Чьё-то несчастье 2-3: Your?

Я почти успела выдохнуть и избавиться от всех неприятных мыслей и вопросов, уже стала задумываться о том, какие у меня есть на сегодня планы, но, выйдя за пределы универа, я словно почувствовала на себе прожигающий взгляд со стороны, потому и подняла глаза на парковку. Может у меня какие-то новые способности раскрылись? Раз уж я стала чувствовать такие странные вещи. В мою сторону шел Артем, только что вышедший из своей машины, он пристально всматривался в мое лицо, и его эмоции мне крайне не нравились. — чего он от тебя хотел? — черт. Похоже, что нас с Егором спалили, и Тема тоже в курсе, что он «не самый хороший человек». Да как мне так везет то по жизни? Парень рассержен, хотя казалось бы, чего ему то за меня переживать? — и тебе доброе утро. — а я просто еще не придумала, как объясняться, потому решила обратить внимание на то, что он даже не поздоровался. — привет. Что он тебе сказал? — неприклонен. Понятно. Ну хорошо. Придется рассказать ему, хотя я даже Глебу не собиралась. Ну не хочу я его пугать тем, что этот Егор периодически странно себя ведет рядом. — да ничего, просто спросил, что с щекой. И все. — Артем с недоверием продолжает гипнотизировать, смотря только в глаза, а я держу максимально уверенный вид. — вы знакомы? Глеб знает? — боже мой, опять допрос. — давай в машину, отвезу тебя к нему — я домой собиралась так то — пошли — Тема, кажется, вперые за локоть меня берет, уводя к своему автомобилю — он сам попросил, если встречу, подкинуть. — я продолжаю упорно молчать, усаживаясь на переднее сидение добровольно. — ты не ответила. — да мы знакомы… ну как знакомы, он, когда только появился, хотел познакомиться, я отказала, сказав, что парень есть. Потом он нас с Глебом вместе видел и сам ему все рассказал. Так что Глеб знает, и он уже говорил, что я не должна с ним общаться. Я помню, можешь не повторяться. Сейчас он просто спросил про царапину. И я ушла. — супер история закончена. Я ее так рассказала, словно готовилась… — не обижайся, но я передам все Голубину — парень держит серьезный вид, внимательно наблюдая за дорогой, а я уже жалею, что вообще стала что-то рассказывать. — нет, Тема, пожалуйста, — я закатываю глаза, запрокидывая назад голову, а потом решаю попытать судьбу — не говори ничего Глебу. Я тебя умоляю. Он еще от кафе не отошел, он спит плохо, нервный постоянно… давай мы не будем еще масла в огонь подливать… — я уже сижу в полоборота к шатену, говорю все четко, как продуманный план, надеясь убедить его, что нет необходимости так переживать. — он должен знать, должен быть в курсе, что вас с этим связывает. — впервые глянул на меня, тоже, видимо, убедить хотел, что шутить не намерен. — да я понимаю, он знает, что мы разговаривали. Но прошу тебя, давай сейчас не будем усугублять. Ты же сам видел, что ничего не произошло. Он спросил, я ответила. Все. И ты даже сам меня забрал. Давай не будем раньше времени его напрягать. Ему и так хватает. Пожалуйста… — я уже и эмоций побольше добавляю, бровки хмурю, ближе придвигаюсь, чтобы внимание привлечь. — и когда ты собираешься ему рассказать? — как вовремя он встал на светофоре. Артем смотрит на меня, а мои эмоции с молящих сменяются на что-то странное. Я опускаю глаза, понимая, что вообще не собиралась ничего говорить Глебу, губы поджимаю, пытаясь прикинуть, какой ответ сейчас будет уместен. Может «после праздника»? — вот в этом и дело, Настя. — слишком медленно думала. Ему хватило трех секунд и моих опущеных глаз. Еще и пристыдить пытается, выделяя мое имя. — ну ты же… Ты же видел. Ты знаешь. Я тебе все рассказала. Все хорошо. Ничего не произошло. Пожалуйста. — а