигаемся, а сам ушел в другую комнату и закрылся. Видимо, какой-то важный звонок и серьезный разговор.

***

— ты ж моя красавица, наконец-то ты появилась в этом платье — подруга посмеивается при встрече, обнимая и осматривая меня. Она давно слышала о нем, каждый раз спрашивая, почему я отказываюсь в нем идти. Сейчас мы уже собирались все в актовом зале, чтобы посмотреть основную часть всех выступлений. Кто-то еще украшал, наряжая елку для атмосферы праздника. А кому-то приспичило надувать шарики… Почему так говорю «приспичило»? Потому что этот кто-то, по-видимому, очень криворукий, а решила я так из-за летающих всюду сдувающихся шаров. Да и ладно, что он завязать их не может нормально, сейчас я услышала фразу о том, что надувает он слишком маленькие, а потому стала готовиться морально к тому, что что-то может очень громко лопнуть. Вот только готовиться бесполезно, потому что никогда не знаешь точно… — ах, боже… — да, я все же испугалась громкого хлопка, раздавшегося, кажется, на весь университет, я сильно вздрогнула и дернулась всем телом, повалившись на кого-то позади, кто, к слову, очень нагло решил меня придержать, крепко ухватив за талию и прижав к себе. — такая пугливая стала — он еще и посмеивается надо мной! Только через несколько секунд после хлопка и этих обнимашек я повернулась посмотреть, кто удержал меня на месте. И сразу удивилась, что не узнала его хватку, ведь последнее время Глеб часто к себе прижимает — мы поможем стулья принести, а потом меня зовут с музыкой помочь, если что не теряй — целует в висок, подмигивая и также быстро исчезая, как и появился. Мы остаемся болтать нашей группой, пока многие из парней заняты украшением зала, кто-то повторяет сценарий, кто-то танцы, девочки правят макияж и поправляют платья, кураторы кружат, осматривая все и всех, чтобы за порядком следить. Все как всегда. — ты уже смотрела, как наши отпраздновали? — ко мне подлетает улыбчивая подруга, словно убеждает, что сегодня у всех все прекрасно с настроением. Вот только, о чем она вообще болтает, я не понимаю, потому и спрашиваю — фотки скинули в группу. Не видела? — вообще я сегодня в сети, оказывается, не появлялась, да и в группы редко захожу, не люблю беседы всякие — давай вместе полистаем. Схватив меня за руку, утягивает в сторону, чтобы мы посреди зала никому не мешались, а после начинает листать отчет от нашей знакомой, которая вместе со всеми старшими ездила на базу и снимала все, что видела. Фотки самые разные, начиная от пакетов с разными видами алкоголя и заканчивая играми в снежки. Хотя даже по фотке понять можно, что уже достаточно подвыпившие толпы парней просто решили поваляться в снегу и руками слегка помахать. Множество фоток стола, множество парочек, игр, в которые могли играть уже не самые светлые умы. — ооо, а вот и наша компашка — Катя долистала до фоток из нужного корпуса, где все уже казались знакомыми, потому что в универе регулярно пересекаемся. У наших, конечно, подготовлена музыка, потому сейчас мы рассматривали Максима, освещенного розоватым неоном на полусцене, затем Тема с Лерой в обнимку что-то пытаются обсудить при громком шуме, а после Глеб — ваау, ты посмотри на него, какой красавец, божечки — коментарии подруги вынуждают улыбнуться и даже слегка засмеяться. Она приближает каждую часть фотографии, подробно все рассматривая. И сложно не согласиться с ее словами, ведь мой красавец и правда прекрасен, стоит на сцене с привычным ему серьезным выражением лица, его освещает красноватый неон, губы слегка поджаты, от чего скулы сильней выделяются… уверенный, мужественный. Листаем дальше, доходя до фоток закусок и прочего. — ой… — я отвлеклась времено, пытаясь глазами найти Глеба в зале, но Катюша вернула мое внимание к себе, и, повернувшись, я заметила ее бегающий взгляд, после чего решила все же заглянуть в ее телефон. Новая фотка. Там снова Глеб. Но теперь на его шее висит какая-то девчонка, в то время как они оба смеются, и он придерживает ее за талию — странно что-то… — интересная реакция, конечно, что я временно даже свою мысль теряю, усмехаясь. — что творите? — как быстро нашелся то, только что тебя искала. Стоит напротив, улыбается, а Катя сообщает ему о том, что мы фотки смотрим, и по ее эмоциям и взгляду понятно, что что-то не так — давно пьяных людей не видели что ли? — ну да, давненько, ты там такой красивый на сцене — я улыбаюсь, замечая, что моя Катя все еще в каком-то шоке пребывает, бегая взглядом по нам двоим. Переживает что ли, что я могу сейчас расстроиться. Парень заикается, мол что иначе быть не может, обнимая меня одной рукой, а я продолжаю, аккуратно вытаскивая гаджет из руки, застывшей подруги — ты сам то фотки видел? — я сам там был, зачем мне их смотреть? — но тем не менее сейчас вместе со мной пялит в экран подруги, пока я фотки назад отмотала и показываю ту, где он на сцене — скинешь мне ее? — сообщаю, что в группе найти можно, и продолжаю листать, тормозя на той самой и замечая, как парень глаза сразу отводит — одногрупница? — зачем я это спрашиваю? — не знаю, — как-то не очень довольно он фыркает — я понятия не имею, кто она, лезла несколько раз, вот и поймали кадр, видимо, — вы бы видели с каким выражением лица он смотрел на эту фотку… там и до отвращения не далеко. Теперь понятно, почему сразу отводил взгляд — мы не общаемся. — ну, а это, кажется, специально для меня сказано было, чтобы точно ничего не подумала и демонов внутри успокоила. Хотя я и так была спокойна. Я просто киваю, продолжая фотки листать, находя Глеба уже в компании друга, который в прошлый кадр не влез, хотя стоял в двух шагах. Девушка уже не такая веселая уходила из кадра со стаканом сока. Странно, что я ее никогда не видела в универе, хотя может быть это чья-то подруга, которая просто за компанию поехала… Парня моего забрали настраивать музыку, мы досмотрели фотки, найдя еще парочку «интересных», где наших мальчиков трогали те, кто не должен, но ничего внутри как-то даже не реагировало на это. Видимо, и не нужно. Доверие? Наверное, оно и правда есть в полной мере.