вдруг все же повезет. — Ну у нас только вроде все устаканилось, мы планируем вместе его день отметить, он с силами собирается. Темочка, пожалуйста… — может поплакать попробовать? Хотя голос у меня уже излишне умоляющий, руки вот как при молитве сложила, слова тяну. — меня даже Лера так никогда не упрашивала… — работает. Еще немного. Еще совсем чуть-чуть. Я губки поджимаю, стараясь влезть в обзор водителя, чтобы понимал, что я еще не сдалась — ладно, черт с тобой. — фух. Слава всем богам. Тема машет на меня рукой, чтобы села нормально, и фыркает. А я наконец выдыхаю — Но если что-то случится, я сдам тебя с потрахами, и будешь сама отдуваться перед Глебом. — даже пальцем пригрозил. — спасибо, спасибо, спасибо, спасиииибо — плыву в довольной и широчайшей улыбке, чуть ли не прыгая на месте и радуясь, что мне поддались. — да ну тебя. — дальше мы ехали молча, разве что Артем спросил, нормальный ли Глеб был после их разговора, так как по голосу понял, что я рядом была. После мы попрощались, я еще пару раз поблагодарила его, но парень лишь недовольно отмахнулся. Я стала звонить в домофон, смотря вслед уезжающей машине, надеясь, что Артем сдержит слово и не станет никак даже намекать. Глеб быстро открыл, лифт словно ждал меня на первом этаже, потому я уже через минуту была у двери, которая тоже была открыта. Я успела только зайти, захлопнуть ее и закрыть на замок, поздоровавшись, перед тем как заметила надвигающегося на меня как всегда полуголого блондина. Он ответил приветствием, продолжая надвигаться на меня, не останавливаясь, я только сняла сумку, еще не успев даже начать растегивать куртку. Да я даже шапку еще не сняла, когда парень подошел вплотную, обнял одной рукой за талию, прижав к своему голому торсу, а второй рукой поднял к себе мою голову, сразу впиваясь в губы сладким и даже каким-то страстным поцелуем. Не сразу сообразив, что он творит, ведь не делал так раньше, я стала отвечать, слегка растягивая губы в улыбке. Мою шапку он сам стянул, потому что она мешала ему обхватить меня двумя руками за шею, чтобы проще управлять поцелуем. А после пары минут он меня отпустил, продолжив с широчайшей улыбкой всматриваться в глаза и поглаживать щечку. — раздевайся, жду на кухне — теперь уже коротко целует в нос, растегивая молнию на моей куртке и удаляясь обратно. Вот это здравствуйте. Что интересно так подняло ему настроение с утра пораньше? Последние дни такого не было. Но сейчас и у меня радости прибавилось не мало. Я быстро скинула с себя верхнюю одежду, сходила руки помыть и пришла, куда звали. — как твои дела? Выспался? Ты вчера, вроде бы, рано спать лег… — я обнимаю Глеба со спины, вставая на носочки, чтобы через его плечо посмотреть, что он делает. Он резал какое-то пироженое. Откуда оно у него, остается загадкой, потому как видно, что сегодня он никуда не ходил, встал совсем недавно. А вчера мы полдня вместе провели, а потом он на студию катался. Сам бы точно не пошел за сладким, потому что не особо его любит. — прекрасно, отключился в два счета, после того, как с тобой попрощался. И встал только утром около десяти. Я давно так не высыпался — довольный поворачивается ко мне, вновь одной рукой обнимая, чтобы рядом удержать, упаковку со сладким второй рукой держит, но тем не менее вновь прилипает к моим губам, словно отвлекая от того, что перетаскивает меня к столу и ставит туда пироженое, обнимая теперь уже двумя руками. Целует аккуратно, размеренно как-то, порой сжимает мою талию, поглаживая по спине и прижимая все сильней к столешне. Я, еще когда он повернулся, переложила руки на его плечи, обнимая теперь за шею и поглаживая его затылок. Я очень