***

Представление началось, сначала как всегда нам о чем-то вещали преподаватели, поздравляли, зачем-то заикались о сессии, видимо, чтобы мы сильно не расслаблялись и не гуляли. После начались сценки, мы заранее переодели платья для вальса, оставшись выступающими закулисами, я долго наблюдала через зеркало, как Голубин прихорашевался, вечно поправляя то волосы, то бабочку, то пиджак, вызывая у меня умиленную улыбку и хихиканье. Когда же он меня спалил за этим не хитрым занятием, то с неподдельным наигранным возмущением направился ко мне, схватив меня в свою хватку, и стал наезжать, мол что я за ним слежу и над ним смеюсь. После его крепких обниманий, сопровождающихся щекотанием, нам сделали замечание, что мы слишком шумные и нас слышно на весь зал, пришлось замолчать и убедить парня прекратить впиваться пальцами в мою кожу. Словно сделав мне одолжение, Глеб аккуратно обнял со спины, согревая в своих руках, и так мы молча простояли до самого выступления, внимательно наблюдая за сценой. Как и всегда я начала ужасно сильно переживать, когда подходила наша очередь… — смотри мне в глаза — шепчет прямо на ушко, он даже не поленился наклониться. Я поняла, что, возможно, меня заметно потряхивает, как это было всегда, плюсом я еще бесконтрольно сжимаю руку парня в своей. Потому и решил успокоить, крепко придерживая рядом. Выходить было волнительно, но когда началась музыка, и я поймала его взгляд, то потерялась где-то далеко внутри. Глеб смотрел с нереальной нежностью прямо в глаза, его горячие руки крепко и уверено держали меня и помогали плавно двигаться в такт. Всматриваясь в него, я не заметила, что за нами наблюдают еще десятки глаз, что половину танца мы уже исполнили, что я улыбаюсь безумно широко, что все происходит как на автомате, и я даже о движениях не задумываюсь. — вот и все, — словно из сна или гипноза возвращает к реальности, я замечаю, что все хлопают, а мы стоим в последней позиции, затем благодарим зал, и Глеб, все еще не отпуская мою талию из своих рук, уводит меня со сцены вслед за остальными парами — ты прекрасна, можешь расслабиться — легко сказать… ты, кажется, привык к такому большому вниманию. Глеб еще и целует в макушку, обнимая, к груди прижимая и уводя в зал, чтобы оттуда досмотреть оставшиеся сценки. Интересно, я когда-нибудь начну ему отвечать?