соскучилась по поцелуям… нет, не то, чтобы мы не целуемся совсем, просто последнее время было как-то не до этого. Была сессия, я постоянно училась, сидела дома и зубрила тонны информации. Когда мы встречались, то было не до поцелуев, потому что хотелось поболтать. Потом эти нервы… там вообще не до нежностей было. Глеб целовал меня в голову, прижимая к груди, чтобы успокоить и показать, что я в безопасности. И на этом все. Сейчас же мы оба нереально кайфовали от легкости, расслабленности, от прикосновений друг друга, что казались куда чувственней чем обычно. Я была готова вечно продолжать этот поцелуй, но телефон в кармане Глеба провибрировал, а мне уже не хватало воздуха. Парень достал гаджет из кармана, направив в него взгляд, далеко не сразу оторвавшись от моих уже точно припухших губ. Он усмехается, а после я отстраняюсь, пытаясь перевести дыхание, и кивком спрашиваю, что его так порадовало в телефоне. — следи за ней внимательней, а то украдут — я так понимаю, это он сообщение зачитал, которое только что ему пришло. И я даже знаю, от кого — чем ты там Тему напугала, что он так запереживал? — не выпуская меня из рук, Глеб убирает телефон обратно, с улыбкой рассматривая мое лицо. Мне приходится тоже посмеяться над сообщением. — ничем, он просто видел, как у меня про царапину спрашивали. Вот, видимо, и испугался — улыбаюсь, надеясь побыстрей уйти с этой темы таким ответом. — как тебе повезло, что я не такой ревнивый — это то конечно, а как же еще. Мы оба смеемся, парень несколько раз коротко меня целует, а после отпускает, усаживая за стол и уходя к чайнику, который вот-вот закипел. Повезло. По сути я ему не врала, просто не стала рассказывать все. Правильно? Зачем портить такой момент? А вот Артем меня напряг. Зачем он это написал? Обещал же не палить. — зай, — Глеб сам с собой посмеивается, пока чай наливает, а я лишь с непониманием на него поглядываю. — ты бы смогла убить человека? — вот сейчас совсем не понимаю. И чего он посмеивается? Ставит передо мной чашку, рядом усаживается и пытается сдерживать улыбку. Что это значит? С чего вдруг спрашивает? — я не знаю. Мне кажется, что не смогла бы… — он кивает, впервые отпивая горячий напиток и раскладывая пироженое по тарелочкам, а я еще думаю. — хотя мой папа когда-то сказал, что я бы убила… видимо, если бы пришлось. — припоминая этот момент, я смотрю в одну точку на столе, а Глеб чуть тормозит, поднимая на меня глаза и облизывая палец, которым случайно залез в крем. — интересно, нужно, наверное, быть с тобой аккуратней — его пробивает на смех, а после и я начинаю слегка ухмыляться, спрашивая, почему его это интересует — сон мне приснился сегодня. Странный какой-то, бойни, крики. И все, что помню, как в драку с каким-то придурком полез, пропустил пару ударов, а потом ты с пистолетом появилась — вот это поворот, конечно, я удивляюсь, брови поднимая, а Глеб кивает, соглашаясь, что странно это — сказала ему свалить, но он не послушал. — и что? Что было дальше? — нет ну вы понимаете, он взял и замолчал, просто начав жевать торт. Тут такой боевик расказывает и на самом интересном обрывает, плечами пожимая. А я даже есть не могу, потому что мне интересно, что я дальше сделала. Усмехается. — ты выстрелила. — упс — он упал, не кричал даже, кстати. — действительно… — пока я вставал, ты уронила пистолет и стояла смотрела на него. Успокаивать потом пришлось. Но по сути ты мне жизнь спасла, потому что останавливаться он не собирался. Вот так. — да уж. Вот это сон, конечно. И ведь он выспался и такой довольный сегодня. А я в некотором шоке, потому что думала, что только мне снятся такие бредовые и странные сны.

***

В этот же день мы еще разок обсудили наши планы на тридцатое число. Глеб сказал, что заберет меня возле дома и место, куда мы поедем, останется пока для меня секретом. Возражать я не стала, зато уже придумала, как я буду выглядеть в ЕГО день. Так как мы собирались поужинать вместе, то у меня был целый день для того, чтобы собраться. Я решила выспаться, понимая, что лечь слишком рано у меня точно не получится. Утром, вы можете мне не верить, но я даже зарядку поделала, под музыку, конечно, ну, а после выпила воды, вроде бы, это считают хорошей привычкой. Затем я нанесла маску для волос, чтобы они лучше выглядели, лежали и на ощупь были приятней, позавтракала, но немного, потому что желания как-то не было. Я вся была в мыслях о том, как же сделать из себя шикарную девушку… Когда время маски прошло, я направилась в ванную, где вновь провела больше часа, затем попыталась красиво волосы уложить, но послушней они так и не стали. Или просто у меня кривые руки, что я даже со своими волосами справиться не могу… взявшись за макияж, я сообразила, что не помешало бы сделать что-то необычное, поярче может, поэффектней. А то мой легкий повседневный никак не пойдет для наряда. Стала искать в интернете, но поняла, что при всем желании у меня с моими ручками не выйдет сделать такое. Придется импровизировать. Благо, времени много еще впереди. Если что, успею переделать. Оптимистично, конечно. Что было удивительно, я смогла нарисовать себе стрелки. Верней одну пока. Вторая в процессе. Несколько лет назад я очень хотела научиться их красить, но поняла, что это не мое. Во-первых, потому что толстые стрелки мне не идут, ведь одно веко у меня опущено. А во-вторых, у меня всегда только толстые и получались. Потому что руки такие, потому что все кисти в подводках толстые. А ну и в-третьих, конечно, они никогда не получались одинаковые. Что очень и очень сильно меня бесило. Но сейчас все было прекрасно. Я с первого раза смогла нарисовать одну, затем вторую почти сразу. Не могу сказать, что они идеальные и одинаковые. Но все было красиво. Мне нравилось. Тени чуть ярче чем всегда, побольше блеска, который я обычно не использую. И конечно помада. Скорее всего я съем ее за ужином, а может еще и до него, вид будет уже совсем другой, но думаю, это не так важно. Главное встреча. Пусть он увидит, как я готовилась, как я старалась. И все ради него. Для него. Только него. До приезда Глеба оставалось несколько минут, моя дамская сумочка давно была собрана, а мне оставалось только надеть то самое красное платье, которое так понравилось парню, что он купил его и просил носить только рядом с собой. Будет сделано, если я в него влезу… да, да новогодние праздники и нервный январь не прошли даром, но я надеялась, что все не так страшно, как кажется. Только выдохнув и мысленно помолившись, я решилась померить покупку вновь. Мне повезло. Конечно сейчас оно сидело не так шикарно, как в тот самый день, по крайней мере мне так казалось, но ведь он, наверное, не станет обращать на это внимание? Мама, зашедшая ко мне, долго любовалась и хвалила, Катя, после того, как я ей фотку отправила, сказала, что я выгляжу замечательно и пожелала нам хорошего вечера, тогда мне стало чуть легче. Глеб уже приехал и сказал, что он даже поднимется, чтобы поздороваться с мамой. Мне это было на руку, ведь в куртке и платье я буду выглядеть не особо. Мама пошла ему открывать, пока я еще разок проверяла сумку и свой внешний вид. А после того, как она сама меня позвола, я, взяв себя и сумочку в руки, решилась выйти в коридор. И словно дежавю. «Глаза Глеба загорелись и слегка выпучились, потому что девушка вышла в ярко красном, практически обтягивающем платье до колена. Кружевные вставки, сквозь которые видно кожу, на груди и талии сильней подчеркивали фигуру. И парень слегка заторможенно здоровается, потому что осматривает каждый миллиметр ее тела.» — ты хотел, чтобы я ходила в нем с тобой на свидания… — я улыбаюсь, замечая поедающий взгляд, который спустя какое-то время все же доходит до моего лица, рассматривая теперь уже макияж и прическу, отдельно останавливаясь на бархатных губах. — да, — единственное, на что его хватает, а я подхожу ближе, обнимая как бы при встрече.  — с праздником, милый, — шепчу на ушко, едва касаясь губами, чтобы не оставлять следы от помады. Глеб отвечает, собираясь с мыслями, между делом целуя в щечку. Я надеваю обувь, парень уже куртку мою подготовил…

***

Сложно будет описать весь наш вечер в тех красках, в каких его видела я. Глеб отвис через пару минут и уже в машине стал заваливать комплиментами. Я улыбалась, понимая, что моя радость доставляет ему удовольствие. Мы достаточно долго ехали, потому что место празднования было в своеобразном районе, и все это время мы вдвоем достаточно громко слушали музыку, подпевали и подтанцовывали… да, такой ерундой мы еще не страдали. Вообще сложно было сопоставить мой образ с тем, что я творила в машине, и под какую музыку я это делала. Но это было классно. Мы были счастливы и искренне кайфовали от такого времяпрепровождения. Но вскоре мы прибыли туда, где не принято так громко смеяться под тот бред, что крутят по радио. Ресторан Глеб выбирал сам, решив, что это станет для меня сюрпризом, потому я была в некотором шоке от того, что машину мы оставили у очень высокого здания со стеклянной крышей, вещи сдали внизу и направились в лифт, где парень нажал на самый последний этаж. Чтож, кажется, вид у нас сегодня будет очень красивый. Сейчас я наконец могла рассмотреть, как был собран мой молодой человек. Честно, зная его, я думала, что он ни за что сам не залезет в какой-либо классический костюм. По крайней мере он всегда избегал этого, даже если не помешало бы появиться в классике. А тут… черные штаны, которые вовсе не похожи на спортивный удобный стиль, белая футболка (ну потому что рубашка это уже слишком), но она ни капли не портила впечатление. Даже черный пиджак, который выглядел очень серьезно, но в то же время сочетался с кросовками, в которых явно комфортней, чем в любых туфлях. Ему безумно идет этот стиль. Ему, кажется, все в этом мире идет, что бы он там не натянул на свое тело. Стоит заметить и волосы, которые он аккуратно завязал, явно стараясь, а не от балды собирая, а запах… обожаю его запах. От него всегда дорого пахло, но что мне нравилось в этом парне больше всего, так это то, что он никогда не перебарщивал, как любят делать большинство. Все всегда в меру. Вроде и просто, но в сочетании с моментом он выглядел для меня просто превосходно. — ты идеальная — пока я с жадностью в полной тишине рассматривала Глеба, будто специально вставшего напротив, я не заметила, что меня также поедают взглядом. Я не успела сказать первая, как он прекрасен. Но я сказала это после того, как смущенно улыбнулась, опустив глаза и сделав шаг навстречу. Что было дальше? Многое. Очень и очень многое. Мы поднялись на самый верх, нас встретили музыканты, которые стали играть, как только открылись двери, официанты, которые проводили нас до столика. Хотя до него не было никакого дела, когда я увидела вечерний город. Мы несколько минут стояли и просто смотрели на загорающиеся огни. Затем нам принесли меню, все как обычно: разговоры, еда, улыбки, различные темы, прикосновения, взгляды. Все так красиво, чувственно, нежно, если не брать во внимание мое платье цвета страсти. Вечер подходил к концу, мы даже танцевали, по сути просто качаясь в обнимку под музыку и наслаждаясь атмосферой покоя, романтики и счастья. В какой-то момент музыка стала затихать, но я старалась не обращать внимания, чтобы не заканчивать этот момент. Но Глеб отстранился, поднял мое лицо к себе за подбородок, пару секунд вглядывался в глаза с теплой улыбкой, а после нежно чмокнув в губы, повернул меня к себе спиной. Это было странно. Но передо мной появился один из официантов, что встречал нас в начале, с большим букетом цветов, который казался просто огромным, что я поначалу даже не поняла, что это мне. — я хочу всегда видеть тебя счастливой, — Глеб держит меня за плечи, наклонившись к моему уху и проговаривая эти слова с широчайшей улыбкой — тогда и сам буду счастлив. Надеюсь, ты выполнишь мое желание. Ну, а букет просто на память, чтобы ты еще чаще мне улыбалась — ах ну да. Деньги же больше некуда сливать. Мне отдают цветы, я вспоминаю, насколько у меня слабые руки, но говорю спасибо, поднимая глаза к блондину, вставшему рядом — хочу сделать фото. Нас фотографировали на профессиональный фотоаппарат, Глеб помогал держать цветы. Уверена, что кадров было много, потому что глаза от вспышки начали болеть. Мы обнимались, мы целовались, смеялись и это все снимали с разных сторон. Я сказала, что праздник так то не у меня, а у Глеба, но он оправдался тем, что мои эмоции являются лучшим подарком для него, потому он сделает все, лишь бы подарить их себе как можно больше. Это странно, что мне дарят подарки, ни за что. Но не принять я их не могла. Он хотел их подарить и увидеть мою благодарность. Глеб многое снимал на свой телефон, а после сказал, что выложит наши общие фото. Помню, что не хотела этого делать. Но желание именинника — закон. Потому я смирилась, сказав, что он может делать абсолютно все, что захочет. Потому в сети впервые и появились наши совместные фотографии. Я в ярко-красном вечернем платье, с большим букетом, в его объятиях, на фоне ночной город, сотни огней, на некоторых фотках даже чей-то салют засветился. А мы смотрим друг на друга, улыбаемся, смеемся, целуемся, и мы счастливы. «Я хочу, чтобы все записали в календари и 30 января стал днем позитивной энергии! В этот день никто не имеет права грустить!!!»